Бумажная
316 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
рекомендуется принимать Павича. Поэтому так хорошо, что многие его произведения коротки и компонуются в сборники, как пилюли компонуются в коробочки. Сборник, в котором всего ничего страниц, читается долго именно поэтому. Нельзя читать Павича, объедаясь: можно поперхнуться и заработать несварение мысли.
Сборник состоит из рассказов, общая тема которых условно очерчивается контуром "время - смерть - память".
При этом если рассматривать более детально каждый рассказ, то у него ещё найдутся два-три магнита, которыми можно притянуть совсем другие тексты и составить совсем другой сборник, который будет обладать другим магнетизмом. Так, например, "Долгое ночное плавание", "Два студента из Ирака" и "Души купаются в последний раз" включены ещё и в сборник "Страшные любовные истории" и кроме времени, смерти и памяти имеют магнит "эротика"- который в этом наборе обретает тёмный и кровавый оттенок.
Рассказы "Голубая мечеть", "Два студента из Ирака", "Принц Фердинанд читает Пушкина" компонуются по признаку "искусство" и в сочетании с временем, смертью и памятью обретают значение "вечность".
И так далее. Рассказы сборника формально не подходят ни под определение поэзии, ни под определение философских трактатов. Но по воздействию на разум и душу совмещают и поэзию, и философию, и музыку.
Рассказ "Вывернутая перчатка" меня лично зацепил больше всех - своей структурой и её мелодическим воздействием. Павич вообще любит подворачивать повествование наизнанку - а здесь выворот получился полным - с небольшой разницей между слоями, как немного различаются между собой лицо и изнанка вывернутой перчатки. Это уже не столько магический реализм, сколько постмодернизм в высшем и лучшем воплощении его идей.
И ещё одно: чтобы читать Павича и наслаждаться, нужен музыкальный слух. Или талант слушателя. Или хотя бы готовность читать ушами. И в любом случае - готовность подвернуть своё время и память и подсмотреть смерть.

Рассуждая о Павиче, можно говорить только об ощущениях, которые вызывают его рассказы. Либо чувствуешь его мысль, либо нет. Все зависит от тебя и твоего состояния в данный момент. Но когда он внезапно попадает по клавишам, ты испытываешь столько счастья, как будто тебе поведали тайны мироздания.
Павич пишет на грани яви и сна. Да и нет, наверно, никакой грани. Все и сразу существует везде и сейчас. И быть может, мы только снимся кому-то или живем в чьем-то рассказе. Например, Милорада Павича.

Это отчетливо книга снов.
Сны цепляются друг за друга путаной цепочкой, иногда прерываются пробуждением.
Странная многоокая, многолапая, дышащая тяжело не-реальность этих снов кажется единственно возможной и естественной, пока не захлопнешь книгу, проснувшись.












Другие издания


