Святая простота

Казалось бы, очень простой сюжет рассказа. Охотник Мелитон Шишкин, приказчик из Дементьева хутора, пробирается по лесу в поисках птицы. Впереди за берёзами кто-то играет на самодельной свирели. Это старик пастух артамоновского стада. И, как это часто бывает со случайными встречными, заговорили они о пасмурной погоде.
Мелитон попытался выспросить про тетеревиные выводки. Но пастух всё свёл к тому, что с каждым годом всё становится хуже и хуже. Лет двадцать назад зверья, птиц было видимо – невидимо. А сейчас – «И куда оно всё девалось?... Лет сорок я примечаю из года в год божьи дела и так понимаю, что всё к одному клонится». На вопрос Мелитона, к чему? Старик заявляет – «Пришла пора божьему миру погибать… каково, добрый человек, глядеть, коли весь мир идет прахом? Сколько добра, господи Иисусе! И солнце, и небо, и леса, и реки, и твари - всё ведь это сотворено, приспособлено, друг к дружке прилажено. Всякое до дела доведено и свое место знает. И всему этому пропадать надо!» Вот такой апокалиптический вывод делает пастух.

Мелитон пытается ему возражать, что по одной птице нельзя судить. Но старик неумолим – и рыба уже не та, и реки сохнут… И сам Мелитон добавляет, что леса тоже гибнут, горят, их вырубают. А пастух дальше развивает его мысль – «Пригляделся я, брат, за свой век и так теперь понимаю, что всякая растения на убыль пошла. Рожь ли взять, овощь ли, цветик ли какой, всё к одному клонится».

Приказчик пытается найти что-то положительное, говорит, мол народ лучше стал, умнее… Но пастух и тут находится, что ответить – «Я так рассуждаю, что бог человеку ум дал, а силу взял. Слаб народ стал, до чрезвычайности слаб». Стал рассказывать про то, сам он на седьмом десятке лет крепок ещё, а сын его хоть умнее, но не справится с тем, что сам старик выдерживает.

В общем, идёт обычное стариковское брюзжание, что раньше всё было лучше, здоровее, крепче, сильнее, а ныне совсем развалилось и грядет конец миру. Вот так, не больше, не меньше – «А всё отчего? Грешим много, бога забыли... и такое, значит, время подошло, чтобы всему конец. И то сказать, не век же миру вековать - пора и честь знать». Представляете, такие разговоры велись 130 лет назад?! Что уж нам про нынешнее время говорить?! С пандемией, терроризмом, глобальными катаклизмами, всемирным потеплением, ядерным противостоянием и т.д. и т.п.

Спросите любого сейчас - в позапрошлом веке с природой лучше дела обстояли? Каждый ответит – Конечно! А вот пастух с приказчиком на примере исчезновения птиц и зверей, высыхания рек, гибели лесов уже тогда говорили о конце мира!... Кажется, что эти бесконечные из века в век разговоры о конце света, грядущем апокалипсисе никогда не прекращались, начиная с древнейших времён.

Фраза – «…И боже, как жалко! Земля, лес, небо... тварь всякая - всё ведь это сотворено, приспособлено, во всем умственность есть. Пропадает всё ни за грош. А пуще всего людей жалко».

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 454

Вчера был день рождения Антон Палыча и всякий порядочный человек обязан был хоть что-нибудь прочитать и потом вякнуть на этот счет. У меня на очереди в шестом уже томе (а может еще) был этот рассказ и он продолжил череду иллюстрированных поговорок. И если в "Сапожник и нечистая сила" это было "Хорошо там, где нас нет" или пуще того "Не суйся со свиным рылом в калашный ряд", то здесь это "Хоть плюнь ему в глаза, а для него божья роса" ну или "..как об стенку горохом". Сюжет прост - княгиня приезжает в монастырь отдохнуть душой и телом, приобщиться к богу а тут встречается доктор и вываливает ей прямо в глаза все ее грехи.. Она было расстроилась немножко, ночь переночевала, назавтра доктор, как порядочный человек извинился и вновь безмятежное счастье овладело ей..

Что ж, прав, как всегда, великий писатель. В принципе, в каждом из нас есть такая скорлупка- у кого потоньше, у кого потолще. Кто-то живет в футляре и изредка попадаются вот такие персонажи в танковой броне.. Согласны?

Рассказ символичен.

Владыко архиерей Петр, по рождению Павлуша в службе церковной оброс регалиями, знаниями, образованиями и почестями как корабль ракушечником. Служит Богу и людям, а ни Бога не видит- живет раздражениями на людей и бегством в счастливое прошлое детство от недостаточного настоящего, ни людей не видит - все для него на одно лицо- толпа, из года в год одно и то же, туда же и матушка вмешалась, которую он не признал в толпе. Еще бы- 9 лет не виделись.

И живет он среди людей, а поговорить не с кем - «глуповатые» все. И ставни то старые нищенские- уехать бы за границу- там все другое, лучше. И так прожил этот Петр чуть более 40-ка лет, потеряв в себе Павла- обычного сына своей семьи.

С одной стороны жалко его. Почему так происходит? Как найти ту середину, где и регалии с поприщем своим можно удержать и не потерять простого Павлушу в себе?..

Рассказ грустный. Владыко умирает в мучениях, а вспомнит ли кто его добрым словом через месяц?.. Оболочка исчезла. А что было под ней? Часть толпы, в которой сложно отличить одно лицо от другого...

Одно только истинно- жить надо каждым мгновеньем, не бежать в прошлое от настоящего, делать настоящее свое счастьем здесь и сейчас. Жизнь жить.

********

Прибавился рассказ в копилку моего неоднозначного отношения к церковным служителям.

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
Ну, ты попала! Полный «попадос», Софья Львовна!!! Это ж надо было такому случиться: увязнуть сразу в двух нарциссах! Один – «большой», другой – «маленький».

Чехов не был бы гениальным Чеховым, если не мог сказать мало, выразив при этом много. Каждый его рассказ, словно айсберг, скрывает глубокую суть, являя на поверхность малую долю.

Рассказ «Володя большой и Володя маленький» – маленькая драма в большом масштабе, так как в ней описывается известное психическое отклонение – нарциссизм, которое не лечится, и которое живуче во все времена. Поэтому Чехов – классика.

Жертвами нарциссической личности становятся помимо своей воли (в силу обстоятельств), но по воле хищника – «Роковой Личности» (по меткому выражению Тани Танк, автора книг «Бойся, я с тобой»).

Действующие лица: двое мужчин и три женщины.

Софья Львовна – 23-летняя новоиспечённая жена (два месяца замужем).

Владимир Никитич Ягич – 54-летний муж Софьи; полковник; для него брак – повторный; «Володя большой».

Владимир Михайлыч – 30-летний сердцеед; друг детства Софьи и друг Ягича; «Володя маленький».

Оля – монахиня (два года в монастыре); предыдущая жена Ягича и тётя Софьи.

Маргарита Александровна (Рита) – за 30-дцать; двоюродная сестра Софьи (кузина); незамужняя – старая дева.

Два Владимира – по тем временам старый и молодой, души друг в друге не чают, ибо «Рыбак рыбака видит издалека». Оба пользуются успехом у женщин. Оба используют их, получая то, что нужно.

Ягич – Роковая Личность со стажем. В 54 он ещё достаточно хорош. Свою предыдущую жену – Олю сгубил – довёл до монастыря: «все в доме говорили, что он погубил ее». Читатель заметит, что вовсе не в силу религиозных убеждений несчастная жертва нарцисса-хищника оказалась в монастыре: «святые на тройках не ездят».

То, что Ягич – подуставший хищник, нетрудно догадаться по его отношению к Софье. Нарциссы не способны любить. И не терпят, чтобы их беспокоили чем бы то ни было.

«Он боялся, что теперь, когда они приедут домой, ему, вместо того чтобы спать, придется возиться с компрессами и каплями.»

Он использует Софью в качестве жены: положение обязывает. Он попускает даже (если не поощряет) поползновения Володи маленького залезть под юбку своей жены. Он женщин не ставит ни в грош. А Володю – любит! Одобряет его «донжуанство». Понимает, что для «маленького» женщины значат не больше, чем для него, «большого»: ширма, игрушки ...

«Ягич приходил от него в восторг и благословлял его на дальнейшее, как Державин Пушкина …»

Володя. О! Этот в свои 30-дцать настолько поднаторел в охоте на женщин, имея за плечами стаж Роковой Личности с 14-летнего возраста. Красавчик. Сколько жертв из света и полусвета побывало в его руках. Миленький. Маленький. Но бедный. У него до сих пор нет личных денег. Он даже не может заплатить за себя в ресторане: платит Володя большой – его друг и друг отца.

Софья. Несчастная жертва двух нарциссов – большого и маленького. Она так жаждет любить! Так хочет быть чистой и честной! Но так похожа на муху, увязшую в «сладости в банке на окне» – в отношениях с мужем. Ей даже по пьяни кажется, что она любит Ягича. Уж так хочется любить! Даже в браке по расчёту. Потому что так жить невыносимо.

«Если бы она могла предположить, когда выходила, что это так тяжело, жутко и безобразно, то она ни за какие блага в свете не согласилась бы венчаться. Но теперь беды не поправишь. Надо мириться.»

Отношения с «маленьким» – длящиеся с детства, любовные, а потому драматические. Роковая Личность – паук, раскинувший свою паутину, протянувшуюся во времени. Он очаровал Сонечку, будучи маленьким, и знал, что его время получить то, что нужно настанет. Ему не нужно долго ждать. Нарцисс долго ждать не может. Он просто имел Соню ввиду. А сам все эти годы использовал других женщин, купаясь в их ласке и заботе.

Конечно же, дождался. Безумно влюблённая Софья – очередная, но не последняя его жертва, достойная презрения и унижения, как со стороны «большого», так и «маленького» Володи. Вот попала так попала, Сонечка.

Она не хотела и боялась стать такой, как её кузина – Рита. Чехов рисует образ малоприятной девушки. Курит. Вечно на груди и коленях у неё пепел … Голос отвратный. Бррр… Такая мымра.

Софья боится после всего случившегося такой же судьбы, какая постигла её тётю, – монастырь. Но только после. А сначала она выходит замуж за Володю большого. Ему удалось её очаровать. Это в планах нарцисса. Он даже теперь способен внушать чувства, похожие на любовь, у Софьи, глубоко влюблённой в «маленького». Но заполучив её в жёны, ему нет нужды особо напрягаться. Таковы повадки перверзника.

И что же ей остаётся делать, мухе, увязшей в сиропе с виду благополучной жизни, из которой выпиты кому-то нужные соки, и теперь она не нужна? Вот и болтается Софья Львовна, как некая субстанция в проруби, целыми днями напролёт гоняя на санях по городу. Что её ждёт впереди?

«Тарарабумбия!» Что это? – Это слово – унизительная нелепица, словно Володя маленький отмахнулся от надоедливой мухи – Софьи, когда та пытается взывать к его чувствам, пониманию, любви. А их Роковая Личность испытывать не способна: для неё всё это – тарарабумбия. Вот и всё.

Жалко Софью? Она же жертва … Но почему-то мы практически никогда не испытываем жалости к подобного рода жертвам. И это факт.

***
Глубокий рассказ. Зрелого мастера. Чехов. Что ещё говорить?..

Чем мне нравятся рассказы таких классиков, как Чехов, так это тем, что даже если ты не пережил того, что они описывали, поскольку времена меняются, то все равно с тобой было что-либо подобное, похожее, только в другой ситуации. Видимо, на то они и классики, что на все времена...

Так и в этом рассказе. Ну не исповедовалась я никогда и даже на страстной неделе! Ну так получилось, что родилась я во времена атеизма, а потом в юном возрасте потянулась было в религию, да и отпугнула этот процесс наука философия, которую преподавали нам в училище.

И тем не менее, когда читала этот рассказ от лица маленького мальчика, которого мама послала на исповедь в церковь на страстной неделе, то вспомнила себя в детстве. Только не в церкви, а в детской поликлинике перед приёмом к врачу.

Мальчика мама послала со священной миссией  исповеди. Он ребёнок, в котором сливаются непосредственная смелость, свободная от предрассудков, и в то же время детские страхи маленького неопытного существа. Некая предстоящая принадлежность тебя к миру взрослых и праведных вдохновляет и заставляет думать, что после исповеди ты возродишься и будешь лучше всех окружающих. И это предвкушение вызывает в тебе в некотором роде преждевременную гордыню и даже ощущение счастья. Но ребёнок есть ребёнок, он чувствует то, что чувствуем и мы, взрослые, только скрываем  многое даже от самих себя. А это всё то же соперничество, гнев, превосходство и прочие наши прегрешения за которые мы и должны каяться.

Так что же там про поликлинику? Да тоже самое почти. Вот подросла я уже немного, и мама одну меня отправила на приём к врачу. Иду я туда, волнуюсь и в десятый раз про себя проговариваю заготовленный текст для доктора - что болит, где ломит... Перед входом в кабинет и вовсе сердце заходится, что даже и память отшибает. Заходишь, говоришь, словно по бумажке, дрожащим голосом, перечисляя симптомы. Тётя врач послушает, успокоит и напишет рецепт. И всё?! Оказывается и не так страшно!

Но зато ты идёшь домой потом гордая такая и немного повзрослевшая, а главное счастливая, что всё теперь будет хорошо, ты выздоровеешь, а главное - ты смогла! Ну совсем как мальчик в рассказе Чехова.

Пользуясь случаем, тоже хочу немного исповедаться. Я давно заметила, что в детстве спектр ощущений, испытываемых нами, был более богатым. Да, конечно, там было больше тревожностей, волнений и страхов, но в то же время, краски ощущений жизни были ярче и разнообразнее. А у вас?

Сельскохозяйственная колония, такая какой она виделась российским властям, на Сахалине невозможна - это основной вывод, который делает Чехов в своей документальной книге "Остров Сахалин".

Россия хотела колонизировать свою новую территорию - остров Сахалин, но так как добровольно туда никто ехать не хотел, то был выбран вариант аналогичный тому, как Великобритания осваивала Австралию, то есть при помощи отправки туда осужденных. Россия применяла следующую схему: осужденные на каторжные работы после окончания срока каторги, получали статус поселенца без права выезда с острова. Поселенец теоретически должен был получать земельный надел и был обязан вести на нем сельскохозяйственную деятельность, а именно заниматься хлебопашеством. Администрация кредитовала поселенца семенами, материалами и орудиями труда, кроме того поселенец в течении двух-трех лет получал такой же паек и вещевое довольствие, как и каторжанин. После десяти лет пребывания в статусе поселенца, а реально после пяти-шести лет, бывший каторжанин переводился в крестьянство, получая право свободно жить по всей Сибири и Дальнему Востоку. По задумке властей к моменту получения крестьянских прав человек должен был прочно "врасти" в сахалинскую землю и не стремиться уехать с острова, чего в реальности не происходило - уезжали практически все. В своей книге Чехов анализирует данную ситуацию.

Антон Павлович Чехов побывал на Сахалине в 1890 году, то есть через пятнадцать лет после того, как остров официально стал частью Российской империи (1875 год) и через двадцать лет после того, как первая партия русских каторжан ступила на остров (1869 год). Писатель прибыл на остров как частное лицо и преследовал только свои собственные исследовательские цели. Администрация острова не чинила Чехову никаких препятствий и оказывала ему полное содействие. Единственное ограничение, которое автор обязан был соблюдать и неукоснительно соблюдал - это полный запрет на общение с политическими каторжанами, про них в книге Чехова нет ни слова.

"Остров Сахалин" - это книга, написанная в "сухом" документальном стиле. Первые четырнадцать из двадцати трех глав книги посвящены обзору всех поселений на Сахалине. Чехов самостоятельно составил что-то вроде переписной анкеты и ездил по населенным пунктам, обходя дома, собирая и записывая информацию, жители принимали его за государственного чиновника. Поэтому текст книги содержит множество статистического материала, Чехов приводит кучу цифр. Вот типичный отрывок

В главах с пятнадцатой по двадцать третью Чехов от географии населения Сахалина переходит к анализу, как он выражается, "частностей, важных и неважных, из которых в настоящее время слагается жизнь колонии". Рассказ об этих "частностях" понравился мне намного больше первых глав книги. Чехов описывает саму организацию сахалинской каторги, перевод в разные категории, условия жизни в каторжных бараках, тюрьмах, деревнях.

Кстати, на уроках истории нам рассказывали о подвиге самопожертвования жен декабристов (что, учитывая как много они теряли, действительно так и есть), но не говорили, что вообще-то добровольное следование свободных членов семьи (жен, мужей, детей) за осужденным на каторгу было в России делом вполне обычным и свободные невинные люди страдали на каторге не меньше каторжан, так как никаких особых условий для них никто не создавал.

Женскому вопросу Чехов уделяет в книге много места, так как огромный дефицит женщин на Сахалине является одной из причин того, что колонизация острова идет из рук вон плохо. Также острая нехватка женщин приводит к практически поголовной проституции среди женщин на Сахалине, так как имеется огромный спрос и это самый быстрый, легкий и зачастую единственный способ для женщин заработать на острове.

Очень много Чехов говорит о климате Сахалина, который является основным препятствием для развития сельского хозяйства на острове. При этом администрация принудительно заставляет поселенцев заниматься именно сельским хозяйством, что бесперспективно, убыточно и приводит к бегству поселенцев и массовому отъезду крестьян с острова.

Занятия рыбным промыслом и горнорудным делом имеют больше перспектив, но администрация острова не уделяет внимание и не создает условий для развития этих отраслей колониального производства.

Вообще, в результате поездки у Чехова сложилось впечатление что колонизация острова идет из рук вон плохо и решить эту проблему будет очень трудно, гораздо труднее чем проблему улучшения условий жизни каторжан. Климат, безалаберность, незаинтересованность местных чиновников в результате, бессистемность, непонимание специфики Сахалина центральными властями привели к тому, что практически за двадцать лет колонизации на острове так и не возникло устойчивое и экономически себя обеспечивающее общество.

Книга Чехова вполне нормально читается, но прежде чем взяться за нее, надо четко понимать, что это не художественная литература и даже не научпоп. Чехов нисколько не старается раскрасить текст какими-то интересными жизненными историями, и это несмотря на постоянное общение с каторжанами и поселенцами. Отчасти из-за того, что

но, в основном, из-за того, что у автора были другие цели, а именно обозреть сахалинскую каторгу как систему наказания и как систему колонизации новой территории. Книга Чехова, прежде всего, интересна как источник сведений о сахалинских делах в конце девятнадцатого века, а не как литературное произведение.

Вам доводилось когда-нибудь в жизни совершать поступок, за который потом так стыдно, что даже можешь потерять покой и сон? Муки совести и раскаяние не дают. Думаю, что все знакомы с этим ощущением, которое гениальный психолог так мастерски донёс до читателей, рассказав маленький эпизод из жизни маленького человека. Да и не важно, маленький ты или большой, совесть то у всех похожая - чистая, светлая и не обманывает, если её слушать. А слушать её нужно, ибо она всегда подскажет, что нужно пожалеть, а что нужно отдать. Только вот не было бы поздно...

Пожалуй, в этом месяце меня преследуют такие душещипательные рассказы на пятерочку. Сначала был "Соловей и Роза" Уайльда, теперь вот "Тоска" Чехова... И я не думала, что с таким названием будет что-то весёлое. Но и не ожидала, что меня так сильно зацепит это небольшое произведение. Оно так тонко передает страдания души, горести одиночества, жестокость социума, что невольно впадаешь в ступор после прочтения и вытираешь слёзы грусти.

Извозчик Иона Петров потерял сына. И никому нет дела до его горя... К кому бы он не обратился, с кем бы не завёл диалог, никто его слушать не хочет. А ему бы только выговориться, поведать о своём горе, разделить это несчастье, может и полегчает на душе?... Но все думают о себе, о своих планах, делах. Никто не ведает, какую боль переживает этот маленький человек в большом жестоком мире, пока и сам не столкнется с такой ситуацией. Но Иона нашёл свою отдушину: он узрел человеческое в своей любимой лошади, которая с ним и в снег, и в стужу, и в дождь, и в солнце. И надо же, оказывается, что животные порою лучше людей...

Честно, я пустила слезу после прочтения. Думала, что быстро прочту и забуду, но нет. В который раз Чехов толкает своими произведениями на глубокие раздумья, сильнее впутывая семя размышлений в душу. В этот раз я тоже сильно задумалась. А ведь правда: нам нет дела друг до друга. Часто люди интересуются твоими делами лишь для того, чтобы скорее рассказать о себе. Когда у кого-то случается горе, лишь малая часть людей действительно хочет помочь, утешить, чтобы стало легче. Другие лишь пожимают плечами и идут мимо, думая о насущных делах. Почему люди так жестоки по отношению друг к другу? Разве сила не в общности, не в поддержке?

Конечно, меня окончательно добила развязка с лошадью. Иона начал свой монолог, ни на что не рассчитывая, и, увидев внимательно смотрящие глаза лошадки, понял, что это — его настоящий друг. И пусть он не может ничего сказать, но выслушает, не отворачивая свою длинную мордочку, не перебивая.  Даст погладить себя, свою шерстку, эмоционально поможет разделить боль. И тут тоже Чехов попал в точку. Ведь кто тебя выслушает и даст выговориться, если не наши любимые питомцы? Мы приходим к котам, обнимаем их, гладим и выплакиваем свою боль. Нам легче. Мы приходим к собакам и получаем порцию любви и машущего хвостика, который никогда тебя не оставит. Даже в хлев к коровам ты приходишь и получаешь нежное мычание и ласковые глаза, которые намекают на то, что тебе тут всегда рады.

Животные — лучше людей. Увы, пока так. Надеюсь на то, что когда-то мы дорастём до их уровня...

Мне всегда нравился Чехов, его произведения практически всегда находили отклик в моей душе и мыслях. Но с этим произведением произошла осечка.
Сюжет книги довольно прост. Мама оправляет девятилетнего Егора учиться в городскую гимназию. А так как город расположен не близко, то в путешествие мальчика проходит в компании дяди и священика - отца Христофора, которые едут туда по своим купеческим делам.
Все произведение состоит из рассказа о том, как проходит это путешествие из деревни в город, через степь. В книге много, очень много описаний природы, наверное, я бы сказала процентов 40-50 произведения. И честно, я люблю красивые описания, а если подобрать подходящую по атмосфере музыку, так вообще прекрасно будет, но здесь их черезчур много, к середине начинаешь уставать от них. Повествование тянется медленно, монотонно, здесь не получится спешить. Вся повесть пронизана какой- то тоской, печалью, одиночеством. Но с другой стороны эти чувства понятны и соотвествуют тому, что должен испытывать Егор в этот переломный момент, перехода от старого к новому. По сути получается, что это путешествие, преодоление степи, это символ некой внутреннего смятения, разрыва старых отношений, когда уже нет привычного окружения, знакомых людей, и ты один в огромном мире, потерянный и не знаешь куда двигаться - в степи. И вот в какой-то момент ты принимаешь это, старые связи истончились и воспоминания о них уже не причиняют такою боль, ты готов к новому - в этот момент происходит гроза.
В целом, я не могу сказать, что повесть плохая или скучная, да немного (или не немного) нудно из-за большого количества описаний и малого количества действий, но это классика. Просто книга не зацепила струны моей души, но смысл вложенный в нее стоит того, чтобы ее прочитать.