Дом на набережной

Книга читалась довольно легко , она не очень большого объёма.
Книга начинается описания встречи главного героя Вадима Глебова и старинного его приятеля детства Шулепы . В детстае и юности Глебов боялся и заискивал перед приятелем , а сейчас даже радуется как низко он пал. Касаясь самого Глебова когда в его душе всё поменялось? Когда он стал совершать не благовидные поступки оправдывая себя? А его друзья по дому почти все погибли на фронте, кроме того же Шулепы и ешё осталась профессорская дочь Соня , которой он пользовался , пока не встал выбор его благополучие или встать на защиту профессора и его жены. Гадкий, подлый челлвек вот кто такой главный герой этого романа.
Цель романа показать как с течением жизни может поменяться человек . Из самых низших слоёв поднимется вверх и наоборот из приличной семьи чиновника упадёт на самое дно.
Мне понравилось как автор прописал героев романа , их образы и задумавшись понимаешь, что нет практически положительных героев , ну возможно за исключением Сони. Все они были дружны в юности , но на чём основывалась их дружба? На страхе, выгоде , а не взаимовыручке и взаимопонимании.
Общая оценка книги - прочитать конечно же нужно , хотя бы для общего развития .
Прочитано в рамках проекта " Читаем Росиию"

«Дом на набережной» прочитала полгода назад. Повесть отложилась в памяти. Точнее, из неё не выветрилось чувство, будто идешь по тесному коридору с запертыми дверями по сторонам. Воздух спертый. Освежающего дуновения с улицы не предвидится. Выхода удастся достичь, только если не высовываться. Остальное слишком рискованно. Нет смысла подставлять шею ради эфемерных чувств.
Вот и главный герой планомерно продвигался к благополучию ровному, как паркет в новой квартире в престижном районе. Ступень «Предательство» была пройдена без громких восклицаний и надрыва. Тем лучше читается его суть – обесцень, выбрось из памяти, двигайся дальше, сиди тихо, не давая поводов припомнить нелояльность. Спустя несколько десятилетий стратегия оказывается успешной. Должность, регалии, жилье, дорогая мебель, удачная женитьба, дочь, покой.
Второстепенные персонажи яркие и некоторые их особенности не позволяют однозначно трактовать образ, безоговорочно отнести к положительным или отрицательным. Разве что Соня Ганчук кажется несколько безликой. Вроде приятная на вид простая вазочка, от неё получится без проблем избавиться и заменить на другую. Вероятно, причина в том, что главному герою она не особо интересна. Зачем всматриваться в улочку, которую оставишь далеко позади ради щедрой награды?
Из-за общей атмосферы повесть чувствуется несколько затянутой, хотя страниц и сюжетных линий в ней немного.

Когда эта повесть вышла, в семьдесят шестом, в журнале «Дружба народов», мгновенно стала бомбой. Вещь почему-то хотели прочесть все. В очередь на журнал записывались в библиотеках, передавали из рук в руки. Хотя – как это отчетливо видно сейчас – «Дом на набережной» - книга такого же (высочайшего) уровня, что и другие повести Трифонова из «московского цикла», выходившие чуть раньше в «Новом мире»: «Обмен», «Долгое прощание», «Другая жизнь», «Предварительные итоги». Но несмотря на то, что их читала тогда «вся Москва» (а «Обмен» немедленно и успешно перевел на сцену самый популярный театр того времени – Таганка), несмотря на все это, ажиотажа, сравнимого с «Домом…», они не вызвали. А "Дом..." бабахнул значительно мощнее. И даже ту самую локацию, тот самый многодворовый серый 505-квартирный корабль-утюг архитектора Иофана по адресу улица Серафимовича, два, теперь москвичи и гости столицы иначе, как «Дом на набережной», не именуют. (А раньше, до Трифонова, он в разговорах звался «домом правительства» или «домом советов»).
Столь мощный спрос возник на книгу тогда - почему? Да потому, что все шептались, что книга «про репрессии» и «про сталинизм»: чуть ли не Солженицын. Хотя, если вы перечтете ее сейчас, то увидите, что ни единого даже близко «стоп-слова», на которые были натасканы немедленно зажигать красный свет тогдашние редактора и цензоры, в вещи допущено не было: ни «репрессий», ни «арестов», ни «пыток», ни «ссылок», «ГУЛАГа», «Сталина» с «Ежовым» и «Берией». Однако Трифонов блистательно, полутонами и легкими касаниями, передает атмосферу страха и предательства, столь характерную для Москвы конца тридцатых и начала пятидесятых, и на фоне этого рисует историю приживальщика Глебова, который сначала втирается в благополучнейшую семью Ганчуков (они-то проживают в правительственном доме, а он-то – в захудалой коммуналке) и влюбляет в себя дочь Соню, а потом предает их всех ради дальнейшей карьеры и грядущих благ.
Интересно, что из повестей Трифонова, еще тогда, в семидесятых, мною прочитанных, мне врезались с тех пор два эпизода: первый – как герой, стареющий мужчина, у себя в комнате стрижет, в одних трусах, ногти на ногах, к нему заходят жена и дочь и как ему неловко; и второй – как на старой даче в грозу мужчина словно сходит с ума и подползает к кровати молоденькой девочки по полу – как собака. Помнилось, конечно, что это – Трифонов, но откуда именно – напрочь забыл. И вот теперь выясняется: оттуда, из «Дома…»
Возможно, правы литературоведы, когда говорят, что находиться в ситуации жесткой цензуры – благотворно для художника. Необходимость обмануть, обойти редактора-цензора, придает в итоге тексту блеск и отточенность. Но, с другой стороны – давайте представим: а если автор, обладавший талантом, равным трифоновскому, смог бы не тратить время и силы, чтобы обвести вокруг пальца бдительных идеологов? Если бы, к примеру, Трифонов, Искандер, Аксенов, Твардовский творили в свободном обществе? Какие достижения мы получили бы - тогда? Об этом остается только гадать.
А о качестве текста можно судить по 69-й странице из «Дома…». Начало пятидесятых, «примак» Глебов на даче у Ганчуков, Николая Васильевича и Юлии Михайловны, у него начинается роман с их дочерью Соней – а на главу семейства надвигаются неприятности.
«…родители ничего не поняли. Впрочем, они были все-таки л о п у х и. Тут-то и объяснение. Замороченные своими делами, добрые, порядочные л о п у х и. Причем одного сорта оба.
А Васена с ее острым глазом? И она проморгала. Потом-то догадалась первая.
Николай Васильевич был в тот день не в духе, мрачноват и вовсе ничего не замечал. За обедом царила какая-то общая тягомотина. Глебов подумал: уж не его ли присутствие мешает разговору? Шепнул Соне: уехать? Соня замотала головой.
— Ни в коем случае! Он чем-то расстроен. Ты здесь ни сном, ни духом.
После обеда пошли с Соней гулять. А вечером старик, поспав часика два, отмяк, разговорился и объяснил, что расстроен как раз историей с Астругом. Вчера они с Юлией Михайловной не смогли приехать потому, что вдруг напросились в гости Аструги, Борис Львович с женой. Не принять их было никак нельзя. Они убиты, раздавлены, на Новый год никуда не пошли, как можно их не пригласить? Аструг рассказал подробности. Ведь Николай Васильевич не присутствовал на Ученом совете, где был устроен разгром и, по сути, определился весь дальнейший сюжет.

• Понимаете, Дима, какая пакость: я был в командировке! - говорил Ганчук, обращаясь к Глебову и все более горячась, в то время как Юлия Михайловна жестами, мимикой и досадливыми междометиями пыталась заставить его говорить спокойней и лучше бы помолчать вовсе. - Три с половиной недели, вы же помните, я был в Праге, занимался архивами, и они, воспользовавшись моим отсутствием...
• Папа, зачем им было нужно твое отсутствие? - спросила Соня.
• Как зачем? Смешно! Если б я там был, я бы выступил очень резко.
• То, что им нужно, — сказала Юлия Михайловна...»

Не прониклась произведением. Хотя начиналось оно для меня очень хорошо, читала с интересом, все нравилось. Но, видимо, прочитав аннотацию, ждала чего-то другого, про репрессии. А в итоге жестокость репрессий автор плавно обошел, слегка упомянув. И все в этой книге слегка, будто недорассказано, будто не завершены какие-то линии. Еще не понравилось нестройное повествование, много сюжетных перепрыжек.
Хорошо прописан главный герой Глебов. Любовную линию я бы не назвала интересной. Мальчик никогда не любил девочку, а она его любила. Что же в этом интересного?
Пытаюсь понять смысл произведения. Похоже, автор собрал воедино обрывочные воспоминания из своей жизни и решил о них написать. Видимо, этот Глебов ему был неприятен. Ах, да! Он же "отобрал" Соню, в которую автор был влюблен, о чем намекал по ходу повествования.
В итоге мне не хватило стройности и слаженности в произведении. Хотя 4 звезды поставила - есть интересные сцены, находки, характеры, передан дух молодости.

Насчёт гнёта тоталитарной системы, о которой говорится в аннотации, я не знаю. Я её здесь особо не вижу.
Что я здесь увидела, это просто бесполезная и серая послевоенная, повседневная жизнь серых людей и ничего более. Всё это показано, ну совсем непривлекательно.
В начале герои мечтают переселиться в многоэтажные новостройки. Они уверены, что вся жизнь наладится и всё станет лучше. Но и по прошествию нескольких десятилетий после переселения меняется крайне мало. Почему же я здесь не нашла такой уж критики строю? Да, знаете, как-то герои и сами совсем не стремятся достичь, добиться чего-то лучшего. Эдакие бездельники мечтатели, сидят и ждут, когда кто-то придёт и рассеет бесполезность их жизни, которая на них давит всё время. Подобные люди и в самом процветающем государстве останутся всегда серостью. Так, какая разница, какая это страна? Подобные ведь существуют везде... Хорошая критика советскому режиму насчёт серости, это было бы, если бы здесь описалось, как иногда подавлялись индивидуальности. Чем роман этот однако не богат... А вот подобное важно и в определенной мере было бы правдой. Ведь индивидуальность действительно не приветствовалась. Существовал некий идеал советского человека, к которому стремились. Он порядочный, работящий, социальный, консервативный и такой как все. Я не говорю, что советский человек был плохой, нет! В нём воспитывали кстати больше важных ценностей, чем сегодня. Но, вот индивидуальность и собственный эгоизм безусловно страдал... Любое проявление яркости и любое другое движение менее экстремальное осуждалось. Вот не обязательно даже, что наказывалось, но общественно не было принято. Ну и не только это...
И если бы подобное описывалось в этой книге, я бы согласилась и это была бы уместная критика!
Здесь же жители этих многоэтажек вообще решили, что всё кто-то и что-то им должен. Единственное их действие, это вести изредка "кухонные разговоры" с претензией на философию.
И вот такая никчемность и серость расписана здесь на несколько сотен страниц. Всё.
Но ведь и в СССР можно было обустроиться и в личной жизни относительно индивидуально. По крайней мере точно лучше. Но это если что-то для этого делать...
Не поспоришь, что книга конечно же очень приземленная. Серая, как повседневность. В чём пожалуй и есть вся её ценность. Стилистически и по смыслу она близка Буковски и Довлатову. Слог настолько прост, что уже примитивен... Нет, автор безусловно владеет русским. Данный же слог соответствует как событиям, так и характерам его героев. Поэтому в этом плане мне не нравится, но во всём этом царит полная гармония. Наверное это всё даже хорошо и такая литература безусловно тоже нужна. Но мне лично катигорически не понравилось буквально всё здесь... Серо, серо. Настолько серо, что мозгу не хватило хоть какой-то мысли, чтобы уцепиться здесь за что-то. Нет, это сплошная, беспросветная, равномерная серость.

Читала книгу долго, несмотря на ее небольшой объем. Тяжело читать о слабохарактерных мужчинах. Наверное, поэтому мне нравятся "подростковые" произведения Лондона - как раз для таких максималистов, как я. Но надо учиться читать в разных жанрах и воспринимать разных героев.
Глебов, конечно, вызывает закономерное раздражение. Эдакий мямля, которым каждый может вертеть, как хочет. Он идет у всех на поводу, стараясь быть хорошим для всех. И вместо того, чтобы сказать категоричное нет, будет только пережевывать свои переживания в одиночестве и испытывать "сжатие в середине груди". В общем, герой мне совершенно не симпатичен и понимать его я пока отказываюсь.
Повесть выстроена как отрывки воспоминаний. То из одного жизненного периода, то из другого. Я такой стиль не очень люблю, больше нравится линейное повествование.
Остается ощущение какой-то недосказанности и даже отсутствия логики построения. Непонятно, к чему все в итоге ведется. Казалось, что кульминационной точкой должно стать выступление Глебова по поводу Ганчука, но в последний момент мямлю спасла смерть бабушки. И становится как-то странно, что книга продолжается.
Честно говоря, чтение то нравилось, то не нравилось. Но общее впечатление все равно скорее "плюс", чем "минус".

Получилась не рецензия, а так, комок спутанных впечатлений.
Это восхитительно! Атмосфера недомолвок, намеков, слухов, грозное "не высовывайся", липкий страх - вот они, составляющие, которые толкают на подлость. А была ли подлость, никто никогда не узнает, здесь нет четких правил, не видно причинно-следственных связей, суди себя сам и до скончания века гадай, мог ли ты повлиять и повлиял ли на чью-то судьбу или все было решено и предначертано до тебя и за тебя... Размылись грани ответственности и порядочности. В таких условиях человеческая личность становится ни-ка-кой... Но в условиях ли дело? Вечный вопрос: что формирует человека? Была ли Сонечка доброй наивной душой только потому, что была дочкой профессора и ни в чем не знала недостатка или Соня была бы такой, даже если бы жила всю жизнь в Дерюгинском переулке? Была ведь там, например, баба Нила, образец самопожертвования и бескорыстного служения ближним... А в доме на набережной был такой себе Шулепа, у которого тоже было все, а порядочности, похоже, не было, и жизнь потом пошла под откос... Или как раз спившийся Шулепа был по-своему очень порядочным и совестливым, как раз тогда, когда не здоровался (чёрт побери, гениально же: времена такие, пусть с ними и не здоровается...)
Я вижу эту книгу как исследование судьбы человека и становления личности - то, о чем написаны все хорошие книги, и очень не хочется мне обобщать и искать какие-то социальные тенденции. Ну то есть тенденции, конечно, прослеживаются, как один из факторов, которые влияют на героев, но сказать, что эта книга о сталинских репрессиях - на мой взгляд, это обидеть книгу, не заметить главного.
И еще вот что мне думается в связи с этой повестью (махровое имхо): если бы все это было написано самим центральным персонажем, Вадимом, то всё было оправдано или ничего не важно - стоит даже прожить жизнь подлеца, чтоб на старости лет вот так писать о подлости...

Я так и не поняла, кто повествователь - он остался за кадром. Герой же (правда, "героем" его вообще назвать трудно) Глебов, вызвал пренеприятнейшее чувство. Это человек, который не интересуется ничем и никем, кроме собственной выгоды и себя. И мне абсолютно не понятно, за что его вообще могла любить такая возвышенная девушка, как Соня Ганчук. Не постигаю!
Атмосфера книги пропитана какой-то безысходностью и чувством упадка и разрухи жизней и судеб. Все всё стараются забыть: старых друзей и знакомых, неприятные события из жизни. Почему? Может быть потому, что стыдятся своего собственного участия в этих событиях? Страх толкает людей на самые нелицеприятные поступки... или не поступки, бездействие. Стыдно осознавать себя сволочью. Об этом стараются забыть. А встречая людей, которые знают о том, что ты сволочь, хочется их просто не узнать. Как будто не было ничего. Не было, не было! А значит и стыдиться нечего.
Читать книгу стоит. Есть о чём задуматься.

В книге очень хорошо и ясно, очень, я бы сказала, отчетливо продемонстрирована вся та временность, преходящесть сопутствующих высокому социальному статусу благ в советском государстве, показано, как зыбко на самом деле кажущееся устойчивым положение сильных мира сего и как кардинально оно может в любой момент измениться. А главное - измениться благодаря чему? Точнее - из-за чего? Вовсе необязательно из-за некоего неугодного поведения тех самых пресловутых "сильных", находящихся "в зените", но из-за поведения, даже слова другого человека. Хотя применительно к данной истории лучше сказать "из-за предательства одного человека". Мотивы, причины предательства.. О них можно рассуждать долго, на мой взгляд, в рассказанной автором истории имела место совокупность, некий сплав причин, побудивших человека к предательству. И, думается мне, желание взять верх над более высоким по положению товарищем шло у героя книги Глебова из самого детства и в немалой степени было обусловлено его социальным положением и условиями жизни.

Книга оставила немного грустное впечатление, но подарила немало приятных минут «созерцания» советской действительности, которая описана очень наглядно и интересно.