Избранное

Центрально-лондонский инкубатор и воспитательный центр.
Девиз: Общность, одинаковость, стабильность.
Мне предлагают Прекрасный мир. Говорят, что это именно то, о чем я мечтала и тщетно надеялась. Обещают абсолютное счастье и беспроблемную жизнь. Нет, не обещают - гарантируют! Говорят, что я забуду о том, что значит страдать, я перестану испытывать душевную боль, я забуду о том, что существуют болезни, голод, безвыходность. Говорят, что мне больше никогда не придется ходить босыми ногами по осколкам своих разбитых желаний. Раскаленные докрасна угли разочарования, нестерпимо обжигающие и отнимающие всю выдержку и волю - такого тоже не будет. Говорят, что мне больше не будет тошно от мыслей о быстротечности времени, о том, как жестоко оно убивает меня и смеется над моими нелепыми попытками нанести ответный удар. Говорят, что каждый зачатый эмбрион превратится в здоровый плод из которого получится идеальный живой организм, человек без изъянов. Значит, больше никогда не будет нездоровых детей. Я задумалась, запнулась, слишком непреодолимое для меня искушение... Не раздумывай, говорят. Мы все рассчитали, учли, перевесили! Мы далеко запрыгнули в своих грандиозных достижениях! Не будет больше того, что уничтожает человека своей невыносимой тяжестью, заставляя ползти, выбиваться из последних сил, утирать слезы и постараться жить дальше. Человек будет жить счастливо и беззаботно, а если нет-нет да закрадется в мозги малейшая мысль о бренном, ее тут же заглушат сомами. Говорят, что все будет просто идеально в Прекрасном новом мире. Обещают. Гарантируют. Я чувствую, что соглашаюсь... И вдруг затылком ощущаю на себе чей-то взгляд. Оборачиваюсь. Вижу Дикаря. Его лицо заливают слезы, в глазах немая мольба, отчаянный вопль, скорбь. Я в недоумении. Вслушиваюсь в его взгляд. Ему больно за меня, за еще одну душу, за еще одну свободу, за еще одно право быть собой - нормальной человеческой сущностью, с эмоциями, с радостями и горем, со способностью смеяться от души и так же плакать, надеяться, падать, вставать, хвататься за жизнь обеими руками и идти напролом, вслепую, но с надеждой, с верой, с любовью!
Подожди Дикарь, я с тобой...

Дальше...

Роман произвел на меня сильное впечатление! Люблю читать бумажные книги и клеить стикеры на полях, чтобы вернуться к интересным мыслям позже. На этой книге мой запас цветных наклеек иссяк, так как она целиком состоит из драгоценных мыслей.
Роман было читать гораздо приятнее и психологически легче, чем его собрата по жанру "1984". Потому как, нет ужасов войн, запрета на близость и ограничений в материальном плане, а все в точности наоборот. В "1984" разруха, страх, голод, лишения во всех аспектах жизни, а в "О дивный новый мир" казалось бы все идеально: ...мир стабилен, устойчив. Люди счастливы; они получают все то, что хотят, и не способны хотеть того, чего получить не могут. Они живут в достатке, в безопасности; не знают болезней; не боятся смерти; блаженно не ведают страсти и старости; им не отравляют жизнь отцы с матерями; нет у них ни жен, ни детей, ни любовей – и, стало быть, нет треволнений; они так сформованы, что практически не могут выйти из рамок положенного. Если же и случаются сбои, то к нашим услугам сома. Но и там и здесь нет свободы науки, свободы религии, свободы мысли.
В романе Олдоса Хаксли все мысли в человека закладываются с самого рождения и у большей части общества своих мыслей не возникает на протяжении всей жизни. Детей гипнотизируют во время сна: Чем старое чинить, лучше новое купить. Прорехи зашивать — беднеть и горевать, чтобы создавать нескончаемый круг потребления, поддерживать экономику общества в стабильности.
Сомы грамм — и нету драм, чтобы прибывать в эйфории, вместо того чтобы разобраться в себе, какие причины твоей тревоги?
Каждый принадлежит всем остальным, чтобы не было страданий, ревности, страстей, а также желания уединиться и что-то замыслить. Все всегда у всех на виду.
И не только мысли закладывают в не рожденных детей, но и классовое неравенство, ведь в инкубационных машинах совсем в разных условиях содержатся особи: Альфа, Бета, Гамма, Дельта и Эпсилон. Ты еще не родился, но уже известно какую жизнь ты проживешь, кем будешь работать, как отдыхать и кто будут твои друзья.
Как понять нормальность чего-либо? Если это всего лишь, устои (правила) того общества в котором ты в данный момент живешь.

У меня немного противоречивые мысли по поводу этой книги, в отличие от других рецензентов. Такое будущее, которое описано в книге, конечно же возможно, но не это пугает. Пугают сами люди. И те, и в реальности. То книжное общество именно такое, какое хотят многие и многие. Минимум работы - максимум удовлетворения собственных желаний. Да, люди там в массе своей тупоголовы, но скажите пожалуйста, многим ли конкретно сейчас нужен Шекспир или другие великие писатели? Нет, многим нужны "ощущалки и звуковые оргАны", и чтобы минимум напряга. Вы возмущены? Но разве вы никогда не слышали хоть когда-нибудь, что кто-то НУ ОЧЕНЬ устал от своей работы? Ну а потом этот человечек идёт напиваться в какой-нибудь бар/клуб (нужное подчеркнуть) в пятницу или субботу и позже просыпается с тяжелейшим похмельем и тащится на свою "обожаемую" работу (от книжного наркотика - сомы - хотя бы нет бадуна). Вам совсем не знакома такая картина? Если нет, вы - единорог, потому что не существуете (ну или же врёте самому себе). И то, что описал Хаксли, ещё положительная картина, потому что, по прогнозу моего любимого писателя Франца Вертфоллена, мир скорее закончит миром безумного Макса, чем прекрасно построенным обществом, где все люди полностью соответствуют своим местам.
Сам по себе роман очень интересный, вы не пожалеете, ели потратите на него своё время.

Итак, как всегда, антиутопия - это книга с определенным миром после каких-либо катастроф, но только там не все так радужно как хотелось бы. Что я хочу сказать именно об этой книге. Мир описанный в истории меня поразил. Честно с первых страниц я была шокирована описаниями. И этот шок меня не покидал до последней страницы. Автор переносит нас в будущее, где понятие семьи, дома является чем-то мерзким, а слова “отец” и “мать” приравниваются к ругательству. Вся история строиться на том, что людей выращивают в пробирках и сразу делят на касты, внушая им, что именно их каста им подходит, а принадлежать к другой это не интересно. Поэтому эти люди идут по заложенному пути и ни у кого не возникает даже мысли свернуть с него. А если кто-то отступает от правил, то с ним не церемонятся.

Честно скажу что на героях по отдельности говорить особо нечего. Они все винтики новой системы. Их мысли и чувства иногда вызывали оторопь у меня, а иногда очень хотелось их поддержать. Эта история не похожа на другие которые я читала.Честно скажу, что жить в таком мире мне не хотелось бы от слова совсем. Пусть там и развивается все, но условия, просто ужасные.

Мне было интересно прочитать очередную книгу в жанре антиутопия. Знаю, что у этой истории есть продолжение, но читать его пока мне совершенно не хочется. Хотя сама книга “О дивный новый мир” мне очень даже понравилась. Любите антиутопии, думаю, что и эта история вам тоже понравиться.

Как ни откладывала знакомство с этим романом, он меня всё же настиг))

Конечно, это классика жанра, и многие предсказания 1930-х годов, к сожалению, фактически сбылись. И если современники писателя считали роман страшной сказкой и не верили в столь мрачный сценарий, то мы-то с вами понимаем: нет ничего невозможного в этом «дивном новом мире» (утверждение тоталитарных режимов, кастовости общества; проблемы перенаселения Земли, её экологии; возможность появления «детей из пробирки», манипулирования человеческим сознанием; засилье примитивной массовой культуры; популяризация наркотиков, сексуальной распущенности, потребительского отношения к жизни и т. д. и т. п.). Хаксли с тревогой пишет об обезличивании – уничтожении личностного, индивидуального начала (отсюда масса близнецов, по факту – биомасса). И в этом своём качестве роман, бесспорно, заслуживает уважения.

Но тогда почему роману поставила «троечку»? Очень уж много в нём, что называется, «от головы». Его герои картонные какие-то, напрочь лишённые бессознательного начала. Не люди, а просто функции. Я понимаю, что это предельное упрощение – «то, что доктор прописал» для жанра утопии/антиутопии. Но ведь никто не трогает, ничьей судьбе не сочувствуешь. Разве что абстрактному человечеству, погрязшему в потребительстве, плотских удовольствиях, оболваненному очередной «сомой» и напрочь отринутому от всего духовного. Хороши, на мой взгляд, лишь идеи о том, что изменение сознания ведёт к забвению прежней культуры, к разрыву с традициями, тогда как высокое, настоящее искусство способно спасти от разрушения человеческого в человеке (отсюда Шекспир, столь любимый Дикарём).

Не понравилось отсутствие внятного, рельефного контраста двух миров, «цивилизованного» (читай – искусственного) и «естественного», с их разными системами ценностей, отношениями между людьми. И художественная сторона романа тоже не показалась сильной.

Слушала в начитке Олега Булдакова. Очень не понравилось! Терпеть не могу ёрничающую манеру, которая, по факту, обесценивает написанное автором. Особенно ужасно в исполнении чтеца звучала женская речь. Плюс неправильные ударения и именование героя "БЭрнард". Может, и это повлияло на мою оценку?))

• Оптимальный состав народонаселения смоделирован нами с айсберга, у которого восемь девятых массы под водой, одна девятая над водой

Популярность вещь относительная. К кому-то приходит сразу и на веки вечные, как к Шекспиру, таких единицы. Других настигает мгновенно и ярко, а через год-другой, глядишь - забыты. Третьих поначалу не замечают, их известность набирает обороты постепенно, и вот уже упоминаются, цитируются, авторитет непререкаем. А есть еще такие, у кого волнами: в определенное время все о них говорят, потом надолго забывают, и опять у всех на слуху, когда некоторые обстоятельства запускают новый виток интереса,. "О, дивный новый мир" из числа таких.

Написан в далеком тридцать первом, почти девяносто лет назад. Не знаю о прежних волнах популярности романа, на моем читательском веку виток второй. Первый был в конце восьмидесятых, связанный с острым интересом к тоталитаризму и антиутопиям. Роман Хаксли тогда вышел под одной обложкой с замятинским "Мы" и "1984" Оруэлла - своего рода обзорная экскурсия по виднейшим произведениям жанра начала XX века. Говорили в основном о "1984", сама я мало что запомнила из "Дивного нового мира": куда-то летели на вертолете, резервация в тропиках, дикарь и узаконенное потребление сомы. Занятно, что прочитанный во второй раз, оставил почти то же впечатление политизированного памфлета.

Сейчас книга переживает новый всплеск популярности, отчасти связанный с выходом сериала, но главным образом с пугающей актуальностью романа в новых обстоятельствах. Когда все в мире одновременно осознали, как мало значит личный выбор, свобода воли и собственные решения, насколько сильно наши поступки регулируются государством. Сериала не смотрела, но послушала аудиокнигу и пережила что-то, вроде культурного шока. Словно в прошлые оба раза это был другой роман.

Не для того, чтобы в тысячу первый раз сказать: Игорь Князев очень хороший чтец, об этом и без меня знают. Дело в другом, в идеальном совпадении исполнительской манеры с нарочитым абсурдизмом первой части книги. В конгениальной передаче того, что прежде считала вводной агиткой: ну, дети-из-пробирки, ну понятно, дальше то что? Давайте уже историю. История не замедлит явиться, привычно ориентированная на героев: Бернард, Линайна, Джон-дикарь, Линда. Но если воспринимать с позиций индивидуальности это нивелирует роман, переводит из шедевров в разряд качественной прозы.

Самая суть в отсутствии личного пространства и самой потребности в нем. В ситуации, когда желание обособиться воспринимается социумом как непристойное поведение, В здешней системе ценностей, не столь отличной от нашей, как может на первый взгляд показаться. Сцена экскурсии в инкубаторий совмещает средствами аудиокниги поучительные сентенции, политэкономические лозунги, гипнопедические слоганы общества потребления.

Все эти: "Без стерилизации нет цивилизации", "Сомы грамм - и нету драм", "Чем старое чинить, лучше новое купить" - с такой безапелляционной вкрадчивостью звучат в аудиокниге может быть именно потому, что "Дивный новый мир" не столько зримая картина процветания и благоденствия, сколько, как ни один другой - роман фонового звучания. Перманентного внушения тысячекратным проговариванием. Дальнейшие события воспринимаешь сквозь призму базовых установок: все молоды, здоровы, красивы. Каждый на своем месте, каждый счастлив, и каждый принадлежит всем остальным.

В «Дивном новом мире» нет мерзости и запустения, которыми грешит большинство книг жанра. По сути, это не антиутопия, а утопия, про благоденствие всех. Все довольны той работой, что выполняют на благо общества. Семья упразднена до степени, когда «мать» и «отец» воспринимаются непристойными ругательствами - никаких психотравм, связанных с недостаточной или чрезмерной родительской любовью. Дети появляются из пробирки, уже на стадии эмбриона получая базовые навыки той группы, к которой будут принадлежать в дальнейшем. Расизм? Разумное планирование? Прогнило что-то в датском королевстве? Каждый решает для себя.

По идее, антиутопия должна внушать ужас. Так вот, главный ужас «Дивного нового мира» в том, что, являясь антиутопией, он невероятно похож на утопию. Не отличить.

Люди в мире Хаксли, в сравнении с нами, духовно бедны, лишены возможности наслаждаться шедеврами литературы, лишены материнской ласки, чувства глубокой привязанности и любви к другому человеку. Но ключевое в этой фразе – «в сравнении с нами». Многое из того, что мы с малых лет привыкаем считать естественным и нормальным, они с детства считают стыдным и аморальным. И наоборот. Для нас похабно звучит слово «взаимопользование» в отношении людей, особенно в сексуальном плане, а для них слово «мать» - ругательство, а роды – отвратительный неестественный процесс. Они не чувствуют себя лишенными чего-либо, а того, что у них есть, хватает для счастья.

Это вот главное – они все счастливы. Нет родителей – нет и фразы «родителей не выбирают», никто не страдает от пьющих матерей, рукоприкладствующих отцов, а заодно от похотливых отчимов и мачех-садисток. Нет мужей и жен – нет и ревности, мук неразделенной любви и страданий от неверного выбора спутника жизни.

Чего там еще у них нет? Выбора? За будущего человека кто-то другой решает, быть ему развитым и умным альфой или полукретиническим эпсилоном. Но позвольте, как будто выбор есть у нас! Как будто это мы решаем, родиться нам умными или тупенькими, с кривыми ногами или с красивой задницей, со страшной рожей или милым личиком! Ничуть. А жители «Дивного мира» гарантированно лишены уродств и болезней, и каждому явившемуся на свет человеку найдется в жизни свое место, независимо от того, альфа он или эпсилон. Более того, система заботится о том, чтобы никто из них не чувствовал себя ущербным, обделенным, плохим. Каждый из них счастлив быть тем, кто он есть.

Общество потребления, воспитанное так, чтобы больше тратить, больше покупать – опять же, что с того? Ведь это потребление не из-под палки, оно добровольное, оно приносит радость. Вот ты вырос, а для тебя уже готов смысл жизни: работай, не слишком мало, чтобы не заскучать, не слишком много, чтобы не переутомиться, зарабатывай деньги, трать их на духи, красивую одежду, кино, игры и прочие развлечения. Будь счастлив и полезен обществу. Красота.

Люди этого мира лишены страданий (сома спасает от любых переживаний), лишены болезней, старости, одряхления, страха смерти. Живут не так много, всего 60 лет, зато каждый год полон счастья и довольства – не этого ли мы тут друг другу желаем на дни рождения, свадьбы и прочие праздники? Самые последние мгновения у этих людей, может, и не сахар, но смерть вообще штука неприятная, а у наших стариков такие «мгновения» длятся годами. Достаточно вспомнить наши хосписы, чтобы понять, как обитателям «Дивного мира» с умиральницами повезло.

Можно сказать, что у них нет свободы. Так ведь она им нафиг не сдалась.

Самое смешное, что даже людям, которые не способны принять одинаковость, которые, вопреки системе, развиваются в личностей, находится в этом мире место. Их не убивают, не третируют, не ломают – всего лишь изолируют от общества, причем, похоже, в комфортные условия. И сиди там себе, в компании других личностей, мысли и духовно развивайся на здоровье.

А диктатор этого мира – подлинный слуга народа. Тратит жизнь на чужое счастье, когда мог бы заниматься более интересными вещами.

Дикарь на фоне этого мира получился трогательным и немножечко смешным, как уже сейчас кажутся забавными слишком напыщенные герои Шекспира. Ну вот что это за тухлое геройство – не просто отвергнуть слишком нечестивую для него Ленайну, а унизить ее, избить и очистить? Что за идея силой впихнуть свои убеждения в другого человека, который их принимать не хочет? Или вот его неудавшееся отшельничество на маяке. Если ты правда хочешь спрятаться от внимания внешнего мира, так свали обратно в заповедник с индейцами, куда далеко не всем есть доступ, или проберись на один из островов, куда ссылают вольномыслящих. В общем, в Дикаря верится как-то меньше, чем в собственно «Дивный новый мир».

Вот. И все-таки нет-нет да проскальзывает в этой утопии какой-то страшный призрак – в тупом восхищении эпсилон-лифтера, который хотел было выйти на крышу, в его понимании что-то вроде рая, но механический голос заставил его продолжить работу. И в тоске Ленайны, которой тягостно менять партнеров постоянно, как того требуют приличия. И в грусти Бернарда, который в результате сбоя системы получился хуже других, чувствует это и страдает.
Однако стоит противопоставить эти факты примерам из нашего мира (как бабушки-уборщицы мучаются не секундно, а ежесекундно; сколько боли и мучений приносит многим любовь; каково людям с врожденными уродствами), как этот призрак исчезает.

Непонятно, есть он на самом деле или нет. Это-то и страшно.

Каждая классическая антиутопия -это ушат холодной воды за шиворот.  

Казалось бы, что плохого в мире, где население поголовно довольно своей жизнью? Нет преступности, насилия, максимум легкое неудовольствие, которое легко заглушить дарящей грёзы наяву сомой. На все вопросы, могущие возникнуть у Альф и Бет, давно заготовлены точные ответы, а другим кастам думать не положено. Власть даже не уничтожает неугодных, для этого существуют дальние острова: живи себе спокойно и общайся с такими же случайно выпавшими из системы радикалами. Даже мистер Дикарь получил полное право на самовыражение. 

В мире сохранены "первобытные" поселения -закрытые резервации. Их цель -напоминанием тем, кому не перекрывали в бутыли кислород, о страшном прошлом. Иногда, негласно, фордейшие особы проводят эксперименты (заселение отдельной локации тысячами Альф, или сокращением рабочего дня группе эпсилонов, например). Но они неизменно оказываются провальными. Уход в наркотические сны в следствии неумения занять себя, бунты, попытки урвать кусок пожирнее, интриги... Короче, наша повседневная действительность.

Так может мир Хаксли идеален? По сути это классический муравейник, или пчелиный рой, только с финансовой и эмоциональной составляющей. У каждой особи имеется своё дело, предопределенное от рождения. От каждого по способностям, каждому по потребностям, как говорится. А цена минимальна -отсутствие индивидуальности и правом распоряжаться собой.

Брр... Своим потомкам я такого не пожелаю.

В новом мире создают людей на человекофабрике. За них решают, какие способности они получат. Одинаковость является нормой, кругом близнецы, их десятки и даже сотни.
Живорождение считается чем-то ужасным. Да, в этом мире рожают только дикари. А слово «мать» считается каким-то ругательным и низким.

В новом мире нет любви и привязанности. Зачем все эти чувства и страдания? Когда все для всех, без эмоций…

В новом мире нет места горю и беспокойству. Есть чудесный препарат – сома, он уносит в счастливые дали, в мир радуги и радужных пони…

В этом мире нет книг, зачем давать людям знания? Все, что им известно – внушают с детства многократными повторениями. Они не мыслят, они просто существуют.
Такой ужасный новый мир…

Пожалуй, это самая страшная антиутопия из всех прочитанных. Непростая, многомерная, есть о чем подумать.

А какой мир выберешь ты? Счастливый в неведении, без проблем и забот. Или живой, настоящий, чувствующий, но с заботами, бедами и болями?

Я на стороне живых и настоящих.

Не буду расписывать много, просто скажу, что книга произвела на меня большое впечатление и жаль, что я долго не хотела ее читать, сама не знаю почему.

В мире, где все рождаются искусственно, а слова "мать" и "отец" постыдные слова, оказывается человек, который рожден естественно от женщины из такого же "нового" мира. Она от стыда не смогла вернуться в цивилизацию и осталась в племени индейцев, которые придерживаются старых традиций и презирают новый мир.

И тут уже конфликт: Линду(так зовут мать) и в племени считают распутной и слишком доступной ( а в цивилизованном мире в этом нет ничего такого, даже наоборот всех поощряют к сексуальным контактам), а в новый мир она не сможет уже вернуться избежав позора из-за деторождения. Ее сын Джон, вырос на романах Шекспира и поэтому не понимает мир, в котором он внезапно оказывается. Для него все дико и аморально, в то время, как его в этом мире называют "Дикарь".

Также интересный персонаж Бернард, который и находит Джона и привозит его и Линду в цивилизацию. Он умный человек, способный мыслить, делится своими предположениями, которые пугают иногда цивилизованных людей. При этом все считают его странным и не таким как все. А он наоборот только и рад бы был быть таким как все. У него это даже на время получается, но на время. Джон в нем разглядел интересного человека,однако стоило Бернарду оказаться в обществе, как его словно подменили.

И вот каждый характер в книге такой необычный, интересный. Была еще Линайла, которая влюбилась в Джона, но непонятно, было ли это искренне или же ей просто было интересно каков он - Дикарь. При этом вся ее любовь сводилась на желании с ним переспать, она не хотела с ним общаться, как хотел Джон(который тоже в нее влюбился, кстати по-настоящему), в их мире люди долго не рассуждают на разные темы.

И вот по сути книга представляет собой сплетение разных характеров, людей на почве нового и старого мира. И это очень интересно и страшно. Меня вообще часто пугают антиутопии, потому что я боюсь за будущее, боюсь за людей, которые становятся все тупее и тупее по сравнению с прошлыми поколениями. А тупыми легко управлять, что и вышло в этой книге.