Ваша оценкаВ сборник включены философское эссе «Миф о Сизифе», повесть «Падение», пьесы «Калигула» и «Недоразумение». Произведения разные по жанру, но повествующие об одном — о бессмысленном, абсурдном мире, порождающем как тиранов, так и героев, и отчаянном одиночестве человека, которое воспринимается как выражение бунта против этого мира.
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,6
121 оценка
- 568%
- 422%
- 39%
- 21%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 136Хотят прочитать 100
Рецензии
Anastasia24624 июля 2024"Я ведь уже сказал вам, что я судья на покаянии".
Читать далееКак говаривал Кинг ("Как писать книги") в каждом из героев любого писателя есть что-то от него: мы любим говорить о себе, мы любим говорить о том, что знаем лучше всего. И самонадеянно считаем, что уж себя-то мы знаем - о, это великое прекрасное заблуждение! Не ведаем порою и сотой доли творящегося в глубинах нашего "я".
В герое книги "Падение" знаменитого французского писателя находила кого угодно - только не его. Печорин, Дориан Грей... Маски обывателя двадцатого века, удобные, размер в размер и как никогда актуальные - считать себя лучше, выше. способнее, красивее, удачливее других. Этих же других ни в грош не ставить. Оправдывать собственные пороки неидеальной средой, особенностями воспитания, непониманием окружающих - только не винить себя.
Адвокат (а позже и судья) Жан Батист Кламанс - личность пренеприятная: вот те печоринско-греевские пороки, они, кажется, удесятерились в одном французе. Тщеславие - по полной! Холодность к окружающим - выше не придумаешь! На повестке дня исключительно деньги и забота о себе любимом, ну что ж поделать, если окружающие не вышли ни умом, ни манерами, ни личиной. Ты - центр собственного мира, его порождение и отражение. Вот она главная болезнь минувшего двадцатого - равнодушие к чужим бедам, упорно скрываемое под завесой милосердия.
Профессия, конечно, накладывает свой отпечаток (не единожды вспоминала я при чтении книги французского классика про любимого моего адвоката - Микки Холлера из цикла Коннелли), но кажется и думается мне, что на любом месте Кламанс бы вел себя аналогично, отпуская едкие саркастические остроты и любуясь собой. Его замечания забавны до поры до времени, тонкая грань между легкими насмешками и злыми унижениями очень быстро стирается. Он не верит в искренность дружбы, в любовь и подавно. Он ищет от жизни наслаждений и успеха, без труда получая и то и другое, вот только ширится где-то в районе сердца пустота, не дающая сполна радоваться получаемому...
Он идет по двадцатому веку, но прямой дорогой из девятнадцатого. Хочет видеться другим хуже, чем есть. Надо признать, у него это отлично получается...
Дружба – чувство не такое простое. Она иногда бывает долгой, добиться ее трудно, но, уж если ты связал себя узами дружбы, попробуй-ка освободиться от них – не удастся, надо терпеть. И главное, не воображайте, что ваши друзья станут звонить вам по телефону каждый вечер (как бы это им следовало делать), чтобы узнать, не собираетесь ли вы покончить с собой или хотя бы не нуждаетесь ли вы в компании, не хочется ли вам пойти куда-нибудь. Нет, успокойтесь, если они позвонят, то именно в тот вечер, когда вы не одни и когда жизнь улыбается вам. А на самоубийство они скорее уж сами толкнут вас, полагая, что это ваш долг перед собою. Да хранит вас небо от слишком высокого мнения друзей о вашей особе! Что касается тех, кто обязан нас любить – я имею в виду родных и соратников (каково выражение!), – тут совсем другая песня. Они-то знают, что вам сказать: именно те слова, которые убивают; они с таким видом набирают номер телефона, как будто целятся в вас из ружья. И стреляют они метко. Ах, эти снайперы!Никогда не наскучит мне чтение исповедей, а книга Альбера Камю представляет собой именно ее - исповедь выпившего в баре случайного попутчика. Не вспомнишь на утро ни имени, ни профессии, ни лица. Останется чувство горечи от услышанного - от чьей-то бесцельно и бессмысленно прожитой жизни. У меня до сих пор саднит от чтения такое же послевкусие. Будем объективны (или постараемся таковыми быть): чтобы стать успешным адвокатом, мало одной протекции - необходим определенный набор личных качеств. Лишь они вкупе с усилием дают какой-либо результат. И вот человек, одаренный подобными качествами, пускает жизнь под откос, предаваясь излишним страстям. Вот это обидно! Растрачивание талантов, душевных сил, времени, которого с каждым днем у всякого из нас все меньше и меньше. "Зачем?" - немой вопрос повисал облачком во время прочтения романа. В "Падении" я, кстати, ответа на него я так и не нашла. Отыскала позднее, читая записные книжки самого Альбера Камю, где он всей откровенностью рассуждает о бренности сущего, абсурде мира и жизни, смерти, о парадоксах бытия, когда, к примеру, боишься одиночества и вместе с тем не выносишь толпы... Вот у и нашего Кламанса вся жизнь будто бы соткана из подобных, кажущихся неразрешимыми парадоксов. Неразрешимыми для всех, кроме него. Умный человек обычно неординарен во всем и выходы из сложных ситуаций может найти тоже самые неожиданные.
Как быть, если хочешь в рай (все-таки вторая половина жизни, конец где-то там маячит на горизонте), а грехи оставить не готов? Не готов прекратить эту беспечную и бесконечную погоню за все новыми наслаждениями? "Грешу и каюсь, грешу и каюсь и люблю. А после маюсь, всё уповая на судьбу..." - строчки из песни взлетали при чтении в моем подсознании. Кламанс выбрал самый простой, самый очевидный способ разрешить собственные противоречия. Правильный ли? Как знать... Не нам судить чужие грехи...
Красивая получилась книга. Терпеть не могу в книгах диалогов, монологи же - пространные, философские - обожаю. Весь роман - один такой беспрерывный монолог-покаяние. Сложно копаться лишь в собственной душе, в чужой же - чертовски интересно. Герой - антипод автора (сужу по записным книжкам Камю, который очень трогательно всегда размышлял о дружбе и любви, был самокритичен, не выносил несправедливой похвалы, любил одиночество), и в то же время в нем точно есть его частичка - вот даже эта его любовь к рефлексии, установлению и поиску взаимосвязей... Для любителей подобного (то есть минимума сюжета и максимума чужих раздумий) от всей души рекомендую. Прочим читателям она может показаться несколько скучноватой, тут уж, как говорится, на вкус и цвет. Мне прочитанное пришлось по душе, хоть и показалось чуть слабее "Постороннего" у того же Камю. На очереди - его романы "Чума" и "Первый человек", а также пьесы: после дневников и записных книжек, в которых автор предстает перед нами очень интеллигентным и тонко чувствующим человеком, хочется прочесть как можно большее количество его творений.
241 понравилось8,6K
Ludmila8886 марта 2020Преступление и наказание, или Возвращение блудного сына
Читать далее«У несчастья всего одно средство перебороть самоё себя, и это средство - трагизм» (А.Камю).
Может ли несчастная женщина воспитать детей счастливыми? Вряд ли... Но у выросшего ребёнка всегда остаётся шанс сделать себя счастливым самому, если, конечно, удастся отыскать верный путь и силы для его прохождения. «Спасение в наших руках».
Мать, её взрослые дочь Марта и сын Ян - главные персонажи пьесы. Говорят, что дети - зеркало родителей. Что же увидела стареющая героиня в двух своих отражениях? Она вдруг осознала, что суровое лицо её дочери никогда не озарялось улыбкой. А на лице заглянувшего в их странный дом-гостиницу неузнанного сына сразу заметила печать жертвы.
Бессердечная и холодная мать научила и Марту ни с чем не считаться и никого не щадить. Убийства богатых постояльцев с целью ограбления она называла простым вмешательством и небольшой помощью, оказываемой незнакомым жизням. Матери было трудно признать себя виноватой, она даже убеждала дочь, что «убийство красит человека».
Доброжелательное равнодушие Марты заняло в её сердце место сочувствия и задушевности. Девушка, не знавшая ни материнских, ни мужских объятий, наивно верила, что географическое перемещение в пространстве (например, к морю) принесёт ей свободу и счастье. Но от себя не убежишь... Какую цену придётся заплатить за переезд и дальнейшую безбедную жизнь, для Марты не имело значения. Можно и собственную душу отдать, тем более что ей надоело «всё время носить в себе душу».
Яну, казалось бы, удалось на чужбине обрести счастье с любящей женщиной Марией, но (в надежде ощутить ещё большую его полноту) он возвращается в давно покинутый отчий дом, где попадает в досадную ловушку. Герой предполагал, что мать и сестра на радостях «устроят пир по случаю возвращения блудного сына», а ему подали смертоносный чай. Он мечтал поделиться с родственниками своим счастьем и богатством, но так и остался для них посторонним, скрыв своё настоящее имя, несмотря на настоятельные просьбы жены сразу себя назвать. «Возвратиться в свой дом вовсе не просто, и требуется время, чтобы посторонний стал сыном».
Узнав, что убитый был её сыном, мать неожиданно ощутила любовь к нему, утрату свободы и начинающийся ад. Она «изведала всё - и творение, и разрушение». Почувствовав боль, сердце матери ожило и заговорило, но переносить жизнь она уже больше не могла. «Если мать не способна узнать своего собственного сына, значит, окончена её роль на этой земле». Сестра же испытала ненависть и зависть к убитому брату, считая себя попавшей «в лапы праведного гнева». На фоне глубокого отчаяния и фрустрации «безмозглое счастье булыжников» показалось ей единственным подлинным счастьем. «Рассвет никогда не наступит».
По собственному признанию Камю, хоть пьеса и окрашена в цвета изгнания, она не внушает безнадёжность и не учит смиряться с судьбой. Автор призывает и к бунту, и к искренности. Ведь ложь и молчание обрекают всё вокруг на несчастье, а правда помогает жить и самому себе, и другим.
«Нельзя всегда быть посторонним».135 понравилось4,2K
OlesyaSG17 апреля 2024Читать далееНу вот и познакомилась с Камю. Признаюсь честно, я его со времен зарубежной литературы удачно избегала. И правильно делала. Я бы его просто не поняла, не оценила бы, он бы мне просто не понравился."Чуму" побоялась читать, думала что будет тяжело, поэтому знакомство начало с короткой повести.
Ну что я могу сказать. Это был шок. Не проходящий шок. Сказала бы, эпатаж на литературной ниве.
Вся повесть - это монолог парижского адвоката Жана-Батиста Кламанса, а сейчас он "судья на покаянии". Жан-Батист рассказывают свою жизнь неизвестному собеседнику. Может и были вопросы от собеседника, но мы слышим-читаем только ответы. И хоть этот монолог и был покаянием, исповедью, но больше похож на высмеивание рода человеческого.
И ведь рассказывает интересно, захватывающе, потрясающе. Именно потрясает своими откровениями, мыслями. Сначала он, будто красуясь расскажет о своем успехе, о своей карьере. Он рассказывает нам и любуется собой. Да, он помогал другим, но чтобы похвалили его,чтобы покрасоваться , показать "ах, какой я молодец!". Он помогал бедным, сиротам, нуждающимся, но только с прицелом на свою пользу, после отдельного взвешивания помощи и пользы от нее именно для него - такого хорошего. И ведь , если по-честному, многие так и делают, только не каждый может в этом признаться. Это ведь уже будет лицемерием, а не помощь страждущим. И ведь он это всё понимал и понимает и он счастлив от этого своего расчета, от этой циничности. Ему нравилось считать себя выше и лучше других. И вот случай на мосту, когда он не помог, не спас только потому, что не было зрителей. Что никто не увидит его геройства. А раз так, то и нечего рисковать собой. Это и была точка невозврата. С этого момента не-помощи и начался новый виток жизни Жана-Батиста. Он себя начал есть ,совесть ли, стыд ли, но ударился во все тяжкие. И падение женщины с моста стало падением рассказчика как человека. А чтобы не падать самому, "судья на покаянии" вывернул все грехи общества нам же на голову. Ткнул носом, что не один он с грехом, все грешны...
Хоть и тяжелая эта повесть, но прочитала на одном дыхании, не хотелось(да и не моглось) отрываться от книги128 понравилось1,4K
Цитаты
Все цитаты
Подборки с этой книгой
Книга на все времена
- 1 167 книг
А мне фиолетово
- 2 053 книги
Мировая классика
- 493 книги
Игра в классики
- 462 книги
Имена, фамилии, псевдонимы, прозвища...
- 492 книги
Другие издания
