Мерзкая плоть. Возвращение в Брайдсхед. Незабвенная. Рассказы

Печать печали

Ивлин Во – старый и любимый друг, вот мы и встретились снова. И как всегда ты точно почувствовал мое настроение и пришел поговорить о том, что на душе. (Вообще, книги всегда попадают мне в руки точно по теме и вовремя, не знаю, как они это делают.)

Дружба – прекрасная вещь, без нее жизнь пресна и безвкусна. А какая здесь дружба! Такая красивая и обаятельная! (наверно это слово больше всего встречается в романе.) В дружбе Любовь проявляется лучше всего. В отношения между М и Ж вмешивается страсть, между родителями и детьми чувство собственности и долга, желание огородить и твердая уверенность, что они знают, что лучше для их ребенка. Вот мы и увидели, что из этого вышло. Трагедия.
Любовь
Я не согласна, что любовь Чарлза и Себастьяна была предтечей любви к Джулии. Скорее, за неимением оригинала, пришлось довольствоваться копией (красивой копией :). В идеале Чарлз должен был остаться с Себастьяном, в этом случае замысел его существования реализовался бы полностью. Зачем жена, дети, которых он и не любил и не понимал зачем их завел… даже Джулия. Когда они были с Себастьяном, веяло счастьем, но было ли счастье в отношениях с Джулией? Только грусть. Иногда в ходе синтеза, выход основного материала жизни так мал, а побочных, к сожалению, намного больше.
Религия
Католицизм – это самая… как бы правильнее сказать… сомнительная религия из всех для меня. Авторы любят выбирать ее, чтобы показать сомнительные выборы («Овод», «Поющие в терновнике» и т.д.) и если Во хотел поразмышлять-посмеяться-поспорить на тему религии, лучшего варианта он не мог найти. Главная цель или смысл, если можно так сказать, жизни - это любовь, и религия это (основной) вспомогательный аппарат для ее достижения, как язык объединяющий людей, и когда она выступает в противоположной роли, остается только вот это: ???!!!
Люди вечно выбирают между религией (не Богом, потому что Бог внутри каждого, или каждый есть Бог) и людьми/человеком/любимым, для этих людей религия уже форма, в которой не осталось содержания. «Призвание» Джулии было любить Чарлза и быть с ним, а не лагеря и госпитали… Вот Корделии, да. Бог заложил в каждом его реализацию Любви, и для каждого она своя, у каждого свой путь к ней. Сцена, где Чарлз и Корделия думают о жизни друг друга как о «загубленной жизни» хороший пример, ведь у каждого своя правда. И нужно выбирать людей (любовь), а не идеологию, как известно, наше отношение к Богу выражается через отношение к людям.
Джулия – переменчивая, непостоянная душа (прям как я), знающая верный путь (для всех), но последовавшая по неверному (как ей кажется), но ни по одному из них до конца не дошедшая.

Смерть... Сцена смерти лорда Марчмейна просто потрясающая. Столько мыслей сразу от нее возникает. В общем, по окончании романа сложно определить позицию Во в отношении религии, но по этой сцене впечатление, что он считает религию нужной, когда появляется смерть. Точнее религия нужна для отношений между человеком и смертью, стоят: Человек + Религия + Смерть, как-то так. (А мы из науки психология знаем, что Религия появилась из-за чувства страха человечества перед смертью, а вот насколько это верно, никто не знает).

А так, роман для меня больше о грусти, о дружбе и любви, об одиночестве (в семье), о поиске, о потерянности ... и о многом другом. Могла ли я знать в 2011 году, добавляя эту книгу к себе и читая рецензии, что она настигнет меня именно в такой период жизни, тождественный завершению эпохи дружбы Себастьяна и Чарлза, и будет полностью созвучна мелодии моей грусти... а совсем не о том, что писали в этих рецензиях...
Мелодия грусти или саундрек к книге: Ludovico Einaudi - Nuvole bianche

Тихий, порядочный мистер Лавдэй. Всеми любимый обитатель желтого дома, которого можно принять за абсолютно здорового человека. Но стоит ли?
Насколько сильным должно быть желание, ради которого можно просидеть буквально взаперти тридцать лет? Тридцать лет общаться с психами, грезя выбраться наружу и совершить столь милое сердцу злодеяние. И вот представляется случай. Коротенький двухчасовой отпуск, исполнение желания, счастье. Убить молоденькую велосипедистку, ну а после, и самому умереть спокойно можно.
Хороший рассказ.

«Возвращение в Брайдсхед» - уже само название говорит о том, что одной из главных тем романа станет тема памяти, прошлого.

Для главного героя книги Чарльза таким осколком прошлого становится Брайдсхед – поместье семьи Флайт, с которой его связывают особенные отношения. Первый раз он приезжает в Брайдсхед совсем юным студентом Оксфорда и видит его во всем великолепии - с огромным фонтаном, величественными комнатами, домашней часовней. Последний раз он попадает туда больше чем через 20 лет, разочаровавшимся в жизни тридцатидевятилетним капитаном. Брайдсхед тоже уже не похож на себя - фонтан обтянут колючей проволокой и забросан окурками, камин разбит, рисунки, сделанные когда-то Чарльзом на стене комнаты, погублены. И это практически уничтоженное случайными людьми поместье становится символом всего романа. Это история разрушения – разрушения целого мира и отдельно взятой семьи. Мы знакомимся с ними – взрослым ребенком Себастьяном, красавицей Джулией, остроумной девочкой Корделией, и с самого начала понимаем, что что-то в этой семье не так. Постепенно, словно мозаику, мы собираем их историю, видим их судьбу и осознаем, что и здесь царит разрушение и запустение. И, как финал, понимание, что семья почти исчезла, нового поколения у нее нет. Но могло ли быть иначе и кто виноват в том, что произошло? Мать, которая «всю свою жизнь пользовалась сочувствием всех людей, но не тех, кого любила»? Или время, постепенно разрушавшее привычный им мир? Или это был личный выбор каждого? Однозначного ответа нет, по крайней мере, мне его найти не удалось.

Чарльз буквально околдован семьей Флайт, хотя семьей в настоящем значении этого слова их назвать нельзя, так же как Брайдсхед нельзя назвать настоящим домом. Дружба с Себастьяном, любовь к Джулии – в какой-то момент я поймала себя на мысли, что не удивилась бы, если бы у Чарльза появились чувства к повзрослевшей Корделии. Он влюблен словно во всю семью сразу, и если его дружба и почти влюбленность в Себастьяна становится предтечей любви к Джулии, то что же тогда любовь к Джулии? Путь к чему?

Конечно, невозможно рассуждать о романе, оставляя в стороне религиозную тематику. Познакомившись с биографией Во, я поняла, что для него эта тема была очень личной и, чтобы глубже понять ее, надо больше узнать о самом авторе.

Во - удивительный мастер слова. Одной фразой, одним предложением он умеет так передать атмосферу, что ты невольно переносишься в описанное им место.

В романе присутствует и знаменитая ирония автора, но в целом настроение романа остается грустным и спокойным. Это спокойствие обреченного, который видит, что его мир катится в никуда, но он ничего не может поделать, чтобы остановить его. И вместе с тем – это светлое воспоминание о былом, та самая внезапно найденная ценность, позволяющая вспомнить об ушедшем времени.

Нет всё таки сложные у меня складываются отношения с английской прозой особенно если книга сатирическая. Вот и с "Мерзкой плотью" Ивлинга Во отношения не сложились. Вроде и тема интересная затронута в романе, а никакого удовольствия от чтения я не получила.
Скучно мне было читать описания всевозможных вечеринок вечеринок и сплетни о молодой английской аристократии. Да и не понимаю я таких людей вся жизнь которых - сплошная череда развлечений, приём алкоголя и баловство наркотиками.
Согласна, что это сильная сатирическая книга и актуальная для сегодняшнего дня, но очень неприятно читать обо всём этом так как и в обычной жизни хватает негатива.

Знакомство с новым писателем.
История одного аристократического семейства, разворачивающаяся между первой и второй мировыми войнами.

Чувствуете разницу? Все такие милые и обаятельные, не влюбиться в них невозможно. Однако взаимопонимание потеряно. В итоге ни один из членов семейства Флайтов не нашел своего счастья. Кто-то спился, кому-то осталось только собирать спичечные коробки. Чувствуется посыл автора, что виновата во всем мать. Ну и действительно, вечно у этих аристократов на первом месте положение в обществе и все "как принято". Но как не винить эгоиста-отца, который предпочел личное спокойствие.
Как научиться быть в этом мире счастливым? Как не потеряться, не разочароваться, когда так много к этому предпосылок?! По каким критериям стоит выбирать спутника жизни? И можно ли с первого раза удачно попасть? Все это вопросы ставит Во.
Юношеская дружба на грани гомосексуализма. Описано очень спокойно и не навязчиво - никаких скандалов.
Тема религии сквозит в течение всего повествования. Часть героев откровенные атеисты или агностики, часть истинно верующие, а кто-то колеблется. Очень понравились постоянные диалоги по поводу религии: нападение-защита, бессмысленность-истинный смысл, вред-помощь. Думала, что автор так и оставит вопрос открытым. Однако перед смертью Алекс все же перекрестился, сей факт меня немного смутил.

Мне показалось, этот роман не настолько "зубастый", как была "Пригоршня праха". То произведение просто сразило меня наповал. Это более мягкое, хотя тоже про вымирание знатного английского семейства. Только не спрашивайте, как это семейство называлось, я совсем запуталась. Они все лорды и леди Марчмейны, но в то же время их фамилия Флайт. И Брайдсхед - название поместья, но также имя старшего сына. Я сначала думала, это его какой-то титул, но в итоге так никакого другого имени к нему и не применили. Почему всех звали нормальными именами, типа Чарльз и Джулия, а этого Невестиной Головой? О_о
Мне кажется, основная их проблема была не в религии как таковой, а в совершенно чудовищной её интерпретации. И как обычно, плохо воспитанные дети оказались неспособными к нормальной жизни.
Хорошее произведение, но Во может и помощнее вдарить.

И вот почему так много книг имеют какой-то странно незаконченный конец. Я даже думаю, что у меня книга электронная бракованная. Это произведение - живой тому пример. Читала-читала - конец. Странно.
А в общем достаточно легко читается. Эдакие воспоминания о былом. Немного странно, что сначала Себастьян в центре, а потом Джулия оказалась на первых ролях. Но в принципе эта странность вполне себе жизненна - так обычно и бывает же - в разные периоды жизни разные люди выходят на первый план. Хотя некоторое время назад были на периферии.