Женщина, или Повесть Судьбы

Есть женщины в русских селеньях.
Их бабами нежно зовут.
Слона на скаку остановят
И хобот ему оторвут.

До одури откровенный труд, что, впрочем, говорит не о честности автора, а о какой-то нереальной степени самолюбования. Арисиме настолько начхать на весь мир людской, что он готов описать аборт собственной матери.

Русскоязычная информация об этом авторе полностью исчерпывается парой небольших заметок о нем самом и двумя произведениями "Око Каина","Женщина". "Око Каина" - небольшой, яркий, шокирующий рассказ. "Женщина" - произведение довольно объемное, где главной героиней выступает девушка Йоко. На основании урода-мужчины в "Око Каина" ждешь уже заранее чего-то похожего и ожидания полностью оправдываются. Никакой связи с Анной Карениной не обнаружил (этим пестрят все аннотации), ну, если не сравнивать какие-то сюжетные формы, что довольно нелепо, ибо является совсем не главным. С таким же успехом можно объединить по смыслу два произведения, если в обоих описаны женщины в красных платьях. Но Анна Каренина в "Женщине" все же есть, хотя в подобной неявной форме вряд ли это имелось в виду.

Более удачным смысловым аналогом Йоко Арисимы в мировой литературе является Скарлетт ОХара Маргарет Митчелл. Читателю дается прекрасная возможность их сравнивать, а заодно на этом основании и прояснить некоторые вещи, касающиеся "Унесенных ветром". Очень распространена реакция на Йоко в виде "не пойму как автор относится к своей героине". Фраза очень точная. Подобная женщина-боевик в жизни занимается исключительно самовосхвалением и описанием своих многочисленных побед. Нам редко удается заглянуть к ней за кулисы, узнать что-то правдивое и неискаженное. Такую возможность предоставляет кроме Митчелл еще и Арисима. Последний изобразил свою женщину-монстра с такой ужасающей правдивой жестокостью, что перещеголял даже Эмму Бовари. Хотя, конечно, это не тот путь, которым женщина стала бы гордиться. Но подобная Йоко даже на литературном склоне является редкостью.

С одной стороны, без того, чтобы героиня не поведала нам о своих победах, не обойтись, - военные трофеи для нее слишком важны. В данном случае - это куча побед над людьми, самым разными - родственники, мужья, мужчины, горничные и т.д. С другой стороны - Арисима этим не ограничивается, рассказывает о психологических предпосылках подобных побед, механизмах, противоречиях и неуверенностях героини. Так, впервые заглянув в мир Скарлетт, многие ужаснулись ее цинической мысли и мании использовать всех и вся для собственных интересов. Страдания этих героинь в своей природе истерические и надуманные, это их свойство и именно здесь мелькает подол платья Анны Карениной. Другое дело, что ничего общего внешне Йоко с толстовской героиней не имеет. Арисима выдает очень точную фразу - "Йоко с ледяным холодом в сердце и глазами, полными слез".

Подобные игры с людьми главной героини заключаются и в том, как сам автор, имеющий с Йоко много общего (кроме половых органов), подходит к повествованию. Он будет интриговать своим неясным отношением к героине, то отдалять ее, то снова приближать, кидаться из крайности в крайность, приписывать ей странные поступки. Но это не интриги - Арисима, как и автор "Унесенных ветром" списал главную героиню с самого себя и при этом он не знает - как он к ней относится. Вроде бы это и трагедия, ибо подобные люди обречены на крайнюю степень самокопания, но для писателя все это очень удобно. Читатель в своем большинстве ничего не поймет, а от подобной героини всегда можно откреститься. Что и сделала когда-то Маргарет Митчелл.

Арисиму, к счастью, никто с его Йоко и не отождествлял. Женщина у него получилась настолько живописной и достоверной, что удивляешься - как мог автор достичь такой степени самодовольства, ибо Йоко у него по описанию раскрасивая раскрасавица и все мужчины тут же теряют голову (В этом плане Митчелл выразилась мягче. Скарлетт у нее "не была красавицей, но мужчины вряд ли отдавали себе в этом отчет"). А также деньги, состояния, наследства своих бабушек. Причем в ее красоту тут же веришь, сие не голословно, вероятно, Арисима самомнение Йоко вырастил на своем собственном. Фото автора подтверждают это, также, как и элементы его биографии. Вообще, в сюжете присутствует что-то толстовское по тому принципу, что японцы - народ прижимистый и найти барана, который бы за все платил, практически невозможно. Аналог биографии Софьи Ковалевской, которая, бросив русского мужа, при новом муже-немце продолжала всю жизнь тянуть бабосы из своего старого дурака.

Стандартные темы начала 20-го века - права женщин, их место в обществе, ломка традиций - все это стоит упоминания, но не больше. Так "Унесенные ветром" описали 60-е годы 19 века в 30 - х годах 20 века, а Арисима вообще рассказал о современнице, ибо действие происходит в начале 20 века. Безоговорочно общество восприняло "Женщину" как роман об особи легкого поведения. Но автор очень прогрессивно самим названием произведения заложил совершенно иной смысл. В настоящее время Йоко - обычная женщина и это без всяких подковырок и двусмысленностей. Человек не в меру деятельный всегда вызывает зависть, поэтому во все времена люди искали только повод, чтобы облить его помоями. Да, подобная Йоко груба, лишена чего-то тонкого женского, шагает к цели по головам, в ней гораздо больше мужского. Внешне ей на все плевать, но Арисима заявляет, что это совсем не так. Но готовьтесь, сейчас Йоко вас загрызет.

Не первое произведение японца-христианина (что не в полной мере относится к Арисиме), которое при этом остается вполне японским. Менталитет, судя по всему, оказывает основное влияние на авторов, он у них не так связан с вероисповеданием. Что говорит в пользу буддизма, ибо он не навязывается. Роман Арисимы, как и Митчелл, физиологический. Очень полно и скрупулезно описываются ощущения, предметы, формы. Эффект присутствия полный. Сие тоже признак японской прозы.

К сожалению, у Арисимы не было возможности показать Йоко во всей красе, как это удалось Митчелл. Японское общество более закоснелое, более феодальное. Если Скарлетт удалось побывать на войне во всех смыслах этого слова, то на долю Йоко досталась только война взаимоотношений, где, как ни крути, победа не записывается заново красивыми фразами в новый учебник истории, а достается вместе с горьким налетом всей гнусности победы любви. Типичное заблуждение подобной женщины - поиск в течении всей жизни достойного соперника. Она как будто спарринг-партнера ищет. Тогда как на самом деле ей нужна груша. Мазохист, который разделит ее интересы и получит при этом удовольствие. Тоже, впрочем, нелегко найти. Хотя и проще, ибо боевик-мужчина в такой Йоко сам не заинтересован. Если среди джентльменов для Скарлетт и нашелся Эшли, то грубость войны ей может предложить только Ретта Батлера. Оба автора, и Арисима, и Митчелл, невольно обращаются к семье своих героев, когда их никто не понимал и они оставались одинокими. Ключевая фраза "Жить в обществе и быть вне его" произведения Арисимы связана с тем, что он сам искал ответ на подобный вопрос, в том числе и в собственной семье, где заложились первоосновы одиночества. Судя по всему, ответ он нашел в двойном самоубийстве, которое совершил вместе с возлюбленной в 45-летнем возрасте. Что было с Маргарет Митчелл?

Радостно нашел аналогию с дедушкой Лениным. Эта тяга Йоко к бедным и страдающим сродни любви Владимира Ильича к пролетариату. А саму Йоко лучше всего характеризует фраза "Если бы только можно было разгрызть эту сильную, мужественную грудь и зарыться в нее с головой, - думала Йоко, - пусть из нее текла бы кровь, все равно!"

Интересный японский термин "цуцумотасэ" давно вошел в нашу жизнь. Это когда жена с помощью мужа разводит на деньги неудавшихся любовников. А еще в "Женщине" очень много имен собственных на букву "К". Они сливаются в одно и читать трудно, надеюсь, что подобными именами у автора не символизируется Ку-клукс-клан. Кимура, Кураси, Короку, Кото, Кибэ, Курасива, Кинкадзана, Кугидана, Кацура и т.д.

Роман мне понравился, хотя дочитывать его было тягостно, до такой степени все стало патологично. Совершенно больная женщина, до невменяемости. Честно говоря, сравнение Йоко-сан с Анной Карениной мне кажется неуместным. Общего у них только пол и несчастная судьба. Впрочем, что еще объединяет знаменитый роман Льва Толстого с «Женщиной» Арисимы, так это социальный подтекст. Автор послесловия представляет Йоко и её возлюбленного жертвами буржуазной морали, но мне это кажется сильным преувеличением. Судьба героини – дело ее собственных рук, трагический конец абсолютно логичен при таком отношении к жизни.

Честно говоря, читая, все время пыталась представить себе эту женщину-вамп, за которой тянулся целый шлейф отвергнутых и не менее длинный хвост не отвергнутых поклонников. Неужели, правда, она была так хороша, что мужчины сразу же и безвозвратно теряли голову? Что делало Йоко до такой степени притягательной, каким образом ей удавалось сохранять свою власть? Не знаю, не поняла, но из нее могла бы получиться первоклассная гейша.

Вы когда-нибудь обращали внимание, что на старинных портретах японские женщины часто какие-то сгорбленные? Это потому, что ходить, расправив плечи, в Японии могли только гейши, приличная женщина не должна была поднимать головы. А что же делать японской девушке начала XX века из среднего класса, получившей западное образование? Выбросить всю новоприобретенную чушь из головы и стать добродетельной матерью семейства.

А Йоко не хотела. Из чувства протеста она все делала не так, как приличные женщины. Сначала боролась с матерью, потом с обществом, потом с призраками. Арисима, с одной стороны любуется своей героиней, умницей, красавицей и гордячкой, с другой – беспристрастно показывает ее эгоцентризм, хищность и мелочную расчетливость. Йоко до такой степени убеждена, что она – центр мира, что не поступается ничем. Самым непривлекательным образом рисует ее отношение к дочери. Из упрямства сделать свою дочь сиротой при живых родителях и видеть в этом какую-то добродетель – довольно странное извращение сознания.

Совершенно не хочется заниматься разбором отрицательных качеств героини, по мере чтения она все больше и больше вызывала у меня чувство сродни тому, которое возникает, когда смотришь на страдания твари чуждой природы. Я не моралист, и беспорядочная жизнь этой женщины не может вызывать у меня осуждения, но в конце она стала просто больной, морально и физически, которую и жаль, и, в то же время, хочется пристрелить, чтобы не мучилась и не мучила окружающих.

Роман понравился мне очень точным, практически медицинским, описанием душевных состояний героини и чисто японской созерцательностью, когда дело касается описаний внешнего мира. Арисима показался мне чем-то сродни Танидзаки Дзюнъитиро, они были современниками, только Арисима прожил гораздо более короткую жизнь. Вместе со своей возлюбленной, замужней женщиной, он совершил синдзю, двойное самоубийство влюбленных, более красиво, чем его героиня, решив проблему запретных отношений. Рекомендую любителям японской литературы.

Роман Такэо Арисима “Женщина” часто называют японской “Анной Карениной”, и доля правды в этом есть. Перед нами история женщины, которая ради любви нарушила нормы общественной морали и за это поплатилась. Но на этом сходство, в общем-то, заканчивается, и если Анну я могу понять и могу ей посочувствовать, то Йоко, главная героиня этой книги, таких эмоций у меня не вызывает.

На дворе начало двадцатого века, молодая женщина по имени Йоко отправляется в Америку к своему жениху. Йоко - необыкновенная красавица, на редкость обаятельная. Мужчины падают штабелями. Но есть нюанс: наша героиня разведена и имеет ребёнка, то ли от бывшего мужа, то ли нет. Иными словами, репутация у нее подмочена, и на блестящую партию рассчитывать она не может. Поэтому эмигрант Кимура для нее самое то, а родственники безумно рады сбыть ее с рук подальше. На корабле Йоко знакомится с Курати, ревизором от пароходства. Между ними вспыхивает безумная страсть, Йоко так и не сходит на американский берег и возвращается с возлюбленным в Японию. А надо сказать, что Курати женат. И ради любви Йоко он бросает семью, увольняется из компании (при таком скандале держать его там никто не собирался) и снимает симпатичный домик. Влюблённые остаются наедине друг с другом и со своей любовью. Надолго ли их хватит?

В принципе, мораль, которую хотел донести автор, предельно ясна: девушки, думайте головой, а не тем местом, что внизу живота. Страсть - такая вещь, которая очень быстро проходит, и строить семейную жизнь на этом зыбком основании плохая затея. Хорошо, когда между супругами есть влюблённость, но общие цели, общее социальное положение, общие интересы и взаимное уважение гораздо важнее. Более того, никакая самая любовная любовь не выдержит социальной изоляции. Скажете, что так было в прошлом? А вспомните, насколько выросло количество разводов во время ковида. И не зря мудрые люди советуют проверять отношения совместным отпуском, когда рядом нет друзей, коллег и родственников, и вы вдвоем 24/7. А теперь представьте, что такой отпуск длится год… Ужас!

Что же до самой героини, то личность она не слишком приятная. Она не просто поддается эмоциям, она искренне считает, что вокруг ее чувств должен вращаться весь мир. И ладно, она ждёт этого от своего любовника, именно право, но и другие люди должны выплясывать вокруг нее хороводы. Йоко - жуткая эгоистка, но это я ещё могла бы ей простить, кабы не ее истеричность. Вот эти взрывы чувств, заламывания рук и скандалы по любому поводу я терпеть не могу. Безусловно, частично такое поведение можно списать на ее вынужденное безделье, но она и по натуре истероидна. Этот Курати ещё долго с ней продержался, видимо, сильно любил.

Единственное, что мне не понравилось в книге, а в принципе роман мне зашел, так это ее название. “Женщина” предполагает, что описанное поведение является типично женским, но это не так. Бывают и мужики-истерички, и уравновешенные женщины, здесь не от пола зависит, а от психики. Но автор-мужчина пошёл на поводу у сексизма того времени и приклеил гендерный ярлык. Вспоминается повесть знаменитого Ихара Сайкаку “Пять женщин, предавшихся любви”. Вот прямо просится подобное уточнение. А так очень занимательно.

Глубокая, сильная драма. Плотный, насыщенный текст, повествующий о жизни молодой японской женщины Йоко, её чувствах и мыслях.
Она хочет быть свободной, её характер и желания не вписываются в рамки общества, в котором она живёт и принятой в нём морали. Образ жизни, который она вела, погубил её репутацию, и теперь нежеланный ею брак - единственный способ вернуться в общество, которое её отвергло. Ну, во всяком случае, писатель, думается, хотел её таковой показать.

Однако я увидела девицу, у которой знатно чешется в одном месте, и, дабы сбить нестерпимый зуд, она и пускается во все тяжкие при каждом удобном для себя случае. А поскольку случаи, видимо, бывали часто, то она и упомнить их, увы, все не может - это ярко иллюстрирует эпизод на пристани ещё перед отплытием.
Она едет к мужчине, с которым у неё есть шанс начать жизнь заново, но... Для меня не стало сюрпризом, что даже проделать этот путь по-человечески Йоко не смогла, и жизнь её совершила совершенно неожиданный поворот.

Нелепая, путаная жизнь, метания и терзания, в которых она и сама до конца разобраться не может, куда уж там читателю - тут только тупой бы не понял с самого начала, что добром красна девица не закончит. У нее и сначала в голове была просто невообразимая каша, а потом вся эта каша ещё и забродила, и собственно все это брожение и его последствия читатель и имеет удовольствие наблюдать на протяжении всей книги.
Героиню можно чисто по-человечески понять и пожалеть. Можно - но у меня не вышло. Понять частично получилось, а вот пожалеть - нет. "Жила-была Йоко - сама виновата".

...А книга прекрасна. Слог потрясающий, героиня - как на ладони, до самого своего нутра, со всем своим внутренним миром, эмоциями, чувствами, мыслями, поступками и их мотивами. Чем-то напомнило мадам Бовари Флобера, а чем-то Терезу Дескейру Мориака.
Восхитительно. Получила почти физическое удовольствие от прочтения.

Ох уж мне эти роковые женщины...

Йоко живёт своей жизнью, не сильно оглядываясь на мнение окружающих. Выходит замуж и разводится по собственному желанию, носит яркие кимоно, открыто заигрывает с мужчинами, навещает дочь, рожденную вне брака. А на календаре, на минуточку, начало ХХ века. Кажется, единственный раз она идёт на поводу семьи, соглашаясь на брак с человеком, к которому равнодушна, но на пути в Америку Йоко, легко сведя с ума парочку мужчин, и сама влюбляется. И это роковым образом меняет судьбу нескольких человек - Йоко окончательно оказывается на обочине общества, Кимура ждёт её в Америке, готовый всё понять и простить, Курати сходит с привычной карусели жизни, его жена остаётся в одиночестве...

Аннотация и послесловие отсылают к Толстому и "Анне Карениной", но я вижу в Йоко скорее Достоевского и Настасью Филипповну с её саморазрушением. С творчеством Толстого роман роднят, пожалуй, только христианская мораль, идея всепрощения и небольшая отсылка к "Воскресению" в конце. Йоко бросает вызов обществу не столько ради любви, сколько ради самого бунта, ради абстрактной идеи свободы от оков неважно даже чего - то ли материнской опеки, то ли условностей. Любовь к Курати приходит уже потом, да и любовь ли это?.. Скорее нездоровая зависимость, сжавшая весь мир до очертаний одного человека, откинувшая всё лишнее - не только навзчивую мораль, но и собственного ребёнка. Йоко красива, умна, энергична, ей скучно и тесно в стандартных рамках семьи и том унылом наборе ролей, которое ей может предложить общество. Возможно, дело не столько в ролях, сколько в неказистости её первого супруга, который не способен ничего предложить страстно познающей мир женщине. Ведь живя с Курати, Йоко начинает понимать своих старых подруг по школе, которые ведут добропорядочную жизнь жён и матерей. Йоко на протяжении романа медленно сходит в бездну безумия: сообразительная и ловкая женщина превращается в подозрительную истеричку. И так ли уж велика вина общества в этом?.. Общество в лице госпожи Тагава, конечно, добивает Йоко, но и она не кроткая овечка и вполне способна оттяпать палец. Этот образ напоминает мне Рурико из "Портрета дамы с жемчугами" Кикути Кана - те же сила и энергия, которые можно было бы направить в иное русло, нежели соблазнение всех половозрелых мужчин в округе. Но писатели-мужчины идеи женской эмансипации обычно превращают в романы о любви, отринувшей условности (что, уж конечно, вызывает больше эмоций, чем какой-нибудь производственный роман), хотя в конце обычно оговариваются, что они-де не призывают всех женщин бросаться в омут страсти. Неслучайно, Йоко, чувствуя приближение смерти, рассуждает о том, что она "ошиблась" и вспоминает про строгого принципиального друга семьи Утиду.​ ​ ​

Не скажу, что моя тема, но роман прекрасен. Всё на уровне: сложнейшие вопросы жизни, хитрые повороты сюжета, череда образов.

До чего же мрачная история, главной героиней которой является Йоко с ее стремлением разрушить все, до чего она способна дотянуться. А поскольку в те времена да еще и в Японии возможностей у женщины было не так уж и много, то и выходит, что разрушает Йоко в основном себя да свои отношения с разными близким (и не очень) людьми. Не знаю, откуда в ней такой дух противоречия, но желание делать все вопреки кому-то или чему-то, порой ведь даже вопреки самой себе и своим собственным желаниям, доставляет Йоко просто немыслимое удовольствие. Она мученица, вот только она же еще и мучитель. И все это так прочно переплетено внутри нее, что уже и не разберешь, где же она настоящая. Какой бы она выросла, если бы жизнь была к ней чуть более благосклонна? Если бы не было того скандала, который заставил ее закрыться ото всех, ожесточиться и быть готовой к тому, чтобы нанести удар первой.

Йоко полна противоречий. Иногда она ведет себя как настоящий боец, отстаивая свою точку зрения, свое право на счастье, свое видение мира и многое другое, а уже спустя секунду она превращается в неспособную ни на что девушку, которой не к кому обратиться за помощью. Почему она может гордо противопоставить себя всему миру и неспособна преодолеть что-то внутри себя чтобы позаботиться о своем здоровье? Хотела бы я сказать, что прониклась ее бедами и печалями, но нет, у меня не вышло. Слишком уж противной она получалась в некоторые моменты. Потребительское отношение к окружающим, зависть, неконтролируемая злость, отчаяние... ее переполняет столько негативных эмоций, что жалеть ее не получается. И эта тяга все испортить, откуда она в ней? Зачем она раз за разом сама усложняет себе жизнь? Как будто ей кажется, что постоянные испытания помогут ей поддерживать себя в тонусе.

Насколько я могу судить, вся история сконцентрирована именно на противостоянии людей сильных духом и людей "обычных", считающих, что их мораль моральнее всех остальных моралей вместе взятых. Благими намерениями, как говорится... Тот же К. (это кстати совершенно другой, уже третий К.) хочет помочь Йоко, но все, на что он способен, это бесконечно поучать ее, пытаясь вбить в ее голову свое понимание жизни. При всех его положительных стремлениях это выглядит убого и жалко.

Такэо прекрасно проиллюстрировал жизнь женщины, которая решилась пойти не просто против системы, а разом против всего. Ни семья, ни общепринятые нормы поведения, ни внутренний голос разума, ни общественное порицание, ничто не властно над Йоко. Она смело шагает вперед, не обращая внимания на последствия своих шагов. Она родилась не в то время. Ни она сама, ни окружающие ее люди, просто не знали, что делать с такими людьми - стоит ли заклеймить их как ненормальных или наоборот следовать за ними как за лидерами. Да, Йоко безусловно опередила свое время, она оказалась на стыке эпох в стране, которая особо не благоволила к женщинам. И она оказалась не готова к такому вызову - отсюда и метания из стороны в сторону. Подростковый бунт переходит во вполне взрослую войну, когда она самостоятельно выбирает себе мужа. Неслыханное ведь дело для того времени. А потом также самостоятельно она принимает решение покинуть его. Тоже удивительный факт. Но потом погибают родители и Йоко как будто ломается. Она сдается и все же соглашается выйти замуж за К., которого нашли для нее родственники, но потом уже на пути к нему влюбляется в другого К. и внезапно вновь обнаруживает в себе силы побороться за право самой выбирать свой путь. То ли любовь придала ей сил, то ли то, что она покинула японскую землю, а может даже глупое соперничество с госпожой Т. помогло ей вновь обрести внутренний стержень.

И если не копать глубже, то Йоко кажется вполне себе симпатичной героиней. Этакая беглянка, которая нигде не может найти свое место. Особенно трогательна она выглядит уже совсем в финале с этим ее "я ошиблась". Но я протестую против ее формы протеста. Она же так умна и находчива. Почему же она не сообразила, что столкновение лоб в лоб окажется для нее столь плачевным? Не верю, что она и правда надеялась выстоять против всего общества, против целого мира, который желал говорить ей, что и как делать, кого и когда любить, кому подчиняться и т.д. У нее не было ни шанса и своим поведением она только ухудшала и без того непростую ситуацию.

Книга оставила неоднозначное впечатление. С одной стороны книга написана в начале XX века. Она издавалась двумя частями, начиная с 1911 года. Тема, можно сказать, была закрытой. Мало кто отваживался в то время писать о падших женщинах. Может именно по этой причине роман имел успех. С другой стороны для меня сюжету не хватает динамики. Повествование неторопливое, размеренное. Только в самом конце, когда Йоко попадает в больницу, роман заканчивается стремительно.
Книга анонсируется, как роман о второй Анне Карениной. Но для меня героиня таковой не стала. Она не мечется, как толстовская героиня, а осознанно пользуется слабостью мужчин. Она способна просчитать любое свое действие и хладнокровно принимать решение. Вот только с Курати такого не случилось. Йоко просто влюбилась в сильного и уверенного в себе мужчину. Именно поэтому она готова на все, чтобы он был рядом. И чувства эти взаимны. Сильны до такой степени, что даже расставаясь, Курати заботится о возлюбленной. Смерть героини наступила именно в тот момент, когда дальнейшее повествование не может быть предсказуемым. И умирает она от запущенной болезни, а не от невозможности существовать без любимого.

По моей задумке, заголовок рецензии должен был быть "Унесённые ветром по-японски". Но как-то обнаружилось, что я не одна такая оригинальная, поэтому попытаюсь раскрыть собственные переживания, связанные с этой книгой.

Итак, меня зовут Ancie, и мне 25. А главной героине Йоко - 26, и она потихоньку исходит на говно и совершенно изводит окружающих, поскольку её молодость прошла. Внимание, вопрос: это в Японии 1900-х было другое восприятие возраста ("жить осталось так мало, мне уже семнадцать лет - как пела Клариче из Труффальдино), или мне лично тоже пора готовиться?

Если серьезно, то книга очень интересна с культурологической стороны. Любопытно наблюдать за японским обществом начала XXI века - сочетание европейского лоска с традиционной культурой начинает делать из этой страны то, что мы видим сегодня. «Падшая» Йоко, поносимая почтенными матронами, через некоторое время становится популярна, поскольку меняется мода, и ее поведение в обществе переквалифицируется из вопиющего в эксцентричное. Так трансформируется Япония более 100 лет назад. Главная ирония заключается в том, что прямо сейчас, в 2018 году, я нахожусь в регионе, где существует непереводимое слово «ұят», сочетающее и стыд , и «что люди скажут», и еще множество оттенков, делающих это понятие чуть ли не национальной идеей. Идеей, не дающей молодой девчонке из деревни, приехавшей из дальнего аула и случайно залетевшей, вернуться домой к родителям, поскольку это их опозорит - нет, она вынуждена искать другие способы: делать кустарный аборт или, самостоятельно родив, выкинуть младенца в мусорный бак. Кажется, век назад в Японии общество было погуманнее.

Йоко - классическая манипуляторша, и это у нее от нездоровых отношений с матерью (эк я лихо выставляю диагнозы!), поэтому она в течение всей жизни не может выстроить здоровых отношений с мужчинами, а в собственных сестрах видит лишь более молодых и привлекательных соперниц. Арасима Такэо пытается изо всех сил играть в тонкого психолога, но вся картинка разваливается, когда он прямым текстом, примерно раз в 10-15 страниц, повторяет: Йоко становится истеричнее. Йоко истерит. Истеричка. Истерические припадки. Истерика, истерика, истерика! Возможно, это издержки перевода, но мысль автор смог донести и более художественными средствами: когда человек страдает от перепадов настроения, провоцирует на жестокость своего любимого человека, может биться в судорогах или случайно начать кусаться - это истерический тип личности, мы поняли, спасибо.

(И про спасибо: самый огонь был в аннотации к роману: ПОЧЕМУ УМИРАЕТ ЙОКО? Спасибо, блин!Очень интересно будет прочесть книгу с интригующим финалом)

В романе все персонажи по-своему мерзкие: кто-то слишком грубый, кто-то прямолинейный, кто-то слабый и не умеющий постоять за себя, кто-то плетет интриги… наиболее всего, на мой вкус, Арасиме удалось показать, как мозг параноика преломляет реальность. И, конечно, бескрайнее самолюбование главной героини, от выбора наиболее выигрышного кимоно до предпочтительного способа умереть:

С одной стороны, эта история - про женщину, влюбляющую в себя мужчин и затем вертящую ими, как пожелает, и формирующую скамейку запасных (ведь нельзя снимать сандалии не выбрав места для ночлега), но в итоге не справляющуюся и погибающую либо остающуюся в одиночестве - достаточно универсальная. С другой, непонятно, по желанию автора или вопреки, здесь много колорита, свойственного японской культуре. Вот, например, поиск красивых аллегорий, которые наверняка можно уложить в хайку, и за это книге можно многое простить:

Дочитавшим рецензию до конца - плюшечка с полочки, новое слово в коллекцию бесполезных, но очень метких и «необоходимых» слов из других языков:

Как-то так случилось, что во времена моего активного увлечения (которое я тогда пыталась превратить в профессию, мва-ха-ха) японской литературой, я прошла мимо Арисима.
Нет, конечно, я знала про Сиракаба и их взгляды, но не более того. Для тех, кто не в курсе - это группа писателей и их газета, которые образовались в основном под влиянием знакомства с западным искусством. Название, к примеру, было взято под влиянием русской литературы ("Сира каба" - белая береза). Во многом поэтому "Женщину" Арисима так часто сравнивают с "Анной Карениной" Толстого, хотя на мой взгляд все же это сходство более сюжетное, чем смысловое.
Вообще роль женщины в Японии - тема достаточно непростая. В 12 веке Сэй Сёнагон спокойно принимала у себя любовников, а в 21 веке большинство женщин все еще должны выбирать карьеру или брак. Никакого постепенного развития женских прав; сплошные скачки туда-сюда. В книге описывается очередная эпоха перемен, в которой женщинам опять сложно найти свое место в жизни. Считается, что в судьбе Йоко в основном виновато общество, а не ее характер, но с этим достаточно сложно согласиться. Самым большим "косяком" общества в этом плане была ситуация с поясом, когда светлую любовь подростка к Богу перепутали с плотской к мужчине.
Дальше Йоко все же портила себе жизнь самостоятельно. Дело же не в уходе от мужа, не в нежелании быть с Кимура и так далее, а во вполне целенаправленном саморазрушении. Конечно, в то время не знали про такие заболевания, как, к примеру, депрессия, чьими симптомами бывает это самое саморазрушение: промискуитет (спорно в случае Йоко, конечно, но по тем временам - возможно), игнорирование заболеваний (интересно, что у нее такое было? Но вообще создалось впечатление, что можно было бы сделать операцию и выздороветь достаточно быстро, если бы Йоко не затянула это больше чем на год), накручивание проблем (необоснованная ревность к сестрам), ненужные жертвы (зачем было бросать ребенка на няню, если все возможности забрать дочку были?), мазохизм, доходящий до мечтах о том, как ее убьют...
С подобным, конечно, может быть непросто справиться в мире без антидепрессантов, но все же насколько это проблема общества? Йоко общество наказывает не за любовные связи и не за свободный выбор, а за ложь и (по сути) мошенничество.
Йоко не повезло ни с родителями, ни со школой, а она оказалась слишком слаба, чтобы стать счастливой. Это не проблема человека маленького - это проблема человека слабого.

Впрочем, ни в какой другой Японии тоже. Однако обо всём по порядку.

Не знаю, каким прямодушием обладают люди, способные расковырять в судьбе Йоко глубокую социальную драму, но я, вестимо, такового лишён. Упрямые намёки автора на то, что Йоко не-такая-как-все неповторимая снежинка, и неловкое описание конфликтов женщина-общество, не раскрывающее механизмов и сводящее их к теме женщина-женщина, скорее играют на руку сторонникам субъективной социологии, нежели людям, судящим более беспристрастно. Казалось бы, схема надёжна и проста, как поплавок: умнейшая, хитрейшая, красивейшая Йоко, по своенравию восстающая против отживающих своё устоев, ведёт неравную борьбу с "приличным обществом", семьёй, друзьями и даже будущим мужем ради истинной, чистой любви, растравляющей её тонкую, как шёлк кимоно, и непостижимую, как истина, душу... Но где сокрыт изъян?

Когда автор делает ставку на социальную коллизию, ожидаешь тонкой психологической игры разных антагонистических личностей, подспудно или прямо выражающих конкретные идеи. Что же предлагает Арисима Такэо? Две позиции: Йоко и осуждающие Йоко. Кото осуждает за легкомысленность по отношению к будущему мужу Кимура, мать осуждает за связь с Кибе, семейство Тагава осуждает за связь с Курати и так нескончаемо вьётся нить. Не осуждает её разве что Кимура - эдакий христианствующий мессия, открыто признающий, что он терпеливее, чем Иисус, отчего его сочувствие отдаёт душком. Итого: всем не нравится, что Йоко опускается до желаемого, а именно - живёт по любви. Но так ли высок её протест, воспаряет ли он над бытовыми склоками или тонет в них? Наверное, всё же тонет. Ненависть к Йоко возникает как правило на почве ревности. Мать Йоко ревнует к ней Кибе, миссис Тагава - Курати, и когда сама Йоко начинает ревновать Курати к своей сестре Айко, она готова ненавидеть подчас яростнее. Серпентарий чистой воды.

Довели ли Йоко до одиночества, настигшего её в расцвете лет, личные психологические проблемы или злонамеренное окружение? Конечно, всё вместе. По всей видимости, в критике феодальных устоев Арисима делал ставку на вскрытие гнойника брака: обязательного, принудительного и беспощадного к женщине. Йоко и впрямь не желает сходиться с Кимура, отдавая предпочтение Курати. И первым делом, чтобы подчеркнуть свою независимость и самостоятельность, Йоко пытается - вот только не удивляйтесь - подчинить себе волю Курати, привязав к себе, при этом не отказывая однозначно и Кимура с расчётом на денежные переводы и "подушку безопасности". Что-то не так пошло в санации этой раны.

Главный вопрос романа: становится ли Йоко счастлива, избрав такой путь к свободе? Однако его можно и переиначить как "становится ли Йоко свободна, избрав такой путь к счастью?" И весь интерес кроется в интимном взаимопроникновении двух состояний "свобода" и "счастье". В "Женщине" оба понятия берутся в вакууме, они запираются в вымышленной "Усадьбе красавиц", чтобы не показываться миру, а таиться в некоем нигде, изредка появляясь ниоткуда. Классическая формула для освобождения женщины вбирала в себя: освобождение от экономического угнетения, освобождение от брака, освобождение от религии, освобождение от необходимости ухаживать за детьми, освобождение от быта. Это стоит рассмотреть хотя бы в контексте того, что Арисима Такэо на позднем этапе жизни - социалист, склонный к анархизму. Если последние два пункта на первый взгляд вопиющи, то первые три - во многом понятны. Арисима же либо обходит собственные убеждения стороной, либо намеренно показывает не-освобождение Йоко.

В целом роман "Женщина" скорее про буржуазный гуманизм, чем про что-то левое анархическое. В первой части романа гуманистический посыл прослеживается явно:

Протест, борьба, любовь, свобода, счастье или гибель - вероятно, такова формула идеальной "Женщины" Арисимы Такэо. Истеричная, скатывающаяся в полубезумие, бредящая Йоко, в одной мысли одновременно исполненная нарциссизма и самобичевания, упивающаяся любовью к тем, кто с ней рука к руке, и гневом к ним же - это не образ пути женщины к освобождению, а тропинка к саморазрушению.
Возможно, именно в этом гуманистическая роль "Женщины", а возможно, что Арисима решил сыграть на эмоциональности как таковой, что говорит о заметно большем успехе второй части романа, изобилующей эмоционально-истерическими подробностями распада личности Йоко.

Я, проведши с книгой мучительный месяц, не посоветую её любителям социальной драмы и критического реализма, но "Женщина" может приглянуться, как ни странно, женщинам, имеющим подобный опыт, и любителям эмоциональной экзальтации. Впрочем, судить Вам.