Отзывы о книге Девочки

Первая половина книги меня затянула, даже несколько корявый язык не остановил. Я ждала, когда же начнётся треш?! Как оказалось, я достаточно кровожадная. Но... Хотя, давайте по порядку. В центре сюжета воспоминания Эви Бойд – женщины средних лет – о её юности: переходный возраст, первая влюблённость, трудности общения с внешним миром, да ещё и родители развелись и больше занимаются своей личной жизнью, нежели ребёнком. И на фоне всего этого: желание быть любимой, мечты о первом сексе, травка, алкоголь и рок-н-ролл… Невесёлая атмосфера, не правда ли? Чего уж удивляться, что заброшенный всеми ребёнок попадает в лапы секты? Думаю, не будет спойлером, если я отмечу, что эта секта была списана с существовавшей в реальности «Семьи» Чарльза Мэнсона и закончилось всё убийством невинных людей. В принципе, об этом мы узнаём из первой же главы. И вот тут бы автор мог разгуляться… Но, увы! Конечно, книга показывает нам внутренний мир главной героини, но даже через её наблюдения и мысли можно было бы показать жизнь «на ранчо». Однако все обитатели остались какими-то картонными, невыразительными. Их мотивы даже не пробовали объяснить, ссылаясь на любовь к Расселлу. Как эта любовь возникла, почему девочки оказались во власти сектанта? Об этом говорится ничтожно мало, практически совсем не упоминается. Нет диалогов с Расселлом, которые могли бы доказать, что он умеет обаять любого, в том числе и взрослого человека, что упоминалось в тексте. Да и привлекал Эви не он сам, а другая девочка из секты – Сюзанна - о которой, впрочем, нам так же почти ничего не известно. Она осталась загадкой, как при первой встрече, так и в момент убийства… То «луч света в тёмном царстве» - вот-вот поможет Эви выбраться в реальность, то «бесчувственная машина» - тупо исполняющая всё, что скажет Расселл. Кстати, о птичках: главная героиня в убийствах не участвовала, узнала обо всём из новостей, поэтому эта сцена оказалась самой невзрачной и неправдоподобной из всех. Суть рассказа о ночи убийств: «Я знаю девочек и могу представить, как они вонзают нож в женщину, ребёнка, садовника…» Вот тут во мне проснулся Станиславский: «НЕ ВЕРЮ!» Не верю я и в непонятный страх главной героини, который преследует её на протяжении всей жизни, даже после смерти Расселла и его девочек-убийц. В самом начале я думала, что женщина ожидает «возмездия за свои грехи», но за ней-то больших грехов не было – с чего бы паниковать? Примечательно, что взрослая Эни так и осталась затравленным подростком, нуждающимся в одобрении (ТА-ДАМ!) 16-летней девочки… Хотя, не так уж долго она пробыла в секте, чтобы отучиться думать самой, после, вроде как, влилась в нормальную жизнь, обзавелась друзьями, получила образование, таже были намёки на своеобразное лидерство в частной школе – и тут взрослая тётка смотрит в рот подростку... Возникли сомнения в её здравом рассудке. В общем, нет развития персонажа. Так что идея замечательная, но реализация хромает на обе ноги.

Отдельно можно сказать о языке повествования. Не знаю, кто уж так постарался: автор или переводчик, но знаки препинания расставлены очень странно, из-за чего некоторые предложения приходилось перечитывать по два-три раза, да и то, до сих пор не уверена, что правильно поняла мысль. Вспоминалась всеми знакомая фраза "казнить нельзя помиловать". А к этому можно прибавить такой приём, как обрывание фразы и её продолжение в виде нового предложения из двух слов. Неужели был лимит запятых? Если бы была прямая речь, это можно было бы списать на манеру говорить или нерешительность героя, но здесь этого не было. В общем, эти недопредложения меня совсем тормозили. Плюс смутил непроверенный фактический материал: кого-нибудь ночью кусали слепни? Всегда думала, что они спят в это время суток, а Сюзанну вот умудрились кусать всю ночь напролёт. Ну, а пассаж в виде:

Хелен захихикала, с наслаждением повела плечами, будто карамельку сосала

вообще перевернул моё представление о теле человека и причинно-следственных связях в мышцах при рассасывании леденцов. Нет, правда, какую роль играют плечи при поглощении карамели у вас?

И всё же есть в книге кое-что, что меня вначале зацепило: светлая мысль – не забрасывайте своих детей, как бы с ними не было сложно… Ещё подкупила атмосфера, похожая на White Rabbit группы Jefferson Airplane, которая преследовала меня на протяжении всего повествования.

Вся книга, как бассейн, полный подгнивших фруктов, со сладковато-прелым противным запахом. Лето, удушающая жара, и вот ты ныряешь в этот ящик с головой, усугубляя положение.

Обитатели ранчо - это те самые фрукты с гнильцой, кто-то больше залежался, у кого-то коричневое пятно перезрелости еще маленькое. Какие же несчастные эти люди, быть настолько внушаемыми, и слепыми к реальности окружающих их вещей. Магнетизм лидеров сектантских групп мне не понять, как не понять и последователей, почитателей, присоединившихся. Тем более тут, кружить головы юным девчонкам, которые до невозможности хотят любви, внимания, того, чтобы их заметили и оценили по достоинству. И тут же прокуривают все последние мозги, не думают абсолютно ни о чем. Есть Рассел и все будет сделано так, как он захочет. Мерзко и частично жаль их, но то, что они совершают не может быть оправдано никак.

Это история о том, до чего доводит девочек безразличие важных людей, всепоглощающее одиночество и вопиющее безделие. Написано рублеными фразами, много ярких и даже вычурных сравнений. Роман не лишен также нелицеприятных подробностей. Тяжелое и безнадежное повествование, морок вечной духоты и общества потребления. Пару раз при чтении "полоснуло" по сердцу - полагаю, так просыпаются тени каких-то давних личных впечатлений. Рекомендовать бы не стала этот роман никому, кроме как в форме пересказа младшим сестрам, если такое счастье у кого-то имеется)

Чтение «Девочек» Эммы Клайн — опыт, полный внутренних противоречий. Её героини вызывают острое сочувствие, которое, однако, перемешано с недоумением и даже некоторой гадливостью. Суждения четырнадцатилетней Эви Бойд о мире и о самой себе болезненны и лично мне абсолютно чужды, но её мотивы описаны пугающе достоверно. Через отторжение проступает чёткая механика становления девочки как товара, стремящегося, чтобы его оценили повыше. Это история о детях и подростках, которые были воспитаны как товар, предназначенный для чужой оценки и потребления.

Голос Эви настолько убедителен, что текст воспринимается почти как автофикшн: ты не принимаешь выбор этих девочек, но не можешь не видеть их неприкаянность и опустошённость.

«Бедные девочки. Мир закармливает их обещаниями любви. Как же сильно им нужна эта любовь, только её почти никому не достанется».

Внутренний надлом — голод по безусловной любви при внешней готовности к «рыночной сделке» — превращает их в идеальное сырьё для культа. Повзрослевшая Эви фиксирует это самоощущение с горькой отстранённостью:

«В этом возрасте я была прежде всего вещью, которую нужно оценить, и это смещало баланс сил в любом взаимодействии в пользу другого человека».

Механика попадания в секту выписана здесь очень точно. Это не внезапное необъяснимое ослепление, не глупость, не сумасшествие жертвы, а длинная цепь выверенных манипуляций: • постепенное проламывание границ, • оправдание жестокости формулой «я еще не доросла до их просветления», • агрессия к внешнему взгляду. Героиня неотвратимо теряет связь с собственной волей:

«Я притворялась наивной, делая вид, что не понимаю, что происходит. Но часть меня действительно не понимала. Трудно было вспомнить, как я здесь оказалась».

Падение в бездну культа здесь — закономерный финал жизни, где насилие стало фоном:

«Ненавидеть было легко. Мир годами подсовывал мне одни и те же причины для ненависти к нему: незнакомец на ярмарке, схвативший меня за промежность; мужчина на тротуаре, который замахнулся, а потом засмеялся, когда я вздрогнула. Такое случалось сотни раз».

Около тридцати лет спустя Эви сталкивается с парой совсем молодых людей — Сашей и Джулианом. Теперь, в роли «нормального взрослого», она безошибочно считывает патологичность их связи: в Джулиане видит крайне жестокого манипулятора, в Саше — собственное отражение. Попытка вмешательства разбивается о яростное отрицание жертвы:

«Но я ведь с ним живу, понимаешь. Он платит за квартиру и всё такое».

Саша защищает мучителя с той же страстью, с какой Эви когда-то защищала «ферму» – сектантскую общину.

Это книга не о «глупых и жестоких девочках», а о том, как тотальное одиночество выедает человека изнутри, оставляя пустоту, которую без труда заполняет болезненная тяга к любому хищнику, который этого захочет. И даже спустя десятилетия свидетель не находит других способов сохранить себя, как снова отвернуться, подавив своё сочувствие к жертвам там, где оно уже бессильно. Кольцевая композиция романа возвращает нас к исходной точке:

«В этом возрасте я была прежде всего вещью, которую нужно оценить».

Финал вопиёт во весь голос: эту вечную спираль насилия не разорвать ни попыткой себя починить, ни попыткой спасти других, ни временем.

Это одна из самых чувственных книг про 60-е в Америке, которые я читала.

Мы видим эту историю одновременно с трех ракурсов: главной героини-подростка, ее же, только повзрослевшей, и еще одного подростка - девушки, которая слушает рассказчицу. Можно по-разному относиться к описанной истории, но то, что в моменте главная героиня хочет и будет поступать именно так - понятно и логично.

Меня обдало жарком лета в Калифорнии, я вспомнила свои подростковые ошибки, я с азартом думала "Хоть бы не..!", хотя еще из пролога знала, что развязка будет жесткой, я с упоением узнавала новые подробности быта сектантов (или хиппи?) Эта книга одновременно и близка всем бывшим малолетним бунтарям, и как бы не до такой же степени)))))

Мне очень понравилось и даже вдохновило. Несколько сюжетных поворотов казались странноватыми для литературы, но абсолютно нормальными для реальной жизни, что только придает книга кошмарности - ведь все, получается, слишком уж как настоящее.

Мне очень понравился язык Эммы Клайн, она до жути реалистично и при этом очень лаконично описывает внутренние мысли и переживания своих героев. Я читала в оригинале, надеюсь, в переводе это тоже ощущается. За счет этой особенности книгу было легко и приятно читать.

«Тело тебя вытащит из любых комплексов, ты ему только не мешай»...

Уже отшумевший фильм Квентина Тарантино «Однажды в Вегасе» породил нешуточный интерес к персонажу Менсона, его секте, и,конечно же, к жесточайшему убийству Шерон Тейт.

Я прочитала эту книгу значительно ДО.

Не сказала бы, что по сравнению с существующими книгами/статьями эта книга наполнена максимальной подробностью. 

Но на тот момент, этого материала мне было абсолютно достаточно,чтобы впечатлиться. Нездоровая атмосфера транслируется буквально с каждой страницы. А ведь на первый взгляд все так мило и располагает к себе: задушевные песни у костра, свобода мысли и слова, свобода выражения языка тела, толпа единомышленников. Все так дружненько, ладненько. 

Книга, написанная от лица «подруги» одной из сектанток (Сьюзан Аткинс, самой преданной и нездоровенькой девочки из всех), идущей красной линией по делу об убийстве. Глазами девушки, совершенно случайно-не случайно вмешанной в тягучую грязь тех событий. Погружение в жизнь и быт секты. Прикосновение к психологическому портрету Менсона, вплоть до эпизодов интимных «посвещений» в круг «своих» в «Семью». Хотя по сути, это классическое бегство от всех существующих проблем и тот же способ «забыться», как химическая зависимость.

Между прочим, Мерлин Менсон взял псевдоним именно от данного Менсона. 

Того самого, кто своими руками не убил ровным счетом ни одного в тот злополучный день, но ловко сманипулировал умами молодых девушек, что слепо шли за своим лидером и жаждали его единоличного внимания, даже путём страшнейшей расправы над беременной женщиной.

Отзыв на книгу "Девочки" Эммы Клайн я бралась писать раз 5. Но стоило мне взять в руки телефон как все мысли превращались в плотное облако и лишь скупые предложения попадали на бумагу.

Я прочитала кучу материалов об истории создания этой книги, биографию автора, статьи о секте Мэнсона и даже взялась читать книгу, описывающую историю расследования убийства семьи Тейт (отдельным постом обязательно расскажу). Но бестолку. Слова буквально застревают и не складываются в предложения. И я просто не понимаю как рассказать об этой книге так, чтобы стало понятно её настроение.

Попробую начать с ощущений. Первое слово, которое приходит на ум при описании этого романа - "хрупкость". Хрупкость отличается от податливости тем, что при давлении хрупкая вещь ломается и уже никогда не возвращает свой прежний вид. Даже после того, как давление отсупит. Это безвозвратный процесс. Так вот детство девочек в принципе, и главной героини Эви в частности, было изломано, извращенно и искалечено.

В подростковом возрасте Эви как и любая девчонка имеет кучу проблем: неудачная первая влюбленность, жизнь кажется пресной, а внешность ужасно раздражающей. И будто бы всему миру нет до нее дела: родители не замечают, лучшая подруга нашла замену. Поэтому встреча с "девочками" для Эвы как глоток чистого воздуха.

Они необычные и притягательные. Они свободные, раскованные, дерзкие. Они принимают её такой какая она есть.

И вот перед Эви открывается удивительный мир. Полный любви, принятия, красоты, понимания, нежности и дружбы. Настоящая семья, направляет которую Рассел.

Естественно мы быстро понимаем, что Девочка попала в секту. И все, что с ней там происходит — ужасно. Но сама Эви будто строит вокруг себя невидимый замок, сотканный из фантазий. Она замечает наркотики, насилие, грязь, оргии и растление вокруг, но не беспокоится по этому поводу. Это все будто заблюрено в ее взгляде.

Меня очень сильно поразила эта простая мысль: насколько быстро человек находит объяснение и оправдание поступкам, которые разрушают его. Бьет муж — зато не пьёт и любит, ребёнок попал в сложную ситуацию — зато она стала вежливой и отзывчивой. И это не так далеко от реальной жизни. Люди стараются не замечать неудобное: скользнут взглядом, коснутся мыслью и отвергнут как гнетущее.

Если вам кажется что описание романа «Девочки» похоже не историю на историю «Семьи» Мэнсона — Вам не кажется. Но если смотреть более обширно, чуть дальше сюжета это похоже на роман-взросление. Но без морализаторства и напутствий. При всей своей грязи, жестокости и разврате он девочковый, и мне показалось даже нежный.

"Подростки обитают в скрытом ото всех мире, откуда их изредка вытаскивают силой, а они постепенно приучают родителей к своему отсутствию". Одинокая женщина в возрасте, с неустроенной судьбой предается воспоминаниям, как будучи 14-летней девушкой, попала скорее из любопытства и от безделья не в самую лучшую компанию. История о том, как фанатичная любовь к руководителю секты приводит сначала с мелким преступлениям, а в дальнейшем к массовому жуткому убийству. Описание быта коммуны заставляет содрогнуться от ощущения мерзости и гадливости, ребята жили в настоящей помойке, питались отходами, просроченными продуктами, которые находили в мусорных баках, ни о какой гигиене и речи нет, наркотики, разврат, похоть... все там. Все физиологические подробности описаны грязно и вульгарно, и при всем при этом они преподносили себя, как свободных от всех предрассудков людей. Всем девочкам коммуны не хватало внимания, любви и заботы семьи, ужасно что получили они подменные ощущения нужности и тепла, от страшного человека, использующего их в своих корыстных целях.

За свой дебютный роман, недвусмысленно отсылающий нас к истории Чарльза Мэнсона и его последователей, американка Эмма Клайн получила премию имени Ширли Джексон. Не очень понятно, как данное произведение оказалось в числе номинантов (на мой взгляд, жанр не совсем подходящий), но не мне об этом судить. Важнее то, что дебют и правда очень сильный. Перед нами невероятно атмосферная, эмоционально насыщенная, пронзительная книга, которая гипнотизирует первой же фразой и не даёт расслабиться ни на секунду до самого финала. Автор мастерски передаёт опасную притягательность жизни в так называемой "коммуне", рисуя очень живую картинку, приправленную духом 60-х: длинные русалочьи волосы девушек, дикарские, неопрятные, но инаковые наряды, танцы, костры, ароматные косячки, "спиды", вольный нрав, презрение к "вымытой" Америке. Роман глубоко психологичен, в нём вы найдёте всё — от самопознания до саморазрушения. Очень интересно подан образ насквозь деструктивного, но, безусловно, обаятельного лидера секты: мы видим его в основном глазами "девочек", их очарованность словно вытесняет из повествования авторский голос. И вот с одной стороны рейтинг "18+", указанный на обложке, более чем соответствует содержанию, а с другой не покидает ощущение, что той категории подростков, в которых бунтарство непостижимым образом соседствует с доверчивостью и податливостью, тоже не мешало бы прочесть этот страшный и жестокий роман...