Rudowłosa

Я много книг Орхана Памука прочла и как автор он меня привлекает и завораживает. Одна из любимых книг -"Музей невинности".
Наконец руки дошли и до этого его последнего романа. И вот тут произошло разочарование. Вроде бы и сюжет завлекает и обычные философские рассуждения автора присутствуют, что мне нравится, но как-то все обрывочно и только начинаешь вникать в тему, как автор уже переходит на что-то другое и чувствуешь себя обманутым.

Тягучее повествование. Достаточно безъэмоциональное. Под конец, конечно, было несколько неожиданностей, но оценку они уже не меняют, увы.

С одной стороны, обычная история, рассказанная довольно простым языком. А с другой стороны, такая глубокая, такая многогранная, как вырытый колодец. Достаточно серьезные проблемы затронуты в этой коротенькой книжке: отцы и дети, Восток и Запад, мужчина и женщина, любовь и предательство.
Концовка достаточно агрессивная, по задумке автора побеждают корни, истоки, мусульманское начало давит западную широту взглядов, как бы намекает, что не было бы проблем, если бы не засматривались на западные ценности.
Для меня лично, миф об Эдипе и Иокасте и линия о Рустаме и Сухрабе, показались несколько затянутыми, скучными. Слишком уж дотошно автор останавливался на этом, углублял и расширял, привязывал героев к этим эпосам. Хотя и так все было понятно, не надо читателю было все так долго разжевывать.

Памук в своем репертуаре: в меру увлекательная история, множественные ссылки на художественный материал прошлого, противостояние Восток-Запад, тонкая поэтичность и едва уловимая, приятная меланхолия слога. Но из-за предсказуемости и буквальности сюжета утрачивается основная интрига: очевидно, что на поклон выйдут и Эдип, и Иокаста, и пир рука об руку с чумой. В целом читается легко и с интересом, однако по сумме книга скорее проходная, чем выдающаяся.

PS и да, симпатичное издание, книгу приятно держать в руках.

"...рыжие волосы означали, что у женщины по тем или иным причинам было слишком много мужчин...Профессия театральной актрисы лишь немного облегчала мою вину".
Компактная книга в оригинальном формате с таким же содержанием.
Три поколения мужчин и их взгляды на семейные ценности, традиции Востока и свою судьбу.
Тема "отцов и детей" прослеживается на протяжении всего романа, но его название отвлекает меня от сюжета и главного героя. После прочтения понимаю, что настоящее зло, порочное и расчетливое, скрывается под именем Рыжеволосой Женщины. Мне кажется, что последние строчки ее напрасно восхваляют, а непредсказуемый поворот сюжета в конце книги заставляет смотреть на основную часть романа, как на небылицу. Много мыслей от прочитанного на одном дыхании.

Я много раз слышала и читала о том, что знакомство с Памуком нельзя начинать с "Рыжеволосой женщины", что она довольно специфическая и не дотягивает до уровня его более масштабных произведений вроде того же "Имя мне - красный". Ирония в том, что "Имя мне - красный" меня немного разочаровал в свое время, и именно "Рыжеволосая женщина" очаровала и вдохновила продолжать знакомиться с Орханом Памуком.
В этом романе автор сталкивает два мира - Европу и Азию, Запад и Восток, европейскую часть Турции и азиатскую. Надо отметить, что противоречия европейских и азиатских турков Памук очень тонко и изящно вписывает в сюжет при всей его ясности и прямолинейности - и прекрасно обыгрывает в сравнении двух произведений - древнегреческой трагедии Софокла о царе Эдипе и персидской поэмы "Шахнаме". Поначалу их появление в сюжете выглядит несколько надуманным, но ближе к концу читатель чувствует нарастающее напряжение, начинает проводить параллели и ружье одного из этих произведений (какого именно - спойлер!) непременно выстрелит.
Пара слов о сюжете. Как я уже сказала выше, он здесь очень ясный и прямолинейный. Сюжетные повороты, образы героев автор выписывает очень условно и кратко. На протяжение не одного десятка страниц мы читаем о красоте рыжеволосой женщины, а когда дело доходит до более зрелых лет главного героя, что с ним происходило в эти годы, его женитьбы на девушке, которая сыграет не последнюю роль в сюжете и не уйдет плавно на задний план... когда дело доходит до этого всего, Памук отделывается от читателя парой фраз. И это отнюдь не недостаток! Обычно я жалуюсь на такое, но Памук настолько хорошо обращается с этой лаконичностью, этим кратким, но точным стилем, что жаловаться не на что. Всего на 300 (даже меньше) страницах он так лаконично, как мало кто смог бы, рисует трагедию человеческой жизни, взаимоотношений отца и сына, патриотизма, противостояний Запада и Востока. И мне остается лишь похлопать стоя и с нетерпением приняться за следующую книгу Памука.

Только что дочитала книгу. Скажу, что она не самая захватывающая и романтичная из тех,что он написал. Для знакомства с Памуком скорее подойдут "Меня зовут красный" или же "Черная книга". "Рыжеволосая женщина" оставила задумчивость, грусть...ни на мгновение не позволяла оторваться от земли и воспарить. Все мифы, сказки это отражение реальности, этой реальностью мягко незаметно придавил Памук. Не совсем романтично, правда?
Как всегда есть сравнение Востока и Запада, актуальные проблемы турецкой действительности, сказки, ценности совсем незнакомого мира, удивительное сочетание современности и традиций.

Орхан Памук пишет так, словно следует однажды составленному им рецепту. Если в предыдущей книге «Мои странные мысли» речь шла о разносчике бузы, благодаря чему мы узнали, какое место этот напиток занимает в повседневной жизни турок, то в «Рыжеволосой женщине» речь идет об ученике колодезного мастера. И автор погружает нас во все подробности технологического процесса копки колодцев вручную. На этом фоне с ярко выраженным производственным оттенком разворачивается драма с фрейдистским сюжетом: семнадцатилетней юноша ложится в постель с женщиной, которая когда-то спала с его отцом. От этой связи рождается сын, которому в свою очередь суждено прервать нить жизни своего отца. В качестве объекта сексуального притяжения — та самая рыжеволосая женщина, которая, судя по названию, и является главным героем романа. В эротических играх с мужчинами она действует по принципу «разделяй и властвуй».

Книга Памука не просто пронизана кровосмесительной эротикой — в ней есть еще и детективная сюжетная линия. Юношеский период главного героя заканчивается случайным покушением на жизнь человека, которого он считает своим отцом, — снова тот же самый мотив. Мы не сразу узнаем, чем закончилось эта попытка: жертва мертва или ей все-таки удалось выжить. Интрига держит внимание до самых последних страниц романа — герой то и дело мысленно возвращается к обстоятельствам преступления, пытаясь понять, что же тогда произошло, и уговаривая себя: все закончилось хорошо и ему не в чем себя винить. Жертва — колодезный мастер, на которого сверху упало ведро с песком, вырвавшись из рук его ученика, — выживает, отделавшись переломом плеча, а потом, уже в одиночку, еще и находит воду, но ученик узнает об этом только после его смерти, и в его уме две версии остаются почти равно достоверными. В одной из них колодезный мастер умер, в другой — остался жить.

Схожие сюжеты экспортирует из Японии Харуки Мураками. В отличие от Памука он уже не преподает в американском университете. Принстон — в прошлом. Хотя его творчество и пронизано фрейдистскими мотивами, понимаешь это не сразу. Но он тоже делает своими героями обычных людей, которые попадают в необычные жизненные обстоятельства. Он умело выстраивает интригу и создает атмосферу сексуального напряжения. В его книгах много подробностей повседневной жизни японцев. Он может, как и Памук, детально описывать их привычки и распорядок дня. И у того и у другого получается подкупающая читателя жанровая смесь из бытописательской прозы, детектива и эротической драмы. Казалось бы, вот он, тот самый рецепт. Но, разумеется, этого недостаточно. Каждым из перечисленных жанров писателю нужно владеть виртуозно: быт должен быть описан почти поэтическим языком, смерть должна быть загадочной, а женщины, сводящие с ума мужчин, должны быть прекрасны и при этом узнаваемы.

У Памука все это есть, но ему мало. Он замахнулся на глобальное обобщение. Если, по версии Зигмунда Фрейда, западные люди страдают эдиповым комплексом, то людям восточным он приписывает комплекс Рустама — по имени героя «Шахнаме», который по незнанию убил своего сына Сухраба. И если западная цивилизация восстала против отца, то люди Востока, наоборот, продолжают безропотно пребывать под его гнетом: Сатурн здесь по-прежнему пожирает своих детей. Памук совершает не научное открытие, а художественное, он вручную плетет свою мифологическую ткань. Иногда бывает тороплив, и в его полотне можно встретить прорехи. Финальному поединку между отцом и сыном не хватает по меньшей мере взаимной ненависти. Оттого трудно поверить в намеренность убийства. В этот момент сюжетная конструкция обнажается, и мы видим, что герои действуют не самостоятельно, а по воле автора. И что с того? Неправдоподобно, зато красиво.

Да уж, Памук так туго переплёл древние легенды и сказания с судьбами своих героев, что распутать этот клубок до конца не под силу ни им самим, ни читателю. Тот редкий случай, когда за вполне рациональным - цепочкой многочисленных причинно-следственных связей, видится нечто метафизическое - предопределённость всего происходящего, судьба, если хотите.

Отец не как отец, не-отец как отец, и сын как не сын ни отцу, ни не-отцу... и это только завязка. Можете себе представить, насколько запутавшимся, "потерявшимся в лесу города" ощущает себя этот самый сын Джем. И старинные предания об Эдипе, о Рустаме и Сухрабе, захватившие его разум, вместо того чтобы научить и помочь найти ответы, так стройно вписываются в канву происходящего, что лишь усугубляют путаницу. Найдут ли герои выход, или так и останутся до последнего в психологическом плену у легенды?

Роман получился одновременно многослойным и многомерным. И не стоит смущаться его небольшого объёма - это лишь та часть, которую можно спроецировать на наше пространство видимого и осязаемого. Айсберг же от этой верхушки лежит вовне. Или внутри нас. Или и в самом деле никакой разницы нет?..