Сага о Грозах

С хлопком полностью расправив крылья, дракон завис над дорогой!
Стоящие ближе командиры разглядели лицо наездника. Точнее — наездницы.

– Будь я проклят...

– Не может быть.

Нариальм остановил крутой спуск столь внезапно, что Тисс до боли вдавило грудью в ремни.

Будто решив дать возможность полюбоваться собой, дракон несколько мгновений взмахами крыльев рассекал мелко сеющий дождь, удерживая себя над дорогой.

Удары ветра разбивали капли воды, образуя вокруг подобие бриллиантового, искрящегося кокона.
При каждом движении на чёрной чешуе драгоценной роскошью переливались мокрые блики.

Нариальм сел на камни тракта – гулко и тяжело. Вздрогнули росшие вокруг кусты, испуганно заржали лошади за шатрами.
Шелестом листвы среди встречающих пронеслось:
"Эсшайка... это та эсшайка".

– Р-р-р!

Тисс точно понимала, слышала, как бы жутко и угрожающе ни прозвучал бы рык Нариальма, в нём не было настоящей агрессии.
Просто дракон извещал окрестности о том, что явился.

Всё ещё пребывающие в некотором оцепенении воины глазели на эсшайскую летунью.

Та отдышалась, расстегнула ремни, похлопала по шее Нариальма. Дракон и не подумал опустить её ближе к земле.
Вряд-ли повторенные просьбы скоро дали бы результат, пришлось слезать так.
Девушка не учла, что чешуя и упряжь от дождя станут несколько скользкими...
Она полетела на ягодицах вниз. Едва не упав, неловко спрыгнула, отбив о мощённый тракт ноги.
Кое-кто из ро'одцев нервно засмеялся...

– Ха-ха... Чужачка вздумала в седло лезть? Куда ей в небо? Чуть в луже вон не искупалась. Ах-ха...

К щекам Тисс прилила кровь, стало стыдно за свою неловкость. И тут же раздалось оглушительное...

– Ар-р-р!!!

Новый рык Нариальма оборвал смех, ударил болью по ушам. За оскаленными зубами полыхнуло ослепительно-белым.
Хоть молния, так и не ударив, погасла, огромная рогатая голова опустилась, оказавшись между Тисс и воинами.

В следующее мгновение над чародейкой развернулось крыло – широкий навес, бережно закрывший её от дождя.
Теперь мокли все, кроме Тисс.

Суженные зрачки под прищуренными веками были весьма красноречивы. Никто не осмелился издать ни звука.

Тисс шепнула...

– Тихо, всё хорошо. Тихо...

– Лишь тогда, изящно выгнув шею, Нариальм вновь посмотрел на эльфов сверху. Стоящая в первом ряду Саттиэль выдохнула...

– Летунья. Дракон всегда защищает своего наездника.

Вероятно убедившись, что урок окружающих усвоен, и утратив к ним интерес, Нариальм, клацнув зубами, зевнул.

– "Я тоже считаю, наши с тобой сложности других касаться не должны".

Вопреки неуютной погоде и трудному приземлению, на душе стало тепло. Тисс ощущала силу и преданность.
Здесь, среди этой толпы воинов, она была не одна.
Струйки дождя скатывались с края защищающего наездницу от ненастья крыла.

Среди небольшого строя до того молчавших эсшайцев поднялся первый клинок, затем лук, и ещё клинок, и ещё лук...
Как перед боевой сестрой или братом, воины поднимали оружие в знак уважения, – той, кто осуществил давнюю мечту.

– Честь дочери непркорённого Эсшая, первой поднявшейся в небо.

– Слава храбрости Тисс эя Вэдтри!

Вероятно, решив больше не нервировать имперцев, командир эсшайцев наконец велел воинам разойтись. Следом прозвучал такой же приказ со стороны ро'одцев.

Когда все, кроме Ша'арнеза отдалились, Тисс задрала голову...

– Спасибо, Нариальм.

Дракон мельком глянул на наездницу и отвернулся.

***

К ней подошли удивлённые со Генэш и эя Итлур.

– Я впервые вижу, чтобы дракон прятал наездника от дождя под крылом. Обычно можно укрыться под драконом, да. Но чтобы он вот так, сам?..
Интересный у вас... друг.

Девушка подошла к Нариальму...

– Знаю, ты ко мне не привык. Но...

Она протянула руку к обнюхивающему пол в поисках затерявшийся рыбы чёрному носу.
Нариальм вскинул голову, не позволяя его коснуться. В пасти заискрились молнии.

Не испугавшись, чародейка похлопала его по ноге...

– Понятно, к таким нежностям ты не готов. Но если вдруг надумаешь...

Нариальм отвернулся в сторону. Не выдержав, Тисс рассмеялась...

– Ладно, ладно. Гордый.

И тут же изумляясь, покачала головой...

"А ведь он действительно меня понимает... Или чувствует?"

– Тогда почувствуй, что я не предам.

А ещё чародейка поняла вдруг, что уже перестала ощущать браслет на руке.
Привыкла.

– Мне нужна твоя помощь.

Дракон покосился на неё...

– Я скоро вернусь, и полетим объявлять всем, что мы теперь вместе.

Молчаливое внимание оказалось откровеннее любых намёков.
Они не хотели замечать и не хотели слышать, и вот тишина обрушилась невысказанными словами об их тайне – рождённой между ними искре.

Она была невпопад, она была не вовремя. До этого мгновения украдкой, а теперь блеснула, бесстыжая.
Ни Тисс, ни Ша'арнез не смогли... Не спрятали.

Зазвучавший голос мужчины был совсем не громким, но глубоким и в то же время мягким. Он непривычно доверительно спросил...

– Жизнь совсем не желает быть такой, как ты ожидаешь, верно?

Чародейка кивнула...

– Да, Ша'арнез, так и есть.

– Покои принца, интерес императора.

– Я...

– Я не слепой, вам трудно.
Но я не должен об этом рассуждать. Вы женщина и делаете то, что считаете нужным.

Странный разговор, от которого словно хмелела голова, заставлял сердце колотиться птицей в клетке.

Тисс коснулась его руки...

– Я многим вам обязана.

Мужчина не отвёл ладони, лишь взглянул с удивлением.

Рука была крепкой, привычной к мечу и управлению драконом.
Тёплой.

– Я буду ждать вашего скорейшего возвращения.

– Конечно. Как только получу новые приказы...

Девушка отрицательно качнула головой. Он не договорил.

Против воли, вопреки всему, что было до их встречи, Тисс прониклась к летуну. Теперь она это точно поняла и, какой бы сумбур не творился в душе, сейчас обманывать себя не желала.

– Лёгкого пути вам.

Ша'арнез лишь произнёс её имя...

– Тисс...

Чародейка отпустила его руку.

Тисс стояла на краю. Ветер подталкивал, предлагал прыгнуть вновь. И она теперь точно знала – прыгнет, будь это нужно.
Десять раз, сто... Хоть тысячу.

Она знала как любить страну, звёзды, жаркое, застывшее в полдень лето, книги и магию.
Но она только училась любить кого-то.
Тисс боялась ограничить дракона, задушить собой. Лишь поэтому терпела и не звала его раньше.
Губы шепнули заветное...

– Кэльм ауи, Нариальм.

Он словно ждал, почти сразу вынырнул из-за далёкой горы. Однако, подлетая, начал специально кружить, замедлять приближение.

"Красуешься или характер показываешь?"

– Здравствуй... Я соскучилась.
А ты?

Перебарывая волнение и – отчего-то – смущение, девушка быстро подошла к своему дракону и прижалась к его ноге.

Монстр, не ожидавший подобного поведения от способной позвать его эльфийки, замер.
Даже словно перестал дышать.
К Тисс медленно наклонилась гигантская голова, недоверчиво принюхалась...

– Фрк.

Затем, будто тоже смутившись, – умеют ли драконы вообще смущаться? – Нариальм отвернулся.
И всё же нет-нет косясь вниз на Тисс.

– Знаешь... без тебя теперь как-то... Иначе.

– ...

Она пожала плечами...

– Не так, как прежде.
Хуже.