Historia del cerco de Lisboa

Гипнотизируя, вертятся длинные спирали сарамаговских фраз – я засыпаю. Раз оборот, два оборот – я сплю. История осады Морфея. История Морфея. Морфея…

Я уверена, что меня можно назвать хорошим читателем, поэтому мне не стыдно признать: шестистраничные абзацы и графически не обозначенная прямая речь в новом романе Жозе Сарамаго, вышедшем в конце года в «Азбуке», действуют, как снотворное. А снится мне «полифоничная словесная громада» о том, как один корректор решил добавить остроты́ своей скудной на приключения жизни и уселся играть в шахматы с самим собой.

Жизнь героя, склонного к умозрению, – литературная правка. Его тревоги, нерешительность – спекулятивны, проще говоря, надуманны: так существование кажется менее пресным, менее походит на ежедневный фасолевый суп. Впрочем, книги рассеивают сомнения и вообще «тьму времён», слово – инструмент демиурга. И, пользуясь авторским стилем, скажу, главное, что провозглашает роман – это право человека на.

Право на творчество: создать свою историю, пусть она – ложь и литература, ощутить, что владеешь старинным, туманным Лиссабоном, хоть бы на миг. Право на ошибку: совершить грех, нарушить безупречную логику жизни, хоть раз. Наконец, право на несовершенство, когда даже «тощий, до тошноты основательный субъект с плохо прокрашенными волосами, живущий в четырёх стенах, печальный, как бесхозяйный пёс», может отправиться на войну, пусть воображаемую, и осадой взять прекраснейшую из женщин – реальную.

Да, да, осада Лиссабона – это осада одной женщины одним мужчиной. Нежданная, кстати, – я-то полагала, что роман окажется очередным фантастическим предположением «что было, если бы», как «Слепота» или «Перебои в смерти». Но нет. Невидимая стена рассыпается, а за ней оказывается «город её тела»: «любовь – это снятие осады».

То сладкий повторением истин, то нудный многословием нобелевский лауреат всё же умеет нравиться своим ироничным гуманизмом. Есть бодипозитив, у него же – человекопозитив.

Ай да Жозе, ай да сами знаете кто. В очередной раз убеждаюсь в исключительном таланте автора, который как никто другой заслуженно получил Нобелевскую премию.

История осады Лиссабона - это не просто книга, где в той или иной степени описываются события давно минувших дней. Это роман о том, как всего одно слово может изменить не только прошлое, но и повернуть в другое русло настоящее. И слово это "НЕ".

Одним росчерком пера корректор Раймундо Силва создаёт альтернативную историю, согласно которой крестоносцы не помогали португальцам освобождать Лиссабон. Сделав такую вставку, главный герой мучается, понимая, что рано или поздно его шалость вскроется, но всё же отпускает ситуацию. Однако от судьбы не уйдёшь: она, естественно, настигает в тот момент, когда ты не ждёшь, и поражает так же стремительно, как финский нож.

Где-то в этот момент я полностью "включился" в текст, осознав, что он состоит из нескольких накладывающихся друг на друга рамок, в основе которых лежит одновременно Лиссабон 1147 года и современный (что-то подобное в кино делает К.Нолан). Ж.Сарамаго, следуя своему стилю из сплошных абзацев и отсутствия пунктуации, изящно наслаивает одно на другое, в результате чего читатель растворяется в строках.

И это, как оказывается, очень важный приём всей книги, поскольку меняется и сам Раймундо Силва. Теперь он не просто корректор, а ещё и, по предложению приставленной к редакторам сотрудницы, - писатель. Несмотря на то, что пишет он про прошлое - историю, где крестоносцы действительно не помогали португальцам, вдохновляется всё же настоящим. Имя этому настоящему - любовь.

Вот так осада городская происходит на фоне осады сердечной, которые отныне неотделимы друг от друга.

Читать произведения португальца сложно, но тот, кто осилит эту дорогу, однозначно получит огромное удовольствие. Плывите вслед за мыслью автора подобно лодкам на Тежу, выходя в открытый океан навстречу бесконечно богатому миру Сарамаго.

Ох как же тяжело шла эта книга, я и представить не могла, что Сарамаго настолько трудно читать..
Книга давно в више и я ожидала занимательную историю об осаде города, крестоносцы, арабы, португальцы, жизни которых ни во что не ставят, голод в осажденном городе, упаднические настроения, столько всего! А оказалось, что статья с Википедии интереснее написана.
Зато автор предоставил множество информации о рабете редакторов, корректоров, издательском деле, даже нашел место для любовной линии, но события, которые вытекают из названия были запихнуты в дальний угол. Обидно.
Не люблю читать книги без разбивки на главы.. это наверное тоже сыграло свою роль. В будущем, наверное, буду только слушать романы Сарамаго.

"…сделал в ее сторону шесть шагов, человек за жизнь проходит тысячи миль и ничего от них не получает, кроме ссадин на ногах, а иногда – на душе, но наступает день, когда делает всего шесть шагов – и находит, что искал…"
Я беру в руки книгу Жозе Сарамаго, когда хочется упорядочить мысли, «подпитаться» мудростью, житейской отвагой. В этот раз, читая Сарамаго, я придерживаюсь хронологии. Очередная книга - История осады Лиссабона, которая была закончена автором 30 лет назад.
Надо сказать, что неутомимый исследователь истории Португалии и человеческих душ – Сарамаго – как всегда скептик, как всегда он сомневается и не относится однозначно к историческим фактам и событиям.
Немного истории: первое упоминание Португалии как феодального владения - первооснова современной Португалии – относится к 868 году. Населены территории были арабами. Христианские народы отвоёвывали земли Иберии у арабов (славное время Реконкисты, - для португальцев славное). Сын Генриха Бургундского Афонсу 1 Великий в 1139 году провозгласил себя королем, одержав грандиозную победу при Оурике, затем победа при Сантарене, и вот 1147 год – захвачен Лиссабон.
Уж сколько уважаемых историков и исследователей описали эти исторические, полные накала и драматизма, события, восстанавливая их из старинных записей и упоминаний. Жозе Сарамаго решил дать оценку этому этапу истории Португалии, но не напрямую; показывая мелкие детали, описывая жизнь героев, - тех, которые вполне могли существовать восемь веков тому, - он вкладывает в их действия, слова свои сомнения, своё неоднозначное отношение.
Итак, корректор одного издательства Раймундо Бенвиндо Силва, прекрасно справляется со своей работой, а именно вычитывать произведения авторов и, будучи человеком эрудированным, находить ошибки и исправлять. Его жизнь проходит среди книг и словарей, он одинок, консервативен, скромен, всего в жизни добился сам.
И вот этот безупречный и ответственный корректор в одно прекрасное мгновение, корректируя очередную книгу, очередную Историю осады Лиссабона, позволяет себе подставить «НЕ», а именно «крестоносцы не согласились помочь королю Афонсу 1 в осаде Лиссабона и освобождении его от мавров». Одно маленькое «НЕ» переворачивает исторические события на бумаге и меняет историю самого Раймундо в жизни.
Это книга не только об осмыслении справедливости формирования Португальского государства, она ещё и о любви. О любви Раймундо Силвы и Марии-Сары. Как же Сарамаго описывает сближение двух влюблённых – это что-то!
Они идут навстречу друг другу, двое уже не молодых людей, так скромно и робко, но любовная сцена выписана очень эротично.
Не вдаваясь в подробности, чтобы не лишать удовольствия узнавать всё самим, скажу также, что Сарамаго не обошёл стороной и библейский сюжет. Нам предложено чудо Святого Антония.
Думаю, не надо повторять, хотя очень хочется, что поклонники Сарамаго сполна насладятся его стилем, его манерой вести повествование – со всеми его «поговорками, присловьями, расхожими выражениями, устойчивыми словосочетаниями, которые могут звучать свежо и неожиданно, просто надо уметь правильно пользоваться».
Очень много иронии, тонкого сарамаговского юмора, вот хотя бы: "Как человек далекий от суеверий, он не ждал, что тринадцатого числа произойдет какая-нибудь неприятность: Тринадцатого числа разного рода гадости или неурядицы случаются только у людей, опутанных предрассудками, я же никогда не руководствовался таким невежественным вздором, таков скорей всего был бы его ответ тому, кто выдвинул бы подобное предположение. И этим принципиальным скептицизмом объясняется, что первым его чувством было досадливое удивление, когда зазвонил телефон, и раздался голос секретарши директора: Сеньор Силва, сегодня к четырем часам вам надлежит быть на совещании, причем звучали эти слова так сухо, словно их читали по бумажке, тщательно отредактированной, чтобы не выпало и не добавилось ни единого слова, способного ослабить действенность морального удара, благо – а благо ли, спросим – теперь досада с изумлением не имеют ни малейшего смысла перед тем очевидным фактом, что тринадцатое число не щадит и наделенных силой духа, а уж силы этой лишенными вертит как хочет."
И да, слова «Португалия», «португалец», «португальцы», «португалка», «португальск(-их)-ие», встречаются 123 раза.
Приятного чтения!

Записки Абакуса Спойлера написанные им после смерти.

Итак Я умер.Наплевать подайте мне мой виски и пригласите Грету Гарбо.Что значит есть только книги???Вот черт Я кажется попал на литературные неба.Ну ладно подайте мне эту с красивой обложкой про Лиссабон кажется Португалия как то была связана с моими поисками Капитана Стипендии

История осады истории осады Лиссабона
О великий мастер Жозе я не смог раскусить вашей тонкой игры!Для так и осталось загадкой зачем так сложно писать эти методом шахматного коня?Чувствуешь бегуном на треке с препятствиями которому если он на секунду отвлечется приходится возвращаться на старт. Вы такой замечательный писатель у вас мог получится прекрасный исторический роман,ах как же вы блестяще написали эту часть своего романа чего только стоит сцена с башней а открывающий эпизод с слепым муэдзином чистая песня,но нет вам подавай этот треклятый постмодерн и Вы начинаете притворятся то Воннегутом или Прустом,Элиэтом,Борхесом,Эко,Джойсом а то и вообще скандал-скандал Вирджиней Вульф.Зачем вся эта окрошка из истории,философии и потока сознания?А это пришитый не пойми зачем ту-ту-ту-тутутутуту Служебный роман между язык не повернется назвать их персонажами?
-Ах господин корректор вы такой интеллектуал напишите ка вы роман в жанре альтернативной истории
-Да госпожа директриса,она издевается,кажется я влюблен навеки.
Вечная любовь тутутутутутуууууууууууууууууу
Не обращайте внимание просто мимо пронесся труппа театра абсурда попутно показав вам грандиозную пьесу Любовная любовь.
Читая ваш роман Я по уши увяз в ваших непроходимых болотах текста но все же это наверное больше моя вина так как я оказался недостаточно опытным конкистадором и будущем нас еще ждет много занимательных приключений.

Вот отчет закончен.В этой книге мне показался очень любопытным один сюжетный поворот.А чем черт не шутит где мои записи Итак Я Абакус Спойлер не умер. Хей,кажется работает........
Абакус Спойлер снова с вами друзья и готов наконец найти этого Капитана Субсидию.

Так уж получилось, что мне нравится альтернативная история и интересуюсь периодом истории Испании и Португалии до Реконкисты, так что мимо этой книги я точно пройти не могла.
Это вторая книга Сарамаго, которую я прочитала, до этого была "Слепота". В обоих произведениях повествование идет сплошным текстом и не всегда понятно, где переход не только между участниками диалогов, но и между разными книгами, самим сюжетом и книгой, в нем написанном и это здорово, чем-то напомнает "Разговор в Соборе" Марио Варгас Льосы.
Оценка была бы гораздо выше, если Сарамаго поменьше рассказывал о буднях мелкого корректора и более внимание уделил бы сответственно осаде Лиссабона.

Бязевое полотно
Ажур с тонкими перемычками.
Вязаная проза истинного нобелевца.
⠀
Серо-белая Португалия.
Текст, приготовленный по-сарамажски: сплошные абзацы, отсутствие диалоговых чёрточек, слияние двух сюжетных линий, жгучие фразы на полстраницы и закрученный мозг в трубочку — зато чувствую, что он у меня работал, как настоящий японец перед пятницей.
⠀
Сложная книга, никому не советую, только себе и безумцам, литературным мазохистам, любящим пожёстче, с пожеланием отказаться от сериально-сюжетной жвачки.
⠀
Любите ли вы альтернативную историю?
⠀
Как насчёт осады мавританского Лиссабона, реконкисты XII века, белого и чёрного, Иисуса и Аллаха?
В реальной истории побеждает первый.
В мире корректора Раймундо Силвы крестоносцы отказываются помочь королю, и мавры ликуют.
⠀
А что если бы не было победы короля Афонсо?
Что если изменить историю одним упёртым, наглым "не", вписанным делеатуром при вычитке?
⠀
Получится целых две истории любви.
⠀
Одна история — настоящих лиссабонских Мастера и Маргариты.
Вторая, случайная, выдуманных Могейме и Оуроаны.
⠀
Почти Мастер, тощий Силва, нелепый, умный, с чертами федоровского Идиота, Амосоозовского Фимы, тем не менее, отличается от них тем, что готов на подвиг, поступок, он не просто эмпат и вечный мыслитель, он идеальный в быту герой-интеллектуал, создал целый новый мир и влюбил в себя под стать женщину.
История двухрозной белой любви в центре старого города, истинное наслаждение визуала.
⠀
Жозе Сарамаго, тем временем, создаёт такие меткие наблюдения обо всем на свете, что приближает литературу к жизни с отличием в миллиметр: от крошек Наполеона в щепотку до норманнской осадной башни.
⠀
За то и люблю, очень.

Перше знайомство з автором мене не розчарувало. Я очікувала закручений сюжет та велику кількість відсилок у цього письменника, а прочитала зовсім не легку історію швидко та з ентузіазмом. Як автор приваблює читача? Тут є як і історичні перепитії, так і кімнатна історія, та все ж автор не скочується в переказ давніх істориків, він показує нам процес написання нового роману.
І цікаво, що стимулом цього роману стає як протест самого героя, так і іскристий роман з героїнею Марія-Сара.
На початку ми бачимо нещасну, замкнуту в своєму світі людину, його єдиною активність це корегування книжок перед друком. Це історія становлення митця, життя якого складають книги та історії, які вони розказують. В героя назріває приховане бажання розказати свою історію, яке виривається разом з коректурою книги "Історія осади Лісабона", в якій він пише "НЕ".

Мені сподобався настрій автора та використання сарказму з іронією, його коментарі щодо релігій, щастя, безумства. Сарамаго дуже звабливо добирає слова, вирази, синоніми, користується широким спектром для зображення тієї чи іншої сцени.
Цитата :"безумие есть последствие шока произведенного на человека его собственным умом."