El soroll del temps

Импровизация - но не совсем - на тему жизни композитора Дмитрия Шостаковича. Скорее, наверное, интерпретация, потому что основания у книги вполне солидные - Барнс чувствует себя как рыба в воде в русской жизни и культуре и, конкретно, сталинского времени. А это, мягко говоря, нетипично, обыкновенно я беспомощно злюсь и никакое мастерство (например, Франзена в "Безгрешности") не способно примирить с фальшью. С не то что непониманием, а даже лёгким недопониманием.
Так вот - Барнс знает, понимает и чувствует всё, что нужно для того, чтобы занырнуть в эту книгу с первого абзаца и провести время её чтения в совершенном волшебстве. Потому что такое полновесное погружение - волшебство. Волшебство и музыка. Многие отмечали, что в организации этой книги присутствует музыкальная композиция, хочу ещё отметить, что стереоэффект от одновременного чтения и слушания Шостаковича был удивительным (особенно хочу рекомендовать запись, где дирижирует его сын, а играет- внук, от этого просто голова кругом).
С Шостаковичем всё очень сложно- правды нет, подтверждений мало, личность его и жизнь мифологизированы донельзя (очень интересная, к примеру, статья у Рондарева о том, как при смене идеологии в его творчестве стали находить ровно противоположное тому, что находили ранее), источники противоречат друг другу, а читаешь Барнса и понимаешь- всё было именно так и только так.
Перевод- великолепный.

Остання станом на сьогодні книжка англійця Джуліана Барнза «Шум часу» розповідає історію життя композитора Дмітрія Шостаковича та його складних взаємозв’язків із тоталітарною радянською владою.
«Чому він вижив, якщо його називали в газетах ворогом народу? […] Чому його помилували, коли стількох арештовували, засилали, вбивали чи змушували зникнути – і про них дізнавалися через десятиріччя? До всіх запитань пасуватиме одна відповідь: «Сталін каже, що його не можна чіпати» […] Потрапити Сталінові на очі було значно небезпечніше, ніж існувати анонімною невідомою людиною. Фаворити рідко лишалися фаворитами; падіння було питанням часу. Скільки важливих коліщат у механізмі радянського життя після якоїсь невловної зміни світла, виявлялося, весь час заважало іншим коліщатам?»
У своїй неповторній манері вдумливої та ретельної оповіді Джуліан Барнз старається передати ті відчуття Шостаковича, що супроводжували його все життя, яким, в свою чергу, цілком і повністю розпоряджалася влада. Як воно, йти композитору проти власної совісті і навіть проти власного музичного смаку? Підписуватися під словами, зміст яких жодним чином не поділяєш? Бути цілковито людиною мистецтва, але при цьому бути втягнутим у політичні перипетії? Із валізою в руках щоночі очікувати допиту, арешту, заслання і навіть розстрілу у потилицю, а в результаті «прожити занадто довго»? Про все це Барнз написав доволі стисло, але дуже детально. Таки Букера не дають аби-кому.
Моя оцінка, безумовно, 5/5. Люблю Барнза, а це вже третій переклад його творів українською. Маю надію, що ця чудова тенденція збережеться.

Обожаю Джулиана Барнса за стиль, за потрясное чувство юмора. Шум времени - одна из лучших книг о Россиии, написанных нерусским автором, которые я когда-либо читала. С удивлением обнаружила, что Бранс не только интересуется русской историей (и, похоже, очень неплохо изучил период, о котором пишет), но и говорит и читает по-русски.

Книга Барнса о Шостаковиче чем-то напомнила мне Лето в Бадене Цыпкина, ибо это такое же интимное проникновение в душу героя, как книга Цыпкина о Достоевском. Иногда даже больно читать, потому что, несмотря на восхищение своим героем, автор не может оставить за скобками противоречивые стороны личности Шостаковича. Но это вовсе не копание в грязном белье - это попытка изображения Гения, каким он был - Человеком. Барнс описал страшную цену, которую год за годом платил композитор за право творить. Входит ли мужество в набор необходимых черт гения?

Пушкин еще писал о гении и злодействе. А как насчет "гений и предательство", или "гений и трусость"? Но Пушкин писал в другом мире, в мире, где преступлением еще не считались "неправильные " мысли ( а только поступки) и за поступки отца и мужа не отвечали жена, дети, а также все родственники, друзья и даже отдаленные знакомые. Что есть истинное мужество: отчетливая гражданская позиция или способность не лгать своей музыкой? Какая ответственность выше - перед согражданами, или перед искусством? Могу представить себе, как подобные вопросы доводили Шостаковича до отчаяния...

Потрясающая книга - одна из лучших для меня в этом году.

В этой книге я ценю взгляд современного зарубежного писателя на жизнь и судьбу советского композитора в середине 20-го века. Барнс понимает, что такое страшно и как бывает страшно. И почему люди подписывают бумажки, с которыми они не согласны, пусть даже это может привести к ужасным последствиям для других людей. Не оправдывает, но понимает. И почему эти люди не могут даже заграницей сказать, как живут в их стране на самом деле. И то, что быть смелым требует время, можно родиться в другое время в другом месте и просто писать музыку. И не думать, кому эта музыка принадлежит и что она символизирует. Но люди не выбирают, где и когда рождаться. Странно требовать от них героизма. На мой взгляд, просто жить - в этом уже есть что-то от подвига. Не надо требовать большего

Роман о жизни Дмитрия Шостаковича, скорее даже исследование советской эпохи через призму жизни композитора. Книга читается на одном дыхании, в фирменном стиле Барнса - с обилием цитат и интересных фактов. Правда, из-за нелинейности повествования образ главного героя иногда ускользает, не даёт ухватиться за что-то конкретное. Но зато отлично передана атмосфера того времени, когда творец был полностью в тисках системы.

Барнс показывает все метания Шостаковича, его попытки не потерять себя как личность и в то же время не подставить под удар близких. Поражает, насколько шаткой была грань между признанием и опалой. Всего пара абзацев критики в газете могла решить твою судьбу.
Очень заставляет задуматься мысль автора о том, как соотносятся честность в жизни и честность в творчестве. По Барнсу, даже если от страха идёшь на компромиссы с совестью, это не всегда убивает художника в тебе. Хотя чего это стоит - "малодушие требует упорства", как он метко сказал.

Ещё запомнились размышления о том, как Запад совершенно не понимал советских реалий. Те, кто уехал, ждали от оставшихся громких протестов, открытой борьбы. А люди просто пытались выжить в этом абсурде, где одно неверное слово могло стоить жизни. Никому не хотелось становиться мучеником за идею.
И конечно, жуткое ощущение оставляет мысль, что для государства твоя музыка - это просто "достижение", как добыча угля шахтёрами. Никакой высокой материи, сплошная утилитарность.

В общем, роман оставляет сильное впечатление. Есть ощущение, что несмотря на тщательную историческую проработку, детализированного понимания исторического контекста не хватило . Но это мощное высказывание о том, каково это - быть творцом в эпоху сталинизма. О вечной битве художника и Системы, где борьба зачастую безнадёжна. О том, что наша судьба — с годами превращаться в тех, кого мы больше всего презирали в молодости.

Советую почитать всем, кто хочет не только узнать больше о Шостаковиче и его времени, но и просто поразмышлять о месте личности в истории.

Читая книгу, ловил себя на мысли: «Не верится, что Джулиан Барнс — англичанин, а не русский». Настолько близки эти душевные метания. Хотя главный герой — наш соотечественник, автор так естественно погрузился в психологию русского (точнее, советского) менталитета, что не каждый из нас так смог бы. Это вызывает глубокое уважение.

Очень люблю биографии, а уж в исповедальном формате — тем более. Читая, постоянно примеряешь эти размышления на себя, и от этого чтение становится ещё более увлекательным и полезным.

После прочтения остаётся тоскливый привкус. Но это неплохо. Можно оттолкнуться от этого состояния и взбодриться. Если ты так похож в своих размышлениях и переживаниях о счастье, совести, мотивах с таким великим человеком, значит и у тебя жизнь может быть не менее интересной!

Эту книгу нужно читать неспешно, вдумчиво, полностью погружаясь в повествование, параллельно читая комментарии. 3 главы - 3 эпизода из жизни русского композитора Дмитрия Шостаковича. Каждый эпизод наполнен мыслями и воспоминаниями, выхватываемых из предыдущего отрезка жизни.
Повествование нелинейно, как нелинейны бывают в жизни мысли и всплывающие из разного времени воспоминания. Чувствуется с каким уважением и аккуратностью относится автор к теме романа, сколько вложено любви к русской культуре, сколько вложено труда в эту книгу. Эпоха узнаваема настолько, что забываешь о том, что автор англичанин. Это достигается знанием материала, структуры советского общества, использованием русских поговорок, например, таких: худо овцам, где волк воевода; лес рубят — щепки летят; жизнь прожить — не  поле перейти...

Удивляет хорошее знание русского менталитета — в книге русские "пьют горькую", "соображают на троих"...

Очень много ссылок на дневниковые записи композитора, на воспоминания о нём друзей и его детей; глубокое понимание автором личности Шостаковича и эпохи, в которой он жил,  внушает доверие к повествованию, при всем при том, что это не биография, а художественная литература и мы понимаем, что музыкант предстаёт перед нами через призму видения его Джулианом Барнсом.
Страхи, которыми была пропитана страна во время сталинских чисток, прописаны очень убедительно. Структура романа построена так,  что гнетущее ощущение страха и ожидания проходят через всю книгу в той или иной степени.
Одной из основных мыслей является тема искусства, его определения, его принадлежность.

На мой взгляд это изумительно написанная книга о композиторе, о музыке, об искусстве, о терроре и их жертвах, о власти, о страхе, предательстве и разочарованиях. О шуме времени, через которое пробивается истинное искусство.

Барнс написал роман по мотивам возможной биографии первых двух третей двадцатого века, с Дмитрием Шостаковичем в роли действующего лица.
Текст, описывающий реальные действия Шостаковича, мешается с действиями возможными и даже предполагаемыми, периодически встречаются куски текста, которые легче отнести к голосу автора, нежели голосу кого-то из героев романа или времени. Распознать по ходу текста, чей голос звучит сейчас, трудно, остается лишь строить догадки. Но дочитав главу "От автора", и споткнувшись о его дерзкое: "не нравится, читайте" другой текст, я узнала интонацию многих рассуждений, встреченных в романе. Это были те самые запальчивые, громкие перебивки, так выделяющиеся на общем чуть приглушенном фоне повествования. И последнее предложение в книге и общий тон для меня звучат однозначно - автор писал книгу для себя, это его способ оборудовать себе площадку для высказываний, возможность поговорить. Судя по всему, задумка удалась. За шумом времени слышны громкий голос Барнса и его мнение, и фоном, помехами, шумами эфира - голос двадцатого века.

Книга больше о времени, чем о Шостаковиче. Наверное, кому-то в ней не будет хватать событийного ряда. Но потрясающе передана атмосфера времени и ощущение человека, талантливого, живущего на фоне других вполне прекрасно, от того что происходит вокруг, и главное - в нем самом.
Как это получилось у человека, который живет совсем в другой стране? Возможно, получилось именно потому, что есть отстраненность, достаточная, чтобы думать не об оценках, а просто (или это как раз непросто) описать поток повседневности и поток самоощущения, самообдумывания, самооправдания человека в этом потоке.
В общем, трудно описать. Пересказывать бесполезно. Нужно читать.

Джулиан Барнс является весьма именитым и тяжеловесным писателем. Каждая его книга - это событие. Сможет ли он, британец, написать хорошую книгу про русского? Он смог! Барнс влюблен в русскую литературу и наверняка провел ни один час познавая загадочную русскую душу.

"Шум времени" рассказывает о взаимоотношениях Д.Шостаковича, великого композитора и Власти. Эти отношения складывались так же как и всё время, Власть пыталась подмять под себя всех: генералов, композиторов, художников, писателей и весь народ.

Сам Шостакович представлен не великим гением, не выдающийся личностью, а простым человеком. У этого человека свои музыкальные амбиции, страх о том, что его однажды заберут и растреляют, своя любовь и понятия о правильном. Дмитрий Дмитриевич тут несколько трусоват, не идет против всех и сам порой ненавидит себя за это. Он недолюбливает откровенных подлиз власти. Барнс не боится писать о том, как Дмитрию Дмитриевичу приходилось подстраиваться под систему, особенно когда он не был с ней согласен.

Кстати, тут описаны отношения Шостаковича к Тихону Хренникову. Так как раньше я воспринимала Хренникова как выдающуюся личность, гения музыки, великого земляка, а тут он совсем другой. Он продержался на высокой должности при любой власти, громил тех, на кого направляли вышестоящие. В общем для меня это было переосмысление личности не в лучшую сторону.