Бойня №5

Билли обладет преинтереснейшей особенностью: спонтанными скачками по разным периодам своей жизни. Его существование хаотично. Вот Пилигрим впервые ложится в постель с молодой женой, но уже знает, как сложится жизнь у их детей. Переживает инопланеное похищение и тут же раздает автографы после лекции об истинной природе времени. И так без конца. Ведь его,равно как и начала, просто не существует.
Солидный кусок романа уделен Второй мировой. Это во многом биографичная часть и Воннегут справился с поставленной задачей -никакой романтизации крови, смерти и грязи. Как и обещал жене друга в самом начале создания книги.
А что касается читателя, он так до конца и не поймет, что это было: уникальная судьба или слетевшая кукуха. Для Билли, по-крайней мере, всё более чем реально.
Фьюти-фьют, такие дела.

Я зареклась писать на этот сайт рецензии, но некоторые книги просто не оставляют мне возможности промолчать. Вероятно, из этой рецензии тоже выросла бы история, но здесь событий совсем не так много, как с "Книжным вором" , и я уделю внимание именно книге. Ах да, всем поклонникам Воннегута и тем, кто не читал "Бойню", лучше не знакомиться с этим криком души, чтобы не быть глубоко разочарованными во мне.
Собственно, "Книжный вор" возник здесь не случайно. Так же, как и на "Бойню", написано множество положительных рецензий, включение в списки "Топ-100" книг вообще, книг о войне, книг против войны... И обе эти книги не впечатлили меня ни сюжетом, ни авторским слогом, вестимо, я чего-то не поняла (и не отрицаю, всё может быть). Мне даже показалось, что простоту стиля и... назовём их "неожиданными" – метафоры Зусак позаимствовал у Воннегута. Но проблема в том, что Зусак писал о войне с чужих слов, Воннегут же спасся при бомбёжке Дрездена. Почему же его текст о войне так меня не трогает? Почему мне упорно хотелось уснуть над чтением книги или бросить это дело на середине? К счастью, я обнаружила негативные рецензии и успокоилась, а то сначала решила, что это со мной что-то не так (но и этот вариант не отбрасывайте, если, по вашему мнению, я чего-то не поняла). Я вернулась в начало книги и нашла следующее:

Я сейчас выскажу очень крамольную мысль. К тухлым помидорам, яйцам, тапкам и чему бы то ни было я готова. Может быть, раз случившееся в Дрездене так задело автора за живое... Книгу не стоило писать вообще?
И дело здесь не в теме, не в стиле, не в моей предвзятости, а именно в переживаниях автора. Сколько он ни бился над романом (кто-то считает, что это повесть, но оставим "роман"), всё как-то не шло, о чём и сказано в начале "Бойни". Могу предположить, что Воннегута бомбардировка Дрездена слишком сильно зацепила. Да, все писатели так или иначе интерпретируют реальность в своих произведениях, опираются на свой опыт, но бывают в жизни любого человека события, о которых не то что писать или говорить – даже думать без боли и сожаления невозможно. Автор всячески подчёркивает своё присутствие в книге, допустим:

• Ох, и они выходят, и они.

И таких фраз, как в конце цитаты, множество. Воннегуту важно показать, что он видел ужасы в Дрездене своими глазами, и напомнить нам об этом. Однако в совокупности с бесконечной фразой "такие дела" и "неожиданными" метафорами ("труп цвета слоновой кости с просинью", кто-то уже выделял это) книга превращается в собрание фактов. Сухих, не передающих всю суть войны (на мой взгляд). Персонажи, включая главного, картонные, не вызывают сострадания, даже в размышлениях такого рода:

Человек, мечтающий о мести, не жаждет смерти невинных немцев – но это я расшифровываю сама. И сочувствие, опять же, не появляется (я уже писала о своей жёсткости?). Книгу не спасают ни пришельцы с Тральфамадора – так и не ясно, реальны ли они либо существуют... в четвёртом измерении? – ни сюжеты романов Килгора Траута. Взять хотя бы книгу про роботов, бомбящих людей, "предсказание" Траута о событиях Второй мировой:

Автор заостряет внимание на том, что для людей важнее была не жестокость робота, а его запах изо рта, и этот натурализм вызывает отторжение и непонимание. Неужели все были насколько глупы, чтобы не понимать, что творится? Может быть, я придираюсь к сюжету романа в романе, но перечень фактов, а именно так представлено содержание книг Траута (и не только его, кстати), не шокирует, а скорее проносится мимо, чтобы исчезнуть из памяти как можно быстрее. Способствуют этому и забегания вперёд (как у Зусака, кстати), и скачки из одного времени в другое – переключаться невероятно тяжело.
Наличие отсылок к Библии в тексте меня давно не удивляет. С самого же начала – жена Лота, после – постоянные параллели между Билли Пилигримом и Христом. Надо сказать, что аллюзии к Достоевскому тоже на эту связь работают – упоминаются и "Братья Карамазовы", и загнанные лошади ("Преступление и наказание"). И сам Билли – ну чем не пародия на Льва Мышкина? Если "князь Христос" (черновики Достоевского) вызывал симпатию, то Билли раздражает, его юродивость к концу книги порядком надоедает, кажется искусственной и наигранной.

Эта фраза меня не воодушевила – а о чём вы думаете при пробуждении? Не успели проснуться – и сразу Священное Писание? Выглядит неправдоподобно и нелепо.

Эпизод с лошадьми меня покоробил. Только что взорвали сто тридцать пять тысяч человек (по словам Воннегута, данные сильно различаются), а Билли и подошедшей супружеской паре жалко лошадей? Лунный ландшафт, нереальные разрушения, шахты трупов – а жалко-то животных, как-то не стыкуется. Или я чего-то не понимаю (тоже вариант).
После каждой смерти в книге фраза "такие дела". Даже так:

Вероятно, от этой фразы меня будет передёргивать ещё года три (надеюсь, меньше). Я написала эту рецензию на одном дыхании, буквально сегодня же дочитав "Бойню", так сильно мне не понравилось ни изображение войны, ни лицо главного героя. Да, видно, что книга выстрадана, каждое слово читается с трудом, ещё и из-за парцелляции, однако эта натужность не оставляет никакого отклика. Заявлена бомбардировка Дрездена – а про неё, по сути, сказано не так уж и много. Повторюсь, причина, скорее всего, в боли автора, но, увы, войны не прекратить ничьими страданиями. Не книга, а сгусток боли, почти всегда сумбурный и мне непонятный. И мысль в связи с тральфамадорцами, что изменить ничего нельзя, можно только наблюдать какой-то момент тысячи раз, пугает, а не обнадёживает. Если у меня спросят, о чём эта книга, я скажу – она против войны. Бомбардировка Дрездена была не нужна. А к чему там Билли и пришельцы – для меня загадка.

.. "Не пытайся смотреть в глаза двухсотому, в них ты не увидишь ничего, только познаешь хрупкость нашей жизни " - кричал мне во весь охрипший голос комбат в вертолёте, когда нас эвакуировали в ходе одной войны... "Война дело молодых, лекарство против морщин.." - пел в моих наушниках Виктор Цой.... Такие дела....
Вот представьте, что наша жизнь - это фильм, она предопределена, вы её уже прожили, и всё что вы можете - это путешествовать по своей памяти и проживать отдельные моменты своей жизни повторно. Вот такое и завернул Курт Воннегут в своём романе - автобиографии "Бойня √ 5". Это адрес в Дрездене сарая для забоя скота, где во время бомбежки содержались 100 американских военнопленных, ставших невольными свидетелями уничтожения города бомбами вместе с населением, и превращения его в лунный пейзаж. Воннегут переживший этот кошмар, решил поведать об этом миру глазами главного героя романа Билли Пилигрима. Герой судя по описанию страдавший болезнью мозга. Он путешествует во времени, то он помощник капеллана на войне в 1944 и при успешном наступлении немцев в Арденнах попадает в плен и оказывается в Дрездене за несколько дней до бомбежки, то в 1965, то в 1958 год, то психиатрический госпиталь, то день свадьбы, и его даже похищают инопланетяне Тральфамадорцы, с глазами на ладонях и живущие в трёх измерениях. Помешательство с инопланетянами начало происходить у Билли ещё в госпитале, когда его сосед по койке подсадил его на фантастику о пришельцах. Вообщем неразбериха со временем, но даты важные для героя. В жизни то Билли как раз повезло, он женился не некрасивой, но сказочно богатой толстушке, тем самым сделав ее счастливой. И вот опять война. ..
Всё что смог привезти с войны Билли это игрушку в виде челюсти, найденную в подкладке пальто убитого импрессарио, бриллиант и разрушенную психику на всю жизнь, которая стала причиной помешательства рассудка. Преследовавший его всю жизнь запах горчичного газа и роз - это запах разлагающихся трупов уничтоженного города. Особенно запечатлелся сильный сюжет, где Билли смотрит военный фильм про американских бомбардировщиков задом наперёд, где война со всей беспощадностью возвращается в спять. Самолёты возвращаются на базы, бомбы на заводы, из них извлекаются минералы и зарываются в землю. Бедняги попавшие в колесо истории стали людьми со сломанной психикой. Воришка изуверски мстит псу облаевшего его, спрятав в бифштексе пружину от часов с заточенными концами.
Про войну в романе написано мало,  но больше и не надо, и так понятно что ужасные вещи происходили. Жестокость, жестокость, повседневная жестокость ставшая частью истории.  ... Такие дела..

Я знала, что эта книга меня сильно заденет, но я совершенно не ожидала, что взрыв будет таким большим. Эта была из “новеньких” книг в моем КиллВише, но именно ее рандом на меня закинул в первую же очередь. И ею я заканчиваю, полуумирая от усталости, этот забег.

Это была одна из самых важных книг в той подборке, но я совсем не думала, что ее буду читать так скоро. Зачем добавляла? Мне хотелось посмотреть, как еще можно смотреть на войну и мир. Ремарк у меня в черном листе, не потому что не нравится, а потому что невозможно его сейчас читать. Да и вообще… Много интересных книг попались о войне и о всем опыте вокруг нее, очень часто даже там, где особо не ожидаешь (к примеру, “Воздушные змеи” или “Как Гитлер украл розового кролика”), и я поняла, что обычные, реалистичные или рассказы или более сухие произведения я не хочу читать. Потому что те книги, которые реально задевали, делали это аккуратно и как-то по наклонной… “Бойня №5” в моем представлении должна была показать самый радикальный способ разговора о прошлом и настоящем. Я примерно представляла, что будет в книге (по-крайней мере стиль и темы), и именно вот эта “необычность” и даже абсурдность (инопланетяне, серьезно?) привлекали меня больше всего. Потому что как еще говорить о театре абсурда? Как поместить весь этот хаос внутри, да и снаружи, в слова?

О чем книга?
Идея очень проста. Жизнь солдата, военного пленника, который чудом уцелел при бомбежке Дрездена, а потом работал на развалах города. История того, как он попал в Дрезден и что видел на своем пути. А в паралелльных повествованиях - история Билли о “нормальной” жизни, отрывки воспоминаний о прошлом и будущем, потому что он путешествует по времени. И в совсем абсурдной линии - про то, как его украли инопланетяне и держали его в зоопарке.
Проза блестящая, прямо под дых, особенно как писатель обращается с метафорами или малюсенькими деталями, которые могут передать целую вселенную про персонажа / ситуацию. Сцены очень многие запомнились, и если честно, казалось бы Дрезден должен быть самым “ничего себе”, но к примеру, лагерь англичан или разговоры на другой планете или пустота нормальной жизни или гарвардский профессор — все это задевало намного сильней, делая из обычной истории еще и социальный комментарий о том, что есть, но о чем не говорят в “приличном обществе”.
И наконец, сам Билли.

Вердикт: я не могу рекомендовать эту книгу. Одних она может очень сильно затригерить в некоторых моментах. Другие ничего не поймут. То, что ее вот так берут и кидают на школьников и студентов — если честно, мне кажется, что это немножко неправильно… к такому нельзя подходить легко или для “галочки”. Но для себя лично - одна из самых важных книг, к которым надо будет вернуться. И уже читать совсем по-другому. И, да, несмотря на свой нетрадиционный подход, мне кажется, эта книга одна из самых лучших про войну.

-----
Killwish 10/10

Знаете, как лучше всего написать книгу о войне? Нужно выкрутить самоиронию на максимум, добавить инопланетян и всё это сверху посыпать путешествиями во времени. И сделать вид, что ничего странного не происходит, и всё идет по плану. Поздравляю, мистер Курт Вонненгут, у вас получилось написать прекрасную книгу, и остаться самим собой!

Никогда бы не подумала, что большую часть книги о войне, я буду смеяться. Это поразительно.

Автобиографичная история на острой грани реальности и попытки не сойти с ума от воспоминаний ужасов прошлого. Отчаянно и фантасмагорично одновременно. Мы проживаем дни обычного рядового, не по порядку телепортируясь в разные периоды его жизни. По моим ощущениям, именно эти постоянные скачки остужают агонию военного времени. Ты не успеваешь замерзнуть с плененными солдатами в поезде, как уже греешься на поле для гольфа, не успеваешь погрузиться в отчаяние под обстрелом Дрездена, как уже нежишься в объятиях жены в первую брачную ночь. И это действительно отлично работает на эмоциональную разгрузку. Ну а когда в игру вступают инопланетяне, всё начинает играть занятными красками иронии.

Мне понравилось то, как воспринимают время инопланетяне aka Тральфамадорцы. Все моменты прошлого, настоящего и будущего всегда существовали и всегда будут существовать.
"Они умеют видеть разные моменты совершенно так же, как мы можем видеть всю цепь Скалистых гор. Они видят, насколько все эти моменты постоянны, и могут рассматривать тот момент, который их сейчас интересует... Когда тральфамадорец видит мертвое тело, он думает, что этот человек в данный момент просто в плохом виде, но он же вполне благополучен во многие другие моменты."
Можно мне такое же видение ситуаций?)

Я даже не могу найти ни одного минуса в этой книге. Она правда бесподобна от начала и до конца.

Курт Воннегут пишет одновременно просто и замороченно. Огромный отпечаток на его творчество наложил факт, что он один из семи американских военнопленных пережил ту самую бомбёжку Дрездена в феврале 1945 года. Эта тема, да и сама война встречается во многих его произведениях.
Герой этой истории Билли Пилигрим попал на войну в качестве помощника капеллана и никогда не держал в руках оружия. Он малахольный, трусоватый с целым выводком тараканов в голове. После того, что ему пришлось пережить на войне, его тараканы расплодились до максимума и ему даже пришлось полежать в психлечебнице. А после авиакатастрофы, в которую он ухитрился попасть еще лет через 20, так и вовсе крыша поехала. Далеко, аж в космос. Ему началось казаться, что он был похищен инопланетянами с планеты Тральфамадор, где есть 4 измерения и время не идет из точки А в точку Б, а является статичным и можно легко путешествовать в любую временную точку.
Собственно, по своей памяти Билли и путешествует. Особенно травматичные воспоминания связаны с войной. Он оказался в тылу и бродил с группой странных солдат, потом попал в плен и в конце концов оказался в Дрездене, накануне той бомбёжки, в которой погибло больше людей, чем при взрыве в Хиросиме (если не учитывать жертвы лучевой болезни, конечно).
Воннегут во всю критикует стремление американского правительства лезть с навязыванием своего образа жизни в каждую точку планеты. Христианстству тоже досталось)

Параллельно проходится по войне во Вьетнаме. Так же тут эпизодически появляется персонаж его другой книги Мать Тьма Говард У. Кэмбл.
Мысли и антивоенный посыл у книги хорошие, но манера писателя мне совершенно не подходит.

Если вы читали Воннегута до этой книги, то должны были понять - скучной книги с сухим перечислением фактом ждать на стоит. Сколько автобиографических книг, манифестов и исторических трудов уже написано. Но это же Воннегут, и мы имеем частично автобиографический, немного фантастический роман - притчу о войне.
Структура романа поначалу показалась мне абсурдной. Хождение сюжета по кругу, прыжки через время и пространство, короткие абзацы без переходов между сюжетными линиями - как будто читаю поток сознания.
Главный герой романа, как и автор, стал свидетелем бомбежки Дрездена, выжил и теперь живет жизнью степенного, уважаемого человека. Для Билли возможность “путешествовать во времени” делает несущественным понятие смерти. Он точно знает дату своей смерти и она не несет для него трагического подтекста. Для Воннегута скачки во времени означают, что он, с одной стороны, всегда может вернуться в своей памяти в военные годы, а с другой - что войты ему не избежать.
Упоминание войны и смерти встречается практически на каждой странице. Одна из самых популярных фраз в книге - “такие дела”, употребляется после каждого упоминания смерти. “Такие дела” - и мы будто пожимаем плечами, принимая неизбежность трагедии в нашей жизни.
В романе нет героев - фронтовиков, которые рассказывали потомкам о своих победах и поражениях. Зато есть обычный человек, который принимает все как данность. Сначала я принимала главного героя за бесхребетное создание, а потом поняла, что это поистине человеческая суперспособность - приспосабливаться к обстоятельствам, чтобы выживать. Билли не борется со смертью, не противопоставляет себя ей, а принимает ее, как и жизнь. Проявляя слабости, демонстрируя страх и нежелание бороться, Билли как бы говорит - кто я такой, чтобы противиться судьбе?
Для меня «Бойня…» – в первую очередь антивоенная книга, которая будет актуальной всегда. Развязать войну - проще простого, человечеством век за веком доказывает это. А умение жить в мире без войн и насилия мы пока не приобрели. Воннегут, будучи свидетелем одной из самых разрушительных бомбардировок Европы, еще в начале книги пишет:

Вот в этом посыл книги - отказаться от войн и жить в мирном и свободном мире.

Данная рецензия начнется так: "Лифт открывается".
А закончится так: "Такие дела".

Лифт открывается. Я захожу внутрь. Обстановка радует глаз своей простотой и каким-то по-странному домашним уютом.
Внезапно эта махина начинает двигаться.

Сначала она движется быстро, издавая оглушающие звуки, которые слышу лишь я, судя по спокойным лицам моих соседей. Им настолько все безразлично, что этот ужасающий крик боли и мольбы о помощи ничуть не искажает их лицо. Лишь уголки их губ едва заметно опущены вниз. Но как знать, может, это обычная гримаса, соответствующая происходящему у них в душе?

Лифт остановился - все затихло. Люди вышли, а я осталась одна. Теперь я снова двигаюсь в лифте вверх. Звук, режущий душу, словно лезвие ножа, сменился стуком секундной стрелки. Тик-так, тик-так, тик-так.

Минутная стрелка на моих часах прыгала – и проходил год, и потом она прыгала снова.

Я ничего не мог поделать. Как землянин, я должен был верить часам – и календарям тоже.

Лифт снова остановился. После открытия дверей мне открылась удивительная картина. Передо мной было две комнаты. Но сейчас я могла видеть лишь происходящее в одной. Вторая была закрыта куполом.
В первой комнате играли дети со своими родителями. Играли весело, не жалея смеха и улыбок. Даже мне захотелось улыбнуться. А после одного особо милого момента, я даже рассмеялась. Но, увы. Видимо, только этого от меня и ждали - расслабления. Потери контроля над собой хотя бы на секунду. Не прошло и минуты, как купол закрывал теперь первую комнату, а мне открылись "декорации" второй.

Улыбка, лишь минуту назад посетившая меня, улетучилась со скоростью света. Теперь я смотрела на разрушенный город. Его только-только разбомбили. Тысячи трупов, точнее, их остатков лежало вокруг. Этот запах, пропитанный болью, страданием и кровью вызывал во мне лишь чувство несправедливости и отвращение. И пары секунд хватило, чтобы запомнить это.

Лифт закрылся. Последовал чей-то облегченный вздох. А, это же мой. Звук секундной стрелки также затих. Кто-то выключил свет. Или это просто я моргнула?
Оглянувшись, понимаю, что лифт остался в прошлом. Теперь я сижу в кафе. Вокруг меня все те же безразличные ко всему лица. Меня это почему-то совершенно не удивляет. Я просто ем то, что купила, не помню, когда. Кажется, это картошка. Кажется, откуда-то исходит запах сиропа на патоке.

Секунда - и я снова в лифте. Теперь мы двигаемся вниз. Настойчивый звук барабанной дроби вот-вот раздробит мой мозг изнутри. И снова эти лица со мной. Только теперь я замечаю, что у них нет тел. И мне становится их жалко. Хотя лишь секунду назад я была готова закричать от гнева. Он распирал меня из-за одного их присутствия рядом.

Лифт остановился. Лица покинули меня. Я боюсь моргать, до сих пор. Потому не знаю, сколько времени мы ездим вверх-вниз, вверх-вниз.

А каждые 15 секунд, что я не моргаю, в мире умирает человек.
Такие дела.

Книга вроде бы описывает один из трагичнейших моментов истории, но не вызывает никаких эмоций. Роман читается совершенно ровно, переживаний и беспокойства за жизнь и благополучие героя не возникло совершенно. Более того сам образ героя прошёл мимо меня не оставив ни малейшего следа в душе.
Эта небольшая книга очень отличается от произведений о войне, написанных советскими авторами. В русских книгах жизнь, эмоции, действия, борьба, а здесь унылость, серость и равнодушие как к себе, так и ко всем окружающим героя людям: к сослуживцам, жене, родителям и своим детям. Все персонажи, и в первую очередь наш ГГ, совершенно амебные персонажи-приспособленцы, которые мирятся со всеми изменениями в жизни как... какое создание тут можно написать, которое без "возражений" пойдёт за ведущим даже на бойню не пытаясь протестовать и сопротивляться? Сам автор написал про своих героев:

Очень точное описанийе, значит Воннегут добился именно того впечатления, которое и задумывал пробудить в читателя. Правда я бы добавила ещё, что это люди, которые ничего не желают.
Но не смотря на все моё "ворчание" роман не вызвал во мне отрицательных эмоций, не хотелось его забросить, поэтому ставлю достаточно высока оценку.

Мое знакомство с американским писателем Куртом Воннегутом началось с его романа Колыбель для кошки . Тогда он вызвал во мне много смешанных ощущений - я не могла понять, понравилось мне или нет, хотела бы я возвращаться к автору или нет. В попытке получше узнать Воннегута я добралась до крошечной, двухсотстраничной "Бойни № 5", о которой так много слышала, но результат, кажется, остался тем же - мне так и не удалось безоговорочно его полюбить.

Мне в принципе нравится, как пишет Воннегут. Его книги читаются очень легко. Он не устает находить всякие интересные приемчики и обороты для своих текстов. Кроме того, меня привлекают затрагиваемые им темы. К примеру, "Бойня №5" - о бомбардировке Дрездена в 1945 году. Военнопленному Воннегуту выпало стать очевидцем этого страшного события и остаться в числе семи американских военнопленных, переживших тот день. Такой опыт, конечно, не мог не отразиться в его работах.

Тем не менее, во время чтения книг Воннегута мне бывает довольно сложно проникнуть в повествование, будто оно меня не пускает. В результате значительная часть текста просто проходит мимо меня. Есть в его романах и что-то отталкивающее, неясное мне, неблизкое, что-то не совсем мое. Я до сих пор не могу понять, каково же мое отношение к Воннегуту. Пожалуй, в ближайшее время я не буду к нему возвращаться, но что-то в нем определенно есть. Что-то в нем все-таки есть.

М.