Рецензия на книгу

• 

  Razanovo

  9 мая 2026

  Каторга как способ колонизации

  Сельскохозяйственная колония, такая какой она виделась российским властям, на Сахалине невозможна - это основной вывод, который делает Чехов в своей документальной книге "Остров Сахалин".

  Россия хотела колонизировать свою новую территорию - остров Сахалин, но так как добровольно туда никто ехать не хотел, то был выбран вариант аналогичный тому, как Великобритания осваивала Австралию, то есть при помощи отправки туда осужденных. Россия применяла следующую схему: осужденные на каторжные работы после окончания срока каторги, получали статус поселенца без права выезда с острова. Поселенец теоретически должен был получать земельный надел и был обязан вести на нем сельскохозяйственную деятельность, а именно заниматься хлебопашеством. Администрация кредитовала поселенца семенами, материалами и орудиями труда, кроме того поселенец в течении двух-трех лет получал такой же паек и вещевое довольствие, как и каторжанин. После десяти лет пребывания в статусе поселенца, а реально после пяти-шести лет, бывший каторжанин переводился в крестьянство, получая право свободно жить по всей Сибири и Дальнему Востоку. По задумке властей к моменту получения крестьянских прав человек должен был прочно "врасти" в сахалинскую землю и не стремиться уехать с острова, чего в реальности не происходило - уезжали практически все. В своей книге Чехов анализирует данную ситуацию.

  Антон Павлович Чехов побывал на Сахалине в 1890 году, то есть через пятнадцать лет после того, как остров официально стал частью Российской империи (1875 год) и через двадцать лет после того, как первая партия русских каторжан ступила на остров (1869 год). Писатель прибыл на остров как частное лицо и преследовал только свои собственные исследовательские цели. Администрация острова не чинила Чехову никаких препятствий и оказывала ему полное содействие. Единственное ограничение, которое автор обязан был соблюдать и неукоснительно соблюдал - это полный запрет на общение с политическими каторжанами, про них в книге Чехова нет ни слова.

  "Остров Сахалин" - это книга, написанная в "сухом" документальном стиле. Первые четырнадцать из двадцати трех глав книги посвящены обзору всех поселений на Сахалине. Чехов самостоятельно составил что-то вроде переписной анкеты и ездил по населенным пунктам, обходя дома, собирая и записывая информацию, жители принимали его за государственного чиновника. Поэтому текст книги содержит множество статистического материала, Чехов приводит кучу цифр. Вот типичный отрывок

  
  Основано Первое Арково в 1883 г. Жителей 136: 83 м. и 53 ж. Хозяев 28, и все они живут семейно, кроме каторжной Павловской, католички, у которой недавно умер сожитель, настоящий хозяин дома; она убедительно просила меня: «Назначь мне хозяина!» Трое имеют по два дома. Второе Арково основано в 1884 г. В нем жителей 92: 46 м. и 46 ж. Хозяев 24, все живут семейно. Из них двое имеют по два дома. Третье Арково основано одновременно со Вторым, и из этого видно, как спешили заселить Арковскую долину. Жителей 41: 19 м. и 22 ж. Хозяев 10 и при них один совладелец. Семейно живут 9.
  В трех Арково пахотная земля показана у всех хозяев и величина участков колеблется между 1/2 и 2 дес. У одного показано 3 дес. Сеют в немалом количестве пшеницу, ячмень и рожь, сажают, картофель.

  В главах с пятнадцатой по двадцать третью Чехов от географии населения Сахалина переходит к анализу, как он выражается, "частностей, важных и неважных, из которых в настоящее время слагается жизнь колонии". Рассказ об этих "частностях" понравился мне намного больше первых глав книги. Чехов описывает саму организацию сахалинской каторги, перевод в разные категории, условия жизни в каторжных бараках, тюрьмах, деревнях.

  Кстати, на уроках истории нам рассказывали о подвиге самопожертвования жен декабристов (что, учитывая как много они теряли, действительно так и есть), но не говорили, что вообще-то добровольное следование свободных членов семьи (жен, мужей, детей) за осужденным на каторгу было в России делом вполне обычным и свободные невинные люди страдали на каторге не меньше каторжан, так как никаких особых условий для них никто не создавал.

  Женскому вопросу Чехов уделяет в книге много места, так как огромный дефицит женщин на Сахалине является одной из причин того, что колонизация острова идет из рук вон плохо. Также острая нехватка женщин приводит к практически поголовной проституции среди женщин на Сахалине, так как имеется огромный спрос и это самый быстрый, легкий и зачастую единственный способ для женщин заработать на острове.

  
  Когда я спросил в Александровске, есть ли здесь проститутки, то мне ответили: «Сколько угодно!» Ввиду громадного спроса, занятию проституцией не препятствуют ни старость, ни безобразие, ни даже сифилис в третичной форме. Не препятствует и ранняя молодость.

  Очень много Чехов говорит о климате Сахалина, который является основным препятствием для развития сельского хозяйства на острове. При этом администрация принудительно заставляет поселенцев заниматься именно сельским хозяйством, что бесперспективно, убыточно и приводит к бегству поселенцев и массовому отъезду крестьян с острова.

  
  в колонии не остаются ни пришлые, ни местные уроженцы, и поэтому все сахалинские посты и селения до настоящего времени вернее было бы называть не колонией, а местами временного водворения

  Занятия рыбным промыслом и горнорудным делом имеют больше перспектив, но администрация острова не уделяет внимание и не создает условий для развития этих отраслей колониального производства.

  Вообще, в результате поездки у Чехова сложилось впечатление что колонизация острова идет из рук вон плохо и решить эту проблему будет очень трудно, гораздо труднее чем проблему улучшения условий жизни каторжан. Климат, безалаберность, незаинтересованность местных чиновников в результате, бессистемность, непонимание специфики Сахалина центральными властями привели к тому, что практически за двадцать лет колонизации на острове так и не возникло устойчивое и экономически себя обеспечивающее общество.

  
  Нынешние чиновники сознаются, что если бы не страх перед физическими препятствиями, то, при разбросанности каторжных работ и слабости надзора, на острове оставались бы только те, кому нравится здесь жить, то есть никто.

  Книга Чехова вполне нормально читается, но прежде чем взяться за нее, надо четко понимать, что это не художественная литература и даже не научпоп. Чехов нисколько не старается раскрасить текст какими-то интересными жизненными историями, и это несмотря на постоянное общение с каторжанами и поселенцами. Отчасти из-за того, что

  
  Преступления почти у всех ужасно неинтересны, ординарны, по крайней мере со стороны внешней занимательности, и я нарочно привел выше Рассказ Егора, чтобы читатель мог судить о бесцветности и бедности содержания сотни рассказов, автобиографий и анекдотов, какие мне приходилось слышать от арестантов и людей, близких к каторге.

  но, в основном, из-за того, что у автора были другие цели, а именно обозреть сахалинскую каторгу как систему наказания и как систему колонизации новой территории. Книга Чехова, прежде всего, интересна как источник сведений о сахалинских делах в конце девятнадцатого века, а не как литературное произведение.

  36 понравилось

  1

  156

Комментарии 1

Ваш комментарий

Войти, чтобы оставить комментарий.

yu_lika11 мая 2026

Спасибо за рецензию!

1 понравилось

Ответить