Мультики

Ещё никогда так я не желала спойлеров в ваших отзывах. Магический реализм, да ещё и первое знакомство с автором, это такое увлекательно дебильное чтение. Ты будто на грани здоровой реальности и тут же увязаешь в чем-то очень липком. Реальность смешивается с анреальностью, здравый смысл с абсурдностью и ты барахтаешься, пытаясь постичь смысл и предположить исход. Чаще тебя затягивает, но это не случилось со мной в этом случае. Я смотрела лишь со стороны.

А начиналось все довольно прозаически: среднестатистический пионер-школьник переезжает в другой город и удачно вписывается в плохую компанию. Первая часть книги – похождение мальчиша-плохиша: алкоголь, секс, преступления, драки. Поворотным моментом становится задержание нашего Рембо Германа после очередного сеанса «мультиков» (просмотр голой груди за десятку) и помещение его в детскую комнату милиции. Но ещё немного о первой части – не верю. Вот в этот весь бред пьяного подростка и его приключения. У меня родители ровесники героя. Не спорю, что-то подобное и было. Но уж очень гиперболизировано и в то же время примитивно, а для магического реализма это, для меня лично, смерть жанра. Если дальше поёт тот самый магический, так реализм должен быть реализмом.

А в детской комнате милиции начинается невероятное. Уже с того, что работники её искренне хотят помочь провинившемуся. Есть в этом учреждении комната такая и сотрудники, что с помощью тьмы за окном и мультиков-матрешек могут управлять твоим сознанием, твоей жизнью. А потом вдруг герой возвращается в обычную жизнь и вроде бы все и знают, что произошло и страшные доказательства есть, но это не точно. Тут, опять же, по рассказам родителей я могу судить о том, что довольно хорошо и правдоподобно описаны меры перевоспитания «плохих мальчиков» как родителями той эпохи, так и государством.

Признаюсь, и мурашки были пару раз (трэшачок с садистом, что стал педагогом) и куча теорий было. И финалов истории я несколько прописала для себя. Угадала ли? Нет. Поняла ли? Вряд ли. Да и не затянуло так, чтоб возвращаться и обдумывать. Мне показалось, что уж слишком натужно связаны две части романа. А вот общей атмосферой сюра Елизаров напомнил мне любимого Пелевина и ещё нераскрывшихся полностью для меня Сорокина и Кафку. Почитать что-то ещё у автора желание не пропало, есть что-то в этом.

Да, это в комплект к "Библиотекарю". Даже, на мой взгляд, лучше "Библиотекаря" получилось, хотя многие со мной наверняка поспорят. Классная история.

Обычно меня раздражает, когда автор морочит мне голову. Здесь понравилось. Центральная часть книги, где малолетний отморозок многократно "рождает" талантливого педагога, написана просто мастерски. Без Мамлеева и Сорокина тут явно не обошлось, но получилось -- не побоюсь этого сказать -- даже лучше.
Советская власть по Пелевину проглядывает, но опять же вышло лучше. Пелевин коммунизмом ушиблен, а Михаил Елизаров в меру ироничен. Но в меру и серьёзен: казёнщина милиции, психиатрии, педагогики и пустословие газетной пропаганды показаны, с одной стороны, мрачно, с другой же вызывают ехидное узнавание. Так, методы "правоохранительной педагогики" в исполнении "гениальных педагогов" типа Разума Аркадьевича (с подручными Ольгами Викторовнами) ужасно напоминают методы уличной шпаны на гоп-стопе. Театральным режиссёрам, похоже, надо учиться у тех и у других.
Не все персонажи одинаково отвратительны, некоторые кое в чём симпатичны. И это тоже правда жизни.

Половина книги -- яркий реализм. За свою жизнь я встретил хотя бы по разу каждого из описанных персонажей, кроме разве что 12-летнего серийного убийцы.
Потом реальность резко расфокусируется. Обычно я такого не люблю, но в этом варианте было интересно проводить границы между действительностью и бредом. Что провёл их там же, где Михаил Елизаров, не уверен. Зато уверен, что это несовпадение задумано автором. Все мы разные, так что каждый читатель сделает это по-своему правильно.

Надо будет посмотреть, что ещё написал Михаил Елизаров.

Редкий случай, когда аннотация очень точно отражает суть и передаёт сюжет романа. Причём, без спойлеров.
Категория - только для взрослых. Номинально - магический реализм. По сути - ужастик, конечно. Читать только если любите ужастики, если прочитанное не переносится у вас в сновидение.
Первая половина романа - история взросления. Как хороший парниша из благополучной семьи после переезда и перевода в новую школу попадает в гоп-компанию и идёт по наклонной вниз. Очень правдоподобно, как с натуры всё. Очень понравилось.
Вторая половина - собственно, расплата за грехи. Ад наяву. И хотя я равнодушен к ужастикам, но тут и я прочувствовал происходящее. Отличная идея и отменная авторская реализация.
Высший балл роману.

После великолепного "Библиотекаря" решил взяться "за Мультики", но ожиданий эта книга не оправдала. Нет, по стилистике она очень даже похожа, но вот конец книги какой-то не дожатый. Книга условно разделена на три части, и вот если первые две неплохи, то последняя оставляет в недоумении. Складывается ощущение, что книгу нужно было срочно сдавать в печать и Михаил быстро набросав финал, решил что "И так сойдет". Но давайте обо всем по порядку.

Часть первая. Муть.
Начинается все с переезда обычного школьника Германа, из глубинки в большой город. Тут он знакомится с местной шпаной и начинает движение по пути "гоп-стопа". Собственно первая часть выглядит как настольная книга гопника, тут тебе и пацанские разборки, и схемы отъема денег у честных граждан, и подростковые попойки, со всем причитающимся. Эта часть не вызывает никаких особых эмоций, просто история из разряда "Пацан к успеху шел". Но как все мы прекрасно знаем, обычно такие истории ничем хорошим не кончаются, вот и Герману не повезло оказаться в детской комнате милиции. Тут и начинается вторая часть.

Часть вторая. Жуть.
Эта часть действительно жуткая и тягучая. Попав в детскую комнату милиции, Герман оказывается в потустороннем сюрреалистическом кошмаре, в мире диафильма про Алешку Разума. Тут начинаются те самые "кровькишкирас...ло" в мистическом антураже, присущие Елизарову. Эта часть мне показалась более интересной и атмосферной, так-же после этой части остается и много вопросов, на которые ждешь ответа в финале, но увы.

Часть третья. "Мультики"
Финальная часть не отвечает даже на треть вопросов, не покидает ощущение скомканности. Мы так толком и не узнаем что случилось с остальными персонажами, не поймем устройство комнаты и диапроектора, не поймем вообще реально все это было или это галлюцинации психически нездорового Германа. Вроде и ниточек куча, но сплести их в один клубок не получается. Чувство такое, будто Михаил открыл перед тобой книгу, как его персонажи шубку перед прохожими, потом резко ее захлопнул, а злой издатель спросил у тебя - "Мультики видел? Тогда плати!"

В современной русской литературе я, признаюсь, абсолютный профан. Количество прочитанных мною книг нынешних русских авторов едва достигнет пяти (как бы ужасно это ни звучало...). Поэтому и судить об этом произведении я буду с позиции читателя неискушенного и неопытного. Книга мне понравилась. Настольной она, правда, не станет, и в любимые произведения я ее однозначно не занесу, но зацепить ей меня удалось.
Действие происходит в конце 80-х годов ХХ столетия. Мальчик-подросток, Герман Рымбаев, переезжает с родителями из маленького провинциального городка в большой мегаполис. Там он попадает в плохую компанию, как говорится, "идет по наклонной", вместе с новыми друзьями осваивает уличную науку гоп-стопа. Ребята зарабатывают деньги, показывая "мультики":

До поры до времени все шло гладко, но в один из вечеров компания нарывается на ментов, и Герман попадает в Детскую комнату милиции №7. С этого момента начинаются совершенно необычные вещи. Повествование выходит за рамки реальности и перемещается в плоскость бессознательного, превращается в мультики, в диафильмы. Герману предстоит пережить донельзя странные события, многое осознать и перевоспитаться, позволить разуму взять верх над подсознанием.
Тем не менее, на мой взгляд, Елизаров не вкладывал в это произведение какого-либо глубинного философского смысла, все наоборот очень просто - автор делает попытку исследовать детскую душу, проследить, как она меняется под воздействием любви и заботы и как уродуется безразличием. При этом перерождение Германа происходит под пафосные речи о воспитании и педагогике в духе советской пропаганды и лозунгов, к которым Елизаров примешивает большую долю иронии. Этот прием позволяет повествованию не превратиться в бессмысленное морализаторство.
Мне понравился стиль автора, его язык. Елизаров очень умело создает атмосферу, вызывая яркие слуховые и обонятельные ассоциации, от которых подчас бегут мурашки:

Мне действительно казалось, что я чувствую запах нагретой кинопленки и пыли. При этом текст не выглядит перегруженным, он напротив легок и незамысловат и это его несомненное достоинство.
Однозначно одно: книги Елизарова продолжат пополнять мою библиотеку. Тем более, судя по отзывам, многие читатели считают эту книгу далеко не лучшей в его творчестве.

забавная ситуация с этим новым романом Елизарова. книга вроде бы и понравилась, но смущает две вещи. первая - надпись "лауреат премии "русский букер" на обложке и довольно поверхностно слепленный сюжет. и самый главный момент - бесследно пропала работа с текстом! если первую его книжку "Ногти" я читал затаив дыхание потому что пакости, которые там были щедро описаны, я впервые читал на бумаге. раньше мои глаза такого изуверства не видели. и текст. каждое предложение было как остро отточенные ножики - резали не больно, но сочилось потом очень долго и болезненно. некоторые его пассажи хотелось надолго запомнить и потом цитировать везде и всюду, в каждом удобном случае. потом был "Пастернак" - детский ужастик про дедушку, потом рассказочный сборник пакостей и мерзостей "Красная пленка" похожий на ералаш из ужасного калейдоскопа, затем совершенно безумный "Библиотекарь". а дальше словно испортили Мишу. то ли вдох весь повыдохся, то ли вдохновление больше уже не вдыхается. "Кубики" оказались мелкими и быстро надоели, а "Мультики".. снова изучение детского мира. мира, скрытого от взрослых глаз. начало как "Гопники" Козлова - хлесткое, пацанское, с насилием и узколобой грубостью, а дальше как сказки из журнала "Пионер" со страшилками ala Красная Рука, Пиковая Дама, Летающий Шкаф, Черный Гроб и тому подобные лагерные страшилки перед сном во время тихого часа. текст нежирный, понятный всем и каждому. приятный глазу, ни зацепиться ни повеситься. фонарь, колодец, крестница..

Для меня "мультики", если мы не берём первичное значение этого слова, ассоциируются с токсикоманами. Этот термин укоренился у меня в голове ещё в детстве, когда я смотрел какую-то передачу по НТВ, в которой малолетки нюхали клей и потом ловили с этого галлюцинации. На их сленге это называлось "посмотреть мультик".

Эта детская ассоциация легла на завязку сюжета данной книги и в моменте я подумал: "опа, а Елизаров походу тоже за это шарит, но меня не удивишь, знаем мы об этих мультиках". Но Михаил повёл не туда. Да и, вообще, кажется меня обманули.

Это говорит о том, что я плохо знаю Елизарова. Да, прочитал уже несколько книг его авторства; да, посмотрел ряд его интервью; но в его творческой сути не разобрался. И потому обманулся. Я правда поверил, что этот роман будет без постмодернистских загогулин, продолжив, как и начал, литься чернушным перестроечным реализмом. Срезом эпохи перемен. Поколением 70ых и потрясениями, выпавшими на их долю.

Стало жутко интересно к чему всё это придёт. Что же нам такого заготовил Елизаров. Вряд ли малолетние преступники представляют для него столь большой интерес. То есть, это всё подводка, но к чему? К краху "советской империи" через крах нравов молодого поколения? Когда ветеранов вырубают с вертухи, а парни с девушками потеряли всякий стыд? И клички еще эти. Рэмбо, Борман.... Ну куда это годится? Американщина, да фашня! И вот эти все Борманы, Геббельсы, Рэмбо и Микки Маусы нас всех в конце концов и погубят...

Однако, как я уже сказал выше, Михаил Юрьевич повёл нас совершенно иным путём.

Сюжет мирно развивался. Клац. Затмение. Клац. Свет включился обратно. Моргаем раз. Моргаем два. Вроде ничего не изменилось. Вроде всё реально. Но нет, нас уже утаскивают в пучину игр. Круговорот реальности и сюрреализма. Мы на границе. На самом краю. Ощущение, что впереди пропасть нереальности, но пока удаётся балансировать, находить логичные и реалистичные ответы. Уступать автору не хочется и мы стоим из последних сил. Ноги затекают, голова начинает кружиться и от усталости мы впадаем в состояние бреда и полудремы. Окончательное размытие рамок. Перестаём понимать: мы уже летим вниз или пока ещё стоим.

А Елизаров изворачивается всё больше. Очередной поворот и мы снова оказываемся в реальности. Но в другой. Не совсем в здоровой. Абсолютно не в той, где мы находились первоначально.

Начинаем рассуждать: в какой момент всё сломалось? Сначала был переезд. Потом знакомство с новыми ребятами. Так. Граница должна проходить где-то здесь. И, возможно, проблема действительно в переезде. Он надломил и сломал парня. Переживания поглотили его и вывернули наизнанку. И всё что мы видим в сюжете - история борьбы с самим собой, c процессами в голове, попытку сбалансировать внутреннее состояние.

Вспомните эпизоды воспитательной части. Уж очень явно они отсылают к советским мультфильмам и фильмам: голос диктора, специфический пафос тона, хулиган, на которого направлен взор, порицание факторов, сделавших его таким, etc. Стиль информации таков, что она явно попала в парня из окружающей его среды. И осталась где-то на подкорке. Её-то он и использует в качестве внутренней аргументации. Ведь другой-то нет.

Разум (Разумовский) пытается воспитать его. Но он сломан. Мальчик пугается: откуда разум так хорошо его знает? Он не может себя осмыслить? Он отделяет себя от разума? Реальности начинают множиться, он впадает в рекурсию. И похоже процесс уже не остановим.

Граница между субъективным и объективным разрушается. Помните как в древности: условный грек или вавилонянин приходил в священное место, чтобы увидеть откровение во сне. Ведь в то время не было разницы сон это, галлюцинация или обычное впечатление.

Так и у нашего героя всё размылось и слилось в единый поток. Произошла революция сознания. Изменился взгляд на мир, вернувшись к первоначалу.

Перемена физическая ведёт за собой перемену метафизическую.

Начинаются "Мультики" довольно интересно, "в мире животных" , а иначе не скажешь, всегда веселая насыщенная жизнь. Досуг гопоты, пьянки, драки, секс, описан довольно красочно и правдоподобно и если бы не очевидная вторичность - Козлов постарался - то все бы было нормально. Заглавные "мультики" - демонстрация юных женских прелестей незадачливым прохожим с целью выкупа, описаны пожалуй даже излишне подробно.
Далее Елизаров рисует историю мистического перевоспитания трудного подростка. А вот ответить на вопрос, зачем рисует, я, прослушав книгу, совершенно не в силах.
Раздражающий пафос глав средней части

как бы намекает на иронию, но так ли это на самом деле, я могу только гадать. Если бы не было темы служения родине в "Библиотекаре", то я б не сомневался, что автор иронизирует. А так меня терзают смутные сомнения: может он на самом деле сторонник примитива во взглядах на окружающий мир.
Третья часть - самая человечная в романе, оказывается что Герман психически болен и можно было б не сомневаться, что описанное во второй части ему привиделось, если б не весточки из прошлого.
Без третьей части

.
Мистическое расширение пространства восприятия сейчас вполне допустимый литературный прием, и в другом бы случае он бы украсил произведение, но по завершению "Мультиков" у меня было чувство, что меня безжалостно провели, заставив слушать этот маразм.
В довершение всего Елизаров даже минимально не умеет выстраивать композицию романа, опять и снова, как в Библитекаре, имеем три малосвязанных разностилевых куска текста, каждый из которых имел бы право на самостоятельную литературную жизнь, но слитые вместе в одном романе, они производят удручающее впечатление.
К языку книги претензий нет, как не было и хоть каких-то открытий.

Оценить книгу мало-мальски высоко рука не поднимается - всего лишь унылая троечка.

Произведение Михаила Елизарова посвящено отдельному эпизоду из жизни замечательного педагога Алексея Аркадьевича Разумовского. К сожалению, автор мало внимания уделил личности этого прекрасного человека. Исправим эту ошибку.

Несмотря на тяжелое детство, пришедшееся на послевоенные годы, Алексей Аркадьевич смог свернуть с кривой дорожки малолетнего правонарушителя. Он не только превратился в образцового гражданина Страны советов, но и добился серьезных успехов на ниве образования, следуя стопами своих выдающихся наставников: Виктора Тарасовича Гребенюка, Виктора Николаевича Сорокина и Антона Семеновича Макаренко.

Алексей Аркадьевич считал, что работа педагога всегда связана творчеством. В этой связи особенно хотелось бы выделить диафильм «К новой жизни!», ставший результатом работы плодотворного дуэта, образованного с известным художником Борисом Геркелем, воспитавшим целую плеяду отечественных мультипликаторов (Ю.Норштейн, В.Котеночкин и др.). Разработанная Разумовским ювенальная методика коррекции поведения нашла отражение и в ряде учебных пособий и монографических работ, в числе которых: Роль педагога в ранней катализации девиантного поведения несовершеннолетних. Москва, 1958; Рекомендации по празднованию дней рождений в детских комнатах милиции: Метод. пособие / Упр. внутр. дел Леноблгорисполкомов. Упр. уголовного розыска. Ленинград, 1972; Пойми, кем ты станешь – Книжка раскраска для исправительно-трудовых учреждений. Уфа, 1976; Путь к жизни (в соавтор. с Е. Блиновской). СПб.: Изд. «Перспектива», 1996; Из блоггера в ПТУшника: обзор педагогических методик (в соавтор. с Е. Мизулиной) М.: «Наука», 1999.

За годы активной педагогической деятельности Алексей Аркадьевич тесно сотрудничал с органами правопорядка нескольких регионов РСФСР, работая с самыми запущенными случаями, когда малолетние правонарушители считались потерянными для советского общества. Он никогда не опускал руки, заявляя скептикам, что «даже в самой чёрной душе закоренелого преступника есть потаённые залежи добра». Алексей Аркадьевич любил детей и очень дорожил своей дружбой с ними, и дети платили ему той же монетой – для них он всегда был лучшим другом, самым любимым наставником. В своей среде они уважительно прозвали его "Разум Аркадьевич".

Государство высоко оценило труд Алексея Аркадьевича. Он был удостоен почетного звания «Отличник народного просвещения», награжден медалями «За трудовое отличие» и «За трудовую доблесть». Только происки тайных завистников из педагогической среды не позволили ему получить звание «Народного учителя», к которому он представлен в 1984 г. решением Министерства просвещения СССР. Вместе с тем в силу природной скромности Алексей Аркадьевич весьма спокойно относился к государственным наградам, считая лучшей оценкой своего педагогического труда счастливые улыбки воспитанников.

Дело Учителя продолжают его ученики (Е. Блиновская, Е. Мизулина и др.). За десятки лет, отданных просветительской работе, Алексей Аркадьевич воспитал несколько поколений отечественных педагогов, многие из которых и поныне работают в учебных заведениях по всей России и даже популяризируют изобретенные им системы личностного развития с использованием современных средств коммуникаций. Воспитанники Алексея Аркадьевича, в силу обстоятельств покинувшие нашу страну в девяностые годы, внедряют методику Гребенюка в школах США, Чехии и Израиля.

В Московским педагогическом государственном университете именем А.А. Разумовского названа кафедра психологии развития личности и коррекции подросткового поведения. В Казахском национальном педагогический университете проводится ежегодная студенческая научная конференция имени А.А. Разумовского. С 1996 г. в США действует неправительственная организация “The RAZUM Foundation”, ежегодно награждающая ученых по всему миру за прорывные исследования в области коррекции поведения трудных подростков.

Я с теплотой вспоминаю прихрамывающую походку Алексея Аркадьевича и наши долгие беседы за чашкой чая. Спасибо Михаилу Юрьевичу Елизарову за прекрасную книгу, сохраняющую память о нашем дорогом Учителе!