Amsterdam

Надо раз и навсегда запомнить: начитка Вячеслава Герасимова непременно превращает в угэшечку даже самую великолепную книгу в истории литературы.

Итак, прослушав как мне казалось наискучнейшую историю двух занудных рефлексирующих мужчин среднего возраста, которые от своей скуки вдруг ни с того ни с сего решают убить друг друга, видимо, чтобы добавить перчику в ленивый неразвивающийся сюжет.

Но потом, перечитав краткий пересказ сюжета я поняла, что книга прекрасна, а Герасимов - исчадие ада, хоть и сам старается хорошо делать свое дело.

Итого: книга великолепная!

Автор изумительно играет с персонажами и поворотами сюжета, казалось бы, почти ничего не меняется по фактам, но как часто отношения друзей переворачиваются с ног на голову и с головы на ноги! Это ведь гениально, читателя по сути ставят на место каждого из друзей и заставляют почувствовать свое тщеславие, одновременно с беспомощностью и одновременно со всеми остальными человеческими слабостями. Друзья просто настолько погрязли в повседневности что не могут разглядеть хорошее в мире, они не могут найти способ поступить правильно, они завязли в болоте.

И они утонули.

Что как бы переносит идею на самого читателя. А какой из друзей здесь я? Насколько я погрязла в этом болоте?

Не очень я люблю книги без хороших героев. А тут прямое выворачивание внутренностями наружу худших проявлений душевной организации двух главных героев. Темное так и лезет из них, поднимая вопросы честности, этичности, нарушения рамок частной жизни в своих интересах, плагиата. Два человека, которые утратили, а может, и не обретали никогда,  какой то мало мальский смысл жизни . И которые идут на нарушение моральных принципов, как у меня сложилось мнение, от безысходности. Но безысходности ментальной, душевной, но не под влиянием каких то критичных событий.

"Амстердам" - роман Иэна Макьюэна, который был опубликован в 1998 году и получил премию Букера в том же году. Это история о двух мужчинах , которые встречаются на похоронах своей общей любовницы и в итоге начинают взаимоотношения, которые имеют неожиданные и опасные последствия.

Книга Макьюэна заслуживает высоких оценок за ее характеры, историю и язык. Он действительно умело пишет, и его книга является настоящим литературным шедевром. Однако, герои романа являются сложными и многогранными, и они не всегда демонстрируют лучшие черты своих личностей.

Как и в любой хорошей книге, герои Макьюэна имеют свои моменты слабости и ошибки. Однако, худшие черты их характеров дополнительно подчеркивают их сложность и реалистичность, делая их более человечными, но от того более неприятными. Макьюэн исследует сложные темы, такие как любовь, смерть, мораль и этика, и приводит читателя к задумываться над тем, что значит быть человеком.

Книга также известна своим красивым и тонким языком, который является мощным инструментом для передачи настроения и эмоций. Макьюэн умело использует язык, чтобы создать визуальные образы и заставить читателя вжиться в сюжет и переживания героев.

Несмотря на то, что "Амстердам" был написан более двадцати лет назад, темы и идеи, которые он поднимает, остаются актуальными и релевантными до сих пор. Книга также является важным примером современной литературы, которая не боится исследовать сложные темы и вызывать важные вопросы.

Понимаю, что Букера не дают кому попало и за что попало. Но книга не зашла мне совершенно.

Давно посматривала на автора, но никак не принималась за ту или иную книгу.
Обстоятельства так сложились, что 2 ФМ совпали, и я принялась за эту книгу. Букеровская премия 1998 года. Уже вторая премиальная книга за месяц меня не особо впечатлила. Не скажу, что не понравилась, но и было что-то такое, что несколько не принимало. Ещё и чтец попался, которого я, пожалуй, буду избегать, если будет возможность. Ну, засыпаю я под него, теряю нить повествования и всё тут! Раза 2 пришлось переслушивать главу).
В голове осталось масса вопросов. Хотя, возможно, всё так и должно быть?
А дружба ли это была между героями? А настоящая ли дружба это была? Что важней было для героев? Имеет ли ценность человеческая жизнь? Да, и какие же они, эти ценности жизни?..
С одной стороны, Клайва понять можно, у него сроки горят, и у творческого человека в голове только то, чем он занят. Симфония – она должна стать всем, венцом его карьеры!
Вернон – есть ли в нём хоть какие-то моральные принципы? Или же всё на кон карьеры? Здесь как в соревнованиях, один вырвался вперёд и другой уже отстал…
Что это за Молли такая была, всеми любима? Если бы она осталась жива, любили бы её так же? Так много «если»…
Наверное, произведение гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд. Не зря же автор получил за него премию! Просто не каждый может это прочувствовать.
В любом случае здорово узнавать новых авторов, «расширять свои горизонты».

В ярость друг меня привёл —
Гнев излил я, гнев прошёл.
Враг обиду мне нанёс —
Я молчал, но гнев мой рос.

Я таил его в тиши
В глубине своей души,
То слезами поливал,
То улыбкой согревал.

О, эта книга как раз о яде, о том яде, который наполняет нашу жизнь. Желаем мы этого или нет , но этого так! Капля за каплей он проникает и отравляет нашу жизнь, приводит к срывам, неудачам, к подлости, трусости.
Каждый герой здесь совсем не "герой" , временами жалко, иногда нестерпимо мерзко, а чаще просто узнаваемо, что очень раздражает само по себе.
Это книга о мести, которая сладка. Нельзя, ох нельзя, унижать людей, а уж прилюдно просто опасно...человек терпит, копит обиды, тщательно нянчится со своей ничтожностью и просто на глазах расцветает , претворяя свой план в жизнь.
Это книга о самообольщении. Гений, да ! Разве не это главное? Пусть уже выбор перед тобой не стоит, все подчинено единому моменту, мысли несущей аккорд, тему...Или ты "Меч Карающий"! О да! В твоих руках не жизнь и репутация человека, нет, в твоих руках будущее страны...ни много, ни мало.

Это книга о тех кто пока ещё не на гребне, о тех кто только ищет случая взлететь на чужом поражении. Возможно чуть подтолкнуть, самую чуть.
Это книга о нищих духом, которые не придут проститься с тобой, когда ты повержен, когда фотография и пара писем упакованы в бумажный пакет, а дверь кабинета открыта и ты ждешь, что хоть кто-нибудь зайдет попрощаться с тобой.
Это книга о мнительности и слабости, о понимании собственной никчемности и боязни одиночества, слабости и смерти.
И да, это книга о дружбе, которая не всегда....нет не так...которая всегда совсем не то , что мы желали и представляли о ней.

А ещё это книга о музыке и издательском деле, о политике и просто о жизни ...и о смерти, которой все начинается и все заканчивается.


Рос он ночью, рос он днём.
Зрело яблочко на нём,
Яда сладкого полно.
Знал мой недруг, чье оно.

Темной ночью в тишине
Он прокрался в сад ко мне
И остался недвижим,
Ядом скованный моим.

Сразу после прочтения трудно собрать воедино все впечатления и ассоциации, чтобы выдать более-менее адекватную рецензию. Сначала не мешало бы выдержать «четыре такта партитурной тишины»: и для того, чтобы всё переварить, избегнув обратной перистальтики, и в качестве минуты молчания, благо есть по ком. Хоть было по ком изначально, поскольку с первой же страницы мы оказываемся на похоронах некой Молли Лейн, чью память пришли почтить множество разнокалиберных её любовников, коих она, похоже, собирала с особым тщанием, по-гурмански, благодаря их уникальностям. С некоторыми мы знакомимся, чтобы в дальнейшем пройти по канве романа с двумя из них: нарочито эстетствующим композитором Клайвом Линли и нарочито принципиальным главным редактором газеты Верноном Холлидеем.

Они друзья, связанные противоположностями: Клайв дающий, Вернон берущий; Клайв олицетворяет такую пару английских пристрастий как творчество и спорт (правда, не традиционный крикет, а пешеходный туризм), а Вернон политику и карьеризм. Оба они взбудоражены смертью общей любовницы, особенно внезапным затуханием мозговой деятельности. Это обоих страшит больше всего, поэтому каждый из них желает заручиться на свой счёт дружеским куп-де-грас. Подспудно они хотят сделать что-то очень значительное в своей жизни (в своём понимании). «Конечно, должен наступить в жизни такой момент, когда впервые осознаешь свою ценность, - и, конечно, это всегда будет казаться абсурдом.» Клайв пишет симфонию конца милениума и пребывает в ожидании мелодии века, достойной Nessun dorma Пуччини или Бетховенских тем, а Вернон пытается развернуть грандиозный политический скандал в прессе (правда, не столь глобальный). Мы ритмически всецело окунаемся в каждый из этих процессов, ибо «время осознать главенство ритма и тона и стихийную природу мелодии». И мелодия, ожидаемая маэстро, действительно оказывается стихийной, и готовит «удар от классика». Но главный мотив романа другой, впрочем тоже возникший стихийно и на волю стихии пущенный...

Интересно отыскивать такие дуали в характерах, как оказалось, заклятых друзей, что предоставлено читателю. Ведь при небольшом объёме очень концентрирован и многослоен, что присуще постмодернистской прозе, и таит много смыслов и аллюзий, хотя, может статься, что и отсутствие их. В частности, можно рассматривать эту дуаль как задачи, стоящие перед автором романа: создать насыщенное и одновременно увлекательное произведение, попытаться донести до читателя красоту композиции или увязнуть в сюжете на потребу публике. Если сравнить глубину осознанного композиторского подхода к создаваемой симфонии с поверхностностью средней оценки от шеренги рядовых домохозяек, - провокация автору удалась.

Мне импонировал язык романа; неявный юмор, заключённый в построении фраз, с образцами «прямого» юмора, в качестве контрапункта; во мне находили отклик переживания и мысли героев; я оценил вполне симфоническую композицию, сродни той, которую Барнс придал своему роману о Шостаковиче (но Макьюэн, очевидно, применил этот приём раньше); насыщенность в небольшой форме, что придаёт роману подобие новеллы (в английском, кстати, оба они обозначаются одним словом novel); постскриптум последней главы, что делает финал даже не открытым, а приоткрытым. Дескать, а может и не в этом было дело, и не нужно было множить сущности. Может стоило уподобиться рядовой домохозяйке да искромсать всё бритвой Оккама, пусть даже они и не ведают о её существовании и предназначении? Фактом остаётся лишь то, что «что-то очень неладно в мире, и не обвинишь в этом ни Бога, ни его отсутствие».

С прозой Макьюэна знакома по роману "Закон о детях". Были вопросы, но в целом понравилось - в особенности остротой поднимаемых тем. Поэтому к "Амстердаму" подступалась с большим любопытством, учитывая помимо всего прочего большое количество отрицательных рецензий. Получила совсем не то, что ожидала. Но это скорее плюс, нежели минус.

ачало романа уже намекало на то, что история будет с душком - на похоронах некоей Молли беседуют двое ее любовников (по совместительству - старые добрые друзья). Здесь же неподалеку скорбит муж, который был в курсе любовных похождений своей благоверной, бродит известный политик, также побывавший в постели Молли, и еще неизвестно сколько мужчин, знавших Молли слишком близко. Однако не адюльтер главная тема этого романа. Продолжительная болезнь, которая превратила Молли в пустую оболочку человека без воли, памяти и всего того, что делало ее той самой Молли, пугает наших друзей - Клайва и Вернона. Поэтому они договариваются избавить друг друга от подобной кончины посредством "известного метода в известных местах", проще говоря - эвтаназии.

обственно, этого я от романа и ждала - вопросы смерти и жизни, этическая проблема эвтаназии и т.д. И возможно даже хорошо, что книга совсем о другом. Читать о тяжелых болезнях, страдании и мучениях больного и близких его людей - настоящее эмоциональное испытание. На самом деле книга о гневе, эгоцентризме и черной стороне человеческой душонки.

книге с трудом отыщется положительный персонаж. Мне показалось, что таковых в романе вообще не было. Главные герои и вовсе - два подлеца, одинаковых с лица. На протяжении всего романа гадала, кто же омерзителен мне больше - Клайв или Вернон? Роднит их не только почившая Молли, но и стойкое убеждение в собственной гениальности.

● Клайв - композитор, замахнувшийся на сочинение /ни много ни мало/ симфонии тысячелетия. Партитуры и пассажи - вот всё, что волнует Клайва. Какое ему дело до преступления, совершаемого на его глазах, когда крик не то чайки, не то еще какой случайной птицы походит на шедевр, который нужно срочно запечатлеть на бумаге? Гении, они такие. Клайв сам себя уже давно превознес в этот почетный ранг:

Забавно, что в списке золотого стандарта гениев версии Клайва нет Бетховена /этот факт он выделяет отдельно/, но есть сам Клайв.

● Вернон - главный редактор одного лондонского издания, погрязший в думах о собственном небытии и одиночестве:

Подвернувшаяся возможность превозвыситься засчет грязного бельишка одного политика, опуститься до уровня желтой газетенки под прикрытием великих целей, ослепляет Вернона ярче солнца. Он делит шкуру еще неубитого медведя, почивая на лаврах гениальности где-то на соседнем от Клайва облаке. Стоит ли рассказывать о том, как больно падать с седьмого неба?
Оба /и Клайв, и Вернон/ - моральные уроды, оттого забавнее наблюдать, как они обвиняют друг друга в аморальности. И еще забавнее наблюдать за тем, как в их головы приходит одна и та же мысль. Воистину неудивительно, что они "друзья" - стоят друг друга. Финальный аккорд этой истории настолько закономерно проистекает из всего того, что происходило до него, что ничуть не удивляет. Ничего другого от этой парочки я не ожидала.

акьюэн меня заинтриговал своим талантом. Интересно, на что он еще способен.

Вторая книга Макьюэна на моем читательском пути – и она тоже о том, как двое людей, по сути, стоят на узком мосту и толкают друг друга лбами. Впрочем, нет, это больше похоже на замысловатый танец, со стороны красивый, а на самом деле это танец, в котором противнику демонстрируются клыки, какой-нибудь воинственный танец насекомых, в финале которого чья-то голова будет откушена. Была бы откушена, будь мы насекомыми, но мы люди, и получается у нас более замысловато. И более отвратительно.

Что поместилось в маленький роман, который сподручнее назвать повестью, если не рассказом?
Дружба – не та, которая в книжках про детей, а та, которая случается со взрослыми, это гораздо сложнее.
Любовь. Смотри на меня, внимательно смотри.
Болезнь. Могущественный враг, который отнимает не только силы и жизнь, но и главное – самосознание.
Этика. Искусство.
Жизнь умеренно большой газеты изнутри – производственный роман в мини-формате.
Музыка – процесс создания нового музыкального творения.
Риторика – как важно в нужный момент произнести в микрофон нужное слово.

Интересно, есть ли еще у Иэна Макьюэна такие романы-танцы. Если собрать их под одной обложкой, будет настоящая энциклопедия человеческой жизни. Из которой все будет понятно, и в то же время непонятно будет ничего: с нами, людьми, иначе не получается.

Мне очень нравится писатель Иэн Макьюэн, но вот его "Амстердам" особо не зацепил.
Дружба, которая хуже вражды. Любовь, которая и не любовь. Талант, который в прошлом.
Безрадостно как-то и зябко. И герои неприятные. И поступки их. И вот всё как-то по-осеннему грустно...
Но я вам очень советую прочитать эту книгу! Пишет Макьюэн замечательно (да и переводят его достойно). Просто наслаждение читать! И это не пустые романчики, в его книгах всегда есть то, над чем стоит поразмышлять. Здесь — это люди. Неужели все так меняются со временем?!

С некоторого времени выражение "лауреат Букеровской премии" стало вызывать у меня нервную почесуху. Несколько раз натыкалась на книги, которые будучи лауреатом данной премии абсолютно никак не заинтересовали или вообще вызвали недоумение. Честно не могла понять почему, пока на странице самой премии увидела слова:

Цель премии не только в том,чтобы назвать лучшую книгу года, но и в том, чтобы увенчать заслуги, повысить статус автора в глазах публики и увеличить продажу книги.

 И после этого все стало понятно. То есть книга необязательно хорошая, она может быть никакой, но само выдвижение уже поднимает книгу в рейтинге.

Вот и данная книга похоже из той же серии. Книга собрана из кусочков жизни нескольких человек. Люди взрослые, состоявшиеся, добившиеся некоторых успехов и при этом ничем не примечательные. Общим у этих людей была любовница, и они искренне считали себя друзьями. Но вот любовница уходит в мир иной, причем смерть достаточно шокирующая. На фоне этого они дают обещание помочь друг другу уйти из жизни с помощью эвтаназии, если что.

Ну как говориться мало ли что, мало ли где. А друг есть друг. Вот только их дружба потеряла краеугольный камень основы, и у них вылезло на поверхность все то, что никакого к дружбе отношение иметь не может. С другом можно погрустить и посмеяться, на друга можно обидится или расстроиться от его взглядов на жизнь, но друга невозможно ненавидеть. Ибо если ты стал ненавидеть, то перестал быть другом.

А посему проникнуться ощущением трагедии потери дружбы мне не удалось, как не удалось понять концовки книги. Ибо никакой дружбы между героями я не увидела, как и предпосылок для подобного поведения. Они не голодали, не теряли близких в результате войны, не боролись за жизнь с неизлечимой болезнью. Они жили в рафинированном мире, и когда в нем возник диссонанс, то они пошли на убийство, в котором не было необходимости.

В результате я так и не смогла понять ни идеи данной книги, ни посыла автора. Что он пытался сказать данным произведением так и осталось для меня тайной. Единственным плюсом книги стал ее малый объем.