Шутка мецената

Вторая прочитанная книга Аверченко. Здесь меньше юмора, больше злости, больше жестокости, но за происходящей словесной вакханалией героев и их трюкачеством скрывается глубокая трагедия человеческой скуки, заблуждения и какого-то все-таки (да простите меня) загнивания богемной среды.

В заглавие вынесен некто Меценат - человек неопределенных лет, но солидный, с большим состоянием, ведущий праздный образ жизни и собравший вокруг себя несколько других людей, прозванных Телохранитель, Мотылек и Кузя. У них есть разные сильные стороны, свои достоинства и недостатки, но все они были встречены случайно и закрепились надолго. Они живут, в основном, за счет Мецената и устраивают разные "шутки", чтобы развлечь своего благодетеля, балагурят без остановки. Одной из таких шуток стало раздувание славы одного молодого поэта, приехавшего на покорение Петербурга - юноши очень красивого и скромного, над которым было решено зло пошутить, раздув его славу и выставив дураком.

Не смотря на до такой степени тонкую иронию, что ее не всегда было заметно под слоем горечи и злости, напряженно следила за разворачивающимся сюжетом. Учитывая то, что во многих героев Аверченко вложил свои черты и черты других знакомых людей, сюжетный поворот теперь вызывает много вопросов.

А.Т. Аверченко «Шутка Мецената» (роман, 1923 г.)

Аркадий Тимофеевич Аверченко (1880 – 1925) в начале XX века прославился своими сатирическими и юмористическими рассказами.
«Шутка Мецената» - не единственная его проба себя в крупной форме, но единственный его РОМАН.
Аверченко не принял Октябрьскую революцию, и роман был написан им в эмиграции, в Сопоте, в 1923 году. 12 марта 1925 года Аркадий Тимофеевич умер, и книга увидела свет уже после его смерти.
Писателя не принято относить к серьёзным авторам. Он не Лев Толстой и не Достоевский. Он даже не Чехов и не Куприн.
Действительно, Аверченко писатель несколько легкомысленный, но в том жанре, которому он посвятил себя, у него есть хорошие, крепкие и даже великолепные произведения. И его единственный роман «Шутка Мецената» относится именно к ним.
Тот, кто составил себе впечатление об авторе, основываясь на его рассказах, не будет сбит с толку или разочарован – «Шутка Мецената» написана в обычном для писателя стиле, и даже внутри романа есть несколько коротеньких рассказов, которые можно было бы опубликовать вне основного текста. И всё же, у автора получился именно РОМАН, хоть и небольшой. Именно роман, а не растянутый рассказ.
Справедливо ли, нет ли, но Октябрь лишил автора ВСЕГО. Такие как Аверченко стали не нужны ни новой власти, ни новому быту, ни новому народу.
Основными читателями произведений Аверченко были ведь не рабочие и крестьяне, а класс людей образованных. И хотя образованные люди в Стране Советов, конечно, были, но это были уже совсем НЕ ТЕ люди, которые могли бы смеяться над рассказами Аверченко. Писатель стал НЕ НУЖЕН в собственной стране, а другой страны у него не было, т.к. писатель – это прежде всего ЯЗЫК и КУЛЬТУРА. ВНЕ двух этих сред он существовать не может, - умирает, как рыба, выброшенная на сушу.
«Шутка Мецената» - это УДАВШАЯСЯ попытка вспомнить ПРЕЖНИЕ славные денёчки.
Было ли то время безоблачным для героев писателя и для самого автора? Нет, конечно. И хотя «Шутка Мецената» буквально ПРОНИЗАНА юмором и способна исправить самое кошмарное настроение, всё же в ней есть и трагические нотки. Ведь это РЕАЛИСТИЧЕСКИЙ роман.
Но ТЕ трагедии ни шли ни в какое сравнение с трагедиями послереволюционными - погиб МИР, в котором жил писатель, и теперь Аркадий Тимофеевич мог воскресить его только в своей книге.
И вот мы переносимся в Россию дореволюционную.
Главными героями книги являются люди довольно милые, во многом добрые, культурные, образованные, но для общества совершенно бесполезные.
Судите сами.
Все герои представляют собой одну компанию «разбойников» (как называет их служанка аристократа-богача Мецената) и называют они друг друга исключительно по прозвищам.
Ленивый богач Меценат живёт в своё удовольствие, скучая и веселясь в кругу своих небогатых друзей, которые возле него «кормятся». У него даже есть жена (тоже ленивая, ленивая), к которой он, очевидно, изредка заезжает – по пути из одного злачного места в другое.
Теперь о «клевретах» Мецената.
Во-первых, это нестарый ещё, но очень морщинистый Мотылёк, занимающий неплохое место в литературном журнале «Вершины». Он считает себя гениальным поэтом и обижен на публику, которая не торопиться полюбить его стихи. Имеет он претензии и к издателям, которые не делают ему предложений выпустить стихотворный сборник.
Во-вторых, это газетный репортёр, заядлый шахматист, лентяй и хитрец Кузя, который зарабатывает на жизнь статейками и игрой в шахматы на деньги.
В-третьих, Телохранитель – студент, гимнаст и силач, охраняющий Мецената в его похождениях по трактирам.
Эти-то четверо и затевают однажды недобрую шутку с начинающим поэтом, которого они окрестили Куколкой.
Что это за шутка и к чему она привела, вы можете узнать, прочитав роман…

Да, ни сами герои, ни их развесёлые забавы не могли найти места в новой Советской стране.
Зато они остались на страницах романа. И мы не без удовольствия можем причаститься их весёлой беспутной жизни…

А вот очень понравилась эта история. Ранее была знакома лишь с несколькими рассказами русского короля смеха, теперь же беру его творчество на вооружение. Для меня это автор, который просто обязателен к прочтению, когда захочется искренне улыбнуться, а то и вовсе похохотать в голос. Оказывается, и в русской прозе встречаются очень яркие юмористы, ничуть не уступающие моим любимым англичанам.

В общем-то "Шутка мецента" - классическая комедия положений. Петербург. Литературный мир. И сборище друзей (хотя их как таковыми и назвать-то тяжело) ищет повод позабавиться да посмеяться. И находят же! Такого простодушного, наивного и верящего во все на свете поэта Куколку... И тут разрабатывается целый план, как высмеять этого молодого человека. Только вот все они успешно забыли о том, "что в тихом омуте черти водятся..."! А. Аверченко так ненавязчиво и очень тонко лишний раз напомнил мне, что не стоит людей оценивать поверхностно и лишь на первый взгляд. Мало ли какие сюрпризы они могут преподнести?))

Этот роман был создан в 1923 году, а до российского читателя дошел только в 1990 году, потому что вышел из-под пера автора уже в эмиграции.
О чем это произведение? На первый взгляд - ни о чем. Четверо скучающих бездельников (другого слова не подберу) решили разыграть застенчивого провинциала. Вроде бы и шутка не злая, но если бы они знали чем она аукнется, то были бы более осторожны и уважительны.
Книга получилась легкой и веселой. Написана она великолепным образным языком. Но сквозь эту веселость сквозит светлая грусть по ушедшей молодости, времени, стране...

Прекрасное знакомство с Аркадием Аверченко. Начинается повесть вполне невинно и ничего не предвещает последующего сильного эффекта. Подходцев благодаря превратностям судьбы встречает двух чужих ему людей, которые крепко входят в жизнь героя и становятся его друзьями. Сам Подходцев очень практичный, соль их группы, когда Громов - поэтичный и мягкий, а Клинков - поверхностный и энергичный. Они все наслаждаются жизнью, валяются на кровати и прекрасно проводят время вместе, прерываясь только на поиски денег и приключения.

Написано все с очень тонким юмором, не сразу пробирающим, но цепляющим так крепко, что уже не отпускает. При этом, как в шоколад добавляют соль для усиления сладости, так Аверченко добавлял грустные нотки в эту юмористическую повесть. А кто тут высмеивается, собственно? Трудно понять. Нет здесь четко выписанного русского общества, фон очень сглажен. За исключением героев и некоторых реалий события могут разворачиваться где угодно. Высмеиваются герои? Но они не на столько типичны, чтобы быть пародиями на реальные типы.

Герои постоянно попадают в анекдотические ситуации, проворачивая безумные аферы ради афер и заработка лишнего рубля, который с легкостью будет потрачен при первой возможности.

Персонажи этой повести чем-то напомнили друзей из "Консервного ряда" Стейнбека. Ведь что это, как не дружба.

Его называли королем смеха, и в российской дореволюционной прозе не было автора, способного составить на этом поприще конкуренцию Аверченко. Чехов, ко времени этого победного шествия, уже оставил жанр короткого юмористического рассказа, а Тэффи, хотя и любимая образованной публикой, не исключая августейшего поклонника - мягче, тоньше, изысканнее, чем может оценить массовый вкус. Толпа, в особенности образованная, вожделеет язвительных и злых людей, способных рассмешить. Хм, вспомнилось о Надежде Александровне, она говорила: «Славой я объелась в юности», - имея в виду случай, когда столичная кондитерская фабрика, зная об особом почтении, питаемом к ее творчеству императором, выпустила ко дню рождения Тэффи одноименные шоколадные конфеты, необычайно вкусные и чуть не пуд этих шоколадок был доставлен в дар имениннице, и она не знала, куда их девать. К делу это не относится. Хотя, почему бы нет? Тоже шутка мецената, обратившаяся большой неловкостью.

А теперь представьте себе такую ситуацию. Есть кружок образованных, талантливых, изысканно остроумных людей, в достаточной мере снобов, довольно злоязыких, для которых ощущение своего превосходства над серой массой давно стало общим местом. Центром притяжения этой группы служит человек, которого все зовут Меценатом, станем и мы его так называть. Свиту составляют клевреты, нет-нет, не обидное прозвище, данное посторонним, они сами так зовут себя. Почему? Н-ну, потому что, когда ты признаешь не самую приятную правду о себе и имеешь мужество назвать вещи своими именами, то как-бы придаешь своему униженному или зависимому положению некоторый лоск, этакое «уничижение паче гордости». Тем более, что роль Меценатова клеврета не сопряжена с какого либо рода обидными или унизительными обязанностями. Это, скорее, пребывание на роли вассала у могущественного сюзерена. Кстати же, у русской литературы ХХ века богатая традиция описания подобного рода сообществ с яркой, хотя и несколько маргинального свойства фигурой в центре и свитой в орбите притяжения. Напомнить? Проверяйте себя.

В хронологическом порядке: «Хулио Хуренито» Ильи Эренбурга; дилогия Ильфа-Петрова об Остапе, Воланд в «Мастере и Маргарите». Итак, Меценат богат, избавлен от необходимости печься о добывании хлеба насущного, платит за увеселения и авантюры, предлагаемые клевретами, чтобы развеять скуку; свита старается в меру талантов; и все чувствуют себя преотлично. Ах да, я не назвала их: Мотылек (поэт с морщинистым лицом). Кузя (шахматист, профессиональный игрок, вроде карточного шулера, у Мецената порученец «за все»). Телохранитель – единственный персонаж в пространстве этого текста, имеющий фамилию (Новакович), молодой человек медвежьей силы и решимости. Меценат женат на женщине сказочной красоты и столь же сказочной лени, которую все здесь зовут Принцессой, но она не живет с мужем, находя его жажду деятельности невыносимо утомительной. Да-да, преимущества раздельного проживания люди со средствами оценили много раньше нынешнего времени распада вековых скреп. Есть еще Березка, чистый ангел, осеняющий компаньонов белоснежными крылами, всякий немного влюблен в нее, Новакович много.

Общество, по обыкновению, скучает, когда врывается Телохранитель с известием, что нашел в трактире превосходнейший экземпляр простака, над которым можно всласть повеселиться и уже пригласил его сюда. Представьте, сусальный вьюнош, мнит себя поэтом, написал стишки про избушку и старушку. Вот ужо мы развлечемся! Общество сдержанно ликует, молодого человека, который сразу получает прозвище Куколка (пригожий, как куколка, по выражению старой няньки Мецената), осыпают незаслуженными славословиями, юное дарование искренне благодарно и в кои то веки ощущает себя в среде людей, способных оценить талант. А талантлив ли он на самом деле, да кому это может быть интересно? И кстати же «старушка-избушка» - разве это не говорит само за себя, убожество, как есть убожество? Шутка набирает обороты, Мотылек, пользуясь связями, тискает в газете хвалебную статью о восходящей звезде поэтического небосклона – то-то будет веселья, когда дутая слава Куколки лопнет мыльным пузырем!

Между тем, красивый и обходительный молодой человек завоевывает умы и сердца окружающих. Нет, не Молчалин, нет в нем «здесь моську вовремя погладит» и «в мои лета не должно сметь свои суждения иметь». Искренен в желании всем угодить и всех примирить, доброжелателен от природы, без пафоса и внутреннего надрыва. И еще, в нем нет злобной готовности влезть в душу, чтобы вернее поглумиться над доверившимся. А такие вещи подсознание считывает раньше сознания и мир раскрывает мальчишке объятия. Что ж, тем веселее будет ткнуть этих идиотов носом в наготу короля и собственную их непроходимую тупость. Финал, неожиданный для участников, ожидаем искушенным читателем, да в том ведь и странного ничего нет. Взявший «Шутку мецената» для радости, будет разочарован, это последняя повесть Аверченко, он умер на сорок пятом году жизни, чуть не дожив до юбилея-половинки, измученный болезнью. Такие обстоятельства не благоприятствуют веселью. Но скажите, скажите же мне кто-нибудь, это только мое впечатление, что в образе Куколки выведен всем известный поэт?

Пожалуй, ни для кого не секрет, что Аверченко - писатель очень серьёзный. Да просто Подходцев какой-то. Всё хиханьки да хаханьки, а внутри... Впрочем, не читателям этой книги это объяснять.

По меркам XXI века две повести, собранные под милой обложкой, - весьма социально и политически некорректны. Хорошие люди, получается, - практически исключительно праздные трепачи, не занятые никакими совершенно делами, кроме разве что самых творческих. Все остальные - а особенно те женщины, которые попадают в разряд "жён" - почти монстры, которым лучше бы существовать где-нибудь на другой планете, ну или по крайней мере, не в Санкт-Петербурге. Или нет, лучше всё-таки жить в соседнем доме - ведь повод для шуток нужен всегда. Такие вот неприличные произведения писали безответственные люди сто лет назад - никакой цивилизованности!

И слава Богу.

Вот читаю я "Шутку мецената", пытаюсь найти что-то положительное в Куколке, и никак не нахожу. И не потому, что всё Тимофеевич понапридумал. Конечно, повести несовершенны, особенно "Подходцев" - лоскуты торчат, большинство персонажей - просто мальчики и девочки для битья, автор уверенно играет в одни ворота, противники не имеют ни малейшего шанса. КВН того времени, да и только. Хороший критик разберёт такие "шидевры" по кирпичику. А Куколка всё равно останется остолопом, и за спиной отвернувшегося критика повести волшебным образом сами снова себя восстановят в прежнем замечательном виде, чтобы дальше поражать искромётным юмором и решительно сжимать сердце чуткостью и драмой главных героев. Вот кто ещё так напишет, кроме нашего любимого Аверченки???

Аркадий Аверченко, бесспорно, классик. Но, к сожалению, он из тез классиков, о которых что-то слышали студенты филфаков и их друзья, а вот так называемые широкие читательские массы прошли мимо. И странного в этом нет ничего. Ведь в советское время Аверченко не издавали, так как он, как принято теперь писать, не принял идеи Октябрьской революции и эмигрировал в Европу. Но этот факт ни чуть не умаляет его достоинств как писателя. А уж если учесть то, что писал он в таком опасном, а потому редком, для оставшихся в советской действительности писателей жанре, как юмор и сатира, то перемещение его из списка неизвестных в список маст-рид становится обязательным.

Мне посчастливилось познакомиться с Аверченко в институтские времена (привет филфаку!), но, как и водилось в то время, собраны были сливки, то есть прочитан сборник юмористических рассказов. А тут моя обожаемая LaStrada решила напомнить мне о моей необразованности, снизить ее уровень и принудить к чтению великого и прекрасного одновременно и посоветовала мне Аверченко в годовом флэшмобе. Ясное дело, за это я поблагодарю ее подробно и цветисто ниже, а пока просто порадуюсь за себя.

Повесть про Подходцева, как и свойственно неплохому юмору, имеет небольшой объем, содержит массу диалогов, выведенные в ней герои все поголовно с простыми характерами. Но есть в ней то свойство, которое делает юмор не неплохим, но хорошим, даже высококлассным. В книге отсутствует то, что свойственно юмору плохому, а именно насмешливая жестокость, подлость. А вот дружба, любовь, взаимовыручка и понимание без слов присутствуют в громадных количествах, хотя и намека на морализаторство нет. Вот что значит настоящий, хороший и даже гениальный юмор.

Три друга, Подходцев, Громов и Клинков знакомятся при самых странных обстоятельствах, что только способствует более скорому укреплению их дружбы. Более того, в первый же день знакомства они начинают жить вместе и вместе заботиться о том, чтобы добыть пропитание и пропивание, не утруждая себя чрезмерными стараниями. Конечно же, на пути товарищей встает масса преград, как то женщины и деньги. При чем преградой, как оказывается, может стать как наличие этих двух вещей, так и их отсутствие. Но наличие вредит, конечно же, больше.

Возможно, конец и грустен немного. Но он оправдан. И, само собой, дает право надеяться, что позже все переменится к лучшему. А вот в жизни Подходцева или других - это еще вопрос.

Ох, не люблю я юмористическую литературу, что уж тут поделать! Мне не смешно, а банально и скучно. Ну ладно - пара веселых моментов была, да, уже прогресс. Мне аж прям неловко как-то ругать книгу с такими хорошими оценками, но я серьезно недоумеваю. В сборнике два произведения.

Первое - "Подходцев и двое других", про компанию из трёх мужчин, которые познакомились и стали весело жить вместе, непонятно на какие деньги у них эта вся жизнь продолжалась. Они все из себя такие шутники-приколисты. То один друг изображал мертвого глухонемого в доме с целью выманить денег у владельца дома, то они поселили у себя сбежавшую из дома женщину с ребенком, то отмечали Пасху с проституткой. Что-то я больше и не припомню особо событий) А потом их нагло растаскала жизнь, кого-то женили, кто-то сам женился. Короче, раньше они были молодые и жили весело, а потом пришли скучные бабы и всё испортили. Я так понимаю, в этом посыл. По-моему, ни фига не смешно, а глупо и очень сильно отдаёт сексизмом. Там еще были шуточки про 35-летнюю женщину, которая, видите ли, настолько стара, что у нее уже губы скукожились и она скоро помрёт. При этом эти мужики всегда молоды, конечно же, и представляют особую ценность для глупых женщин.

Второе произведение - собственно, "Шутка мецената". Там тоже компания мужиков с забавными кличками, которую собрал богатенький Меценат. Правда, там и женщины были, но редко. Так вот, они взяли себе в компанию молодого и наивного поэта, дали ему кличку Куколка и решили в шутку его раскрутить как крутого поэта. А он возьми и вправду им стань. Что неудивительно, на самом деле - я не очень понимаю, в чем была суть розыгрыша, ведь такой финал был очевиден)

В общем, я себя чувствую человеком, у которого почему-то не развита какая-то часть чувства юмора от рождения, поэтому мне недоступно наслаждение такого рода литературой.