
Ваша оценкаРецензии
N_V_Madigozhina28 сентября 2015 г.Четыре мелкие души, лежащие ничком.
Читать далееОбещано было, что в произведении показана глубокая психология взаимоотношений мужа и жены... Не увидела.
Скорее, физиология. Лживые дневники, групповуха телесная и душевная... Дочитала, чтобы понять мотивы поведения дочери, вознамерившейся угробить и отца, и матушку. Не поняла. Совершенно чуждая мне книжка, с проблемами, которые кажутся мне надуманными. Женщины, которые доводят родного человека до инсульта, отвратительны, но и отец семьи жалок и не вызывает симпатии. Молодой любовник - фигура странная и гадкая. Но самая страшная и безобразная - молодая девушка, которая борется за любовь ровесника, зачем - то толкая его в постель к своей матери.
Тьфу! Или , как сейчас принято говорить, "не мое"!
Как, возможно, сказал бы А. Грин, "четыре мелкие души, лежащие ничком":)6119
Heileng18 сентября 2015 г.Читать далееДа здравствует безумие! Взяв случайную книгу к прочтению я никак не могла предполагать, что внутри будет что-то подобное. Письменная форма, где все происходящие события показаны предельно откровенно, но именно эта полная картина пугает меня. Потому что интриги вроде бы нет, с чего бы ей взяться, если мы видим события с двух сторон и, стоит возникнуть какому-то недопониманию, как в следующей главе оно рассеивается. Интересность произведения в том, как прозрачно повествует историю автор. События романа вроде как "обыденные", но в то же время "как это вообще могло придти кому-то в голову". Хоть, по идее, книга должна отражать силу традиций брака в японии, "Ключ" показался культурно-нейтральным, упор больше на семью, чем на какие-то традиционные особенности, но спокойная атмосфера книги, переведенной в японского все равно никуда не исчезает, и в этом успокоении основная прелесть книги.
655
FrauGilitrutt5 сентября 2015 г.Читать далееОх, нет, думаю, эта книжка совсем не о пользе добрачного секса, как полагает автор самого популярного отзыва. Не так расставлены акценты. Ближе к истине утверждение, что эта история - о том, как отсутствие любви корежит и извращает отношения (герои сильно заблуждаются, утверждая, что любят друг друга; где есть любовь - манипуляциям не место), и, пожалуй, о патологической закрытости человека, сформировавшегося в японской культуре. Не могу не вспомнить в качестве комментария к Танидзаки повесть Амели Нотомб "Страх и трепет" - взгляд европейца позволяет понять, под каким мощнейшим моральным прессом живут японцы и особенно японки.
Но есть одно но. Поведение мужа, жены и Кимуры, в общем, понятно. Но Тосико... Все, что связано с ней, для меня загадка. Молодая девушка из хорошей семьи в курсе всех неприглядных родительских тайн (а нас в самом начале с помощью дневника Икуко потыкали носиком в то, что для юной японки подобное немыслимо), более того - она в происходящее активно вмешивается, интригует, сводничает, и что самое удивительное - никого из трех других персонажей это ничуть не смущает. Представьте своего собственного ребенка на месте Тосико - нормально, нет?)
Так что, рискну предположить, никакой морали эта история не содержит, просто Танидзаки захотелось написать что-то такое вот, щекочущее читательские нервишки и другие чувствительные места. Жаль, в переводе японская клубничка теряет большую часть своего аромата. "Дневная Красавица" в свое время впечатлила гораздо больше.654
Elenita193 сентября 2015 г.Открыв книгу не знала, что делать смеяться или недоумевать. Два дневника, две версии одних и тех же событий и чем дальше, тем больше понимаешь, что не всегда "муж и жена одна сатана".
Невинные любовные игры, смешные как может показаться на первый взгляд интриги и уму непостижимые последствия. Нет ну не понимаю я этих японцев. Вроде люди как люди и в то же время есть в них что-то загадочное и непонятное.
А Танидзаки несомненно "Мастер" японской литературы ХХ века и интриги!647
Murlakatam5 мая 2014 г.Читать далееХм... Даже не знаю что написать...
Прочитать, конечно стоит хотя бы потому что в любой семье есть огромное количество недосказанного, утаиваемого, сокрытого. И порой оно лежит в таких областях, что и догадаться трудно.Но семейство еще то... Даже не знаю можно ли все это назвать извращением или просто сдвигом на сексуальной почве.
Несомненное достоинство книги, в отличии от многих современных, в том, что нет ни какой откровенной грязи, пошлости и т.д. Одни намеки, полунамеки, легкие заигрывания.
Читать приятно и просто.646
alateja2 января 2010 г."Характер Яго" - не оскробление, а констатация факта.Коварство - не порок, а умение, совершенно обычное для интровертивной японской культуры. В которой не удивительно, что муж и жена, спустя 20 лет супружеской жизни, узнают о тайных желаниях друг друга по крупицам недомолвок и намёков, с которых сплетают паутину интриг и ловушек.Читать далее
Но только пятидесятые в Японии - время, когда старинные вековые устои пошатываются. Героиня, одолевая своё традиционное воспитание, сначала экзотично сочетает с японской одеждой перчатки и серьги, потом заменяет кимоно на платье... И не важно, что евроейская одежда ей не по фигуре - главное, стряхнуть с себя тяжеловесность консервативных традиций, не приносящих её страсной натуре удовлетворение. Впрочем, перемены тоже требуют жертв ценою в жизнь человеческую.624
Ciemna28 июня 2020 г.Читать далееНеобычная книга, концовка которой с одной стороны ломает мозг, а с другой - оставляет огромное поле для предположений.
Главные герои книги - муж и жена, которые вместе прожили около 20 лет. Причем по сути они не особо то и любили друг друга. Ну а поскольку говорить в то время на такую тему было не особо принято, то герои начинаю вести дневники. Причем основой темой становится вопрос: а читает ли муж/жена мой дневник. По сути именно эти дневники и дают в какой-то мере сбилизиться супругам, но в тоже время разрушают их жизнь. Ну или точнее жизнь одного из них..
Само повествование, которое сперва кажется довольно понятным с каждой новой страницей становится все запутанее. Ну а заканчивается всем тем, что ты вообще не понимаешь что просходит...5609
Righon1 декабря 2014 г.Читать далееИстория повседневной лжи, падения, тщательно скрываемых маской благопристойности страстей.
Ключ - это завязка. Муж прячет ключ от своего дневника так, чтобы жена нашла - и прочитала. И так же читатель, этим ключом словно открывает дверь жизнь этой уже немолодой супружеской пары, жизнь глубоко личную, интимную.В своем дневнике муж пишет, что, поскольку жена не желает говорить на подобные темы напрямую, то пусть хоть прочитает и задумается над тем, что они вдвоем не слишком подходят друг другу телесно.
Чтож, если всё настолько серьезно, подобное в общем-то можно понять, раз есть проблема, лучше приложить все возможные силы для её разрешения. Казалось бы... Но чем дальше, тем больше нарастает напряжение, затягиваются узлы, история делает прихотливые зигзаги. Одновременно нарастает темп самого произведения, из размеренного и неторопливого он становится быстрым, маска благопристойности слетает.... Все движется к развязке... К развязке неожиданной и ожидаемой одновременно.
К вскрытию очередного слоя лжи. Лжи, приведшей к трагедии.536
sergeybp5 июля 2016 г.Читать далее"Ключ" - это повесть с занимательной структурой (чередование глав из дневников мужа и жены), растянутая на 160 страниц. Что ж, у некоторых пар это растягивается на всю совместную жизнь... Дело здесь даже не в исключительной "японской" щепитильности - сексуальная одержимость не имеет исторических, этнических или каких-либо других ограничителей - от этого суть не меняется. Недаром итальянцы сняли свою кино-интерпретацию этого сюжета!
Финал повести дает ключ догадкам читателя об искренности дневниковых записей Икуко, жены главного героя, но восприятие происходящего и мотивы поступокв их дочери Тосико так и остаются не совсем ясными, причем даже для ее матери.4130
Anvanie25 августа 2011 г.Читать далееПоскольку книга мне не понравилась, обойдусь совсем короткой рецензией. Роман Танидзаки "Ключ" был удостоен двух одноименных экранизаций, я имею ввиду фильм 1959 года (реж. Кон Итикава) и фильм1983 года (реж. Тинто Брасс). Первый фильм получил приз Каннского фестиваля, а Тинто Брасс перенес действие романа из Японии в Европу, убрав вовсе аспект морального запрета. Взвесив эту информацию, я пришла к выводу, что в моем отношении к этой книге виноват ее перевод на русский язык, сухой и безжизненный.
476