Чагинск

Ну чтож, всё-таки домучил я свой мозг этой безразмерной графоманской чепухой. Не бросил на первой трети потому что надеялся, что вот-вот начнется движуха. Не бросил на половине потому, что стало интересно может ли эта дичь длиться и дальше. Оказалось, может.
Народ, это капец, нас поимели! Автор поставил перед собой задачу выдать кирпич с размазанным сюжетом и невнятными героям, главный из которых человек без фамилии по имени Виктор - типа, молодой ранее подававший надежды писатель. Не сложилось, и теперь он кочует по малым весям и пишет о них заказные брошюрки (история, современность, знаменитые земляки и всё такое). Попутно этот персонаж бухает как не а себя, пытается что-то там понять о людях и о себе, упивается своими неудачами и сомнениями. Интеллегент-недописатель-алкаш-неудачник, самый любимый персонаж у определенного круга третьесортных писателей. Благо, за прототипом далеко ходить не надо. И описанные провинциального городка этакое типичное. В сериалах такое раньше часто показывали. Оттуда и типажи, вероятно. А сюжет?  А его нет. Есть некий закос под Мураками с его неспешным течением сюжета и такими же припадочными главными героями. Есть закос под Стивена нашего, понимаешь, Кинга с его инфернальным Дерри. Кстати, о Дерри. Я тут прочитал пару отзывов других читателей, как они восторженно заявляли что вот она, дескать, настоящая правда о российских малых городках. Бред. Малые городки везде одинаковые, особенно если там нет работы. Безнадёга и безденежье, все мечтают свалить. Да и не маленькие скатываются на этот уровень, про американский Детройт слыхали, надеюсь.
Короче, не зашло, не вштырило, героям не верю, интриги нет. Книга из тех, что нужно скорее забыть после прочтения, почистить файлы в голове. Незачем мусор хранить.
Читайте хорошие книги, друзья!  Да пребудут с вами Чехов и Достоевский!

Герой романа – Виктор – писатель с удачным дебютным романом “ Пчелиный хлеб “, но скованный невозможностью сделать следующий шаг , написать вторую книгу, не понизив планку. Он для заработка пишет локфики о провинциальных городах, занимается пиаром, построением пропагандистских миражей и прочего абсурда не заказ. Виктор в компании фотографа Хазина, склонного к логорее (неконтролируемому словоизвержению), приезжает в Чагинск, город своего детства писать про славное прошлое и кипучее настоящее, вплетая популистские выдумки про адмирала Чичагина, богатыря Пересвета и т.д. Факт не важен , важен образ , который нужно слепить из того , что было.

Двадцать первый век – век рекламы суррогатов , подделок, жвачки на ТВ и в Intеrnet , испытание потопом информации, цивилизацией, атакой на мировоззрение. Виктор , Хазин, Крыков – непосредственные исполнители , а заказчики, заинтересованные лица, спонсоры – власть имущие. Абсурд в сознании порождает абсурд в бытии : тут и Шушун, и вездесущая Снаткина, и строительство в городе неизвестно чего, и гостиница, и укус мыши , и больница, и день города, и памятники… В городе ЧП – пропадают 2 мальчика. Один из них – сын любимой подруги детства Виктора – Кристины. Виктор говорит про нее :

Этими словами можно сказать и про самого Виктора, и про Федора, Романа, Хазина , других. Со временем приходит закрытость, равнодушие, бесчувственность, цинизм, старание ответить пустым острословием на все проблемы. Даже пропажа детей никого не всколыхнула по- настоящему, так, чтобы их найти во что бы то ни стало. Виктор думает :

Печально. Что за деформация ? Растерянность от смены эпох? Выгорание ? Возраст ? Или дефицит чувств и эмоций, свойственный людям двадцать первого века? А может это инстинкт самосохранения защищает личность человека от цунами новых реальностей, всякого информационного мусора : пропаганды, фейков, локфиков, празднословия, массовых мероприятий. В голове все вверх дном, на сердце маета, а духовной опоры нет. Похоже на механизм амнезии, когда человек забывает шоковые события, чтобы не погибнуть от перегрузки страшными эмоциями. Эти синдромы изучат психологи , философы, инженеры человеческих душ и , возможно, найдут рецепты для облегчения процесса. Не только в этом проявления слома времен - какое-то нагромождение абсурда в повседневной жизни… И жутчайший финал.
Книга очень большая – 765 страниц. Она подхватывает читателя и какими-то неведомыми скрепами к себе привязывает. Вместе с текстом плывешь как по широкой реке, отдавшись плавному течению. Это гипноз.медитация , укачивание… Такое ощущение возникает, когда ты целый день плывешь на лодке, а вечером , в постели продолжаешь так же плыть , раскачиваясь и любуясь бликами на воде. Поток сознания передает неумолимый поток жизни, когда житейскими путями молодые мечтатели о прекрасном будущем, наивные дети оказываются в жестокой, нелепой, безумной взрослой жизни. Роман оригинален, глубок . Юмор , легкость изложения, язык разговорный , очень остроумный, разнообразный. При всей легкости это не легковесно: темы , сущности, тревоги нашего времени автор описывает насущные , важные. СНАРК СНАРК НЕ ШУТИТ С НАМИ, ОН ОПАСЕН!

Что вообще можно написать в Чагинске? Надо писать там, где весело.

Оказывается, что много чего. Это и невероятные застолья с игрушечным дельфином, и топление кота Кольчуги, который никак не хотел топиться, ядовитые мыши, от укуса которых впадаешь в кому, и даже чучело шмеля. Абсурда в книге хватает, с этим придется мириться.

Главный герой произведения — писатель, что автоматически делает его моим любимым героем. Его мысли это всегда цитаты, а диалоги — остроумные выражения. Виктор прекрасно отражает все современное писательское сообщество, хоть действия книги происходят и в нулевые. Ничего не изменилось.

Для того, чтобы написать очередной заказной локфик, Виктор бросает свои собственные наработки, хватает сумасшедшего коллегу-фотографа и едет в Чагинск, забытый всеми город его детства. Чагинска нет на настоящей карте, но Чагинск есть в каждом уголке стран СНГ, и любой, выросший в провинции, узнает знакомые улицы, на которых никогда не был.

Мы, как читатели, не сразу признаем в истории что-то мистическое и загадочное,  но автор умело разбрасывает крючки, за которые мы цепляемся и идем дальше. Попутно нам повествуют историю города, весь мрак, слякоть, которая окружает главных героев и прочих персонажей.

Мне понравился юмор, который гармонично вписывается в эту абсурдную и мистическую атмосферу. Веркин — мастер лаконичного абсурда, потому что ты не думаешь про сюр, ты живешь в нем и воспринимаешь как само собой разумеющееся действо. Нам дают персонажей, истории, зацепки и интересные факты. И чтобы докопаться до правды, придется пройти этот нелегкий путь вместе с Виктором. Главное не забывать, что каждая сцена имеет значение, нет "неважных" героев, и то, что можно пропустить. Ко всему в истории следует прислушиваться, потому что где-то в лесу бродит шушун...

Не помню, почему решила начать читать книгу, но к чтению подошла основательно. Такой большой роман нельзя прочитать на одном дыхании, это неспешное размеренное чтиво для долгих зимних вечеров. Все происходящее в книге кажется слегка нереальным, поэтому прочитанное надо обмозговывать, иначе ничего не будет понятно.

Виктор проводил все летние каникулы у бабушки в Чагинске. Волею судьбы он снова оказался в этом городке, так как взялся за написание локфика. Он неторопливо собирает информацию об основателе Чагинска - адмирале Чичагине, и так же неторопливо погружает читателя в свои юношеские воспоминания. И вот вся книга это помесь его воспоминаний и сочинений Виктора на свободную тему. Чагинск, по сути, болото, которое затягивает в свою трясину. И если вовремя оттуда не свалить, то уже никогда не сможешь. Описания городка граничат с абсурдом, и потом уже понимаешь, что тут все не то, чем кажется. Я не осуждаю героев романа за вечное пьянство, ведь судя по всему, без алкоголя в крови невозможно воспринимать реальность. И в атмосфере тягучей безысходности невозможно оставаться трезвым.

Автор очень хорошо описывает жизнь в провинциальном городке, где надежда - единственный двигатель всего. Жители Чагинска все как на подбор, чего стоит тот же Фёдор, друг детства Виктора. Все персонажи, с которыми взаимодействуют герои какие-то странные, от них веет чем-то непонятным. Сразу это не бросается в глаза, но спустя большую часть книги начинаешь понимать, что с ними всеми что-то не так. Больше всего меня поразила реакция местных на пропажу детей. Как будто у них в Чагинске каждый день дети пропадают. Такое впечатление, что жители под гипнозом или в какой-то секте. Половина из них что-то знает и молчит, а другая половина не хочет знать и живёт в блаженном отрицании любых проблем. Конечно, для любого адекватного человека все происходящее покажется крайне подозрительным. Внезапная болезнь Виктора, напуганный до алкоголизма Хазин, явная подмена людей и фамилий - это всё ввергает читателя в сюрреалистичный шок.

По сути, первый роман - это введение в непростую жизнь в провинциальном городке. Это знакомство читателей с главными героями, героями второстепенными, знакомство с Чагинском. Что делает Виктор большую часть книги? Пьёт, сочиняет про Чичагина и про местных жителей, и купается в своих воспоминаниях. В них всё так легко и так просто, трава зеленее, хлеб вкуснее и жизнь понятнее. Я не осуждаю Витю за пьянство, так как разобраться в происходящем без стопарика невозможно.
В первой книге читатель ностальгирует вместе с главным героем и с интересом наблюдает за второстепенными героями. Про них можно слагать песни и оды! Персонажи Чагинска ВЕЛИКОЛЕПНЫЕ, от Аглаи до Снаткиной, от Кондырина до Шмули. Батюшки, чего стоит тот же Хазин с его словесным потоком. Все персонажи не то что цепляют, они завораживают, о них хочется знать все, их не хочется отпускать. Снаткина - мой личный кумир, от хазинских фразочек я орала как чайка, а доброта и простота Романа трогает о глубины души. Книгу стоит читать хотя бы ради них, ради простых людей из окружения Виктора.

Итог: книга простая и непростая одновременно. Развитие сюжета идёт крайне однобоко и неторопливо, персонажи толком ничего не делают. Но не это главное в книге! В Чагинске главные - люди и колоритность провинциального задрипанного городка, и именно это цепляет с первых строк. Автор в лице Шушушна наводит на читателя морок, из-за которого при быстром прочтении можно упустить важные детали. Поэтому книгу следует читать неторопливо, с чайком в ведёрке, и тогда книга полностью раскроется своей великолепнейшей изнанкой.

Не сразу вникла в стиль автора, хотя юмор (при всей его странности) понравился с первых страниц. На том и порешила — читаю сколько захочу и смогу.

И вот, после окончания, стало понятно, что и вторую часть буду читать.

При всей неспешности и частой нелепости, можно распознать и детектив, и мистику в перемешку с фентези, и внезапный стендап.

Это долгострой, который стоило читать несмотря на растянутость во времени

Некоторые приметы времени знакомы мне потому, что я хоть и живу в крупном городе, но в детстве я обитала в той его части, которую можно было смело называть захолустьем. То, что отзывается личным опытом, всегда лучше мною воспринимается и в целом погружает в атмосферу сюжета.

Духарная вещь, иначе не скажешь. Автор жжет глаголом и колоритом персонажей так, что удержаться от ржача, пробирающего до слез, невозможно. А чтец, в лице Кирилла Радцига, так озвучил, что хочется поблагодарить от всего сердца.

Чагинск - собирательный образ всех мухосрансков нашей обширной страны со всеми их проблемами, которых не знают городские жители. Книга понравится в первую очередь тем, кто знает такие поселения, которые гордо носят определение "город", но на деле таковым не являются даже примерно, изнутри. Тем, кто жил какое-то время там или, как Виктор, жил наездами у родственников и считался там своим, ибо чужаки не прониклись сутью этого места, потому и остались там пришлыми. Именно там присутствуют байки и хтонь, от которых мгновенно хочется закрыться в доме на все запоры и закрыть все окна, а каждый стук ночью вызывает острый приступ рвануть в сортир, до которого бежать через весь огород. Никто и никогда не скажет вам, правда это все или вранье, основанное на чьих-то фантазиях. Там непременно есть местные полоумные, дурачки, подозрительные и пропащие, как все, кого автор нам представил. Там не шастают на кладбище после трех часов дня, не говорят покойникам "здравствуй", и перед уходом всегда скажут "не приходи, сам зайду". Обязательно есть люди, которые теряются в лесах и найти там их невозможно, потому что вокруг тайга и шанс их отыскать в то время, - нулевой. Но есть и те, кто счастливо возвращается из таких блужданий сам и уж он порадует всех такими сказками, что идти в лес не захочется какое-то время даже заядлым грибникам и ягодникам.

У каждого жителя есть свое прозвище и часто между собой местные называют всех именно прозвищами, а не по имени. И тот, кто удивился беспросыпному пьянству персонажей, просто не знает, что там невозможно нормальным и не местным находиться в трезвом виде, потому что кажется, будто постепенно сходишь сума, а местные так просто расслабляются (ну не в библиотеку же им идти за отдыхом). Местные поликлиники/больницы/фапы, которые узнаются по описанным автором клеенкам и по никакущему оказанию услуг и как страшно там оказаться с какой-то серьезной причиной. Библиотеки, с пыльными полками и потрепанными рядами книг, где библиотекарша - странноватый объект.

Книга о жизни таких дыр, которые вообще за места, пригодные для жизни, не считаются, но там живут люди. Тот, кто туда приезжает, постепенно заражается боязнью остаться навсегда. О том, что приезжие пытаются все переиначить на свой лад, но, либо остаются непонятыми чужаками, либо сдаются и место их переделывает под себя.

Все это испытано на себе, как человеку, который в детстве жил летом у бабушки в таком вот захолустье.

Автор настолько красочно описал весь колорит этих полудеревень, где нет городских высоток даже в пару этажей, а преимущественно деревянные дома и кирпичных строений - несколько на все селение, что я будто оказалась там сама. Почему не назвать забор "забором", а непременно "штакетником"? Почему не сказать "заливной луг", а именно "наволок"? Почему не сказать "ямы на реке", а "бочаги"? И тому подобные вещи. Да потому что посвященные сразу же узнают проникнутся, а непосвященные просто не поймут прелесть того диалекта.

Я думаю, что у многих есть такие друзья, как Хазин, из которых прет подобная дурь, как из фонтана. И есть такие знакомые, как Виктор, которые со всем соглашаются и сами не могут объяснить почему.

Прекрасная книга, отлично воплощенная в роман задумка автора. Зря я ее обходила стороной из-за противоречивых отзывов. Но понравится не всем, как и следует из отзывов и оценок. Книга не о пропаже кого-то, не о поиске пропавших. Книга о жизни в местах, где многие из нас никогда не бывали и многие никогда там не будут, но такие места существуют и их много. Автор знакомит нас с таким выдуманным местом умело и со всей душой.

Это такой странный поток сознания, от которого невозможно оторваться. Мне даже кажется, что я не припомню, чтобы я что-то такое читал.

Чтение погружает в себя, и ты как бы не читаешь, а идёшь за голосом рассказчика, не осязая текст, а подчиняясь ему. Чужой слог становится твоими мыслями. Даже не мыслями, а мысленным таким клубком, за ниткой из которого шагает твоё читающее сознание, держащее за руку твои же подсознание и рефлексы.

Формально в книге есть сюжет, и он даже неплох. Но мне сюжет представляется не вторичным даже событием в этой книжке, а чем-то типа форзаца - то, что у книжки должно быть, чтобы она стала книжкой. Как будто автор использует сюжет как рамку, в которую вставляется вот этот поток удивительного волшебного текста, который поглощает читающего.

Это просто… чудесно, наверное. Как сказка какая-то. Не в смысле, что сказку тебе рассказывают, а как будто ты, я не знаю, под гипнозом находишься в каком-то трансе, и там заново знакомишься с тем, какой вообще может быть материя слова.

Это книжка из серии тех, которые бесполезно переводить - написана исключительно для тех, кто родился и стал взрослым в России.

Мне кажется, что она далеко не всем зайдёт. Но я бы на вашем месте обязательно попробовал. Причём в бумажном именно виде. Масштабы книжки, её вес, грубая бумага 2022 года, её цвет и текстура, почти осязаемое присутствие автографа Веркина - это отдельное удовольствие

Какие умопомрачительные книги пишут современные российские авторы! И какой работоспособный писатель Эдуард Веркин. «Снарк Снарк» по объему вполне сравним с «Войной и миром» Льва Толстого или «Капиталом» Карла Маркса.
Начало достаточно прозаичное. Виктор, писатель одного романа, никак не может написать следующий. Начинал и второй, и третий, причем на злободневные темы: зомби, вурдалаки и тому подобное. Не зашло. Ни редакторам, ни читателям, ни даже самому себе. Переключился на жанр, который автор называет «локфик». Книги о городах, преимущественно небольших, предприятиях, преимущественно крупных, способных оплатить издание. Обычно такие книги издаются к различным юбилеям, альбомным форматом и на глянцевой бумаге, используются в качестве представительских подарков. Ремесло почтенное и хорошо оплачиваемое. Материала достаточно в местных архивах, краеведческих музеях, редакциях газет.
Очередная шабашка для Виктора необычна тем, что он приезжает в город Чагинск, куда ездил к бабушке на летние каникулы. Здесь живут друзья детства: Федор, который стал милиционером, и Кристина, ныне мать-одиночка. Бабушка велела сюда не возвращаться, даже на ее похороны. Внук завет нарушил, приезжает вместе с фотографом Хазиным, клепает нетленку. Вначале создается стойкое впечатление, что главный герой именно Хазин. Не умолкает ни на минуту, изрекает прописные истины и парадоксальные умозаключения, фотографирует все подряд. В Чагинске намечается еще и день города: большой праздник с непременными атрибутами: концерт звезды, шествия, праздничные действа и открытие памятника адмиралу Антиоху Чичагину, проживавшему здесь в незапамятные времена. Адмирал прочно вписался в будущую книгу, Виктор приписывает ему массу начинаний и открытий, все хорошее, прогрессивное и технологичное связывается с его именем. Повествование напомнило мне фильм «День выборов». Те же политически-экономические задачи, тот же стеб на каждом слове, вдобавок масса аллюзий, пасхалок, намеков, половина которых осталась неразгаданными.
Интересный персонаж в книге – Алексей Светлов, олигарх из первой сотни, или даже полусотни, а то и десятки. Выступает в роли спонсора всех праздничных мероприятий, планирует построить мощный целлюлозо-бумажный комбинат, где чагинцам гарантируются рабочие места с достойной заработной платой, а пенсионерам районные надбавки. Постепенно в воображении жителей города комбинат трансформируется в атомную электростанцию, а потом и вовсе в хранилище атомных отходов. Все это домыслы, настоящая цель у Светлова построение будущего и освоение космоса.
Еще один персонаж, которого нельзя не упомянуть, – пенсионерка-велосипедистка Снаткина. Сущая мизантропка, не пропускает ни одних похорон и для каждого усопшего находит достойную и правдивую характеристику, от которой только в гробу ворочаться. Живущие и здравствующие доброго слова от нее тоже не дождутся.
Незаметно праздничное настроение угасает, и писатель Виктор из желанного и уважаемого гостя превращается в изгоя. Из гостиницы его выселяют, работать с ним не хотят, милиция преследует. С этого момента меняется и кинематографический фон книги, вместо комедийного «Дня выборов» наступает черед «Города Зеро». Писатель и хочет уехать, но то билетов нет, то автобус ушел, то паспорт отобрали. А ситуация все хоррорнее и хтоничнее, последняя глава вообще жуткая, Веркин мастер на такие ужасы.
Несмотря на некую фантасмагоричность и абсурдность событий, книга воспринимается как изображение обыденной жизни обычного провинциального городка. Даже такие детальки, как сексуально озабоченный йети, прекрасно вписываются в повествование.