История кавалера де Грие и Манон Леско. Опасные связи

Вы верите в ангелов?
Неужели вы никогда не просыпались среди ночи, чтобы посвятить фонариком на спящего рядом с вами, ангела?
Если у вас есть время, не торопитесь. Словно в детстве, накройтесь одеялом с головой, сядьте возле любимого человека и продолжайте светить.
Светите полчаса, час.. нежно водя фонариком, словно пёрышком света, по шее любимого человека, по милым, смуглым плечам..
Не сдерживайте себя! Нежно раскройте одеяло любимого, словно.. крыло: светите на чудесную смуглую грудь, животик… вы словно бы светом целуете милое тело любимого человека, вы — стали светом, как и любимый ваш человек, словно ласково, как апрель, наступил конец света.
И тогда, тогда.. любимая откроет глаза, и с улыбкой скажет: Саша.. что с тобой? Я уже час не сплю, лишь притворяюсь. Наблюдаю за тобой. Ты.. здоров? Ты.. лунатик?

И тогда я, заговорщицким тоном, как в детстве, всё так же восхитительно накрытый одеялом с ромашками, с головой, прошепчу: любимая.. я, кажется, нашёл ангела! Тсс! Не спугни!
И улыбка любимой, ответит: я.. кажется, тоже.
К чему это я? Да так, просто вспомнил самую прекрасную женщину на земле: смуглого ангела.
Впрочем, так можно читать и роман Прево: ночью, под одеялом, с фонариком.. как в детстве: лучше — со смуглым ангелом.
Интересно, есть ли такая услуга? ангел на час? В смысле — снять друга, для чтения совместного, вместе. Под одеялом.. с фонариком.
Ангел мой.. сними меня!
Сегодня приснится.. как дал объявление в газету: не с кем читать роман Прево. Под одеялом, как в детстве.
И меня.. снимем старушка. И я с ней буду под одеялом, с фонариком читать и думать о тебе, мой ангел.
Ты бы не ревновала меня?

Так вы верите в ангелов? Мне кажется, Прево — был ангелом, просто он скрывал это под смуглой рясой аббата.
Что только не скрывается под рясами аббатов! Хвосты, крылья.. женщины.
С романом Прево хочется спать в постели.
После занятия любовью с любимым человеком, хочется взять этот роман в руки, прижать к груди, нежно улыбнуться, и.. мечтать, мечтать! Целуя милый розовый томик..
Любимая проснётся, откроет глаза: Саша.. ты здоров? С тобой точно всё хорошо?

• Всё хорошо, мой смуглый ангел. Спи. Просто я… влюбился. В мужчину. В аббата. И.. в Манон Леско.

- Очень. Саш.. скажи мне, когда ты сейчас, в тайне от меня, думая, что я сплю, целовался с томиком Прево, ты кого представлял? Аббата, или.. Машеньку?

- Кого??

- Ну.. Манон.

- Хм.. наверно, аббата. И тебя, в рясе аббата: мы с тобой убегаем от преследующих нас людей и судьбы.

- Расскажешь?

Мой смуглый ангел, только представь, это же чистая поэзия. Аббат приходит домой. Он устал от пустой болтовни людей, от грехов на исповедях и однообразных дней, похожих на оплывшие и забытые свечи в храме.
Слова — бог, любовь.. слетали с уст людей, почти равнодушно, даже у священников.
Но душа Прево тянется к богу, к любви.. и вот он ночью зажигает свечу и пишет одну из самых очаровательных историй любви.
Роман хотели сжечь, за аморальность.
Может это судьба бога и любви на земле? Их преследуют, им не верят, распинают..

Прево хотел на примере чудесных приключений юных сердец, по-толстовски показать пагубность пылких страстей, что они ведут к гибели и печали.
Но.. пошло что-то не так. Прево так очаровательно показал всё это, что.. как в том анекдоте: рай опустел, и все дружно ломанулись на вечеринку — в ад (только что выдумал этот анекдот..).
Анатоль Франс чудесно заметил, что Прево, ласково набросил полупрозрачную, лёгкую шаль морали на обнажённые и очаровательные, смуглые плечи Манон. придав им ещё больший шарм и кокетство.
Про смуглые плечи я добавил уже от себя..

Не помню уже, кто именно из поэтов, назвал этот роман — гением двусмысленности.
Его герои — реально, живые.
Помните как у Пушкина? В письме Вяземскому: ты не представляешь что сейчас учудила моя Таня!
Герои Прево, чудят ещё больше, и блаженно-непонятно: они грешат, или нет? Или это.. игры ангелов?
Так бывает только в сладостном сне..
Да и сам роман построен словно бы по законом сладостного сна, какой бывает только на утренней заре, пробуждаясь от которого, ты словно бы расстаёшься с долгожданным и нежным другом — навсегда.
Просыпаешься и тихо плачешь, закрывая лицо ладонями.
И голос во тьме из постели:

- Саша.. да что с тобой! Что случилось? Скажи мне честно.. у тебя.. другая?

После такого романа, хочется совершить что-то немыслимо-нежное и отважное.
Нет, я не про фонарик в постели. Хотя и это хорошо. Хочется написать любимому человеку, с которым давно расстался, или милому армянину на рынке, сказать с улыбкой: мон шер..
А ведь он даже не продавец! Но он тебе всё равно улыбается. И продавец чуточку позавидует ему..

Размышляя над тем, что в 18 веке роман считали скандальным и безбожным, а теперь — невинным и милым, мне подумалось: когда мы однажды умрём, и на коленях предстанем пред ангелом, он спросит нас (двое влюблённых на коленях) — почему вы не смогли удержать любовь, дарованную вам — богом?
И мы.. потупив очи, и водя острым кончиком крыла по земле, словно в детстве — ножкой, когда нас журили, будем произносить странные слова, которые и не знают на небе, которые.. выдумали глупые люди: грех.. ссора… обида.. сомнение.. страх..

И ангел нас не поймёт. Он изумится нам, грустно пожав плечиками ярких крыльев, словно бы мы ответили, на вопрос: почему вы не читали Пушкина? Не смотрели фильмов Тарковского и не лежали на весенней травке? — пылинка в луче.. узор ромашки на обоях.. дырочка на носке.
И Ангел с безмерной печалью в голосе сказал бы нам: вы.. аутисты?
Возвращайтесь на землю, и любите без оглядки на что либо. Любите так.. как если бы вы, со слезами, в одинокой ночной постели, уже в старости, перед смертью.. так сильно вспоминали любимого человека, что проснулись как бы в ласковом и вечном апреле свой памяти, где вы снова молоды и счастливы, блаженно-свободны и почти бессмертны, как бессмертны лишь одни влюблённые.

Мне кажется, Манон Леско — именно об этом. В романе есть какая-то потусторонняя гармония и трагедия самой любви на этой грустной земле.
Начинается всё.. словно на небесах: Прево, сам, словно бог, встречает наших героев на «переправе», увидев ажиотаж толпы, возле экипажей у гостиницы.
Словно скот, женщин лёгкого поведения, заковали в цепи и должны переправить в Америку.
Среди закованных женщин, выделялась одна — ангел в цепях: Манон.
Её сопровождал — возлюбленный, в отчаянии: ему не разрешали приблизиться к ней, только за деньги.. а деньги — кончились, и он уже давно ничего не ел.

Разумеется, наш милый аббат Прево, помог деньгами.
Похоже на свидание в аду, правда? О, милый.. устрой мне встречу с моим смуглым ангелом! Если для этого нужно совершить страшный грех — убить себя, и отправиться в ад.. я согласен.
Платить последние деньги, чтобы не спать с любимой, но просто чтобы увидеть её и коснуться раз в неделю её милой руки!
И правда, похоже на свидание в раю.. на те самые фантомные письма влюблённых в ссоре.
Разумеется, мы видим пронзительную и новую вариацию мифа об Орфее и Эвридике.
Быть может, главного мифа о любви.

Когда мы покорно, с грацией лунатика заходим в комнату любимой после ссоры, с цветами или с подносом с черничным чаем и круассанами, (ах, где бы найти таких лунатиков!) или пишем письмо, словно зажигаем факел в пещере, мы идём к Эвридике, в ад её боли.
Но миф недостоверен: утратить вновь обретённую любовь, могут оба, обернувшись на обиды, страхи, сомнения и прочие призраки прошлого или настоящего.
Манон в романе, хотели сделать призраком, как любовь, и бунт влюблённых на это, бунт против глупейшего рока и тоталитарных норм морали, норм вечно-глупой толпы — главное очарование романа.
В том и очарование любви, что лишь она одна бросает вызов — року. Всё иное, рабски подчиняется ему.

А когда впервые увидел Манон Леско, её возлюбленный?
И вот тут.. ах, со мной случился катарсис. Простите, я сейчас не о романе. Просто вспомнился смуглый ангел..
Наш юный герой де Грие, окончил обучение и ему предложили (небеса), как в русской сказке, три дорожки жизни: 1) стать аббатом, и вести тихую и благополучную жизнь.
2) Стать кавалером мальтийского ордена. Быть успешным в жизни, как сказали бы сейчас — чудесное продвижение по карьерной лестнице: сытое счастье.
И третье: Иной путь. Не понятно — в ад, и ли в рай. Т.е. — женщина, потому что в ней одной — тайна рая и ада, и высший путь.

Наш юный герой, подобно Адаму, до встречи с Манон, даже и не задумывался о различии полов: он был кроток, как ребёнок и ангел..
И вдруг.. а один прекрасный день, увидел — её. Ту самую женщину, ангела. И словно крылья раскрылись за его плечами.
Сразу — опалённые крылья, словно солнце жизни, сладостно близко взошло перед ним.
Манон Леско, тоже, совсем юна, но.. у неё уже давно, опалённые крылья (у женщин, крылья имеют возраст чувств, а не тела, и они порой достигают — веков. Вы видели женщин, с тысячелетними крыльями? Я — видел. Правда, мой смуглый ангел?).
Манон остановилась в гостинице, под присмотром «вожатого» — её хотят отдать в монастырь.

Обуздать женскую душу и.. тысячелетние крылья? Сделать из крыльев — тесный и благопристойный корсет, под которым нечем дышать?
Но тут прелестно иное: двум юным сердцам, уже была проложена тропинка на небеса: на уровне жизни.
И вот тут.. между юными сердцами, загорается — любовь! Словно и у небес, есть свои небеса, как сказала бы Цветаева, и эти новые небеса небес, для влюблённых, важнее и блаженнее простых небес в раю.
И они… падают с этих небес, падают в небеса своей любви, для которой этот глупый мир — тесен.
Вот в чём трагедия их любви: этот мир тесен.. даже для мимолётного и нежного чувства женщины! А тут.. любовь.

Очаровывает до мурашек на сердце, что всё дальнейшее повествование в романе, блаженно и темно накреняется, как мир — при поцелуе, когда закрываешь глаза, когда.. вечереют глаза и уста: всё свершается блаженно быстро, невесомо, как.. как во сне, где порой сладостно-страшно прыгнуть высоко во время бега. или погони: можно оторваться от земли и улететь в космос.
Наши юные влюблённые  — сразу же сближаются. Сразу, как цветы по весне в раю, растут планы на жизнь: Манон и де Грие — представляются братом и сестрой, для побега.
Как там у Перси Шелли? — Им алтарём был тёмный лес, венчал их ветер вольный..

Любовь в романе — иррациональна. она — не от мира сего.
По сравнению с ней, все, кто ей мешает — призраки. Так и должно быть, верно? Иначе.. сама любовь становится — призраком. Или мы. Такова месть любви.
Наши юные влюблённые, знают с самого начала, что их любовь — обречена, в этом глупом мире людей и лакейской морали.
Но они намеренно выбирают этот путь, ибо любовь — выше рая, сильнее ада, она — высшая форма бытия, и один миг такой любви — равен годам простого человеческого счастья, жирком на сердце и в судьбе.

Может поэтому наши герои, словно ангелы, осознав, что их любовь обречена,.. отдались ей — всем своим существом, всей судьбой, в отличие от большинства людей, приберегающих что-то для себя, от любви?
Отдаться любви — до конца.. хотя бы раз в жизни, не об этом ли мечтает каждый из нас? И каждый из нас.. боится этого.
Так и живём, как в лимбе жизни и любви, не отдаваясь ни себе, ни жизни, ни любви.. словно призраки.

Наверное, такую лунатическую любовь как у героев романа, преступно и нелепо сравнивать с обычной человеческой любовью, с банальными планами на жизнь и будущее: есть любовь, которая развивается в будущее, в одном измерении, — вперёд: морально, нормально.
А есть любовь — которая до того не от мира сего, что ей просто нет места на этой глупой земле и она сразу развивается — вверх, в небеса, лишённая будущего и, в общем то — жизни. И этим она многих пугает… для кого жизнь — важнее и выше любви.

В этом плане, конечно, герои романа — мученики и святые любви, которым просто нет места в этом безумном мире, из которого они бегут.. сами того не ведая: бегут не куда-то, как думают многие, а именно — из мира, в смерть и Любовь.
Так два лунатика едут на крыше безлюдного поезда, несущегося в бездну, их руки — нежно соприкасаются и словно озарены улыбками счастья. Они не видят бездны впереди: любовь — выше смерти.
Кстати, хорошая картина бы вышла: лунатики на поезде.. Правда, мой смуглый ангел?
Эта рецензия, наш поезд, и мы едем с тобой на его крыше.. и люди смотрят на нас со странными и удивлёнными улыбками.

Может быть, то обстоятельство, что Прево — аббат, послужило тому, что был создан такой изумительный, иррациональный образ женщины — Манон Леско?
Я к тому, что Прево, выслушал на исповеди, быть может, тысячи женских откровений, страданий, томлений и снов.. и создал из них — совершенную женщину, с её томлением по нездешнему и вечной любви.
Маленький спойлер: великая любовь рифмуется только со смертью, как душа — со звёздами, или мои губы… с милой грудью смуглого ангела и её дивными бёдрами.
Поэтому не будет секретом, если я скажу, что Манон — умрёт, и её возлюбленный выроет ей могилу на берегу моря — шпагой.

Цветаеву, в своё время, этот образ просто очаровал.
Она писала в дневнике: я не хочу жить в том мире, где любимых закапывают лопатой. Хочу жить в мире, где ради любви, совершают безумства, бросают вызов року, и если суждено умереть — то вырыть могилу — шпагой.
Марина вспоминала, как к ней в юности сватался богатый мужчина с бородой «лопатой».
Её жизнь была бы обеспечена. Сытое счастье…
Но её ужаснула эта «лопата».
Есть и счастье, как «лопата», замечали?

Прево коснулся одной удивительной, но.. опасной мысли, говоря о нашем герое: «на свете есть — иные люди. Отличные от других. Избранные. Они более тонко чувствуют. Если большинству, для страданий и счастья, любви, нужно всего 4-5 чувств и комбинации между ними, то некоторые люди, чувствуют как бы в инфракрасном спектре (это уже мой словарик) и их мотивы страданий, поступков, лишь краешком сердца касаются привычных нам чувств.
Условная толпа, легко заклеймила бы Манон Леско всякими психологическими ярлыками, как это любит делать толпа (и судя по рецензиям, многие рецензенты, которых хлебом не корми — дай повесить ярлык) — легкомысленная развратница.. особа, без особых принципов, могущая в любой миг изменить любимому человеку.
Это не так. Когда уже мы поймём, что читать художественное произведение (настоящее), как газетную вырезку, сравнивая страсти в ней и типажи, с теми, кого мы знаем и т.д. — это эстетическое преступление.

Тут есть некая тайна, как и иногда в жизни бывает: Манон Леско — не совсем человек.
Она — чуточку душа мира, ангел, Джинн.
Для сердца женщины, и целый мир — тесный корсет.
Этот ангел, пробудил в простом человеке, являющегося частью толпы — тысячелетнего ангела.
Любовь в романе как бы говорит нам: простых людей — нет, все — избранные, любовь во всех пробуждает ангела.. другое дело, пойдёт ли душа за любовью, или выберет путь простого человека?

В этом смысле, понятно, почему люди боятся любить: они боятся..  стать ангелами, боятся чуточку умереть — как «человек».
Манон — бесконечно предана своему милому де Грие, как душа — телу.
Но… ах, это вечное «но»!
Манон, как смерти боится — бедности. Словно крыльям её судьбы, нечем дышать и некуда распрямиться в бедности и её хтоническом ужасе.
Бедность, тут можно взять как символ. Какой-нибудь тупоголовый богач, может сорить деньгами, путешествовать по миру.. но душа его будет бедна и тускла, крылья его души не коснутся вечной красоты природы.. разве что, «ярлычков» вечной красоты.

Представляете, что было бы, если бы Пушкин посетил Испанию, Мадагаскар, Мальдивы?
Если у Рафаэля отобрать кисть и полотно, и дать ему сытое счастье толпы, он сойдёт с ума от горя: душе нечем будет дышать.
Так и Манон: она не изменяет де Грие. По сути — лишь телесно отдаляется от него в пространстве. Она покидает его.. словно душа — тело, после смерти. Душа-лунатик. Маленькая смерть..
А что есть любовь, как не маленькая смерть?
Беда в том, что душа, как и любовь — бессмертны, и они не знают, что есть смерть: для них одинаково — чуточку умереть и обнять сирень ли, человека, звезду, стих.. им нужно спасти себя. Это метафизическое качество измены, я бы даже сказал — христианское, которая и не измена то вовсе.

Тело Манон, в момент бедности и хтонических ужасов, наполненных тенями смерти, становится как бы  — лунатиком. Её сердце ширится в мир, как зрачок удивлённого и перепуганного ангела, отражая звёзды, людей.. которых обнимает это сердце.
Скажем прямо: Манон — тесно в теле человека. Её тело по природе своей — лунатик любви
Была бы её воля, она бы никогда не покинула де Грие, но… словно ангел, обняв его крыльями, вознесла бы его высоко от от скупой прозы жизни, глупой морали.. на какую-нибудь удивительную планету, наполненную приключениями и любовью, как цветами весны.

Непоседа Манон и де Грие — Бонни и Клайд 18 века, грабящие не банки, а —  любовь и жизнь, которые наворовали мораль и нормы толпы, спрятав их от людей.
Прево словно бы говорит нам: мужчина без женщины — неполноценен. Он может казаться цельным и счастливым, зарываясь как перепуганный страус — в пески творчества, работы, религии, общество друзей, науку, но и там он словно бы тайно ищет Её — ту самую женщину. А женщина..  лишь в любви распрямляются её исполинские крылья
У Прево есть изумительная мысль, более чем неочевидная для неискушённого читателя — так возвышенно и мимолётно она изложена в ажурном стиле 18 века.
Так на балу порой мелькает сладостным смуглым светом — щиколотка женщины, и её улыбка, тоже, словно бы похожая на приоткрытую щиколотку души, и ты толком не знаешь, пригрезился тебе этот смуглый ангел, или нет..

Вот что это за мысль (я её перевёл на более понятный язык): следуя дорогой истины, добродетели, бога.. душа порой претерпевает страдания, и многие ропщут и отрекаются от такого пути… изменяя ему.
Но такой же путь «терновый» есть и в любви: и не важно — бог молчит, или любимый человек, бросил он тебя или нет — душа, верна любви и пути небесному, даже  в аду любви.
А значит влюблённые — это подлинные верующие, и даже святые и мученики, но в отличие от святых в религии, у них крылья растут уже здесь, на земле. Пусть и.. опалённые. Смуглые крылья.
Быть может, в понятии Любви, мы все ещё живём в Птолемеевской системе мира, где солнце вращалось вокруг земли.
Мораль нас приучила думать, что измена любви, небу в груди — себе, жизни другого человека, не так страшно, гибельно, как простая любовь.. когда один человек просто любит — двоих.

Печально, когда женщин или мужчина иногда забывают, что они — ангелы. Это хуже смерти. Быть может это и есть настоящая смерть, потому что только тогда возможна смерть любви.
Так Манон, когда её заключали в приют и тюрьму, словно бы даже физически уменьшалась в размере — таяла: только что она была дивным ребёнком, с тысячелетними крыльями, и вот… стала обычной маленькой женщиной, вяжущей что-то у вечернего окошка, за которым взошла луна, искушая её.. напоминая о чём-то.
У каждой женщины есть такая луна, не правда ли?
Творчество, томик любимых стихов на коленях, нежный сон о полузабытом друге..
Наверное, в конце рецензии стоит отметить, что Манон изменяет де Грие не с людьми, как таковыми, а с нечто почти абстрактным, с чем мы в жизни часто флиртуем: дружба, творчество, карьера, мораль, жизнь.. смерть.

Если выделять какую-то форму, которую я не люблю, то это будет роман в письмах. Ещё ни одно произведение, написанное таким образом, меня не впечатлило. Исключение составляют реальные переписки реальных интересных людей (например, как в «Маяковский и Брик. История великой любви в письмах» Маргарита Смородинская ).
Роман "Опасные связи" представляет собой скучные любовные и не очень переписки, в которых любая тема обмусоливается просто до тошноты. Сначала обсудят с одним человеком, потом с другим, потом ещё как кто-то это узнал из слухов и пересказал ещё паре-тройке знакомых. Честное слово, если бы я её не заявила по нескольким играм, я бы её закрыла ещё на письме пятом. Иллюстрации к книге все такие раскрепощённые и голенькие, а по тексту я прям уж таких сексуальных вакханалий, измен в каждую свободную минуточку я не сильно заметила.
Меня раздражало практически всё: и овечья тупость молодок, и наглая хитрость взрослюх, и похотливость всех вместе взятых, включая мужчин. Фильм "Жестокие игры" - вольная адаптация этого романа, но, видимо, настолько вольная, что я не обнаружила никакой связи. Планирую ещё посмотреть экранизацию авторства Милоша Формана "Вальмон", надеюсь, что он смог показать эту историю лучше, чем де Лакло.
Я удивляюсь такому количеству положительных отзывов и по-доброму завидую читателям, их написавшим, значит они смогли пробраться сквозь дебри постоянных многострочных обращений, извинений, любезностей и обнаружили интересный сюжет. Я же, видимо, погрязла в форме, не сумев погрузиться в содержание.

Классика эротического жанра, что мало отображает любви, мало эротики, мало нравоучений, эато книга стала частью истории, рассказывая, как было раньше, и предлагая сравнить с современностью.
Двойственность женского положения - жертва или палач, мышка или кошка?
Некий ловелас решил сделать соблазн женщин своим основным занятием. И в этом ему помогает женщина! Они плетут сети и расставляют приманки, чтобы невинные и не очень попадались в западню и отдавали свою честь. То, что раньше представляло гораздо большую ценность, потому и являло собой больший соблазн.
Интересно здесь то, что поруганная честь стало дорогой сумасшествия взрослой, опытной женщины, а не юной девочки, что так и не разобралась, где любовь, а где чувственность. Сесиль, отдающаяся господину де Вальмону в жажде познать свое тело, жажде неосознанной, потому не задумывающейся о последствиях. однако процесс этот передан глазами мужчины, что свято верит, что каждая женщина хочет быть поверженной, тело поруганным. Женщина в представлениях мужчины напоминает крепость, которая мечтает быть взятой.
Противопоставлением в романе является Дансени, которого в чувстве пугает лишь то, что он первым осадил крепость, и он не способен, как взволнованный первым походом Богдан Хмельницкий направить штыки на королеву. Госпожа де Мертей - образ этакой Миледи в любви, также обрисована мужчиной. Женщина, что про глаза честива и невинна, на деле же развратна и пуста. Галерея женских портретов, что в игре полов побеждают мужчин по уровню распутства.
По мне, произведение довольно стереотипное. Представлено оно как нечто с несчастным концом, выдавить слезу не удалось.
Разумеется, по законам жанра зло наказано, добродетель торжествует, но аплодисменты не раздаются, скупая слеза не проявляется на краю глаза, истине приходится праздновать победу в одиночестве и тишине.

"Опасные связи" считается жемчужиной французской, да и мировой, литературы, образчиком эпистолярного жанра. В своё время роман наделал много шума.

Состоит из 175 писем частной переписки и, по заверениям Шодерло де Лакло, она подлинная, участие писателя ограничено лишь редакторской работой.

История о том, как закадычные друзья, а в прошлом любовники, сердцеед виконт де Вальмон и порочная маркиза де Мертей, затевают изощрённую интригу, желая отомстить своим "обидчикам".
Разработав хитроумную стратегию и тактику обольщения, предательства, лжи, они виртуозно играют на человеческих слабостях и недостатках.

Герои не знали, или, ввиду своих нарциссических натур, не хотели знать, что интриги могут быть опасны прежде всего для самих интриганов.

На этот счёт у Омара Хайяма есть мудрость, ею, собственно, и подытожу:
❝Когда в человека кидаешь грязь, помни - до него она может не долететь, а на твоих руках останется❞

-Ах, сударыня, когда мы с вами вместе, все цветочки расцветают на лугу.
-Я скажу вам, сударь мой, мне бы надо бы домой, но цветочки я обидеть не могу.

Ох, прослушала эту книгу с улыбкой на лице, потому что не в то время она мне выпала к прочтению) В школе я зачитывалась романами А.Дюма, где все эти подводные интриги высшего света цветут пышным цветом, и мне нравилось про них читать! Помню, как переживала за какую-то фаворитку короля Солнца, к которой он охладел, а она вместо каких-либо действий только тихо плакала, чем ещё больше отдаляла его от себя. Мне так хотелось, чтобы она начала борьбу за своё счастье и т.п.) В те времена мне очень нравились подобные романы, но не теперь.. Все эти многочисленные ахи, охи невозможно слушать без улыбки и собственных вздохов по поводу продолжительности изысканных речей в романе)) И главное ради чего все эти действия предпринимают ГГ, только из-за скуки и пресыщения.. Этот роман представлен в многочисленных письмах, которые посылают друг другу ГГ. Ключевые персонажи произведения - интриганы и соблазнители высшей пробы, виконт де Вальмон и маркиза де Мертей. Это они играют судьбами других людей, запросто так, походя, совершенно не задумываясь о дальнейшей судьбе выбранных ими пешек. Их цель сломить очередную жертву любыми путями, изворотливость и лживость доведены до совершенства. И вот перед нами в полной мере развернулась драма, в которой оказалось столько сломленных судеб! Автор прекрасно показал мысли, чувства, переживания всех сторон данной трагедии, заставляя и читателя испытывать по отношению к героям определённые чувства. Мне понравился финал книги (за что собственно и подняла оценку), он был для меня немного неожиданным в том смысле, что я думала, что все останутся при своих: соблазнённые будут помирать в тихой тоске, а соблазнители гордо покорять новые (свежие) вершины. Но автор решил воздать каждому по заслугам, что несомненно удивило меня:) Такой прямо покарал всех недрогнувшей дланью!

Я с этим романом знакома давно и периодически возвращаюсь к нему. Многие современные читатели не находят его увлекательным. Да и что может быть интересного в романе эпистолярного жанра в век, когда переписка сводится к коротким SMS-кам?
Для меня этот роман притягателен характерами главных героев. И меня занимают не сколько их интриги, а взаимное противостояние. Если в начале книги они единомышленники, то к концу их конфликт приводит к трагической развязке. И если вы думаете, что в этой паре главенствует мужчина, то очень ошибаетесь. В этом дуэте явно лидирует маркиза де Мертей, ее ум расчетлив и холоден, а сердце не знает любви и жалости. Как виртуозно она руководит мужчинами. Даже виконт подчиняется, до поры до времени, ее приказам. Эта женщина не терпит ничьего превосходства, а интриги ее слабость. Основная ее цель -

В конце XVIII века роман наделал много шума и при жизни автора выдержал пятьдесят изданий.
А в конце ХХ века почти одновременно вышло две экранизации романа, в одной в роли виконта де Вальмона блистает Джон Малкович, а в другой - Колин Ферт. Но перед этим была театральная постановка с великолепным Аланом Рикманом. Именно эта роль приоткрыла актеру дверь в мировой кинематограф.

Книга хороша, н о...
Как же мне было тяжело читать об этих героях.

Открывая книгу вместо текста, просто «Welcome to Hell». Потому что персонажи вроде и интересные, но такие, мягко говоря, недалекие... И никто в сюжете (сюжет кстати тоже, лично для меня, ужасен, если читать с позиции человека ищущего в героях хоть каплю человечности в попытках оправдать их поступки) не вызвал во мне какого-то сочувствия, никем я не прониклась. В книге собраны максимально эгоцентричные и глупые герои. :)

Сама история оставляет уйму вопросов. Будто бы мужское/женское посмотрела.

Нет ничего удивительного в том, что «Опасные связи» Шодерло де Лакло с удовольствием печатали у нас с незапамятных времен. Это произведение прямо-таки создано для того, чтобы с его помощью злорадно указывать на всевозможные огрехи в любой буржуазной структуре и, как ее результат, взирать на потерянное поколение виконтов и маркизов, целыми днями слоняющихся туда-сюда без всякой надежды хоть как-то себя развлечь. При нынешнем уровне расслоения в нашей стране, вполне можно написать свои «Опасные связи» о многострадальной жизни тех, кто в своей жизни ни разу не опускался до низменного – думать о куске хлеба насущного. Впрочем, оно пишется ежедневно, просто я, наверное, подобное просто не читаю.

«Опасные связи» - характерное произведение французского Века Просвещения, который до сих пор притягивает взоры своей проникновенной смелостью, настолько беспощадной и всеобъемлющей, что она остается актуальной, и по сей день. Тема произведения незамысловата, без глобальных изысков, интерес «Опасных связей» прежде всего в историческом обрамлении, стиле и форме. Эпистолярный жанр в моем понимании глобально связан именно с этим произведением. «Опасные связи» целиком состоят из писем.

Люди, как показала наша практика, не имеющие за собой не то, чтобы материальных проблем, а даже особенных материальных мыслей, ищут удовольствия единственным доступным способом – плетут интриги, пишут письма, пытаются найти счастье в отношениях. Ради интереса я попытался найти хотя бы парочку героев в «Опасных связях», занимающихся хоть чем-то полезным и это мне удалось с трудом, если только это предполагаемый жених Сесиль, которого никто в глаза не видел, или Парван, терпеливый и обиженный воздыхатель маркизы де Мертей.

Конечно, тема морали в данном произведение может кому-то показаться важной, ее, без всяких сомнений, в «Опасных связях» найти можно, но мне она видится исключительно коммерческой. В те времена, от успешных романов особенно, ждали определенности – доброго милого финала, может и душераздирающего, но с непременной нравственной составляющей. Шодерло де Лакло же настолько смачно и с такой любовью описывает своих аморальных героев, что не создается никакого впечатления, что ему вздумалось их осуждать. Ну, придумал соответствующую концовку в угоду публике. Это вполне объяснимо и не так уж и важно. Тем более, что она не подана в виде волеизлияния автора, а является всего лишь стечением обстоятельств.

Старая добрая сказочная истина о том, что зло всегда будет наказано, очень соответствует недавней сцене, что происходила на моих глазах в ресторане, где одна мамаша долго объясняла девочке лет десяти, что каждый официант – это зло, поэтому его нужно наказывать постоянно. Более очевидная, но невероятно банальная, истина о невозможности дружбы противоположных полов, которую также являют «Опасные связи», в более простом выражении звучит как «друга видят тогда, когда не хотят видеть мужчину (или женщину)». Правда, неестественное содружество виконта де Вальмона и маркизы де Мертей в свете этого выглядит еще более интригующим и интересным. Более того, оно служит хорошей иллюстрацией к нынешнему времени предполагаемых свобод, о которых мы много говорим, но которых на самом деле нет, ибо натура человеческая всегда отличается от тех слов, что она произносит.

Данная сладкая парочка является основной движущей силой произведения, нравятся мне неимоверно, противоречия захлестывают и каким-то фоном проходят второстепенные сто с лишним писем, которые их не касаются. Две любовные линии, которые можно наблюдать, напрямую не касаются и главных героев, а потому лично мне они увиделись невероятно скучными. Откровенный же цинизм главных героев говорил лишь о том, что за ним скрывается нечто иное, более романтичное и более настоящее. Истинный циник всегда прикрывается лицемерной ханжеской маской. Или, как выразилась маркиза де Мертей, «откровенное кокетство защищает лучше, чем суровая добродетель».

Нужно сказать, что эпистолярный жанр мне всегда виделся неудачным из-за того, что постоянно видно – писал это один и тот же человек. В «Опасных связях» все не так страшно, потому что некая схожесть в написании была общепринятой формой светского общества 18 века. С одной стороны – это хорошо, но, если вдруг отправить какое-нибудь письмо иному адресату, то лишь содержание поможет определить его первоначальное назначение. В остальном же письма до одури похожи.

В итоге, произведение прекрасное, приводит в восторг даже сама мысль о нем, и с трудом удерживаюсь, чтобы, отложив абсолютно все, не начать перечитывать его вновь. А переводчикам хорошо бы подумать над тем, что Шодерло де Лакло больше нет на русском, а произведений у него еще немало.

Перед вами представлен кусочек аннотации к небольшому произведению Прево "История кавалера де Грие и Манон Леско". И я могу сказать что категорически с нем не согласна! По порядку объясню с чем же я не согласна.

Для начала скажу, что к презренной Манон я отношусь со значительно большей теплотой, чем к замечательному де Грие. Оговорюсь, что ее манеру жизни я не одобряю (ух, прям повеяло 70 старушенцией, которая читает мораль молодежи), не принимаю и не понимаю. Хотя в то время обыкновенной женщине реализоваться и заработать себе на независимую жизнь было в тысячу раз сложнее, т.ч. судить барышню Леско по сути нельзя, мы в ее шкуре не бывали. Девушка была банальнейшей куртизанкой, мошенницей (пыталась быть, но неудачно), а также просто недалеким существом, которому не повезло влюбиться в бездарность де Грие. Попадись ей на пути более целеустремленный, работоспособный молодой человек все могло сложиться совершенно по-другому.

Незаурядный юноша - это истеричный альфонс, помешанный на собственных исключительных способностях, но которым он не находит исключительно никакого применения. Автор нам периодически рассказывает о чудесных манерах, чуткой душе, прекрасном воспитании, необычайном уме и талантах, вот только я этого в упор не увидела. Он ломает руки, стеная: "Коварная Манон! Она мне изменила!" При это 2 (по ходу в эти разы ни до чего криминального дело не дошло, ручки целовали) из 3х раз он сам ее сдал в руки любовникам. В первый раз он как минимум знал об этом плане, а потом и принял участие, во второй сам рассказал о чувствах молодого человека.

Она его толкала на преступления. Угу. А стреляла убивая человека тоже она? И самое интересное, у наше чуткого юноши даже сердце не дрогнуло после убийства невинного человека! Он хоть раз вспомнил о грехе убийства? Нет! Он лгал всем знакомым, другу, отцу, брату. Он вымогал у товарищей деньги. Он устраивал нападение на стражу. Он рассказал Манон о плане похищения, а та была его рада реализовать. А помолчать ты не мог? Де Грие нужны были деньги и он молча играл игру братца своей возлюбленной, чтобы обобрать старика. А закинуть девицу на плечо, унести оттуда, воспользоваться своим тонким умом и морем знаний, чтобы заработать? Нет, мы умеем подкладывать девушку под других, а потом обвинять ее в изменах. Ах да, еще мы умеем играть в карты. И меня убивали герои называющие оболтуса двадцати-двадцати одного года - ребенком/мальчиком. Ну, какой очаровательный ребенок? Да, на не пахать можно!

Я могу продолжать еще долго расписывать обо всем ничтожестве де Грие, но я и так уделила этой жалкой личности слишком много внимания. Теперь я скажу пару слов о самом произведении.

Книга чудовищно наивна. Именно чудовищно. Самым ярким примером может служить сцена побега из тюрьмы. Вот де Грие угрожает священнику, вот он убивает стражника и бежит из тюрьмы. Но священник его не выдает и доблестный кавалер избегает виселицы за убийство. Вот скажите мне. В страже сидет круглые идиоты, кретины и имбецилы? Или священник после побега нашего героя заныкал куда-то мертвое тело? Или слуги закона не смогли определить личность убийцы? В тюрьме сбежал заключенный, один стражник убит, святой отец напуган... Начальник тюрьмы: "Я знаю кто убийца! Наверное стражника убил булочник с соседней улицы! Дедукция господа!" И таких случаев в книге масса. Впрочем я делаю скидку на момент написания.

Все чувства гипертрофированы. Мужчины больше похожи на женщин, чем сами женщины. Персонажи показаны автором чудовищно однобоко. Масса моральных нравоучений. Непонятно от чего померла Манон. Видимо автору надо было вернуть де Грие на "путь истинный", но ничего удачней он не смог придумать. Роман обрывается едва ли не на середине фразы, не понятна мораль всей повести, т.к. никакие итоги подведены не были. Я могу перечислять и дальше, но и так накатала целую простыню.

Но почему же я поставила "нейтрально" за все те фырчания, которые вы прочли выше? Мне было интересно, чем же все закончится. И книга читается очень быстро, она не успела мне надоесть.
Спасибо за внимание!))

Я всегда сложно воспринимала романы в письмах, но "Опасные связи" это просто шедевр, который я перечитываю уже не в первый раз, но ужасаюсь каждый раз, будто в первый.

За изысканными строками писем скрывается столько боли, ненависти, жестокости, насилия, манипуляций и самых разных отвратительных человеческих черт, что становится на самом деле страшно и противно. Что это за личности такие, которые всю силу и остроту ума, все финансовые возможности используют, чтобы ломать жизни ни в чем не повинным людям? Ну это же додуматься надо – изнасиловать глупенькую девочку, чтобы "отомстить" мужчине, который когда-то перехватил твою потенциальную одноразовую любовницу! Вот они, благородные кавалеры, вот он, Галантный век! 

И очень, очень, до безумия жаль женских персонажей в этом аду патриархата. Тебя преследует лживый обольститель? Нет, это ты виновата в страсти, которую в нем разожгла. Соблазнителя вызывают на дуэль? Нет, не потому, что он насиловал юную Сесиль, а за то, что этим "гнусно провел и насмехался" над влюбленным в девочку юнцом. Каково?! Даже маркизу жаль, хотя из-за нее вся эта история и завертелась. Красивая, умная, богатая, независимая и самодостаточная; так четко понимает, какая роль отведена женщине в этом обществе, но не хочет с этим мириться – и все же точно так же играет по чужим правилам, хотя думает, что побеждает. А в этой игре победителей нет и быть не может.