A Canticle for Leibowitz

Что я могу изменить в направлении полёта,
В кривизне траекторий, в безумных зрачках пилота,
В странном стечении судеб, в чётном количестве лилий,
Что я могу добавить к облаку серой пыли,
Если вдруг взрывная волна оборвет наши сны <...>
Е. Войнаровская

Адский огонь - что мы знаем об адском огне? И нужно ли о нем что-то знать? Сегодня невозможно всерьез думать о геенне огненной как о поджидающей грешное человечество каре господней, невозможно принимать религию как религию - в том виде собрания мифов, какое она являет. Образ церковного ада (ну да, церковного) приелся за два тысячелетия так, что уже никого не пугает. Однако Миллер воскрешает мертвую метафору, описывая новое адское пламя. "Воплощение Люцифера отвратительным грибом выросло над грядой облаков и медленно вздымалось еще выше, подобно титану, становящемуся на ноги после веков плена в недрах Земли". Жанр антиутопии позволяет перекинуть мостик между церковными догмами и научными достижениями, и мостик этот отнюдь не хлипкий. После радиационного апокалипсиса монахи укрывали от разъяренной полумутировавшей толпы остатки книг и знаний, и теперь, спустя 600 лет, боятся предъявить их внезапно родившемуся гению из страха, что вмешаются царьки-политиканы и их уничтожат, а тот гений - дон Таддео - враждебен к монахам, так как по сути те веками укрывали и укрывают знания от их использования, и сами не могут их использовать. При этом книги прикованы цепями в подвале, поскольку соседнее с монахами село стало благодаря такому соседству шибко грамотным и тащит к себе все тексты, которые только сможет найти. Говорят и пишут на латыни, английский для них неизмеримо сложен из-за многозначности и отсутствия падежей. Еще один перевертыш Миллера, воскресившего мертвый язык. Спустя еще 1200 лет повторяется тот же ужас - несмотря на знание о том, как плохо было тогда, несмотря на мутации, до сих пор проявляющиеся в геноме.

Тело, осязаемое физически, состоящее из клеток плоти и крови, с которым имеют дело доктора, противостоит душе, полагаемой монахами. Во всех трех аббатствах разных времен есть персонажи "с отклонениями", не вовсе мутанты, но и не прежние "чистые" от радиации люди. В первой части это резчик, вырезавший фигуру Лейбовича, в третьей - двуглавая Грейлес-Рэйчел. К резчику, совершенно отвратительному внешне, все очень хорошо относятся, потому что он, угрюмый от природы, стал для окружающих весельчаком, и общение с ним просто приятно. Грейлес же, несмотря на ее природную доброту, игнорируют все монахи, поскольку просит она их, как им кажется, об абсурде - крестить Рэйчел, свою вторую маленькую голову. Во время второй ядерной войны Рэйчел просыпается, или, вернее, рождается, если оперировать понятием души, а не тела. Не могу не привести здесь ответную реплику аббата доктору третьей эпохи: "— Вы не обладаете душой, доктор. Вы сами есть душа. Вы обладаете телом лишь временно". Как бы там ни было, а спор этот упирается в принципиальные разногласия между монахами и учеными. Казалось бы, оба лагеря противостоят тем "идиотам, уничтожившим себя" две тысячи лет назад, однако они спорят и друг с другом из-за нелогичности монахов: если понимаешь, что знание - зло для человеческого рода (а Миллер проводит блестящую параллель науки с запретным плодом), если уже был прецедент, стало быть, знание это не для кого хранить, нужно просто его уничтожить и перестать трястись за то, что оно снова приведет к уничтожению жизни посредством расщепления ядер. Вместо этого монахи умудрились возвести свои "консервы" в ранг святых мощей и реликвий. Эта несуразность оправдывается почитанием душ ученых, истребляемых после первой катастрофы, тем, что орден всегда руководствуется добротой и человеколюбием, а не прагматизмом, велящим доктору третьей эпохи советовать неизлечимо облученным эвтаназию. Дьявольской насмешкой над бдящими благочестивыми святошами стали отказы крестить Рэйчел, основанные на том же прагматизме, на опирающихся на известные знания о предмете и сути человека суждениях. Еще страшнее та последняя надежда - что монахи во второй раз решили хранить человеческую науку и пытаются доставить это зло на Альфу Центавра.

Лейбович - герой, которого в книге и нет, от которого осталась лишь память, спутанные воспоминания, ставшие мифами. Однако этого героя монахи произвели в святые, и вот уже две тысячи лет как чтут. Поневоле задумаешься над парадоксом, почему именно этот, а не тот, другой, выдающийся ученый - все же были затравлены, все скрывались в монастырях. Но главное, что удалось Миллеру - это то, что в реальности описанных им событий не сомневаешься. История часто неожиданна и несправедлива, возвеличивает одних, стирая напрочь память о тех других, о ком, может быть, и следовало помнить, и как раз несуразная история с Лейбовичем (в фамилии которого я так и не определился, как следует ставить ударение: с Ч на конце логичнее ЛейбОвич, как ПрокопОвич и иже с ним, а вот с Ц мой речевой аппарат упорно ставит ударение на последний слог, употребляя его исключительно для названия книги) подчеркивает эту реальность. К слову о реальном, давно я не читал настолько реалистичную книжку (даром, что это фантастика). Если бы автору пришлось снимать фильм по своей книге, я уверен, никакой тревожной музыки перед смертями и катастрофами бы не было и в помине. Он вообще не церемонится, когда умирают его персонажи, совсем. Сказал - и начал уже о другом, никаких растягиваний, слез, соплей - упаси боже. Поначалу удивительно и непривычно - вся первая часть по сути была о Франциске, но когда его убивают, бессмысленно и беспощадно, Миллер уже описывает старика. Старик, кстати, так и остался для меня загадкой: очевидно, что это Агасфер, ожидающий второго пришествия, однако почему всегда его зовут вариациями имени Лазарь?.. Описания монастырских заветов, обетов, обедов (более чем скудных, в пустыне-то) заставляют вспомнить монастырь Эко, и его монахов, которые также занимались списками списков и хранили библиотеку от дурного чужого глаза как зеницу ока, так же, как и монахи Миллера, стерегущие науку (да и вообще всякого рода информацию, вспомним обнаружение Франциском убежища в земле) от распространения, так же, как собака на сене.

Автору вообще не откажешь в чувстве юмора. Первые фразы из Библии разыгрываются как пьеса монахами, приводящими в подвале в действие динамо-машину. Про да будет свет, и увидел Бог, что свет - это хорошо, - вот это вот все. С одной стороны, абсурд, сюр, потому что звучит это все с большим сарказмом, которого в реале просто не может возникнуть, с другой - они с такими сомнениями выполняют указания по запуску, что серьезность их и их веры в свои слова - буквально давящая. Понятно, что это и есть интерлюдия, краткий, в рамках дозволенного, полет авторской фантазии. Однако и снова это метафора, на которые так щедр Миллер - ведь в этом глухом средневековом подвале на самом деле сотворяется новый мир. Разговор Зерчи, аббата третьей эпохи, с черепом не может не напомнить другого любителя поговорить с костями, но за мнимой пародийностью, если вдуматься, кроется тот же смысл. Быть или не быть, только распространяется этот спор на смысл человеческого существования в целом. Еще два эпизода в первых двух частях граничат с низким средневековым юмором - то, как высмеивает Франциска его монастырский собрат, докапываясь до смысла транзисторной управляющей системы для узла 6-В, прекрасно зная, что смысла оба они постичь не могут, и несколько сцен с Поэтом-Эй ты!, зачастую отвратительным персонажем, не считающимся ни с чьими в монастыре правилами и желаниями, но в то же время по меткости своих колкостей отнюдь не уступающим лучшим королевским шутам нашего средневековья. Наконец, прочитав эту книгу, я обогатился на еще одно прекраснодушное ругательство: "старый богохульный кактус!".

Начитавшись других рецензий, утверждающих, что история циклична и все повторяется вновь и вновь, позволю себе несколько не согласиться: между первой и второй катастрофой прошло две тысячи лет, столько же, сколько потребовалось "нулевой", нашей с вами цивилизации, чтобы от античности прийти к распаду ядра. Но у первой выжившей цивилизации случился средневековый вброс данных, так что пары сотен лет им вполне хватило бы на следование прогрессу "нулевых" и развертывание масштабого производства. А значит, как минимум тысячу лет они продержались, не прибегая к ЯО. С другой стороны, невозможно за тысячу лет не найти какую-то высшую причину для жизни (или мне лишь так кажется?..), при должном уровне прогресса не получится зависнуть в развитии на тысячу лет, и здесь, конечно, просчет автора: вторая катастрофа должна была грянуть гораздо быстрее. То, что она должна грянуть, он показывает более чем четко: конфликт возникает главным образом из-за несоответствия слишком большого прорыва в науке варварству стоящих у власти питекантропов (метафора моя, не гоните на Миллера, у него были только канюки, люди и мутанты). Монахи просят объяснить дона Таддео, о чем идет речь в хранящихся у них книгах, простым языком, на что тот смеется: простой язык как раз тот, на котором написаны все эти формулы, упрощение позволяет экономит сотни страниц. Всегда будет разрыв между знающим и массой невежд, между узким специалистом в одной области и узким специалистом в другой, и другая не обязательно должна принадлежать науке. Кроме того, неизбежен по определению разрыв между интересами политики и науки: в разные времена он может быть больше или меньше, но не может не быть. А значит, выводы неутешительные. Из всего, что я вижу и слышу, при всем моем нежелании видеть и слышать, следует, что нам можно не страшиться экологической катастрофы - ибо есть ЯО и политика. Я только мечтаю пожить хоть еще немного, полагая, что на большее рассчитывать не приходится. И уже в детстве отчаянно не понимал, почему никто не написал ничего подобного (оказалось, написал), ощущая угрозу так же, как сейчас, во время чтения "Лейбовица".

Тысяча девятьсот пятьдесят девятый! (Спешл фо Мегерз, старые они богохульные кактусы, расписываю по буквам, все, кто не Мегерз, не серчайте). Я был уверен, что это написано сейчас, ну, лет десять назад, несмотря на множество обложек этой книжки очевидно прошлого века самых разных стран, как и несмотря на то, что сам же рассказывал побокальникам про Хьюго 61-ого года! Но когда читаешь книгу, невозможно думать, что автор не был в курсе всех событий начала 21-ого века. И если есть люди, утверждающие, что после отхода от Второй Мировой книга потеряла свою актуальность - что ж, стало быть, не совсем уж я в скорлупке сижу. Эту историю, про автора, написавшего книгу из чувства вины за разбомбленный им древнеитальянский храм, я встречал раньше не один раз, однако звучала она в духе голливудских завязок про распиаренных авторов, и мне просто не приходило в голову, что книга могла получиться. А она получилась - здесь не так важен сюжет, как рсссуждения, споры, многовековые напряженнейшие дискуссии. Примечательно, что в "Лейбовице" Миллера не сохранилось, какой народ напал первым. Переживший войну Миллер предельно осторожен и политкорректен, полная противоположность сатириков, маскирующих вполне конкретных деятелей другими именами. Да и для чего ему скрывать кого-то конкретного, если инвектива его направлена против всего воинственного человечества.

Вообще-то не люблю постапокалипсисы, но этот очень хорош. Казалось бы, они зачастую про одно и то же – про выбор между выживанием и человечностью, про последствия решений и надежду на лучшее. Может быть, ключевой разницей для меня были центральные персонажи – цельные верующие личности с чётким моральным компасом. Из таких получаются прекрасные, пронзительные литературные герои – хотя, конечно, в реальной жизни было бы иначе. В реальной жизни в споре доктора и аббата в финальных главах я, скорее всего, была бы на стороне доктора. Но в книге сложно не поддержать аббата всей душой.

Ещё отличие книги от других (я так говорю, как будто много постапокалипсисов перечитала, но, как я уже сказала, я их не очень люблю) в том, что мы несколько раз перескакиваем на сотни лет вперёд. В первой части мы видим кочевников и мелких князьков на территории бывших Штатов; монахи находят книгу по физике с плюс-минус современными нам данными – и ничего в ней не понимают. Во второй части кое-что уже вырисовывается. В третьей…

Обычно не читаю биографии авторов каждой книги, но тут случайно зацепилась глазом за “принял католичество” и заинтересовалась, как это могло повлиять на сюжет. Оказывается, во второй мировой автор бомбил Италию (в авиации), что было для него нелегко, особенно когда бомбить пришлось католическое аббатство. Эту веру он принял уже после войны. В шестьдесят застрелился.

Теперь понятнее те пессимизм и надежда, которые умудряются сосуществовать в книге. И неотвеченный вопрос: закончится ли когда-нибудь это безумие? Жаль, что кому-то пришлось самому столкнуться с болью, чтобы суметь такое написать.

Постапокалипсис, спустя шесть веков после ядерной войны (примерно шестидесятых годов). Мир все еще лежит в руинах. Государственность выглядит как что-то в лучшем случае средневековое, при том, что большие пространства находятся под властью полудиких кочевых племен, и почти везде, кроме отдельных точек, царит атмосфера Дикого Запада с возможностью отъехать от нападения черт знает кого. Учитывая, что тут хватает совсем диких ребят с разными мутациями и склонностью к людоедству (тяжелые времена и дефицит ресурсов), путешествовать в этом мире не самая хорошая идея. Однако есть и путешественники, причем одиночки — паломники.

Дело в том, что в этом мире очень сильна власть религии. Хоть какая-то цивилизация сохранена как раз в монастырях и храмах, причем специфического свойства: священнослужители соединяют поклонение богу и если не самой науке, то хотя бы памяти о ней. Монахи борются за право включить очередного ученого далекого прошлого в список святых (все по классике, с адвокатом дьявола и заседаниями в Риме, правда, в Новом Риме, а не том, что был в Италии), горбатятся день и ночь, переписывая артефакты былых времен, включая малоценные материалы типа личных записных книжек обывателей из 1955 года и совершенно непонятные монахам научные записи. Постепенно причины такой парадигмы становятся понятны: сразу после ядерной войны был неприятный период Упрощения, когда невменяемые толпы норовили убить каждого грамотного очкарика и уничтожить любую информацию, включая разные там книги, ибо считали, что только это спасет мир от еще более страшных войн. В итоге очень многое было утеряно навсегда.

Стоит ли спасать крохи непонятных знаний, со временем станет ясно: через полкниги читателя ждет очередной прыжок на шесть веков вперед, когда цивилизация таки разовьется до более-менее прежнего уровня (включая космические полеты) и снова встанет перед проблемой всемирной катастрофы. Конечно, в былые времена высокопоставленные лица не понимали, какой ад последует за нажатием красной кнопки, а ныне все это понимают — однако в былые времена и жилось гораздо лучше, в то время как жизнь в 2600 году, несмотря на ренессанс, куда более нелегкая и больше причин сражаться за ресурсы.

Следует уточнить, что это скорее философско-религиозная книга, чем фантастика про постапокалипсис. Практически 95% текста это мысли, беседы и деяния монахов, про внешний мир информации дается минимум и про самое важное, типа очередного передела жизненного пространства между парой мелких государств. Первая половина книги интересна как новое перестроенное общество, вторая сильнее уходит в философию, но в целом она вся неторопливая и медитативная. Лично я читал долго и тяжело, но очень порадовался, что повествование не теряет связи с прошлым: несколько мелких незначительных персонажей и вещичек из 2300 года станут предметом ожесточенных споров и обсуждений в 2600 году, в то время как многие значимые персонажи и предметы будут полностью забыты.

Не всегда я покупаю книги после детального изучения аннотации и отзывов. Иногда хватает пары-тройки ключевых моментов, чтобы определиться гораздо быстрее. Постапокалипсис? Хорошие отзывы и высокие оценки? Берем! Но где-то на трети книги я понял, что получил несколько не то, к чему я готовился.
"Гимн Лейбовицу" написан очень давно - в 1959 году. И это по сути единственное популярное произведение автора. На написание данной книги повлияло то, что в время второй мировой войны Уолтер Миллер участвовал в бомбардировке бенедиктинского монастыря, в котором хранились древние рукописи.
По сюжету романа случилась жестокая война, которая откинула людей в период Средневековья. Некто придумал оружие массового поражения, все грамотно рассчитал, начертил... В результате этих научных исследований человечество сильно пострадало. Поэтому ученых назвали еретиками, а все их книги и научные труды обязаны быть уничтожены. Электричества нет, самолетов нет, топлива нет. Back to the primitive.
Но так получилось, что Лейбовиц, который был причастен к ядерному оружию, дабы не быть линчеванным за свои труды, убегает в монашество и основывает монашеский орден. Прошло много-много-много времени, и Лейбовица канонизируют, забыв про его грехи. Теперь он святой, который сумел сохранить знания и направить людей в нужное направление.
Завязка сюжета - молодой монах идет в пустыню для долговременной медитации и очищения, где встречает странника, который указывает монаху на некое странное место. Это место впоследствии оказывается забытым убежищем из прошлого, в котором раньше прятались люди от радиации. Ничего не напоминает? Да-да, Fallout. Пустыня. ящерицы, убежище, религиозный орден, артефакты из прошлого. Кажется, что это было написано как раз после вдохновения от самой лучшей ролевой игры про постапокалипсис, но на самом деле наоборот - создатели Фоллаута вдохновлялись Лейбовицем.
Монах возвращается в церковь, рассказывает настоятелю о своей находке. Но... Все его реакция оказывается не совсем такой, какой молодой монах ожидал. С одной стороны, чертежи, найденные в убежище - это великие артефакты, которые могут пролить свет на события прошлого. С другой стороны, эта находка может перевернуть привычный быт и монахов, и всех людей вообще. Лучше пускай все будет так, как было, чтобы не случилось какой беды. Но зачем прятать? - думает монах. Ведь знания - это свет. И все эти закорючки и картинки могут помочь человечеству. Может верховный аббат примет правильное решение?
Оказалось, что "Гимн Лейбовицу" имеет уклон в социально-философскую сторону. Сюжет особо не развивается, все больше рассуждений, тонких мыслей, насыщенными текстами из Библии. Потом вовсе оказалось, что книга разделена на три части, которые вроде как имеют общий сюжет, но на самом деле эти три маленькие повести, каждая со своей философией. Вторая и третья части еще более раздумывательные и сложные для восприятия. И поэтому мне пришлось перестроить себя на то, что читать нужно внимательно. Это не простой роман про выживач после ядерного взрыва сквозь призму религии, как мне думалось заочно. Это именно такая книга, которая при небольшом количестве страниц заставляет читателя глубоко задуматься и загореться желанием обязательно с кем-нибудь обсудить прочитанное. Цикличность подъема и упадка цивилизации, могут ли знания привезти к краху, симбиоз науки и религии.
Поэтому после прочтения у меня были смешанные ощущения. С одной стороны, не совсем то, к чему я готовился, с другой стороны, это мощное серьезное мрачное произведение, которое нужно прочитать не один раз, чтобы найти все тайники мысли, спрятанные автором. Сложный роман, к которому нужно готовиться. И перечитывать.
Буду ли перечитывать? Сложный вопрос.
А Уолтер Миллер в 1996 году застрелился.

Многоуважаемые пользователи и посетители сайта! Предлагаю Вашему вниманию мое мнение по поводу книги. Книги настолько прекрасной, что не передать словами. Она ( вернее, простите, Её содержание ) ВОПИЕТ "Одумайся пока не поздно - ЧЕЛОВЕЧЕСТВО... Но конечно же книгу, необходимо читать человеку с крепкими нервами, поскольку очень мрачная перспектива вырисовывается автором (который, между прочим покончил жизнь суицидом, едва написав продолжение). Спойлеров о сюжете не будет, как минимум, в своем кратком отзыве я постарался их не допустить, потому, что для того, чтобы взяться за книгу достаточно прочесть аннотацию, А ещё есть замечательная Возможность которой я очень сильно не рекомендую пренебрегать ознакомиться с этим произведением поскольку оно было написано во времена противостояния двух великих держав, под эффектом огромного давления страха неопределенности и возможной неизбежности катастрофы. От которой нас уберегло провидение ли, тонкая ли политика Бог весть. Но это произведение показывает насколько хрупок мир и все в нем человеческое. Рушатся и вновь возникают государства, сообщества, отдельные люди рождаются и умирают. Но единственно время не замедлит своего хода оно как предвечный судья всех рассудит и всем воздаст....

У меня к церковникам в книгах отношение не самое однозначное. Я не говорю об инквизиции, а именно о монахах, которые зачастую либо блаженные и идеальные, либо властные и алчные, но прикрываются именем бога и добродетелью. Тем интереснее было знакомиться с церковью святого Лейбовица, аббатом и монахами, которые на протяжении множества лет собирали книги и знания, чтобы сохранить все, что человечество утратило после мировой войны.

На самом деле — это любопытная мысль, что именно церковь останется хранителем науки, хотя можно было ожидать иного. Но в мире, где страны обменялись ударами водородных бомб, где были уничтожены десятки городов, погибли не тысячи, но миллионы людей, человек взбунтовался против науки как таковой. Зачем наука, если ученые мужи изобрели оружие, которое должно было защищать, однако в итоге стерло любое понятие о безопасности?

И в начале книги мы видим разрушенный мир, где практически стерлись любые следы знакомых цивилизаций, зато на дорогах появились бандиты, а из-за радиации народилось столько мутантов, что их стали считать за чудовищ. Первая часть, на самом деле, мало что объясняет — мы лишь видим мир после войны, примерно догадываемся, что произошло, но главный герой, монах Фрэнсис, даже не знает, что такое радиация. Вернее для него радиация — это имя демона сравни Люциферу, и в целом происходящее подается через, ммм, библейские сюжеты?

Но честное слово, вторая и третья части стоят того, чтобы прочитать первую и пойти дальше. Первая часть становится фундаментом — Лейбовиц, в прошлом обычный инженер, которого обезумевшие люди связали и заживо сожгли, породил книгобандистов, тех, кто собирал книги, прятал их, чтобы люди окончательно не утратили знание. И в первой части Новый Рим наконец признает Лейбовица воистину Святым.
Между каждой частью проходит по шестьсот лет, и тем легче сравнивать, как меняется общество. Если в первой части люди не помнят ничего, то во второй уже появляются ученые, но грядущая война как бы намекает, что человечество не так чтобы намерено меняться. Старые ошибки забываются быстро, а на грабли наступать всегда интересно.
Третья часть забрасывает читателя в далекое будущее, и она, пожалуй, самая пронзительная, потому что до боли напоминает происходящее за окном с той поправкой, что у нас нет возможности отправиться в другую галактику, когда начнется очередная война на уничтожение.

На самом деле, это в чем-то страшная книга. Местами сумбурная, местами излишне назидательная, но несмотря на то, что история крутится вокруг аббатства, здесь читают Библию и молятся, это не вызывает отторжения. И потому читать интересно, особенно когда люди забывают о доброте и милосердии в общечеловеческом смысле.

Живая притча о цикличности развития человечества с призрачный надеждой на прекрасное будущее, которое где-нибудь обязательно должно наступить, пусть в далёком космосе, но, главное, оно свершится. Образ двуголовой госпожи Грейлс неожиданно получает особое трактование и смысл, обратите на неё внимание. Очень красивая и глубокая метафора.

Автор ставит вопросы соотношения культуры и науки, жизни и эвтаназии (не только в рамках одного человека, но целого общества), искусства и простого счастья дурака, политической необходимости против желания жить, любить, творить.

После прочтения мне стало страшно (особенно поразил момент с ребёнком: он безнадёжно болен, так убить или дать жить через страдания?), но одновременно осталось стремление жить, хотя бы даже чтобы опровергнуть прогнозы автора.

Постапокалипсис которого мы ждали! Моё мнение таково, что фильмы жанра постапокалипсиса куда легче реализовать, чем сюжет книги в том же жанре. В фильме достаточно показать погибший мир и поставить в центр этого мира главного героя или героев их выживание и проблемы. Поэтому мы знаем кучу достойных представителей данного жанра: "Безумный Макс", "Дорога", "28 дней спустя" и т.д. Когда читаешь книгу, возникает намного больше вопросов, чем при просмотре фильма и тут уже куда сложнее описать что куда и зачем (ИМХО). У Миллера-младшего это отлично получилось.
Основными темами книги являются: цикличность истории, эвтаназия, вера в Бога, противостояние науки и религии (тут очень интересно это обыграно). В романе упор делается не на выживание главных героев и их существование в новых обстоятельствах, а на то, как не допустить ошибок прошлого в настоящем и будущем и бессилие от того, что как не крути, а история повторяется, человеческую суть не изменить, от чего чувствуешь некую обреченность, которая идёт сквозь весь сюжет.
Два слова про сам сюжет: Мир погиб после ядерной войны, из за чего люди взбунтовались не только простив ученых, но и просто образованных людей. Толпы жгут книги и убивают последних представителей науки. Но один из ученых обратился в религию и вместе с служителями монастыря пытается спасти последние крохи знаний. Ученый по имени Лейбовиц умер мученической смертью, что через несколько столетий сделало его святым, но его дело продолжалось. И хотя монахи уже не понимали суть знаний они продолжали хранить книги и писать историю прошлого, ожидая эпохи возрождения, когда знания смогут оценить.
В книге действия разделены по временным отрезкам, между каждым сюжетом проходит несколько столетий. В итоге мы имеем Средние века, Эпоху Возрождения и Современность. Это очень интересное решение, так как мы можем проследить как меняется история и как она повторяет саму себя. Вместе с этим мы видим перемену в надеждах и тревогах людей, которые хотят изменить историю, которые хотят лучшего для этого мира в лицах предводителей аббатства Лейбовица.
И по вышеуказанным причинам, книга просто супер, её очень интересно читать. Она вызывает эмоции и дает пищу для размышлений, это то, что я зачастую и ищу в книгах.
"Гимн по Лейбовицу" мне настолько понравился, что я прочитала несколько других рассказов этого автора. Так как это были повести, а не полноценные романы, они не увлекли меня так же как эта книга, но тоже очень достойно. Автор пишет на интересные темы и обыгрывает разные проблемы необычным способом. Для меня это, однозначно один из тех авторов, к которому я буду возвращаться.

"Гимн Лейбовицу" Уолтера Миллера - это не просто роман, это предупреждение и пророчество, облеченное в фантастическую форму. В мире, где ядерный апокалипсис стер с лица земли цивилизацию, Миллер показывает, как хрупок и уязвим человеческий прогресс перед лицом невежества и фанатизма. Монахи ордена Лейбовица, подобно атлантам, держат на своих плечах груз знаний, не давая ему исчезнуть в пучине веков. Но сможет ли человечество, раз оступившись, избежать повторения своих ошибок? Этот вопрос, как острие клинка, пронзает каждую страницу романа, заставляя читателя задуматься о своей роли в истории и ответственности перед будущими поколениями. "Гимн Лейбовицу" - это не развлекательное чтиво, это призыв к осознанности и мудрости, без которых наш мир может однажды разделить судьбу мира романа.

Странно ждать от человека, который столкнулся с ужасами Второй мировой войны и нашел успокоение в религии, чего-то другого. И честно, первые две части книги я прочитала с искренним интересом:

1. Упрощение науки до религии в условиях "отката человечества к прошлому". Ведь такое действительно возможно если задуматься над ситуацией, религию можно считать дальним родственником науки.

2. Извечный вопрос о результатах наших действий/бездействий...

3. И было бы интересно увидеть развитие мира, с учетом совершенных ошибок.

Последнего я не увидела. Автор просто поставил нас перед фактом, что мы однозначно придем к тому же финалу (но маленький оптимист в моей душе надеется на хорошее образование для всего общества, которое это изменит); только религия несет добро людям (хотя если почитать библию, действие положительных героев вызывает священный ужас), команда космонавтов может легко явится в церковь и стать монахами (ПОЧЕМУ ОНИ ЭТО СДЕЛАЛИ?)... И если персонажу первой части я откровенно сопереживала, за персонажами второй - было интересно наблюдать, то третья часть вызвала тотальное недоумение (ведь герои ничего не сделали... НИЧЕГО! за что они заслуживают уважение).

В общем, я заставила себя дочитать, так как полезно узнать чужое мнение, чтобы проверить свое...