
Ваша оценкаРецензии
Mifty23 января 2024 г.Читать далееВ настоящей жизни так много абсурда, что этот роман Дмитрия Данилова как-будто по моей личной шкале абсурдности не далеко ушел от нулевой отметки. Я бы не удивилась, если бы услышала в новостях, что вот мол, в Госдуму внесен законопроект: смертную казнь вернуть, но казнить по новому. Будем перевоспитывать и милосердие проявлять в процессе казни. Растянем так сказать, удовольствие. Взаимное. Не удивилась бы, повозмущалась и забыла. Как забываешь обо всем, пока лично тебя не коснется. Человек ко всему привыкает, и к разным угрозам тоже. И тут еще неизвестно кому хуже и кто больше страдает: тот кто по задумке несет наказание, или тот кто это наказание ежедневно наблюдает, или тот кто остается за периметром исправительного учреждения в вечном неведении свершилась казнь или нет.
Еще подумалось, что обездоленный и лишенный возможности удовлетворять свои самые простые потребности человек мог и обрадоваться необременительной жизни в клетке. Может и захотел бы быть осужденным и жить в тепле и достатке на таком вот Комбинате. Может быть и не долго, но это ведь еще бабушка надвое сказала.
Не знаю задумывалось так автором или нет, но закончился роман так, будто автору надоело возиться с главным героем Сергеем и надо было как-то все это быстренько свернуть, Ну, и побежали...
Но вот у фразы "Саша, привет!" для меня теперь появился второй смысл. От него теперь, наверно, уже не избавиться до самой смерти.
Но, честно говоря, не хотелось бы каждое утро вот так, как Сергей... И еще ярко так запечатлелось, как Сергей в начале книги проходит мимо идеального парка, видит прогуливающихся по одиночке красивых людей и ему кажется
Там, в этом саду, как-то очень хорошо.А потом и сам оказывается в этом саду или ...аду.
14310
denis-smirnov7 августа 2023 г.Надежда лишь на Сашу?
Читать далееИнтересно сделана, необычно. Рубленый сухой язык, нарочито настоящее время — нарочито настолько, что пропадает всякое ощущение времени. Когда на выход — сегодня? через год? сорок лет? Какая разница? Приговорён ведь, значит когда-то точно — на выход. Жди теперь, купайся в благах, государство заботится. Какое-то время даже кажется, что читаешь про бедолагу Сергея Петровича, за любовь (!) втиснутого меж жерновов убийственной мельницы. Но вскоре — нет: не про Серёгу. Про себя.
Про себя, втиснутого в этот мир. В мир, где если вдруг что-то не по нормам, не останется ничего, кроме как ждать смерти. Писать посты в слепом фейсбуке, читать слова поддержки или грязь обиженных жизнью «судей». Ходить по расписанию в мир, не зная, вернёшься ли. И если вернёшься — то лишь затем, чтобы завтра снова пройти по коридору...
А если по нормам? А если по нормам, то ничего не изменится. До тех пор, пока сам как-нибудь не найдёшь, кому себя отдать. Потому что иначе — тот же коридор, те же безымянные окружающие и лишь одно имя, способное что-то изменить. Привет, Саша!
14473
Zok_Valkov26 июля 2023 г.Читать далееРоман Дмитрия Данилова «Саша, привет!» — это эксперимент с котом Шрёдингера, поставленный на человеке. Подвешенный в неопределенности, Сережа не жив и не мертв, хотя он дышит, ест, и делает покупки в интернете. Каждый день в 11:00 коробка открывается и после нескольких секунд ужаса Сережа получает ответ. Пытка? Нет. Гуманная смертная казнь дивного нового мира.
Недалекое будущее или параллельная реальность имеет все черты и приметы нашего мира, только вот два преступления теперь караются смертью – коррупция и секс до 21 года. Сережа переспал с двадцатилетней студенткой и теперь приговорен. Всё просто и буднично. Сережа живет в тюрьме-гостинице и каждый день выходит на прогулку по коридору с пулеметом, который в один никому не известный день выстрелит.
Автор заявляет, что жизнь – это будущее и если его нет, то это небытие. Не могу сказать, что разделяю эту позицию. Она слишком сурова к настоящему. В некотором смысле дилемма героя для меня глобальнее, это вопрос ко всем нам – живем ли мы или ожидаем смерти?
Несмотря на простой, даже, пожалуй, примитивный стиль, текст очень насыщен – Москвой, людьми, нелепыми бессмысленными бытовыми разговорами, вискарем. Роман-фильм, роман-пьеса, роман-притча на современном языке.
Наверное, это в некотором роде гротеск. Что-то среднее между насмешкой и страхом. Представляешь белый коридор, красную линию, пулемет-альбинос, щетинишься, ёжишься и поневоле задаешь себе вопросы. А как бы я проходила под дулом пулемета? Сошла бы я с ума или нет? Как мои близкие перенесли бы это состояние нежизни и несмерти? Смогла бы я наслаждаться настоящим, не имея будущего? Последний вопрос, конечно, особенно актуальный в свете нашей действительности.
Герой и его жена – профессиональные филологи, что вносит приятное разнообразие в текст. Особенно забавны сцены Светы с писателем Виталием на море, хотя диалоги со священнослужителями тоже хороши.
Как ни странно, даже несмотря на страх, раздумья и открытый финал, роман не оставил гнетущего впечатления. И его реалистичность и живость совсем не помешали мне воспринять его все же как некую умозрительную задачу, мысленный эксперимент, абстракцию.
Любопытный образчик современной литературы!
14479
ElenaVlad4 июня 2023 г.Читать далееЕсть особое удовольствие читать роман, в котором, как кажется, всё на поверхности: аллюзии, реминисценции, прецедентные тексты, филологические игры с отсылками, стихи Хармса и Анны Логвиновой, включенные в повествование, но есть тайна открытого финала и послесловия, которое заставляет вздрогнуть. Оговорюсь, что не претендую на разгадку всех.
Роман Дмитрия Данилова «Саша, привет!» продолжает ряд антиутопий Замятина и Оруэлла. В нем есть реминисценции замятинского «всеобщего счастья», когда по бесконечной дороге уходит герой романа Сережа, Сергей Петрович Фролов, и его охранник Антон, Антон Сергеевич Калашников (аллюзия на оружие, которое становится все совершеннее, например, «Доброе возвращение»). Им вслед машут другие герои романа, и все они счастливо улыбаются.
Бесконечная дорога и беседа двух путников – это еще одна реминисценция. Она топонимически продолжает московский ряд прощания главного героя со свободой: Красная площадь (Спасская башня – мольба о спасении?); Пушкинская площадь («наше всё», которое отзовется именем расстреливающего преступников пулемета – Саша); булгаковские Чистые пруды; Скотопрогонная улица, станция Бойня – «привет, Оруэлл!», Микояновский мясокомбинат, имени деятеля, выжившего при Сталине и дожившего до Брежнева, в отличие от расстрелянного Бориса Пильняка. Далее маршрут героя лежит через станции метро «Ленинский проспект», «Площадь Гагарина», «Белокаменная», у которой «…дорожка обрывается, аккуратные фонари заканчиваются, и все, и все, и все». И эта Москва стала «частью убивающей (убившей) его реальностью».
В той реальности спорить с машиной, вынесшей смертный приговор, бессмысленно: преступна связь со студенткой, не достигшей 21 года, Илоной Мещерской («и лоно», или все-таки бунинская Оленька, или симбиоз?), и неважно, что «…на добровольной основе…без применения насилия…по предварительному сговору…с согласия потерпевшей…».
Кстати, если учесть дату рождения героини, действие романа происходит не позже 2024 года, а скорее всего, даже раньше, практически, в наши дни, с проездным «Тройка», с лекциями по Zoom, Фейсбуком. Инстаграмом, волонтером Дашей, оплатой алкоголя в номере смертника по карте.
Сергей Фролов, теперь уже Сергей Петрович, не только в университетской аудитории, но и в вежливо-обходительном общении охранников, теряет субъектность, хотя об этой категории рассуждает его жена Света совсем в другой ситуации и в отношении совсем другого «субъекта», «писателя Виталия», опять же «живущего». А мать героя, услышав его голос по телефону «уже не летом, уже поздней осенью, почти зимой», теряет сознание, а потом после больницы говорит так, как будто Альцгеймер уже поселился в ее доме.
Оставим разговоры героя со священнослужителями, хотя они и составляют немаловажную часть романа. Именно православный священник приоткрывает «занавесу молчания»: в этом Комбинате человек оказывается под дамокловым мечом. Священник призывает жить одним днем. Но этот день сливается в бесконечное повторение одних и тех же эпизодов: завтрак, обязательный проход под дулом пулемета Саши (Саша, привет!), прогулки в саду, сидения на лавочке, синего автобуса, который подъезжает к светофору, долго ждет, неуклюже поворачивает и уезжает в пространство, «про которое Сережа уже мало что понимает».
Скорбное бесчувствие как естественная стадия в положении героя. Что там говорит Википедия, к которой Сергей Петрович и его жена, Светлана Игоревна, университетские преподаватели, отсылают студентов? Средневековый медицинский диагноз, название фильма Александра Сокурова, с его замечанием, что есть «…грань, за которой люди перестают болеть человеческими болезнями и заболевают как звери. Неизлечимо». А может быть буквальное прочтение названия пьесы Бернарда Шоу, по мотивам которой снят фильм? И уже Света, вернувшись с моря, сидит на лавочке с виски, смотрит в одну точку, и не отвечает на звонок Сережи, нажимает отбой и снова смотрит в одну точку. И потом в эту точку превращаются Антон и Сергей, которые идут по бесконечной дороге.
На тюремной белой футболке смертника красная широкая диагональная полоса посередине. Провели одну, а вторую, перечеркивающую, кто проведет? «Мы тут уже все умерли», – говорит Человек в черном, который подойдет к Сереже в саду, чтобы объяснить, что не надо общаться с постояльцами этого заведения. Повторяющийся рефрен: «Мертвое тело». (Продолжим ряд: «Живой труп»; «Черный человек»; «Мой черный человек»). Когда человек перестает занимать место, истончаясь.
В финале пулемет Саша будет палить по пустому месту: «…кафельная плитка пола разлетается во все стороны».«Доброе возвращение», или ДВ – система, возвращающая беглеца, когда человек бежит в свою тюрьму и может сказать только: «Извините меня, извините меня, извините меня!»
Лекцию о Борисе Пильняке Сергей Петрович пытается прочитать своим студентам, уже будучи в Комбинате.
Здесь должен быть смайл, преподаватели меня поймут.Содержит спойлеры14648
lapush_books2 марта 2023 г.Читать далееЯ не знаю, как любить человека, приговорённого к смертной казни, но ещё пока, типа, живого.
Главный герой (Серёжа) - личность слабохарактерная. Именно, что Сережа, как маленький мальчик, а не Сергей - человек взрослый и рассудительный.
В начале книги автор показывает нам, что Сережа быстро отказался от своего будущего, мол физически я ем, сплю, хожу, но меня как бы и нет уже...
В середине книги автор почему-то меняет позицию и Сережа уже кричит , что он есть! что он жив!
Предпосылок к столь резкой смене настроения в тексте не указано.
И что это за новая Российская Республика? Хоть бы чуток нам рассказали про мир, в котором живут герои романа.14386
LittleNico6 января 2023 г.Читать далееНачало книги, необычная постановка повествования немного склонили меня в сторону этой книги, но чем мы дальше уходили по сюжету, тем все более скучно мне становилось. История зациклилась вокруг того, как она написана. Автор слишком сильно увлекся словами, совершенно забыл, что для истории нужно развитие сюжета. Я в этой книге его не увидела. Какая-то непонятная беспросветная депрессия, в которую впал герой.
Сам мир мог бы быть более интересным, если бы автор уделил ему чуть больше эфирного времени - параллельная вселенная, в которой за моральные преступления приговаривают к смертной казни. Мы вместе с героем сначала находимся в шоке от того, к чему нас автор не подготовил, но потом читателю (мне) хочется видеть какую-то перспективу, развитие, которого нет и не может быть у человека, приговоренного к смертной казни.Содержит спойлеры14283
anrtemnov99030 августа 2024 г.«Посторонний» навыверт
Читать далееПрочел узко-известный роман «Саша, привет!» узко-известного писателя Дмитрия Данилова («Человек из Подольска», etc). Данилов специализируется на таких, знаете, очень скудных текстах о пене дней и каждодневном абсурде, где скудость — сама по себе и форма, и стиль, и сюжет.
«Саша, привет!» это «Посторонний» навыверт: у Камю все герои, кроме главного, являются носителями обобщенной мещанской морали и «традиционных ценностей». Столкновение этих господ с «человеком абсурда» порождает ряд эффектных диалогов, высвечивая ханжеское двуличие первых и социопатию второго.
У Данилова главный герой как раз таки нормален, а вот окружающие его люди — ударены на всю голову. Это все еще обыватели-мещане, но существующие в некоем абстрактном неототалитарном дискурсе, где людей «гуманно» отправляют на Комбинат смерти за заведомо отсутствующие преступления и где ожидание казни сопровождается заключением в номер хорошей гостиницы уровня «три звезды».
У Камю социум — Вавилон, жители которого утратили способность понимать друг друга. У Данилова — кэрролловский Wonderland, жители которого живут на внутренней стороне сферы и ходят вверх тормашками.
Как концепция и формальный эксперимент — это занятно, умно. Как проза — довольно скучно. Представление о языке романа может дать любой случайно выдранный из текста отрывок. То есть буквально — любой:
"Серёжа идёт пешком в Комбинат. Он решает пойти пешком, идёт через центральные районы Москвы. Майская Москва прекрасна. Серёжа подходит к неприметной двери в бетонной стене. Звонит в звонок. Да, слушаю. Это Фролов... Сергей Петрович. Я на СК. Звонок отзывается открывающим звуком".И т.д. и т.п.
Об этой книге интересно думать, но ее совсем неинтересно читать, и в этом Данилов тоже наследует Камю: меня захватывает мировоззрение абсурда в «Мифе о Сизифе» — это один из самых близких и важных (для меня) текстов, — однако сама по себе проза Камю представляется заурядной и выхолощенной — в ней есть полет мысли, но нет полета языка.
У Данилова полет (аналогично) не входит в чертеж. «Саша, привет!» — текст о рутинизации общественной истерии, рационализации будней в концлагере: этакая The Zone of Interest на материале предвоенной Москвы 2019-21 годов.
But that next?
13427
Dove___9322 января 2023 г.Читать далееНу что ж, это весьма странная книга, и я бы никогда ее не прочитала, если б не ввязалась в Безумный марафон. Что ж, теперь я знаю, что некоторая современная литература не самое лучшее чтиво.
Итак, сюжет таков: Сергей, преподаватель ВУЗа, изменил своей жене (тоже, кстати, преподавательнице того же ВУЗа), со своей студенткой, не достигшей 21-летнего возраста. По законам этого мира, за такое преступление полагается смертная казнь, к чему и приговаривают бедолагу Сергея. Но смертная казнь в этом гуманном обществе весьма гуманна: преступник отправляется в СК, где живет как в трехзвездочном отеле, выходит каждый день на прогулки, заказывает себе алкоголь и еду в номер, общается по телефону и через соц.сети с кем хочет и джет исполнения приговора. А вот сколько ждать - неизвестно. И приговор приводит в исполнение пулемет, который стреляет в спину, когда ты выходишь на прогулку. Только вот незадача - за год пребывания в СК ни одного преступника не убили. Может, их тут и не убивают?
Меня раздражало в этой книге всё. Совершенно тупые диалоги (ощущение, что общаются недоразвитые люди, а не преподаватели ВУЗа), отсутствие идеи как таковой, совершенно нераскрытая психология героев, слитый в пустоту финал, который не имеет абсолютно никакого смысла, как и вся книга в целом.
Ощущение, что это одна большая пародия. Особенно представители четырех религий смотрятся комично..
Язык автора очень рваный, сухой. Бесконечные повторы, не имеющие по сути никакой смысловой нагрузки…
В целом единственный плюс книги - то, что она читается за 2 часа.
Содержит спойлеры13301
Alena_Lisante31 июля 2023 г.Смелый эксперимент
Эта книга — смелый авторский эксперимент, сравнимый, наверно, с исследованиями человеческой психики Достоевского. Д. Данилов подобно хирургу вскрывает нарывы современного общества, проводя главного героя по пяти стадиям принятия, являя нам абсолютную бессмысленность происходящего.
Автор играет с понятиями, выворачивая их наизнанку, доводя до абсурда, при этом позволяя нам самим делать выводы и принимать решения. Тонко, ярко, на грани.
Отличный образец новейшей прозы.12274
corsar6 января 2023 г.- Потыкать палочкой в умирающего жука.Читать далееСоциальная фантазия с элементами фантастики. Нравоучительная нотация в упаковке мрако-тлено-безысходной антиутопической драмы - все как любит душековырятельный читатель. Так и вижу автора с транспорантами (или пустыми листами, что одинаково травмоопасно) с грозными воззваниями: "Люди! опомнитесь! ваша жизнь пуста!", а потом "поглядите вокруг, покайтесь, дорожите друг другом, разговаривайте, всмотритесь...". В целом автор, возможно, прав, но как-то все в лоб, прямолинейно, делай вот так, думай вот этак, а остальное - ересь. Не люблю которых "в белом пальто" (а кто их любит? и сами щеголяем, не замечая). Это что касается по сути. Но по форме - тоже не впечатлило... описательные мелочи "обувания-разувания", переименование имен, рефрены и повторы, отсылки и заигрывания, и мат не в тему(((. Никакую Америку автор не открыл, даже полстрочки не удалось вписать в вечную тему, на которую уже высказались талантливые авторы.
кстати, а за что нынче премии дают?
То, что вы пишете, – это, простите, звенящая пустота. Это даже не бездарность, это не «плохо написано», нет. Это просто такая, скажем так, яма, огромная яма. Пустая, на месте которой никогда ничего не будет построено.12194