The Hours

Вот прочитала и задаюсь вопросом - сама книга странная или я еще не доросла до самого повествования. Потому что переход от главы к главе между продуманным героем и живым в начале давался очень тяжело. К середине бы казалось привыкла но все же стиль повествования не нравился. Хоть эта книга и стоит во многих списках как одна из лучших романов XX века, но я ее не оценила. Послевкусие такое же как и во время чтения - ты пытаешься включиться в книгу. Но не получается никак. Так что смело ставлю галочку напротив названия этой книги в списке но перечитывать желания нет и скорей всего и не будет. Героиня тоже оставила много вопросов к себе, как и её жизнь и стремление стать богемой и написать книгу.

После шикарной экранизации (шикарной прежде всего благодаря гениальной актерской игре) я понимала, что ничего нового в книге я не найду. Более того, прочитанный не так давно роман Вирджиния Вулф - Миссис Дэллоуэй и вовсе отмел любую интригу. Кларисса так часто упоминающая о том, что Ричард считал ее так похожей на героиню книги, ни разу не вспомнила о чем же книга и ни на секунду не провела параллели. Это ведь так очевидно, даже внезапное появление бывшего любовника, даже то, что ее жену позвали на обед, куда не позвали ее, даже отношения с дочерью и наличие старой фанатички.
Мне нравилось среди строчек читать о эфемерной бисексуальности миссис Дэллоуэй и мне уже спустя пару глав стало невыносимо понимать, что каждый персонаж во вселенной Каннингема гомосексуален. Я считаю, что бисексуальность - самое естественное для разумного человека. Но когда гомофилия, как и гомофобия превращается в психологический террор, выливается в парады и навязывание своей нормы - это перестает быть литературой. В итоге мы видим, что каждая героиня книги любит целоваться с женщинами и много о этом думает. Почти каждый герой, чьи мысли мы можем прочесть хочет покончить с жизнью.
Один неоспоримый плюс у книги все же есть - ее размер.

Идеальный случай love it or leave it для меня. Одно неловкое движение - и все эти невозможные женщины бездонной печали, желтые розы, суицидальные торты, отражения в отражениях, пожилые геи в пучине деменции и золотистом свете стали бы меня дико раздражать. Но хитрый Каннингем умудрился поймать меня в той фазе, когда вдруг по пути к метро начинаешь задумываться. а как это люди ходят - и спотыкаешься, или вот ловишь себя на мысли о том, что дышишь - и забываешь как это делается. А тут как раз кислородный баллон. Вдох. Вирджиния. Задержка дыхания. Лора. Выдох. Кларисса.

И вот уже это не истории трех пресыщенных миссис: писательницы, стареющий хиппи и образцовой домохозяйки - это мир "за пределами иронии и цинизма", внезапное и недолговечное постижение хрупкости, почти нереальности той стены, которую непременно необходимо хлопотливо штукатурить, увешивать мишурой, фотографиями знакомых родственников и дипломами за хорошее поведение, только бы не заметить, насколько она проницаема, как легко сквозь нее шагнуть, соскользнуть, раствориться за ней, смутно надеясь, что рай лучше гостиничного номера, даже если его не существует.
Жизнь, она такая, складывается из часов и секунд, для того чтобы остаться по эту сторону, с ними надо совпасть, с ними и, по возможности, с собой. Офелии идут в монастырь или замуж за дураков, но всегда носят камень в кармане пальто, на всякий случай. И, всё равно, их легко и красиво уносит течением.

А я, кажется. забыла, зачем тут эти кнопочки с буквами...

Я не хотела писать отзыв на эту книгу... правда, не хотела... И потому, что, в принципе, все уже сказано, и потому, что впечатления от чтения такие... не уверена, что смогу передать словами... Меня как будто ударили, и я никак не могу придти в себя... не могу переключиться на другое чтение... не могу перестать думать... Может быть, если попробую написать о книге, она отпустит...

Самое парадоксальное в том, что едва начав читать, я уже знала, что это не моё чтение. Наверное, я слишком практичный и рациональный человек, чтобы полностью принять все эти депрессии, метания, искания. Как говорит один мой знакомый: "Лопату в руки и картошку копать, чтобы было, что на зуб положить, тогда не будет времени обо всякой фигне думать".
Не то чтобы это стопроцентно совпадало с моим мнением, но некое разумное зерно в этом есть. Да, человек - создание сложное, многомерное, у каждого внутри скрыто что-то личное, недоступное окружающим, часто сумасшедшее по общепринятым меркам; грезы, невозможность достижения которых делает нас несчастными. И это может быть что угодно: хоть нелюбимое место жительства, хоть неудавшийся торт... не важно... Но не думаю, что этим можно оправдать то, что заодно с собой мы делаем несчастными других, самых близких. Держи себя в руках, отвлекайся, проси помощи, если своих сил не хватает, лечись, наконец, но не причиняй боли тем, кто рядом. По крайней мере не по таким поводам, ведь на свете бывает война, смерть, болезни, а неудавшуюся личную жизнь можно и внутри перестрадать.
...так (ну или примерно так) думало моё рациональное "я", перелистывая страницу за страницей. И все же совершенно неожиданно для меня что-то в истории этих женщин меня зацепило, заставило задуматься о жизни, о смерти, о любви, о мечтах, которым уже никогда не сбыться. И я читала, уже не думая о том, правильно происходящее или неправильно, просто погружаясь все глубже в болезненную меланхолию сюжета. И, кажется, еще немного и не смогла бы вынырнуть. Книга написана так, что чужеродная для меня среда затянула с головой, и сопротивляться не хотелось.
Странное чтение: читала через силу и не могла оторваться. И... и я просто не знаю, что еще сказать. Вряд ли вообще словами можно полноценно передать впечатления от этой книги. Может быть потому, что "Часы" воспринимаются не разумом, а эмоциями, чувствами, нервами. Три женщины, разбросанные во времени и пространстве, невероятным образом связаны одним прожитым днем. А финал... в данном контексте почти гениален. Браво автору за замысел и его блестящую реализацию.
И хоть я не изменила своей точки зрения, и такое глубокое разрушение личности, как описывается, мне по-прежнему чуждо, книга что-то изменила во мне.
Я бы не стала рекомендовать это произведение Майкла Каннингема как "must read", оно, действительно, очень не для всех. Но попробовать стоит, впечатление может получиться весьма неожиданное. А вот поклонникам творчества Вирджинии Вулф, а особенно ее книги Миссис Дэллоуэй , прочесть "Часы" нужно обязательно.

Предупреждаю!!!
Если Вы не читали Миссис Дэллоуэй - не читайте эту книгу.
Если Вы не читали Часы - не читайте эту рецензию.
Если Вы ничего не читали, но дерзки как крошки торта на глазури - то читайте, Вам всё можно.

Современную литературу можно определить как паразита на телах тех произведений, которым уже по полсотни, сотня, а то больше сотни лет. С одной стороны вырастет такой грибочек на стволе роскошного дерева, а там гляди - и сам грибочек даже ничего, да что там, ого-го-го грибок, грибище!
Всё, что было до постмодернизма, это патрон, предшественник, у которого надо научиться, перенять, а потом сделать самому. В этом, на мой взгляд, весь парадокс постмодернизма: взять и препарировать сюжеты и символы, знаки и концовки того, что было "до", подвергнуть вивисекции малейшие выверты со словом и перетянуть их задом наперёд. Это не преклонение перед старейшинами - это острый скальпель ручки на бумаге, заточенная игра слов, это новое, живое, созданное из обрывков и клочков. Современная постмодернистическая литература - это Франкенштейн.
Так и "Часы" - переплетение четырёх нитей, где две пары нитей - прошлое и настоящее, вымышленное и вымышленно-пересказанное прошлое. Вирджиния Вулф, камень в кармане, пузырёк с таблетками, розы на пять сантиметров влево, торт, номер в гостинице. Где, что, когда - всё смешалось. Всё повествование в книге - словно переведённый на удобочитаемый язык текст самой Вулф. Удивительное подражание языку Вулф, вся эта вещность, внимание к каждой детали. Если ружьё висит - оно обязательно выстрелит, но мы не увидим как и когда. Помните ножницы в "Миссис Дэллоуэй" и бой Биг Бэна (а не это ли отсылка к названию)?
Порой нити соединяются вместе так незаметно, связь настолько прозрачна, как песок, ускользающий сквозь пальцы. Вроде бы ухватила мысль, а она убегает, не даёт себя поймать. Филигранно!
Но больше всего потрясает финал. Как картинка в калейдоскопе - тряхнул, и два кусочка сложились в красивое панно.
"Часы", да вот только какие. Песочные? Да, намёки и слова ускользают подобно песку. Механические? Да, отбивают биение сердца и столь же хрупки, как и жизнь. Водяные? Да, время ускользает, как вода, но водам когда-то всё же суждено слиться воедино.
Одноимённый фильм Стивена Долдри - отдельный шедевр, блестящее трио Джулианны Мур, Мерил Стрип и Николь Кидман, волшебная музыка, умиротворяющие сцены, всё работает на блестящий зрительный образ. Книгу Каннингема нельзя и невозможно сравнивать с фильмом Долдри, это как две половинки песочных часов, одна проистекает из второй, а вместе - единое целое.

Сколько себя ни помню, я из всех углов слышала о Каннингеме и его "Часах". Возможно со мной сыграло злую шутку "ожидание чуда".
Три истории, три женщины, три надуманных чувства тоски. Можно плести паутину о высоких эмоциях, о вечно гложущем состоянии "человеков" на фоне всех цивилизаций. Но! Не стоит забывать, что этим ощущениям подвержены лишь люди из состоятельного сословия (по большей части надо сказать, Раскольникова с его бесконечным нытьем не берем). Как сказала бы моя соседка "с жиру бесятся". Как сказала бы я - это душевнобольные люди, причем столь глубоко, что вытащить их из этой хвори уже невозможно.
Это книга, как болото, не затягивает от интереса, а засасывает от вселенской скорби всех людей.
Горе от ума - девиз книги, и, все-таки, быть проще - легче для сердца и души.

Поток сознания Вирджинии Вульф в "Миссис Дэллоуэй" подхватил и понес меня с первых же строк. Я влюбилась мгновенно и навсегда. А потом случился фильм "Часы" с Мерил Стрип, Николь Кидман и Джулианной Мур. Сильнейший актерский состав, великолепное кино.

И вот этим летом я узнаю, что оно снято по одноименной книге Майкла Каннингема. Что делать? - Брать и срочно читать, конечно же!

Я в восторге от того, как автор близко подошел по стилистике к оригиналу Вирджинии: вливаешься в текст сразу же и плывешь по нему плавно, без рывков, до самого конца. Это любовь, восхищение и не знаю, какие там еще для таких случаев можно придумать слова.

Тройная сюжетная линия впечатляет, даже если заранее знаешь сюжет, как в моем случае. Стиль превосходный, но с этим я уже, пожалуй, повторяюсь. Просто писать о книгах, которые оставили след в душе, всегда в разы сложнее, чем о проходных или плохих. Для меня в "Часах" сложилось абсолютно всё. Надеюсь, вам они тоже понравятся.

Книга "Години" Майкла Каннінгема, що буквально от-от вийшла українською, — такий багаторівневий, навіть несподваний роман. Мереживо часу і доль. Здавалося б, звичайнісінька історія одного дня, нічого, вартого уваги. Наша сучасниця Кларисса Вон готується до вечірки, яку влаштовує для свого друга поета. У післявоєнні Америці зразкова домогосподарка Лора Браун готує торт на чоловікові іменини. А в далекому, сторічної давності Річмонді Вірджінія Вульф починає писати книгу. Звичайна буденність. Проте з кожним розділом, з кожною сторінкою усе глибше відчувається переплетення доль цих зовсім різних, на перший погляд, жінок. Їхні шляхи навдивовижу схожі, хоч між ними лежать роки й кілометри. Кожна з них здається успішною і щасливою, і в кожної є свої демони.

Коли визначати, що життя є успішним? Коли зрозуміти, що ось воно — щастя? Книга не відповідей, книга запитань. Година минає за годиною, життя продовжується, повторюється колами, але щораз по-новому.

Дуже атмосферна книга, глибоко задумлива і навіть філософська, повне враження від якої приходить як післясмак. Майстерно написана: Каннінгем навпрочуд м'яко і плавно переплів реальну історію з вигадкою, справжню письменницю Вірджінію Вульф і її героїню, Клариссу Делловей, жінок і книгу, яку вони читають. Справжнє задоволення, коли автор поважає свого читача, пропонуючи йому поскладати паззли.

Видання від Видавництва Vivat чудове: гарне оформлення, хороший переклад. Хоч саме переклад місцями здався дещо "західним": оплатки замість вафель, уродини замість дня народження, Айнштайн... Але в цілому читати легко й приємно.

Права была infopres , когда настаивала читать этот роман Каннингема только после прочтения Вирджиния Вульф - Миссис Дэллоуэй , ох, как права! Я все думала, что ничего страшного, что просмотренная лет 15 назад экранизация раз 5 даст мне не меньшую картину и понимание романа, чем если бы я читала Вулф. Ничего страшного, я собиралась "Миссис Дэллоуэй" прочитать после. Как же хорошо, что все-таки послушалась совета, и теперь и я могу сказать: "Часы" нужно читать только после "Миссис Дэллоуэй"!

В романе три временных пласта, действующие персонажи которых связаны между собой книгой и образом миссис Дэллоуэй. Хотя нет, не так. Каннингем создал шедевр, в котором три временных пласта, события, разворачивающиеся в них, и действующие персонажи отзеркаливают друг друга сквозь время. Удивительно тонкое, изящное, глубокое и, как всегда, у Каннингема - пронзительное произведение.