Saare võimalikkus

Однажды я очень удивилась, увидев одну за другой либо похвальные, либо шквальные критические рецензии на другую популярную книгу автора. По правде говоря, думала, что это больше тонкости индивидуального восприятия, нежели объективность, ведь книга так популярна. А теперь сама стала на сторону критиканов. Внезапно. Даже прочитав просто первую часть этой истории, если сделать выводы из написанных на другую книгу рецензий, можно сказать, что Уэльбек эпатирует, и это его самая главная фишка, которая не со всеми срабатывает.

Разумеется, мои размышления после трети прочитанной книги отнюдь не претендуют на объективность, истину и т.д. Я не претендую на то, что постигла саму суть книги, но уже подчерпанного мне хватило для своего мнения. Эпатаж… Эпатировать можно по-разному. В этой книге первым чувством было недоумение и желание повозмущаться: пошлые, похабные метафоры, описания подробностей процессов сексуального характера и всякой похабщины… К чему?.. Как я поняла, смысл скандальности и эпатирования маскулинностью в том, чтобы показать некий крайний вид человечества будущего, когда люди уже дошли до предела и живут только низменными инстинктами, почти животные, и параллельно при этом есть неолюди, которые являются сторонними наблюдателями того, как человеческий мир превращается в мир, где господствует сексуальность и секс, как главное в жизни. Хотя и про этих неолюде ничего в сущности не понять, кроме того, что они — усовершенствованная формула нас. И в конце книги люди и неолюди должны сойтись в одной точке.

Эта книга должна была быть жесткой сатирой на сегодняшнее общество с вектором будущего. Но вместо этого она вызывает легкое отвращение и ощущение, будто тебя одурачили: почему именно таким образом? Неужели нельзя было иначе? Я не ханжа и спокойно отношусь к интимным и жестоким сценам, если они оправданы, но тут… Хотя, если цель книги — вызвать резонанс и бурные эмоции любого оттенка, то Уэльбек этого добился. Книга крайности: либо восторг и восхищение, либо негодование и недоумение.

Писатель показывает узкий мир циничного человека — богатого комика, который зарабатывает на жизнь, играя человеческой жестокостью и животными инстинктами. Довольно безликий мир, наполненный метафорами о сексе и самим сексом. В нем больше по существу ничего нет, кроме пары разумных цитат об утопии человеческого бытия.

И все бы ничего, если бы вся эта теория не подавалась, единственно верной и неоспоримой, как аксиома. А в итоге — пустышка. Если Уэльбек на цинизме просто сыграл, то замечательно, если в его жизни есть много людей, видящих жизнь через такую призму, тогда мне его жаль. Вот и все, что я могу сказать об этой книжке. Ума не приложу, читать мне еще одну или оставить Уэльбека и его бестселлеры в покое?

Это конечно, не та книга, которую приятно почитать в одиночестве :)

Коротко:
Противный главный герой. Скушный.
Страх старости, страх импотенции, страх детей. Пессимизм. Желание ухватить самые жирные кусочки со стола жизни. Трагедия человека, которому женщины не дают, даже несмотря на 6 миллионов евро. Такому и бессмертие не помогло.

Несчастливая жизнь комика-миллионера Даниэля и пустое псевдо-буддийское прозябание его клона номер 24 через 2000 лет. Из аннотации - "антиутопия бессмертия и утопия счастья". А по-моему, 2 дневника 2-х неудачников. Куча комплексов, проблемы с сексом.

«Яблоко от яблони недалеко падает», или, по-японски, «сын (клон) лягушки - все равно будет лягушкой». Не бессмертие плохо, а люди, неспособные быть счастливыми.

Придется пересказать сюжетец, иначе трудно будет спорить с автором.

Комик Даниэль вспоминает свою жизнь. Время: недалекое от нас будущее. Рассказывает о своем успехе. Выступления со скандальными скетчами на публике, телешоу, снимает порнофильм. Боится и ненавидит детей - движения "чайлдфри". Его первая настоящая любовь - Изабель, которая любит его, но не любит секс и не любит свое тело. При первых признаках старения ( в 40 с чем-то лет) Изабель уходит и с работы, и от Даниэля. Изабель кончает жизнь самоубийством.

Даниэль какое-то время мыкается, и в итоге жизнь дарит ему встречу с молодой, легкомысленной 22-летней Эстер. Он в 47 лет уже с трудом соответствует ей в постели. Он ее любит, она его терпит. Потом они расстаются, и он в депрессии и тд.

Еще до встречи с Эстер, Даниэль из любопытства вступает в одну секту - элохимистов, которые проповедуют вечную жизнь для нового человечества и пришествие творцов, инопланетян, что людей и создали. Главное, что в секте велись работы по клонированию, и удалось им в итоге создавать клонов, причем усовершенствованных - питающихся минеральными солями и водой и без отходов жизнедеятельности.

Соответственно, после самоубийства членов секты воскрешают и поселяют каждого в одиночестве (чтобы согласно буддизму, избежать страстей и страданий). Так 20 веков эти клоны живут по одиночке, общаясь виртуально по сети с другими "неолюдьми", ведут свои дневники, наблюдая гибель "дикарей", остального человечества. Им не страшны ни радиация, ни засуха, ни войны. Они под защитой созданной ими самими системы.

И вот 2000 лет спустя клон Даниэля № 24, не умеющий плакать и смеяться, никогда не видевший моря, читает дневник Даниэля-1, делает свои комментарии, начинает завидовать своему предку, который хоть и был несчастлив, но все же - жил, и в конце концов сбегает из своей добровольной тюрьмы вместе со своей собачкой клоном. Он идет сначала к Центральному населенному центру, откуда управляют функционированием систем для "неолюдей".

Потом уходит в сторону, охотится, наблюдает дикарей-людоедов, собаку его убивают, он несколько дней топает по пустыни, потом приходит к какому-то морю и там его осеняет, что все их буддийское учение - чушь. И конец книги. Но остается надежда, что с этим номер 24 еще случится что-то хорошее. По крайней мере, он живет своей жизнью. Видимо, должно быть еще продолжение книги со счастливым концом. КОгда все неолюди встретятся и дружно заживут, вспомнят радости секса, и тд.

Непонятно, зачем "неолюдям" жить по одиночке? что же они такие тормоза, что не поняли этого за 2000 лет?

Покоробило от расистских пассажей (против арабов, палестинцев, евреев, славян и тд), от разглагольствований на тему порнографии и педофилии, от бесконечных групповух и совокуплений.

Но эта грусть одиночества и боль от бренности нашего тела мне понятна и близка. Но , по (х)Уэльбеку, нет другой никакой цели и смысла в жизни, кроме секса. И нет ничего страшнее, чем импотенция для мужчины, и климакс для женщины. Эволюция прошла мимо Уэльбека.

Я так боялась, что по современной французской литературе мне достанется какое-нибудь романтическое соплежуйство... но к сожалению, оно мне не досталось. Я бы хотела подостыть и написать более или менее подробную рецензию на "Возможность острова", но мне попросту противно к этому возвращаться.
По окончанию чтения, пытаясь воспринять текст в целом, у меня создается впечатление, что я слушаю больного синдромом Турретта. Посреди нападок на религию, эмигрантов, женщин, детей, размышления о будущем человечества и непосредственно описания этого будущего внезапные(!!!) графические пассажи о женских половых органах застают врасплох. И так весь роман. Весь. Роман. Утомительно и как-то ущербно, что ли.
С одной стороны столько интересных идей, которые заставляют приятно поскрипеть мозгами, и с другой стороны вот этот унылый реверсивный шовинизм. Фу.

Ничего не понятно, но очень не интересно. Таково моё первое знакомство с Уэльбеком.
Хотя, нет, вру, понятно. Всё так понятно, что вызывает дежа-вю.
В постапокалиптическом мире клон читает историю жизни своего прототипа, а заодно комментарии всех предшествующих ему клонов. Порой мне хотелось поступить, как клон под номером 17 и пропустить часть истории, раз уж у них это вошло в традицию.
Итак...
Герой из разрушающего мира читает рассказ своего, так сказать, предка, который стоял у истоков разрушения, и убеждается, что полный грядущий апокалипсис - единственный выход.
Если бы эта история была хоть сколь-нибудь оригинальной, я бы придиралась только к стилю. Но даже я, человек не очень знакомый с историей литературы, могу привести пример Режиса Мессака, который, так уж совпало, был переводчиком Джека Лондона на французский. А если брать шире "Алой чумы", то, конечно же, "Машина времени" Уэллса. О, кстати - "99 франков". Можно сказать, что есть "вечные сюжеты", но здесь заимствование и описание идеи вырожденчества настолько заимствовано, что я в это не верю. И ладно бы автор выбрал какой-то оригинальный способ обыграть эту идею... Но даже тут Уэльбек выбирает не свой путь.
Автор продолжает французскую традицию писать скабрезности как нечто выдающееся. Но если писатели типа Жана Жене делали это в эпоху, когда рейтинг 18+ действительно был чем-то шокирующим, то на современном этапе массового читателя сложно пронять "всего лишь" описанием гадостей и ненависти. Такие авторы пытаются выглядеть новаторами в этой теме, упирая на то, что они всё равно к ней обращаются, хотя это уже никого не удивляет. Вроде как пытаются показать, что они абсолютные бунтари и максимально не считаются с общественным мнением. Повторюсь, я считаю, что это прокатывало у писателей времён маркиза де Сада, но начиная с середины ХХ века подобные тексты не выглядят так остро, как в голове автора. А уж в XXI веке и вовсе сложно шокировать человека тем, что он в любой момент может посмотреть, ну, хотя бы в выпуске вечерних новостей.
Если бы сюжет был сосредоточен на, собственно, фантастической составляющей, описании изменения мира и пути героя-клона, то это, вероятно, получился бы не самый плохой роман, ведь где-то в глубине, под всеми натуралистическими скабрезными описаниями (снова хочется вспомнить Мессака и его "не ужас, но омерзение") поднимается интересный для философа и фантаста вопрос: нужны ли человеку эмоции, чтобы быть лучшим человеком? Но... Уэльбек выбрал экстенсивный путь, больше деталей, меньше сюжета. И даже попытка подкупить читателя милым домашним питомцем - разве вы сможете ругать книгу с таким милым домашним питомцем? - положение не спасает.
Кстати, о трогательной привязанности развращённого философа - Марсель Жуандо. "Мой бестиарий".
Честно, простите, я не умничаю, но об этой книге просто нечего сказать, кроме как перечислить прототипы. Хотела сначала сказать, что это искусство слишком современное для меня, но как раз наоборот.

Если вы бегло пробежитесь по отзывам на эту книгу, то, наверняка, встретите множество размышлений на тему вечной жизни, депрессии и в целом антиутопичных фантазий автора. Несомненно, все эти элементы присутствуют в данном романе, но заметили ли вы ещё одну деталь?

Мне искренне кажется, что Уэльбек написал "Евангелие". Как мы знаем, Евангелие переводится, как благая весть и содержит описание жизни Христа и его деяний. В какой-то степени, это описание - зарождения новой религии. О чём пишет Уэльбек? О зарождении новой религии. И получается, что его герой Даниэль - апостол.

Он несёт нам послание о новой религии, он возложил на себя миссию: донести до нас данную истину. И пусть вас не смущает довольно грубый и пошлый язык повествования, какие, собственно, времена, такой и язык.

Вспомните фразу Даниэля:

И в этой религии новые постулаты, новые правила, новые заповеди, новые боги. Если во времена римской империи, молодое общество ощутило сильнейший криз веры, ибо греческие боги уже были сброшены философами в Тартар, а новые, по сути, ещё не появились (я имею ввиду того масштаба и той значимости), то во времена жизни Даниэля, стареющему человеческому обществу уже не особо нужна религия, они увядают и дряхлеют, чем порождают вокруг себя депрессию и отчаяние. И как единобожие побеждает многобожие, так молодость побеждает старость. И получается, если общество стареет, оно стремится к тому, чего у него нет, а именно - молодости, тем самым возводя её в абсолют и ненароком обожествляя.

Одна из деталей этой истории выражается в том, что смерть была побеждена не наукой. Ну то есть, методологически, конечно, ей, но в целом - сектанством. Именно сектанский фанатизм смог довести интересную теорию до логического завершения.

И наконец у них получается. Мы идём к этому через всю книгу, пробираясь через бесконечные страдания стариков: их увядающего тела, ухудшения половой жизни, отсюда ненависти к себе, депрессии и как итог самоубийства. Уэльбек описывал это с таким наслаждением, что перемени мы немного идею романа, у нас мог бы получиться хороший манифест, направленный на их уничтожение.

Но до того, как мы к этому пришли, была обычная вера. И эта вера - есть самая настоящая религия. И, кстати, если вглядеться, то ситуация очень напоминает становление христианства - кризис веры (что тогда пантеон ушел на задний фон, что сейчас рухнули последние католические оплоты), интерес к экзотике (что тогда было массовое увлечение мистическими культами, что сейчас люди поголовно идут в буддизм, кришнаизм и прочее), сильный ближневосточный соперник (что тогда был митраизм , что сейчас ислам), etc.

И вот живёт страдающий человек современности и ждёт перемен. И стоит он на пороге нового мира. И совсем не догадывается, что богатые пойдут дальше, а бедные будут уничтожены климатическими изменениями, и их остатки будут бродить, словно животные по развалинам старого мира, поглощаемого природой.

И тот кто станет избранным, будет бесконечно перерождаться и ждать пришествия Грядущих. Всё дальше уходя от человека и превращаясь в новый биологический вид.

«Возможность острова» – книга неоднозначная. Неоднозначная, прежде всего, в оценке читателей. Почитав отзывы на это произведение, вы обнаружите весь спектр эмоций – от резкого, почти физиологического отторжения, до пророческого почитания. Не затягивая с собственной оценкой, скажу: Уэльбек, пожалуй, мой любимый современный автор. Пусть, порою, его проза излишне грязна и порнографична, сентенции на грани фола, а герои оказываются моральными уродами. Какая жизнь, дамы и господа, такие и герои. Да и вообще, все вышеперечисленное – это всего лишь обложка его творческой сути. Под ней – попытки заглянуть в будущее, оценить потенциал человеческого общества, смоделировать его грядущие формации.
Сама книга состоит из двух параллельных сюжетов. Один повествует о жизни современного нам человека – популярного комика Даниэля, стареющего актера, сделавшего себе имя на продажных скетчах и сценариях, в основе которых сцены насилия и порно. В сущности, он дает людям то, что востребовано, и его цинизм – это цинизм человеческого общества, общества сосредоточенного на удовольствиях и жизни собственного тела. Жизни души для героев Уэльбека не существует и проблемы нравственного характера попросту отсутствуют. Бездуховность – самая точная характеристика общества настоящего. Что же нас ждет в будущем? Об этом повествует вторая сюжетная линия.
Параллельное повествование ведется от лица людей (а точнее неолюдей), проживающих в далеком будущем примерно через две тысячи лет. Поначалу, записи ведет Даниэль 24, а после его смерти – Даниэль 25. По сути, два эти персонажа есть точные копии (если хотите клоны) Даниэля-комика. Правда, неолюдей от нас с вами отличает усовершенствованный организм, избавленный от необходимости питаться, пить и размножаться. А главное любить. Хотя эта «опция» им все же доступна – уйдя из резервации, где род Даниэлей существовал два тысячелетия, Даниэль 25, потеряв своего пса, понимает, что способен любить, а, следовательно, страдать.
Надо отметить, что Уэльбек основательно поработал в этой книге над темой бессмертия. Ни для кого, я думаю, не секрет, что ведущие ученые современности работают в этом направлении. Бессмертие по Уэльбеку - не что иное, как бесконечное количество реинкарнаций одного и того же человека. Клонирование биологически совершенных существ, избавленных от основных проблем вида. Прав ли окажется Уэльбек? Думаю, вряд ли. Скорее уж человек сделает себя «вечным», сумев победить старение. Но в данном случае это не суть важно. Главное следствие. Избавившись от основных проблем старого человека, неолюди превратились в безжизненные механизмы. Утратив духовность, люди становятся варварами и вымирают, а неолюди бессознательно ищут любви, а, следовательно, страдания, смерти. Кто-то мне возразит, что для циника Уэльбека духовное начало не более чем пустой звук. Пожалуй, в процессе чтения я бы с этим согласился, но, дочитав книгу до конца, я в корне поменял свое мнение. Даниэль 25, как и его предшественник, не раз повторяли, что основное верование неолюдей, этих совершенных механизмов, заключается в ожидании прихода Грядущих. Кто же такие Грядущие было не совсем понятно, однако Даниэль 25, на пути к «возможному острову», разъясняет, что к чему:
«В отличие от нас, Грядущие будут не механизмами и даже не отдельными существами в строгом смысле слова. Они будут Единым, оставаясь множественными. Нам неоткуда почерпнуть точное представление о природе Грядущих. Свет един, но число лучей его бесконечно. Я обрёл смысл Слова; мёртвые тела и прах направят мои стопы — а ещё память о славном псе по имени Фокс». «Быть может, Грядущие познают радость — иное имя вечно длящегося удовольствия». «Мне оказалось не под силу достичь Духа; но я всё-таки ждал какого-то знака».
Думаю, нет смысла комментировать эти отрывки. Как говорится, имеющий уши да услышит. Читайте Уэльбека, дамы и господа. Читайте вдумчиво, и за поверхностной эпатажной откровенностью вам откроются настоящие глубины смысла.

Хорошая книга всегда тебя затягивает постепенно, страница за страницей и не отпускает даже после её прочтения.
Хорошая книга всегда многовекторна и включает в себя несколько тропинок для размышлений. Проблема выбора здесь индивидуальна.
Хорошая книга не даёт тебе ответы на все вопросы, а лишь ставит ещё, заставляя твоё серое вещество работать в поисках хотя бы приблизительного направления размышлений.
А эта книга, как и должно быть в умной современной прозе, совсем не проста. В ней переплетены темы, что волнуют писателя: молодость и старость, секс и его роль в жизни человека, одиночество физическое и духовное, роль религий и стремление к вечной жизни. Да, список тем, прямо сказать, далеко не нов, но Уэльбек умеет так их перемешать и так прямо в лоб о них сказать читателю, что выбраться из этого потока рассуждений, вставленных в канву сюжета (о котором, конечно, ни слова) без его помощи уже и нереально.
Закрыв книгу, испытываешь вселенский пессимизм, но ведь весёленькой прогулки и никто не обещал, а финал жизни нашей, увы, всегда печален. Хорошая книга же скрасит путь к нему.

Хорошая книга. Главное -в ней процент парлептипности достаточно высок по нынешним временам. Цитатки некоторые приведу попозже..
Единственное, что я не люблю (не только у Уэльбека, но и вообще у кого-то ни было, ибо сразу ущербность (текстов и мыслей) начинает выпячивать, как правило) -вектор "утопичности" (почему-то все употребляют термин "антиутопия", почему "анти", когда как раз чистой воды она -эта фантазийная событийность и растекается, обычно))
-"главное, они чувствуют, что выходя на сцену, мужчина рискует своей шкурой, ведь публика -это здоровенное опасное животное.." -"сцену" -в данном случае можно рассматривать и в широком контексте.. так будет правильнее и интереснее..
-"Вечер стремительно увязал в здравом смысле, и я начал ощущать потребность в аперативе" -красиво, но (и) как-то, словно знакомо..
и в завершение: герой, включив телевизор узнает:
"что последние слова Иммануила Канта на смертном одре были: "Хорошо""
Император ВАВА оценивает книгу:
Степень парлептипности 0,70. Степень густоты (крови) 0,69