Coin Locker Babys

Данную книгу мне очень настойчиво дала почитать подруга, настолько настойчиво, что я не могла сопротивляться. Издательство Пальмира, бумага очень хорошего качества, приятный шрифт.

Уже с самых первых строк мне стало понятно что это подростковая книга, она окунает в океан странных и липких эмоций которые навредил можно назвать приятными, мне это напомнило то чувство когда в детстве ковыряешься в грязи, в земле, закапывая туда под стекло свой маленький фантик-секретик, только секрет в этом случае страшный.

Книга о протесте, о внутреннем бунте, о переживании эмоций, которые невозможно пережить, о том как встретиться лицом к лицу в внутренними страхами и победить их, о мести, о любви и дружбе. При чем эти темы нигде не обсуждаются прямо, в лоб, они как бы проходят между строк, заставляя читателя задуматься, анализируя безумный сюжет. Эта книга настолько «японская» насколько это возможно! Местами мне казалось что я смотрю анимэ.

Автор описывает реальность очень интересным образом, все происходит словно во сне, сначала кажется что ты понимаешь что происходит, а потом в какой-то момент описываются какие-то странные детали-подробности и ты уже не понимаешь это реально или нет, как такое может быть?

Очень подробное описание жестоких нелицеприятных тем, множество оргий, которое тем не менее делается таким искусным и интересным слогом, что начинает казаться даже приятным! Это меня впечатлило невероятно.

Рекомендую тем, кому нравится Чак Паланик, Виктор Пелевин или Владимир Сорокин.

Не рекомендую впечатлительным нежным натурам.

Рю Мураками шокирует читателя с самого первого предложения. Это похоже на то, когда опасную зону завешивают предупреждающими знаками с изображением черепов, восклицательных знаков и прочей символикой, навевающей ужас. Как если бы вдруг случайно взяли его роман на полке в книжном, прочли первый абзац и в панике пустились наутёк.

И правильно. Нечего любителям радужных единорогов заходить на такую территорию. И эта мысль явным образом показана в романе.

Сюжет его можно описать парой предложений. Японские мамочки второй половины XX века частенько бросали своих детей, оставляя их в камерах хранения на верную смерть. Из десятков брошенных младенцев смогли выжить только двое, которые всю жизнь испытывают на себе последствия перенесенного опыта.

Но во что превратил эти два предложения Мураками! В безумный триллер с гадкими сценами однополого секса, насилия, смерти, разорванных на части крокодилов и прочего треша, местами, на мой взгляд, совершенно необоснованного. А посреди этого сваленного в кучу дерьма – человеческие души, в которых и нежность, и жажда любви, и желание быть возле мамы, какой бы она ни была. Но возможно ли это в таком окружении?

Насколько роман сумасброден, настолько он динамичен и насыщен эмоциями широчайшего спектра – от негодования и отвращения до сострадания и восхищения. Количество событий на единицу времени здесь зашкаливает. Как будто просматриваешь в голове безумное аниме.

Надо отдать должное автору, при всей странности главных героев, ему удалось настолько подробно и искренне показать персонажей изнутри, что начинаешь их понимать. Да, они травмированные. Да, двинутые на всю голову. Да, они вроде не виноваты, что у них такие матери. Но дальше, когда ты уже сродняешься с их личностями, настает момент выбора пути. И если ты точно знаешь, куда надо идти, чтобы всё стало хорошо, они упорно прутся совершенно не туда, и ты никак не можешь на это повлиять. Остаётся просто смотреть, чем это всё закончится.

А заканчивается это ещё более странно. Закрываешь книгу и спрашиваешь себя "Что это было? И главное – зачем"?

Потом вспоминаешь, ах, да, это же японцы. И понимаешь: черт возьми, как бы нам ни нравились розовые сердечки и радужные единороги, в жизни есть место и такой территории, таким людям и таким чувствам. Эти чувства есть и у нас, просто мы научились держать их под контролем. Но что будет, если они вырвутся наружу?

Очень странное произведение. Ощущается влияние американской массовой культуры, потому что книга, повторяя как минимум каждый второй американский фильм, является гремучей смесью блокбастера с мелодрамой. Всё это выглядит особенно странно, учитывая традиционный фатализм и тонкую (нежнейшую!) натуру японцев. Рискну сказать конкретней: все герои - придурки, их поступки такие же, полная противоположность европейскому способу мыслить буквально вводит в ступор и никак не укладывается в нашу с вами реальность, полная абсурдность поступков героев книги и всего происходящего это ощущение усиливает окончательно. Можно всё это сравнить с каким-нибудь замшелым ток-шоу, в котором герои в полнолуние натираются кровью ягнят и бегут в метро кусать людей за ляжки. Короче говоря, делается всё для рейтинга. Это подтверждает из ниоткуда взявшаяся романтика, такая же странная, как всё остальное, выглядит это неуместно и неправдоподобно.
Отдельно стоит упомянуть о стиле письма. Герои книги - роботы с дефектной операционной системой, кучей багов в ней, они постоянно лагают и виснут. И эти проблемы даже hard reset не в состоянии решить. Все это не особенности характера и не результат трагичной судьбы, а именно баги. Причины и результат всего этого никак не объясняются, не мотивируются (может быть потому, что этот абсурд вообще никак нельзя объяснить?), все решения просто сваливаются читателю на голову в самом странном виде.
Теперь для меня Рю Мураками - писатель второсортных сериалов. Пишет он в такой манере: он прошёл туда, сделал это, а потом то. Всё. Никакой художественной ценности в этом нет. Смысл написанного - убить время, что крайне безрассудно, ведь есть масса несравнимо более важных книг. Читать не советую, даже не начинайте, я вот не сумел вовремя остановиться, пришлось дочитать всю эту экзотику.
2 из 5.

Они могли бы стать великими учеными, актерами или космонавтами. Они могли бы получить высшее образование или построить карьеру врача. Могли бы завести друзей или каждый вечер собираться за семейным ужином. Могли бы, если бы их матери не оставили их в камерах хранения на железнодорожном вокзале.

За последние 5 лет в Японии в камерах хранения обнаружили около 68 детей. Все они были найдены мертвыми или умирали по дороге в больницу. Лишь двоим из детей удалось выжить. Кику и Хаси - дети, брошенные родителями и запертые в ячейках, которым удалось выжить несмотря ни на что. Их определяют в приют, где все их считают настоящими братьями. Кику и Хаси, никогда не знавшим, что такое материнская любовь, предстоит свыкнуться с этим огромным миром, где они будут поступать правильно и ошибаться, любить и ненавидеть, знакомиться и прощаться с людьми. Проблема лишь одна - даже будучи спасенными из камер хранения, их не покидает ощущение, что они заперты в ячейке...

Рю Мураками в очередной раз удалось меня удивить. Несмотря на объемность книги, она читается легко и на одном дыхании. Язык автора полон необычных метафор и постоянных сравнений. Его романы - словно та самая муха, которая залетает в голову читателя и начинает медленно сводить с ума, затрагивая самые чувствительные участки мозга. Книга полна странностей и довольно неординарных событий, которые добавляют ей красок и заставляют сидеть ночами напролет, желая узнать, что будет дальше. Мураками мастерски раскрывает главных персонажей, показывая весь их жизненный путь и постоянные моральные терзания.

Такие разные, но сведенные вместе судьбой. В детстве Кику постоянно сбегал из приюта, в то время как Хаси строил игрушечные города. Кику вырос замкнутым и склонным решать проблемы при помощи насилия, в то время как Хаси был дружелюбным и приветливым. У каждого из них свое видение этого маленького мира, казалось бы, до сих пор скованного коробкой и железными стенами, и каждый желает подстроить этот мир под себя самыми радикальными методами.

Как и во всех произведениях автора, тут не обошлось без жестокости и грязи. Грязи, поданной в очень изысканной форме. Тут будет достаточно и кровопролития, и насилия, и беспорядочного секса. Но несмотря на все это, автор пугает читателя более насущными вещами, он обнажает людскую сущность, показывая все человеческие пороки.

Этот город гниет во всех смыслах. Его внешняя оболочка разрушается от яда, распространенного в отдельных районах, а внутренняя разрушается от людей, разлагающихся заживо. Бомжи, домогающиеся до детей; дети, занятые проституцией; зеваки, которым глубоко плевать на окружающих; и мамаши, оставляющие своих детей в камерах хранения. Смогут ли Кику и Хаси выжить в этом пропитанном ненавистью и лицемерием мире, выжить снова, как в детстве?

Вторая моя попытка прочувствовать творчество Рю Мураками... Это не ужасно, это не мерзко, это не здорово, это не супер. Это никак. Честно.

Книга изначально привлекла своей аннотацией и идея (тема) имела все задатки стать твердым психологическим триллером, но увы. Брутальное начало плавно перерастало в абсурд и клонило в сон. Две самые явные проблемы книги: 1) ты не веришь в происходящее, потому что оно... высосано из пальца что ли; 2) что автор пытался мне сказать?

Начнем по-порядку. Несмотря на подробное описание тотального жестяка вроде домашнего крокодила в ванной (как один из случаев) не покидает ощущение, что нам просто лепят лапшу на уши. При чем не очень вкусную. Уровень "жести" не всегда у Паланика зашкаливает по общепризнанным канонам, так что Рю попросту для меня остался в стороне. Во многих книгах мурашки бегут по коже от натуральности происходящего и ты веришь, что это может произойти с каждым, по в случае с "Детьми" тяжело поверить, что нам показали будничную Японию, в которую веришь и окунаешься с головой. Персонажи хоть и хорошо прописаны, но им не сопереживаешь. Они пустышки. Они пустое место. Они мыльный пузырь, раскрученный с помощью медиа. Описывая это я словил себя на мысли, что сама по себе книга и ее роль в литературе очень похожа на роль одного из главных героев и его музыкальным стенаниям. Ну да ладно, спойлерить не буду.

Также я не уловил идею самого произведения. Обиженные любят обиженных. Да, это факт. И?

После прочтения в мозгу крутилось слово "суррогат". Мне подсунули суррогат хорошего психологического триллера. Очень сырого и приготовленного без души.

Бывают такие книги, в которых вроде бы и герои яркие, запоминающиеся, и события интригующие, и места любопытные и даже есть какой-то смысл, идея и, возможно, даже мораль, но, не умело собрав все это в книгу, получилось как-то все нескладно.
Какие-то сюжетные линии оборваны, как будто автор не сумел их развить и так и бросил.
Больше всего меня, конечно, тронул крокодил. И понравилось то, что в отличие от большинства прочитанных мно. японских книг, тут все как-то живенько. Тоже все психи, но как-то динамично, не заунывно.
Не читающие эту книгу, вряд ли что-то потеряли, но раз уж читать, то лучше между 20-25 годами.

Если честно, те две недели, которые я читала эту книгу, показались мне целой вечностью. Начиналось все вроде бы неплохо - двое никак не связанных между собой младенцев, найденные в камере хранения, вместе растут в приюте и постепенно сближаются, становятся друг для друга чем-то вроде братьев, вскоре их усыновляет семья и они переезжают на полузаброшенный остров. Эту часть я, можно сказать, проглотила на одном дыхании. А дальше понеслось нечто: всеми забытые шахтерские катакомбы, руины домов, в которых когда-то жили эти шахтеры, стаи бродячих собак и загадочный парень на мотоцикле посреди всего этого антуража, Ядовитый остров, нигде иначе как в самом Токио, девушка с крокодилом, датура, способная превратить человека в зомбоподобное существо и т.д., и т.п. Примерно через каждые пять страниц мой внутренний голос говорил: "Да закрой ты, наконец, уже эту книгу и убери ее подальше, к чертовой матери". Но а) я не люблю бросать книги на полдороги и б) мне нестерпимо хотелось узнать, зачем господин Рю, мать его, Мураками затеял всю эту котовасию. Увы, друзья, так и не узнала, хотя и дочитала это до конца. Конечно, может мне просто не дано понять тонкую японскую душу или постичь тот глубокий философский подтекст, который вложил в свое произведение Рю... Как бы то ни было, одно я знаю точно - наши пути с ним на этом расходятся.

P.S. ради интереса решила посмотреть подборки, в которые включена эта книга, и наткнулась на черный список. Очень захотелось "плюсануть" ее там. Так пришлось же листать до 11 страницы, перескакивая через такие книги, как "Над пропастью во ржи", "Ночь нежна", "Грозовой перевал", "Джейн Эйр". Я понимаю, что на вкус и цвет, и все же, грустно как-то это.

Так уж повелось, что книгам совсем не обязательно нести в этот мир добро. А зря. Потому что этот тезис каждый автор понимает по-своему, иногда слишком по-своему, вываливая на бедных читателей тонну ничем неоправданного дерьма. Поэтому мой отзыв будет столь же грубым.
Мне давно не было так отвратительно. Будто бы побывала в цирке уродов, где зрители не менее ущербны, нежели сами уроды, хотя бы потому, что пришли поглядеть на это жуткое зрелище и, к своему стыду, не почувствовали ни капли жалости. Кроме любопытства и омерзения, конечно.
Ну да, бросили малышей и не где-нибудь, а в тесной камере хранения. ~13 недель от роду, лепестки бугенвиллий, картонные стенки, духота, пот, стук сердца, присыпка, крики, грохот, лай и возможность смерти. Жестоко. Я могу понять, что это обязательно оставило на психике Хаси и Кику неизгладимый отпечаток. Но, чёрт побери, я не могу понять, почему ВСЕ вокруг тоже оказались психопатами?! Как так получилось, что в произведении, намекающем на связь с натурализмом и реализмом, оказалась такая неправдоподобная концентрация уродов? Вы бы смогли поверить произведению, где нет ни одного не то чтобы хорошего персонажа, а хотя бы просто психически нормального, уравновешенного, без депрессии, шизофрении, паранойи, галлюцинаций, навязчивых мыслей и прочих психотропных радостей? А их там нет. Как почитать, так половина Японии страдает личностными расстройствами.

Помимо этого, честно говоря, не до конца разумею ещё некий момент: итоговая мысль после прочтения должна быть какой?
Плохо бросать детей, иначе... - ага, это мы и так знали.
Всё плохо - это мы знали тоже, но просветы находили и не в такой заднице, так что нефиг тут...
Мир таков - а вот это неправда. Мир другой, пусть мне (слава Небесам) не довелось якшаться по бандитским японским кварталам с геями и шлюхами, пусть это прозвучит наивно, но мир гораздо лучше, чем его видят многие. И явно наамного краше, чем кажется Рю Мураками.
Разрушь этот прогнивший мир! - в продолжение предыдущего тезиса скажу, что не такой он уж и прогнивший, и ломать, конечно же, не строить...
Вот только не надо говорить, что всё затевалось ради эпатажа. Люди читают и охреневают, охреневают и читают. Книги неплохо продаются, потому что всем иногда охота поохренивать. Это даже становится модным. Это же постмодернизм, детка.

А плюсов, слабеньких, еле виднеющихся, всего три:
1) Идея становления личностей брошенных японских детей была интригующей (пока не выяснилось, что автор считает, что психика брошенных ничем не отличается от психики неброшенных).
2) Герои отчаянно ищут свой путь, выход, каждый по-своему. Пусть иногда аморальными и не слишком эстетичными способами, но сам факт поиска не может не подкупить.
3) Общий антураж и изображение так называемого города "за чертой" получились всё-таки колоритными и запоминающимися (если бы ещё "за чертой" и "в черте" оказалось не одно и то же, то вообще было бы отлично).

Эпиграфом к произведению можно смело ставить псевдо-цитату одного псевдо-философа из "Californication":

Или же я чего-то ещё не поняла?

Это ужасная книга! В ней насилие, жестокость, ненависть к миру зашкаливает. Я не любительница таких произведений, может поэтому она мне не понравилась. Но если откинуть всю мерзость в книге, из-за которой я читала книгу с перекошенным лицом от отвращения, то я все равно не могу понять книгу. Я не увидела в ней ничего психологического, для меня эта книга ни имеет никакого смысла.

Идея про двух мальчиков, которых нашли в камере хранения очень интересна, но раскрыть ее у Рю Мураками не получилось, уж очень он перекрутил, намудрил и нафантазировал. В этой книге нет ни одного нормального персонажа, у всех какие-то причуды, мягко сказано.

Повторюсь, это мое мнение. И больше я этого автора читать точно не буду. Лучше Харуки Мураками перечитаю))

Волшебное слово "Datura".

Вспоминаю, как одним летом сидел на скамейке, читал "Детей из камеры хранения", впитывал в себя душную и одновременно влажную, тревожную атмосферу богом забытого шахтерского островка, пустынные улицы, увитые плющом дома с разбитыми окнами, везде упадок, мрачный уют и беззаконие тех, кто ступает ногами там, где уже вряд ли кто-нибудь цивилизованный ступит.
Вот так сидел перед озерной гладью, одну за другой прикуривал, отхлебывал, щурясь доброму солнцу, находясь в чудеснейшем состоянии внемирья, пребывая в реальности, возведенной незнакомым разумом, но такой, которая унесла туда. И я был благодарен, - несмотря на то, что погода удалась, одиноко в известном понимании этого ощущения мне не было, судьба милосердно ограждала от неприятностей. Просто наружний знакомый мир приелся, и я убегал в книгу. С успехом, ведь понимал, что снаружи некого ждать. да и меня, собственно, некому.
Безусловно, впечатление от романа во многом обязано тогдашним сложившимся обстоятельствам, настроению, погоде. etc. И все же, все же...Есть в этом романе, помимо мерзости, насилия, беспринципности нечто увлекающее. За собой. Туда, в Токио, в карантинную зону, в бордели, в мьюзик-холлы, в люминисцентные ночи, исправительную колонию, опасные коралловые рифы - туда, куда судьба забросила двух сирот. А те натворят дел, будьте уверены. "Дети..." беснуются в лихорадке юности, когда ничто не истина и все дозволено.
Просто отключиться от всего внешнего. Открыть книгу. И попробовать принять ее вызов.