Gliniany most

Хоть и сталкивалась я уже с творчеством Маркуса Зусака (вполне приятное было знакомство, надо сказать), но со временем подзабыла о своеобразии его авторского языка. На том поначалу и споткнулась. И, если честно, даже подумывала отложить книгу до лучших времен. Уж больно эмоционально, сумбурно и непонятно было поначалу. Какой-то мул, какие-то кости, какая-то пишущая машинка, множество животных, носящих имена древнегреческих героев, куча разновозрастных мальчишек, почему-то живущих без присмотра взрослых и непонятно, чем занимающихся. Но как только дело дошло до второй части романа, все встало на свои места. В итоге все непонятности будут объяснены, все загадки разгаданы, все тайны раскрыты. И получится в итоге красочное, образное и очень эмоциональное полотно, настоящая семейная сага о любви и прощении, трепетная и печальная, но всё же со счастливым концом.
Пятеро братьев Данбаров когда-то вели совершенно обычную жизнь – любящая мама, не менее любящий и заботливый отец, большой дом и множество забав, до которых так охочи мальчишки. И ничего-то они не знали о той жизни, что была у родителей до них. А в ней случилось множество важных вещей, и корни всего произошедшего породили будущее, в котором семье пришлось нелегко…
Спойлерить сюжет не буду, однако скажу, что в этой книге отлично показано, до какой степени отчаяния может дойти человек, погрузившийся в горе с головой, как тяжело вернуться к обычной жизни после тяжелейшей потери и как каждому человеку нужно понимание, любовь близких и тепло родного очага.
Вы спросите, а что же мост? А мост будет. И вовсе он не глиняный, как обещает заглавие романа, вполне себе капитальный. Просто сделанный не только из бетона и кирпича, но и немного из того, кто скрепил семейные узы, принес семье Данбаров радость прощения и счастье взаимопонимания, мальчика по имени Клэйтон, подающего надежды спортсмена, мечтателя и романтика, имя которого созвучно с английским словом, обозначающим глину.
Прекрасная книга, тонкая, светлая, образная, философская, содержащая множество аллюзий и целый мир, в который читателю позволят заглянуть. Мир австралийской глубинки, выжженной солнцем, и хороших людей, которым в жизни здорово досталось. Мир, где теперь есть мост, который порой бывает очень нужен…

Удивительно, как этот автор умеет взбудоражить. Я ещё не совсем отошла от его Братьев Волф , которые восприняла очень неоднозначно, а тут буквально с ног сшибающий «Мост».
Сам роман даже построен по принципу моста. Его повествование гибкое, с флешбэками, а начало его начинается с финала, чтобы плавно сойтись на середине, связать прошлое и будущее, и запечатлеть настоящее.
Захватывающе! Волнующе! Оригинально!
И снова в центре внимания семья, состоящая из сыновей. Теперь уже точно да, потому что отец пропал, а мать умерла, и пятеро братьев живут сами.
Но до этого было пианино. И молодая Пенни с мечтами и музыкой, звучавшей в сердце. И случайная-неслучайная встреча с Майклом. И любовь, как её следствие. А потом пять сыновей, один за другим, как награда. Мэтью, Рори, Генри, Клэйтон, Томас, озорные, непослушные, каждый со своим характером, но и со своей изюминкой. Каждый - индивидуальность. И хаос, потому что мир, где живут пять братьев не может не быть хаосом.
И этот хаос только усилился, когда они остались одни. Только стал более организованны, что ли. Ведь теперь они полагаются только на себя, потому что, так как-то получилось, сильные стороны каждого из них только усилились, а слабые стали слабее. И полагаться они могут теперь только один на другого. И защищать. И давать подзатыльники. И поддерживать По мере возможностей.
Потому что они больше никогда не будут прежними!

А потом появился их блудный отец. А с ним безумная мечта построить мост.
Убийца семьи не знал о своём прозвище. Иначе, возможно, он никогда бы не обратился к сыновьям с неожиданной просьбой о помощи. Потому что они откровенного проигнорировали его. Все, кроме Клея: «Уж это-то Клэй понимал, и у него были причины уйти и причины остаться – и это были одни и те же причины. Его понесло каким-то потоком – разрушения всего, что он имел ради того, чтобы стать тем, кем ему нужно было стать, – и прошлое придвинулось вплотную.»
Кстати, Клэй (Clay) в переводе с английского – глина. Вот вам и глиняный мост, и привязка, и… Аа! Забудьте, сам автор утверждает, что это неважно.

Любовь, семья, прощение - три главных фундамента, составляющие эту книгу. Благодаря этому мост построился.
«В конце были одна река, один мост и один мул, но это не конец,»потому что жизни братьев Данбар продолжаются, несмотря на потери, ошибки и препятствия.
Потому что пусть их и разбросало по свету - «Пацан Данбар может много всего сделать, но он всегда должен помнить, что у него есть дом.»
Потому что я когда-то снова возьму в руки эту книгу и перечитаю уже с новыми чувствами. И, уверена, не я одна.

P. S. Безумное спасибо автору за животных в книге. Это отдельное наслаждение.
Золотая рыбка Агамемнон, шагающий голубь Ти, кот Гектор, упрямая и упорная бордер-колли Рози, и, конечно же, неубиваемый мул Ахиллес. Отличная компания, которая смягчила драму этой книги.

Сразу хочу извиниться за сравнительно низкую оценку книги перед поклонниками Маркуса Зусака, а также перед теми, кто долго ждал новый роман автора и кому он понравился. Достойное произведение, безусловно. Чтобы проникнуться им, многого не надо, достаточно прочесть...

Узнаваемый слог Зусака, сплошные метафоры, сверх-оригинальные описания предметов, обстановки, чувств. Удивительно быстро привыкаешь к манере написания автора, страницы с пятидесятой уже не замечаешь странностей, всё воспринимается в порядке вещей.

Каким-то волшебным образом то, что меня напрягало в предыдущей прочитанной мной книге, оказалось и здесь, что не могло не вызвать у меня негативных эмоций. Я имею в виду школьные проблемы парней, занятия спортом... Плюс ко всему добавились лошадиные скачки, о которых я тоже не могу читать без сведённых зевотой скул. Хотя странно было бы, если в романе о жизни пятерых парней не было бы места спорту. И он здесь имеет огромное значение, да.

В книге читатель попадает в дом братьев Данбар - Мэтью, Рори, Генри, Клэйтона и Томаса. На каждого брата приходится по одному питомцу, начиная с рыбки и заканчивая мулом. Историю брака их родителей, а также взросления каждого из братьев мы будем знать, подойдя к финалу. Без особых спойлеров могу отметить то, что книга тяжёлая в плане эмоций: болезни, потери... Но впечатление от романа всё равно светлое, он о любви. О любви между родителями, между братьями, между теми и другими, между мужчинами и женщинами, между людьми и животными, наконец. Зусак пишет о необходимости поддержки друг друга, о том, что даёт человеку силы вставать после ударов судьбы и идти дальше.

И да, я соглашусь с Кэри -

"Все, что он когда-либо сотворил, сотворено не только из мрамора, или бронзы, или краски, но и из него самого... из всего, что было у него внутри."

Стаей ворон этот роман врывается в мои легкие. От шелеста хлопающих крыльев изнутри грудь разрывается, требуя воздуха. Небо рвется на куски и ты в огне. Пылаешь, как факел от мыслей, тревог и чувств.

Братья Данбары берут тебя за руку и разговаривают, согревают и гасят твои пожары. А ты внимаешь, разинув рот, пока внутри тебя разрывает тоска. Их рассчитанный хаос начался с того дня, когда самая главная в их жизни женщина начала разрушаться. Одиннадцатое сентября в человечьем обличье.

Я, как преданный фанат творчества Зусака, одолела его историю, и это, скажу вам, было нелегко. Она совершенно не про мост и не о том, как сделать его безупречным. Она как раз о том, как слишком тяжелый груз воспоминаний с каждым шагом придавливает тебя к земле. А потом ты теряешь себя и больше не находишь.

Это как раз тот самый случай, когда осознание великолепия романа приходит лишь на последних страницах. Смысл соединяется с образом, и все будто становится на свои места, но внутри тебя бушует ураган, выворачивающий нутро наизнанку. Как это было мощно!

Потрясающие пронизывающие метафоры сводили меня с ума. И пусть вас не пугает то, что пробираться к ним нужно будет через бранные словечки, это всего лишь старый добрый Зусак с его волнительными оборванными фразами и персонажами, чьи сердца поведут вас лабиринтами печали.

Я пять раз надумывала и передумывала читать нового Зусака. И вот - игра свела. С автором у меня отношения хорошие. "Книжного вора" я люблю - это было необычно и интересно, но - так долго. Не по объему - почему-то ужасно медленно читалось. "Я - посланник" поразил совершенно необычной, почти детективной идеей - но концовка буквально рассыпалась и размазалась.
Я не знаю, почему, но я ждала чего-то вроде крышесносной притчи даже с элементами магического реализма. "Глиняный мост" - это как у Уайльда. "The importance of being (E)rnest" - "Как важно быть серьезным" a.k.a "Как важно быть Эрнестом" такая игра слов с (за)главным героем. Так и тут - the bridge made of (C)lay - "Глиняный мост" или "Мост, сделанный из Клэя" - о чем автор любезно поясняет раз пятнадцать. Клэй - четвертый из веселой ватаги пацанов Данбаров. Но давайте по порядку.
С самого начала мне напомнило даже "Ежевичное вино" - рассказчик едет, откапывает винтажную печатную машинку с сюрпризами. Но - оказывается, что это семейная сага. История пяти братьев Данбаров, их отца и матери, первой жены отца, их девушек... Семейная сага, уже вполне обычная по содержанию, но необычная по форме. И опять я расчитала только к середине и начала получать хоть какое-то удовольствие. Как-то наши отношения шли волнами. Интересна была история матери - эмиграция, как она устраивалась. Зацепила трагедия семьи. Очень забавные, живые и разные мальчишки. И абсолютно покорили меня вставки из Гомера и все истории животных. Мой абсолютный фаворит - золотая рыбка по имени Агамемнон, с беспрестанным упорством бодающая аквариум. Хотя и кот Гектор достоин упоминания, и мул Ахиллес. Вот так начитаешься Гомера - и все становится "винноцветным" и "розовоперстым". Но все, что было связано со скачками, для меня было ужасно скучным.
Я уже говорила - оказалось, что книга - просто семейная сага, история одной семьи. Шороху наводить призвана форма. За нее отвечает нелинейное повествование - и это был дикий провал с громким треском. Я всей своей читательской душой ненавижу этот писательский прием. Я понимаю и принимаю шкатулочную композицию, когда несколько историй причудливо переплетаются. В нелинейном повествовании ОДНА история просто режется на куски и рассыпается в хаотичном порядке - она прыгает вперед, возвращается, вращается... И что? Я искренне не понимаю - и что??? Что это дает? Кроме головокружения, самоповторов и запутывания - абсолютно ничего. "Мы уже знаем", "теперь понятно", "давайте еще раз" - да уж давайте обойдемся без этой ерунды, а? Эти дурацкие скачки из настоящего в прошлое и будущее приводят к моим нелюбимым пересказываниям уже рассказанного и искусственному раздуванию объема. Как мне представляется такой сторителлинг. Я представляю, что я, допустим, вяжу крючком. Линейная композиция просто рассказывает историю - и в итоге получается стройная цепочка или полотно. Да ну - ну что это за скукота. Надо же вот так, прыгать, крутиться, и над головой, и под коленкой, из прошлого в будущее и куда угодно. И получается какая-то абсолютная фигня из петель, годящаяся в лучшем случае на мочалку. Я так и называю книги с такой композицией - "мочалки". И Эмили Раскович - Айдахо , и Мэгги О'Фаррелл - Хамнет , несмотря на вроде бы крепкую историю и прекрасный язык, хорошо от меня получили за вот эту вот мочалистую композицию. Это просто какой-то извращенский писательский подвыподверт - я же писатель, надо как-то изощриться.
У Зусака - прекрасный язык. Такой объемный, образный, с такими яркими эпитетами, что я восхищалась вслух. И история про этих братов-акробатов - очень интересная. Но вот это вот - туда-сюда-обратно, над головой и об коленку... Ну вот какой извращенец это придумал - я хочу плюнуть ему в лицо! Я просто не могу такое читать - сто пятьдесят раз вернемся, и кто на ком стоял, о ком сейчас рассказывают... Это тот случай, когда стоит четверка, а держим три в уме - хочу расстаться с книгой без скандала и вспоминать занимательные истории, но не головокружительные петли. Я трепещу и преклоняюсь перед теми, кто умеет такое читать и абстрагироваться. Но нелинейное повествование просто не перевариваю. И по своему обыкновению автор расслабил и размазал финал.
NB: я слушала в аудио - и не могу не сказать о начитке. У Александра Шаронова просто волшебный голос - тот самый рокочущий обловакивающий бархатный баритон. Но это было так медленно и с таким странным оттенком то ли надрыва, то ли торжественности. И вкупе с бесконечными самоповторами и пересказами медленно-торжественная начитка растянула книгу до состояния жвачки. Дополнительное удовольствие.

Великолепно, сильно, потрясла меня от и до. Книга ассоциируется с бурным речным потоком, а читатель - щепка, которую швыряет и треплет стихия, но потопить не может. Казалось бы в истории присутствуют все элементы, давящие на жалость: и неизлечимая болезнь, и осиротевшие дети, и несчастная любовь. Но эффект получился обратный. Хочется жить и не сгибаться под гнетом трудностей, быть сильным и жизнестойким, улыбаться, даже когда нет сил. Эта книга о непотопляемости.

Австралия, жизнь обычной семьи, в которой пять сыновей и любящие папа с мамой. Но в один страшный момент к ним пришла смерть, сначала она сидела снаружи на проводах, свесив ножки, а потом окончательно поселилась в доме.

Невероятное повествование о братьях, которым пришлось выживать одним.

Повествование от лица старшего брата Мэтью. Рассказывает о том, что они переживали и как смотрели на случившееся, предпринимали необычные шаги, заботясь о младшем Томми. Клэй, четвертый брат, узнает историю своих родителей, откуда такая любовь к игре на пианино и интерес к творчеству Микеланджело.

Самое цепляющее и необычное - слог автора. С первых страниц я его невзлюбила и хотела бросить книгу. Отрывистые рубленые фразы, каждое предложение с новой строки. Иногда из одного слова. Напоминает поэму. Но, если попасть в ритм, представив стук метронома, то каждое слово и фраза попадают сразу в сердце. Да, временами было больно и тяжело, но книга стоит быть прочитанной.

«Глиняный мост» оказался той черной лошадкой, которая неожиданно выигрывает скачки.

Неслучайно тут именно это сравнение: лошадей будет много, да и другой живности тоже. Живность в истории главного героя Клэя сыграет очень важную роль.

Начнем сначала. Кстати, название в оригинале «Bridge of Clay», и здесь тот случай, когда перевод действительно теряет важную игру слов.

Сюжет довольно четко описан в аннотации, но это лишь голый жалкий каркас, потому что книга наполнена столькими вещами, что трудно решить, с чего начать.

Микаленджело+пианино

Жила-была девочка-сбивашка в далекой Восточной социалистической стране, а отец у нее был статуя Сталина. Он-то и дал ей это прозвище, когда учил ее играть на пианино.
А по ту сторону океана был мальчик, который восхищался великим итальянским скульптором и влюбился в девчонку, которая наступила на его ракету.
Были радости, печали, боль и расставания, прежде чем эти двое встретились, чтобы началась другая история...

Окружность+прищепка

Пять братьев жили и творили хаос вокруг себя, да не одни, а с целым зоопарком в придачу: кот Гектор, рыбка Агамемнон, собака Рози, голубь Телемах и осел Ахиллес.
Рози вертелась всегда и везде, Телемах, а можно просто Ти, смотрел на все свысока, Гектор был непомерной ношей с когтями для всех, Агамемнон постоянно боролся с аквариумом, Ахиллес ждал. Ждал того, что должно было произойти.

Мост Пон-дю-Гар. Или легенда о том, как обмануть дьявола.

Наверное, трудно понять хоть что-нибудь из этой кутерьмы, но так и должно быть: поначалу я тоже ничего не понимала, повествование было каким-то сумасбродным, как и герои этой истории.

Но чем больше я узнавала, тем больше влюблялась в эту реалистичную сказку. Почему сказку? Здесь есть боль, страдания, трагедия (и не одна), потери и смерть, а ведь смерти в добрых сказках не бывает.
Много деталей, метафор, несколько сюжетных линий, которые, в конце концов, сложатся воедино. Эта книга как снитч, открывается по-настоящему только в конце.

Но история оставляет после себя теплоту и надежду, как сказка. Сказка о любви, любви между мальчиком и девочкой, мужчиной и женщиной, родителями и детьми, братьями и любви к животным.

Ах да, еще к греческой мифологии.

Полюбившим слог Зусака в Книжном воре просто категорически нельзя пройти мимо его Глиняного моста. Совсем другая тематика, совершенно непохожий сюжет, но все та же прелесть языка, виртуозность художественных оборотов, красота и гладкость повествования.
⠀
История жизнь пяти братьев, самостоятельной, почти взрослой, без родителей. Почему, Маркус все расскажет. Вся семейная сага, как на ладони. Порой прекрасная, полная любви родителей, порой до боли в груди печальная от взросления братьев и непонимания, а затем понимания всего произошедшего, жизнь. Глиняный мост, такой хрупкий, но такой необычно красивый, выстраданный, построенный по маленькому кирпичику собственными руками, мост от одной части семьи к другой, казавшейся потерянной, даже погибшей.
⠀
Такая излюбленная писателями тематика отцов и детей обретает новое дыхание и жизнь под виртуозным пером Маркуса Зусака. Завораживающая, невероятно трепетная история человеческой жизни!

На место преступления преступнику ещё имеет смысл вернуться, но на место любви возвращаться бессмысленно. Там ничего не зарыто, кроме собаки.
Джозеф Бродски, поэт

Он вернулся. Впрочем, они всегда возвращаются. Скоро ли, али олио, но словно пышно дышащий Хатико, словно разрастающийся в голубом небе инверсионный след, словно мастерски запущенный бывалым аборигеном геометрически правильный бумеранг. Дверь скрипнула и приоткрылась. Главный (за неимением правда других) австралийский писатель XXI века, великий и ужасный Маркус Зусак, возвращается в мировую литературу спустя долгих 12 (двенадцать) лет с новым романом «Глиняный мост». И, знаете, там правда зарыта собака. И кое-что еще.

Сложно поверить, что уже прошло 12 (6+4+2) лет с момента публикации одной из самых главных книг нулевых. «Книжный вор» - трогательный, сердцещиплющий роман про непростые отношения девочки и Смерти стал настоящим событием. Судите сами, 40 языков, 8 миллионов копий, семь спален в новом доме писателя Зусака, всенародная любовь. Сейчас, когда пыль немного улеглась, все большее количество людей признает, что «Книжный вор» - это максимум достаточно средняя книга, безусловно затейная, но все же банальная слезодавилка, которая стала бестселлером всему вопреки (если вы думаете, что это притянуто за уши, то вспомните, что эти же люди восхищались детективными способностями Полы девушка-в-поезде Хокинс). Также, неназванные опрошенные признают, что изданный ранее (а в России позже) роман «Я – посланник» несет в себе бОльшую художественную ценность, чем искусственно потопленный Титаник. В завершение всего, мне удалось поговорить с человеком, который предпочел остаться инкогнито, и он сказал, цитирую - «Это ужасно. Это надо подарить филологу, больному неизлечимо, чтобы его муки не продлились долго». Сказано с точностью серебряной призерки чемпионата мира по лучному спорту Инге Ван Каспель! (а ссылка в первом комментарии если что).

Впрочем, все эти слова уже не разожгут тех огней, которые пылали давече – Зусак однозначно стал настольной книгой для очень многих людей и оставалось только дивиться, как эти плачущие над книгой милые девушки обещают обглодать мне лицо за каждую выпущенную в сторону австралийского писателя критическую стрелу. Да и цели такой вовсе нет. Маркус Зусак, получив все возможные и невозможные лавры, канул в небытие, то есть буквально, анонсировав в 2008 году новую книгу под названием «Bridge of Clay», залег на дно. Очень сложно сказать, чем занимался австралийский автор все эти годы, разводил ли он породистых кенгуру или нет (одна из догадок – жег деньги), но факт остается фактом, он писал свой новый роман целую вечность, с темпом (это американские коллеги посчитали в интервью 2018 года) 1,9 слова в день. Но, отдадим должное, книга дописалась. И что началось в литературной тусовке, это словами не передать. Ничего.

Есть, конечно, что-то грустное в том, что долгострой Зусака что вышел, что нет (никто не заметил в мире) – потому что, послушайте, это замечательная книга, которая, если бы вышла сразу после «Книжного вора», точно получила бы соответствующее внимание. Да, чисто теоретически, она могла бы быть вместо «Книжного вора» и все равно получить ту же славу и успех. Ну ладно, наверное, все-таки нет, но она это точно заслуживает. Я как-то уже писал, что для меня всегда существовало два Зусака: один, который я-посланник-зусак (хороший) и невоспитанный, дерущий обои книжный-вор-зусак (неприятный), так вот, нет никаких сомнений, что «Глиняный мост» писал Зусак второй. А мне все равно нравится. Я не сразу смог привыкнуть к этой странноватой форме и порой непонятно зачем галопирующему сюжету, но как только привык, сразу же начал вкушать литературу высшего сорта. Нет, правда, особенно когда ты не ждешь от многолетнего долгостроя (да тем более от Зусака) чего-то выдающегося, а тебе тут трогательный кенгуру щеку шершаво лижет.

А все потому что в этот раз Зусаку удалось сохранить прекраснейший баланс между содержательным и эмоциональным, тут есть и прекрасная история, и ПРАВДА пронзительные моменты (как с клавишами пианино, например), и все это находится в полной гармонии друг с другом. Так еще тут целый зоопарк разнообразной живности, на которой австралийский писатель очень здорово упражняется в добрых и милых метафорах и эпитетах – ну такое может не понравится только совсем бездушному человеку. Кстати, хотите верьте, хотите нет, но я тоже уже почти как 2 года называю живущих у нас на заводе котов именами героев Гомера – кот Агамемнон даже недавно появлялся в одной из рецензий на Пелевина, а уж в Инстаграме эти парни появляются и того чаще. И, знаете, мне почему-то стало приятно, что у моих парней есть друганы с другого конца света. Это невозможно трогательно, жаль, что вам не понять (если вашего домашнего варана вдруг не зовут Менелай).

И, понимаете, да, почему я чувствую эту иррациональную обиду – в целом то все равно, но как бы мне хотелось как-нибудь вжух-вжух, и «Глиняный мост» переводится на 45 языков, продается 10 миллионов книг, а у Зусаку дача в предместьях Парижа. Не понимаю, как так произошло (хотя все понятно, мир не ждет неторопливых писателей, мир не ждет ничего), но так было бы правильнее, что ли. Но, говорю же, это мелочи, и если вы приятный и хороший человек, то вам точно будет приятно и хорошо прочитать «Глиняный мост» писателя Зусака – немного пост, немного мета, но безусловно прекрасный образец современного книгостроения.

СРОЧНО В НОМЕР По состоянию на март 2019 года продажи романа «Глиняный мост» во всем мире составили 13 521 экземпляров (книга вышла в октябре 2018). Это продажи «Книжного вора» за пару дождливых дней в Румынии в 2007 году. Добро не всегда побеждает зло, но нужно всегда бороться.

Ваш CoffeeT

Знакомство с творчеством автора состоялось - не знаю, правильно ли было начинать именно с этой книги. Ведь после прочтения я так и не могу с точностью сказать как отношусь к этой истории.
С этой книгой абсолютно не сработает правило пятидесяти страниц (по крайней мере у меня): большую часть времени я думала: "Какого чёрта я это читаю? Мне не интересно, скучно и все это я уже где-то видела."
По сути, о чем книга можно было написать в 5 предложениях и я недоумевала зачем их нужно было растягивать на семьсот страниц.
После того как я перевалила за половину книги, я уже начала уговаривать себя бросить историю, но... решила сделать последний рывок. Именно благодаря последней части моя оценка поднялась от "еле домучила" до "а было не плохо в целом".
Одной из главный трудностей книги можно назвать стиль повествования: это какие-то рубленные предложения, много нецензурных слов, постоянные скачки во времени. Но именно так бы и рассказывали свою историю пацаны Данбары.
В центре сюжета пять братьев: Метью, Рори, Генри, Клейтон и Томми. Они живут сами и весь их день это своеобразный хаос - постоянные стычки, драки и споры. Как нам открывается в ходе истории их мама умерла, а отец не смог справиться с собой и бросил детей одних. Но через одиннадцать лет он приходит назад и просит сыновей помочь ему построить мост. Старшие ребята просто посылают его подальше (признаться, я сделала бы также), но Клей всё таки решает отправиться на помощь.
Если честно, большую часть книги пацаны Данбары были для меня некой общей массой, которая постоянно сквернословит и дерется - никаких индивидуальных особенностей я различить не могла. Меня очень раздражал Майкл Данбар - не рисующий художник и Убийца. Я не считаю, что такие люди заслуживают на второй шанс.