Собиратель рая

У Кирилла по прозвищу Король мама болеет Альцгеймером, а сам постоянно тусит на барахолке, скупая всякие вещи.
⠀
Мать периодически теряется, и Кирилл ее периодически ищет. И тут у меня возник первый самый главный вопрос: зачем оставлять такому больному человеку, страдающему потерей памяти, ключи от квартиры? Причем из раза в раз подобное повторяется, а жизнь Кирилла ничему не учит. А матери его как с гуся вода, всегда находится и ничего с ней не случается. Такое ощущение, что писатель хотел показать, что таким людям хоть бы хрен, как будто они наркоманы или алкаши какие-то. Это очень странно и неправильно на мой взгляд.
⠀
Никакого разнообразия событий в книге нет. Мы наблюдаем, как я уже сказала, две линии: мать, вечно блуждающая и ищущая проезд Художественного театра, и Кирилла, философствующего с друзьями. А потом (спойлер!) все дружно переезжают в Америку, которая тогда еще казалась чем-то далеким и сказочным.
⠀
Действия происходят в конце девяностых-начале двухтысячных, и не зря я не люблю, когда в книгах описывается именно этот период, ибо скука смертная: либо братки, либо заунывная повседневность.
⠀
И вроде бы тема серьезная и мне не совсем незнакомая, но здесь она не вызвала во мне никаких эмоций. Вроде бы представляешь это все, и становится жутко и жалко (и Кирилла, у которого мать забирает его собственную молодость, и саму бедную женщину, теряющую свою личность), но все эти чувства приходится домысливать, потому что сам автор на них совсем не сыграл.

Книга с горьким привкусом из 90-х. Абсолютно непонятна будет иностранцу и уж слишком понятна будет жителю постсоветского пространства.

О 90-х пишут мало. Или я ошибаюсь? Это время как будто хотят вычеркнуть, уничтожить, забыть как страшный сон.

Мы дети 90-х иногда его романтизируем. Жевачка, киндеры, миллионы … Только мы даже на 10% не можем представить, насколько сложно было жить нашим родителям. Насколько это время страшное, больное; полное драк, крови, алкоголя, бессмысленных разговоров и полной безнадеги. Время, где каждый второй мечтает свалить за океан, неважно в какой роли.

Это время вырастило целую армию тех, кто ненавидит свою страну и верит, что за границей помазано медом. Это как минимум. И я могу понять этих людей, потому что жить в 90-х было невозможно. И я не знаю, как люди все таки выживали.

Но я отвлеклась. Книга не только об этом. Просто мне она явно напомнила о том ощущении бесконечного липкого страха. Когда вроде бы все нормально, но ты не веришь в то, что окружающее тебя пространство может быть безопасным. Так и тут: читаешь и ждешь катастрофы, постоянно.

И тем не менее, восхитительный язык, цепляющая история. Но заставляющая подумать о том, что все мы состоим из прошлого. Что каждое наше слово, мысль, движение — это уже прошлое. И что только оно является чем-то настоящим и стоящим. Мне эта концепция не близка, но я не могу с ней не согласиться.

Поэтому просто рекомендую почитать.

Я читал все 4 романа Чижова, и "Собиратель рая" из двух самых любимых (ещё "Тёмное прошлое человека будущего").
Хотя все они хороши: умная проза, прекрасно написанная.
"Собиратель" - книга о памяти. И даже Памяти Памяти, так как память вымирала и почти вымерла. Но книга с таким именем уже есть - пусть будет - и всё же книга о памяти памяти - именно эта книга Чижова.
Память в книге (и в жизни) умирает не абстрактно, а натурально и жутко: и внутри матери, и в сыне, которого прозвали Король, который профессионал памяти - он коллекционер разнообразных осколков прошлого. Сын мечется по Москве (а потом по Нью-Йорку), ищет пропавшую мать - что может сравниться с этим состоянием? Мало что. Моя мать не терялась, но НЕ понять это чувство трудно.
Это очень человечная книга, с очень живыми, а не картонными персонажами и с неповерхностной философией при этом.

Есть совсем немного книг, в которых можно жить так, чтобы ощущать себя внутри. Не героями, но персонажами: тёмной фигурой в освещённом окне, прохожим с поднятым воротником, собакой, ребенком, облизывающим заледеневшую варежку.
Это всё очень понятное, близкое и родное, вчерашнее, сегодняшнее, а завтра — завтра нет...
Завтра только боль и мрак.
И воспоминания о прошлом. Которые можно собирать понемногу, и пытаться создать свой личный Рай. И он будет. Он обязательно будет. И всё там будет хорошо. И все будут живы и счастливы. Просто надо делать то, что надо делать. (с)

Я благодарна Евгению Чижову за эту книгу. Я жила в ней, и жили все те, кого сейчас уже нет.
Спасибо.

«Собиратель рая» попался мне на глаза давно, примерно в год своего выпуска. Уже не помню, как я его заприметила – где-то увидела, и он не давал мне покоя. Всё хотела его заполучить – а потом он просто пропал. Я искала его около года и совсем нигде не могла найти. Но однажды – представляете, чистое везение! – увидела его на распродаже, случайно заглянув. Это было как в фильмах, увидела только «его» – но не мужчину, а роман. И роман ну очень особенный.
Я бы хотела сказать, что место действия – это по большей части Москва и немного – Нью-Йорк, но на самом деле это не так, ведь место действия, по сути, – умы главных героев. И даже не столько их мировоззрение, сколько ход их мыслей, их восприятие реальности, того, что они наблюдают перед собой и ощущают. А наблюдают они повсеместную, пронизывающую тоску. Знаете, я наверное, пока ни в одном романе не встречала такой концентрированной русской тоски в наивысшей степени. Если переводить это в киноэквивалент, то это, наверное, фильмы Балабанова.
Действо настолько живо и вместе с тем статично, оно самобытное, такое горькое и беспросветное. И герой, часто говорящий о ностальгии, буквально пропитывает ею. Чем больше ты читаешь, погружаясь в этот фантастический обыкновенный мир, который нам рисует Евгений Чижов, тем больше ты проникаешься этой простреливающей насквозь русской тоской. Главный герой простой-сложный персонаж (обожаю таких - ты всегда их понимаешь, но никогда их не понимаешь). В данном случае перед нами барахольщик и собиратель антиквариата по прозвищу Король. И его увлечение требует отдельного внимания. Я думаю, что в этом безудержном желании Кирилла коллекционировать всё же кроется, конечно же, желание как-то скрасить безысходность, которую он наблюдает каждый день. Одна его часть, безусловно, свыклась с ней, легко в ней барахтается, иногда, пожалуй, даже наслаждается и философски рассматривает с таким, знаете ли, испытывающим прищуром, а другая часть, наверное, ждала перемен, как пел известный автор, и какого-то житейского чуда – а чуда не произошло, произошёл только кошмар. В итоге мы видим главного героя, его метания – и душевные, и физические. Мы видим, как неловко ему во всей этой реальности, сколько бы он ни пытался говорить о том, что ему по большей части без разницы, что он вне времени. Но я всё же остро ощущаю какую-то оторванность Кирилла не столько он настоящего, сколько от времени в принципе. И это не свобода, как говорит его свита, это, скорее, потерянность, и эта потерянность прослеживается у абсолютно всех персонажей, которые нам показаны. Их немного, они, как правило, безумно простые, но невероятно ёмкие. И за всё это Евгению Чижову огромное спасибо. Я ни в коем случае не пожалела, что когда-то, в 2019, я безумно захотела себе эту книгу и всё это время искала её. Рекомендую ли я к прочтению? Однозначно.

Автор хотел назвать книгу "Потеряшка и король". Потеряшка - потому что у мамы главного героя Кирилла по прозвищу Король (только две буквы в мини поменять) Альцгеймер, она все время уходить гулять и теряется. И мне это название нравится больше. Оно мне понятнее.
Мама Марина Львовна теряется не потому, что бредёт в неизвестном направлении. Она идёт к себе домой, в проезд Художественного театра, в дом своего детства, где ее ждут родители, а она снова не поспевает вернуться вовремя. Ищет свой дом и в Москве, и в Нью-Йорке.
Как сказал сам автор на онлайн встрече с читателями "Читаем с редактором", роман без сюжета. Мама ищет дом, а сын ищет редкие вещицы для пополнения коллекции, предметы которой заполнили его дом, его время, его жизнь.
Так и бредут они каждый в своём направлении, вспоминая каждый своё, но не узнавая друг друга. Мать не может узнать сына, потому что она больше не может узнать никого. А сын не узнает мать, потому что женщина, живущая с ним в одной квартире, которую он ищет один и с милицией, возит к врачам, на которую строжится и раздражается - больше не его мать, это чужая и незнакомая ему женщина.
Абсолютное погружение в ткань романа, утопление и поглощение текстом, прочитанным автором с изысканной хрипотцой в голосе.

Вот я открыл этот роман, начал читать и у меня немножко глаза на лоб полезли: неужто «РЕШ» решились публиковать настолько стилистически неряшливый текст? А Чижов правда, с первых страниц такие коленца выдаёт, за какие даже в наших ВК-сообществах начинающих авторов сами начписы других начписов критическими зонтиками периодически побивают. Нуууу, думаю, приехали.

Я всё же начал вчитываться в текст, и в какой-то момент понял, что меня эти местами очень странные выражения и нагромождения друг на друга причастных/деепричастных оборотов не смущают. Будто бы включилась какая-то магия, которая сама по себе утопила меня в тексте «Собирателя рая» по маковку, превратив все шероховатости в неважное третьего-четвёртого порядка.

Хотя, признаться, какая тут магия? Сюжет-то тоже незамысловатый: история развивается вокруг группки молодых фриков, которых хлебом не корми, а дай только потусоваться на блошином рынке. 50% романа (если не больше) отдана этому блошиному рынку, где с важным видом вышагивает некий Король, он же Кирилл, главный герой, со своей свитой. Не забыть важную детальку – действие происходит в 90-е, и это для автора важно (чуть ниже попробую объяснить почему, как я это понял).

У Кирилла-короля есть мама, которая постепенно укатывается в беспамятство болезни Альцгеймера. Отношения между матерью и сыном составляют основной конфликт романа, который, метафорически переосмысляется Чижовым на глобальном уровне: не просто мама отдельного человека теряет память и саму себя, а мама-страна, Родина-мать, сорри за штамп. Если таким образом масштабировать замысел, то сам Кирилл – потерянный ребёнок этой матери, заблудившийся на «блошинке» советский человек, единственная отрада которого в собирательстве ретро-вещей (Кирилл занимается выкупом и перепродажей различных предметов старины, которые полностью захламили родительскую квартиру и гараж).
Почему тогда 90-е годы? Изи: потерянное время, слом эпох, идеальное время для общественного Альцгеймера, от которого, скорее всего, даже не спасут благословенные тучные нулевые и десятые (двадцатые? тридцатые??сколько мы там продержимся?) отката в имперский симулякр и ресентимент.

Весь этот символизм весьма прозрачно проступает в разговорах главных героев о себе, о времени, о попытках зацепиться памятью хоть за что-нибудь, за любую более или менее значимую вещь из блошиного прошлого – этого философского добра тоже хватает в романе «Собиратель рая». Эти бесконечные разговоры, тягучая вода, меня бы в другом романе, наверное, подбешивали бы, но удивительно, что этого не произошло в случае с «Собирателем рая». Магия?

Я правда не знаю, в чём прикол книги Чижова. Тут собрано всё, что по отдельности меня обычно злит: пробивающаяся отовсюду прямолинейность авторской мысли, ностальгия по Союзу, общая слабосюжетность, далеко не самый комфортный языковой стиль. Но всё вместе это почему-то сработало, и «Собиратель рая» оставил приятное впечатление одного из тех добрых, тёплых романов, которых сегодня нам очень не хватает. И это притом, что тут нет же хэппиэнда даже (а спойлерить не буду). Наверное, в случае с некоторыми книгами так бывает, хочу теперь сверить ощущения на других текстах Чижова – вдруг это просто, как говорится, мой автор?

История Короля блошиного рынка, переживающего Альцгеймер матери.

Герой – свой в мире старых вещей, он знает им истинную цену, но и только. Можно было бы считать его обычным барыгой, купи-продайкой, если бы не идея, положенная им в основу собирательства вещей из прошлого. Как лекарство от ностальгии, которая суть любовь, обращённая вспять.

Но всё это собирание рая «для вас, для всех», эта попытка реконструкции никогда не бывшего рая бесплодна и только более подчёркивает истинную суть ГГ – его отсутствие в настоящем. На развоплощение намекает и повторяющийся сон с голым сновидцем, снящийся Королю и всем его друзьям. И все эти повадки других людей, прилипающие к ГГ, когда он наряжается в чужие одежды, говорят только об одном – он не существует.
И он действительно перестаёт существовать, как только его мать, распадающаяся на куски и теряющая память, забывает о нём, не узнаёт его и не верит, что у неё когда-либо был сын. Несколько лет её болезни ему кажется, что он является единственным связующим звеном между ней и реальным миром, даже в какой-то момент – всем миром. Но в один миг выясняется, что стоило обрезать пуповину, и тут же всё переворачивается с ног на голову – это он никогда не существовал вне её сознания, и только голос крови наполнял его жизненной силой.
Это возвращает нас к простой мысли: родители (особенно мать) в какой-то момент нашей жизни составляют всю картину жизни. А постаревший ребёнок, каковым и является ГГ, не стал выходить за пределы этой картины, более того, он направил все свои усилия на ренессанс этой картины с помощью вещичек, умело вылавливаемых на блошином рынке. Мне несложно понять эту ностальгию ГГ по времени, где его самого физически не было: время действия романа – это 90-е годы, под проклятьем которых до сих пор находимся мы, их пережившие с разными потерями. Мы жили без всякой надежды на будущее, столь подвижно и зыбко было настоящее, будущего просто не было в эти апокалиптические дни, месяцы и годы. В то время как недавнее прошлое было по-детски уютным и стабильным, но оно кончилось прямо у нас на глазах. Вот и ГГ сотоварищи (за исключением Леры, всё же выбравшей на тот момент реальную реальность – Нью-Йорк) провалились буквально в зазор между временами. Не все, далеко не все смогли из него выбраться.

Недочёты книги незначительны, как то: совсем непонятен возраст ГГ, если его матери на стыке веков 72 года – весь его образ никак не тянет на 40-летнего, а то и поболе, мужика, каким он должен являться. А 25-летним он никак не может быть опять же из-за обозначенного возраста своей матери. Вообщем, тут автор малость перемудрил.

Прекрасная книга, хорошее послевкусие: есть о чём поразмышлять, повспоминать, подогадываться; премию «Ясная поляна» автор получил вполне заслуженно.