Учитель фехтования

В очередной раз убедился в том, что Артуро Перес-Реверте — не мой писатель. Точнее — я понял это давно, но тут на днях попалась мне видео-рекомендация одного очень умного, как мне кажется, видеоблогера, к тому же, насколько я понимаю, с профильным литературоведческим (есть такое?) образованием. Рекомендовал он у Переса-Реверте именно эту книгу. И я… — рискнул. Рискнул, и вновь отложил недочитанным и этот роман автора.
Основная претензия: вопиющая непоследовательность повествования. Так и хочется сказать: «Артуро, да вы вообще не умеете писать!» Да, я знаю, что Перес-Реверте весьма плодовитый и очень-очень популярный автор. Но вот передо мной лежит его роман, и я аргументирую свою точку зрения, и расскажу вам суть моих к ним (роману и автору) претензий.
Главный, он же заглавный, герой — учитель фехтования дон Хайме Астарлоа. Поживший (ему сильно за пятьдесят), поколесивший по миру, не единожды учавствовавший в схватках с боевым, а не только с учебным, оружием. Повествование движется страница за страницей, а автор всё никак не может определиться, каков он, его главный герой. То он едва сводит концы с концами (учиться фехтованию нынче не модно — на дворе XIX век, следовательно – нет учеников, следовательно – нет денежек), то он достаточно обеспечен, живёт в богатом доме, владеет коллекцией уникального холодного оружия; то он прожжёный вояка, прошедший огонь, воду и медные трубы, запросто общающийся с сильными мира сего, то он краснеет в разговоре с дамой не самого знатного рода; то он решительно отказывает в обучении вышеупомянутой даме — дескать, взяться учить девушку — позор на мои седины, то уже (я так и не понял почему) берётся эту самую девушку обучить самым хитрым, изобретённым им самим, приёмам фехтования.
Короче, на мой вкус, многовато в голове у популярного литератора каши и непоследовательности.
Оставил книгу недочитанной, а автора навсегда вычеркнул из списка тех, произведения которых могут меня заинтересовать.

Несколько лет назад я уже читала эту книгу, и во второй раз она мне понравилась даже больше, чем в первый. Летний Мадрид середины XIX века в преддверии гражданской войны и сам по себе более чем способен привлечь и удержать внимание, но даже его обаяние блекнет в сравнении с обаянием главного героя.

Учителю фехтования дону Хайме Астарлоа давно перевалило за пятьдесят, но он сохранил не только юношескую стройность и лёгкость движений – при его профессии это не диво – но и юношескую чистоту души, в которой чуть ли не детские наивность и идеализм сочетаются со строгостью и дисциплинированностью, порождёнными истовой преданностью искусству фехтования. Дон Хайме опоздал то ли родиться, то ли умереть – для его современников фехтование это, в лучшем случае, спорт. Уходит в прошлое обычай защищать честь посредством шпаги, и само понятие чести уходит в прошлое вместе с ним. Мало кто готов рисковать жизнью ради чего-то столь эфемерного и бесполезного.

Но для дона Хайме его искусство и его честь сочетаются в едином эстетическом принципе, которым он руководствуется во всей своей жизни. Благодаря этому в душе его царят завидные мир и покой и воспоминания, не отягощённые бессмысленными сожалениями, – благодаря этому, а ещё тому, что в своей возвышенной чистоте этот прекрасный старый юноша намеренно игнорирует грязь окружающего мира: погоню за выгодой, интриги, политику. Особенно политику.

Но мир не прощает такого небрежения даже прекрасным старым юношам, и дон Хайме невольно и неосознанно оказывается в эпицентре грязной политической игры. Разумеется, здесь не обошлось без женщины – побудить такого человека, как дон Хайме, покинуть башню из слоновой кости могла только женщина. Притом женщина исключительная: необыкновенно красивая, редкостно умная, поразительно сильная и решительная – и недосягаемо молодая. Надо быть настоящим рыцарем не от мира сего, чтобы найти отраду в этом опоздавшем, горьком чувстве, но дон Хайме и есть такой рыцарь.

Размеренное, неспешное повествование, то и дело перемежающееся рассуждениями о фехтовальном искусстве, увлекает благодаря замечательному парадоксу: все те качества, из-за которых дон Хайме оказывается уязвимым и беззащитным, – преданность идеалам, вера в лучшее в людях, опасная неосведомлённость обо всём, что касается бурной общественной жизни Испании тех лет, – в час испытаний становятся его мечом и щитом. (Но тут надо отметить, что приверженность искусству фехтования всё-таки несёт в себе больше практической пользы, нежели, допустим, приверженность искусству чайной церемонии; особенно в случае драки.)

Ведь у того, кто неколебимо верен себе, даже в самые тяжёлые и смутные времена будет хотя бы один человек, который никогда и ни за что не предаст.

Больше всего в "Учителе фехтования" Артуро Переса-Реверте очаровывает и захватывает не сюжет, а атмосфера и слог повествования.
Действительно, сюжетная линия романа не так уж сложна, и до заковыристого детектива, прямо скажем, не дотягивает. Герои сразу понятны и читаемы. Вот пожилой рыцарь, без страха и упрека, дон Хайме, сохранивший в век прогресса и страстей старые принципы и понятия о чести. Вот холодная и не понятная донья Адела, которая явно с самого начала зарекомендовала себя как главня злодейка. И даже обманный ход с трупом ее горничной не внес дополнительной интриги. А вот ловелас и повеса дон Аяла, естественно, интересующий донью Аделу не просто так. Все остальные герои и их роль в истории - тоже вполне предсказуемы.
Кроме того, развитие сюжета в романе происходит очень медленно. Только под конец события набирают обороты, и лента детективной истории раскручиавается все быстрее. И потом, если уж очень тщательно рассматривать сюжет, то можно много к чему придраться. Например, зачем донье Аделе было самой приходить к дону Хайме за письмом? Она, на 100% бессердечная и холодная, словно робот, дама, вряд ли испытывала бы к учителю фехтования какую-то скрытую симпатию. По крайней мере, это объясненение не очень убедительно.

Одним словом, предлагаю оставить попытки рассматривать этот роман как детектив в привычном смысле этого слова. Внимание тут явно нужно обращать на другое. Как справедливо отметил Lazar в своей рецензии, это книга для тех, кто хоть однажды в жизни пожалел, что родился не в век шпаги и плаща, а в век технического прогресса. Признаюсь, такие мысли меня посещяли неоднократно, особенно в школьные годы. Как-то в мыслях я себя очень естественно ощущала одетой в кринолин прекрасной дамой, за честь которой сражаются на шпагах. Вот поэтому роман "Учитель фехтования" так меня очаровал. Он всколыхнул в душе давно забытое ощущение, атмосферу того времени, такого старомодного, изысканно красивого, овеянного принципами чести и достоинства. Конечно, время, которое описывается в романе, это уже самый излет эпохи кабальеро, но тем не менее, толкий аромат старины ощущается и бередит душу. Именно ради этого и стоит читать эту книги.

И второе, на что я бы хотела обратить внимание, это слог. Другие романы Переса-Реверте, которые я читала, мне показались написанными гораздо проще и более плоско, чем "Учитель фехтования". Тут чувствуется думающий, внимательный к деталям, к языку автор. Поэтому книгу так приятно читать, не смотря на некоторую затянутость.

Вот, пожалуй, и все. Лебединая песня уходящего в небытие рыцарства. Печальная и гордая. Ее стоит услышать, чтобы насладиться этими восхитительными отголосками старины, такой далекой и такой не понятной для нас.

Это уже вторая книга Артуро Переса-Реверте, что я читаю, и второй раз в ней есть намеки на творчество Александра Дюма. В «Клубе Дюма» даже название говорит об отсылках к великому французу, и в самой книги есть вставки, рассказывающие о Дюма и его книгах. А в этой книге, «Учитель фехтования» даже название такое же, как в одном из романов Дюма.
Создается впечатление, что Перес-Реверте захотел создать свою, испанскую, версию. И у него получился отличный приключенческий роман в необычном антураже. Для глубины мне немного не хватило истории. Но роман даже без этого хорош.
Главный герой – пожилой учитель фехтования, который пока еще может жить на то, то зарабатывает, преподавая свое искусство немногочисленным ученикам. Ему много не надо, и спокойная жизнь его устраивает. Но все изменится в тот момент, когда загадочная красавица войдет в его дом с просьбой преподавать ему мастерство фехтования. Благородный идальго считает, что фехтование – не для женщин. Но его таинственная гостья и так уже фехтует лучше большинства его учеников-мужчин. И это не может не интриговать старого учителя. И вот, согласившись дать своей новой подопечной пару уроков, главный герой вляпывается в приключение, опасное для жизни.
Что было не очень приятно, так это отсутствие положительных героев в этом романе. Наш главный герой оказывается единственным благородным человеком среди сборища подлецов и интриганов. Идальго уходящей эпохи, отживающей свое так же, как и искусство фехтования.
Красивый, немного грустный роман, который очень легко читается.

На инструкции к применению женщины в домашних условиях обязательно должно быть написано предупреждение о том, что чрезмерная привязанность к непроверенным женщинам убивает. Особенно в сочетании с холодным колюще-режущим оружием. Особенно, когда она им хорошо владеет и ее расположение совсем не на вашей стороне. Эта история - своеобразное сочетания мифа о Пигмалионе (в обратную сторону), ностальгии по славным добрым временам честных и отважных идальго и предупреждение о том, что приключения на все известные места могут свалиться в любом возрасте.

Не сказать, что сюжет уж как-то был закручен или держал все время в напряжении. Нет, плавное повествование с элементом легких вкраплений сломанных носов, многочисленных порезов и парой-тройкой трупов в результате. Почти ничья честь в ходе написания не пострадала.

При чтении даже самым сведущим в испанской истории придется разок-другой глянуть в сноски, чтобы разобраться со всей этой исторической кутерьмой, творящейся на страницах, а то будет совсем не понятно, почему, кто, как и зачем.

Книга определенно обладает своеобразным антуражем. Все-таки мои представления об исторических романах были воспитаны, по большей части, на стиле Дюма, так что я была рада обнаружить нечто качественно и стилистически иное, хоть и в рамках жанра. Эта была первая книга автора, о котором я до этого так много слышала. Констатирую удачное знакомство.

Жил-был дон Хайме Астарлоа, «легендарный дуэлянт» и лучшая шпага Европы по версии кучи заколотых им в честном бою. У дона Хайме вполне знакомые читателям Дюма правила жизни – честь, достоинство, натуральный Атос в престарелые годы – благородная седина тронула виски, жизнь уже почти прожита, век неизбежно меняется – девятнадцатый почти на издыхании, шпаги уже мало кому интересны, всё больше молодёжь интересуется огнестрельным, а шпаги – ну чисто спорт. Вжик-вжик, уноси готовенького – вот где-то там, в прошлом, которое ещё не так чтобы «прошлое» - вчерашний день, конечно, но тоже уже не реалии сегодняшнего дня, если вы понимаете, о чём я. Так вот, дон Хайме это конечно, как и положено таким героям, тяжело переживает, но ничего – спину выпрямил, легко выдохнул, «и почесала на работу». А работает дон Хайме учителем фехтования и вбивает в глупые юные головы основы науки наук – фехтования (математика с геометрией там тоже учитываются, так что всё нормально). Ещё он обучает парочку высокопоставленных лиц, один из них обаятелен и чертовски хорош собой, мается от скуки и интересуется политикой. Дон Хайме для него – такой привет из прошлого, любопытный раритет, с завышенными понятиями о чести. Таких людей, говорит он дону, уже и не осталось, все вымерли, как динозавры. Потом у дона Хайме появляется ещё один ученик, а точнее – ученица. Прекрасная и загадочная, с фиалковыми глазами, откуда-то научившаяся фехтованию не хуже любого мужчины. Научите, говорит, дон Хайме, вашему секретному уколу, который невозможно отразить. Дон, конечно, ей честно сказал – не женское это дело рапирой махать, но потом сдался (фиалковые глаза всё-таки). А потом в Испании начинается черти что, перевороты там всякие, заговоры, фиалковая дама пропадает, обаятельный политик тоже, а потом трупы, кровь, кишки, защищайтесь, каналья.

Артуро Перес-Реверте, конечно, не Дюма, да и сравнивать, вроде бы, не зачем, однако раннее творчество испанца очень уж выдаёт в нём поклонника великолепного француза. Темы благородства и достоинства, фамильного наследия, попавшего в грязный клубок интриг – наше всё. Дон Хайме, как неприступная крепость перед реалиями настоящего, такой же Дон Кихот Сервантеса – с ним, к слову, в том числе сравнит его легкомысленный ученик. Влюблённость в даму переживается доном также молча, где-то глубоко под грубой кожей, боясь признаться самому себе, что согласен обучать эту загадочную даму только потому, что её мастерство действительно выдало в ней достойного противника. Проблема дона – его абсолютное замершее в прошлом вчера. Он совершенно не представляет, что делать с этой «новой» Испанией, которая бурлит, как кишечник от прокисшего кефира – предатели на каждом шагу, власть у королевы кто-то хочет отнять, что вообще происходит. Ему неинтересна эта угроза - да и не всё ли равно, что эту королеву скоро свергнут, потом будет чуть-чуть анархия, но потом опять монархия, а потом – да ладно, у них там до сих пор черти-что творится, какой смысл в этом разбираться. Но, конечно, у дона Хайме причины не хотеть читать политические газеты немного другие – в реалиях современной Испании ему омерзительна сама мысль, что вся эта политическая диаспора плетёт интриги, предаёт, врёт, крадёт друг у друга секретные письма, делает абсолютно всё, чтобы добиться власти. Не этому учил его когда-то отец, чей портрет до сих пор строго смотрит на фехтовальщиков в зале для боёв. Не таким виделся ему расцвет собственной страны. Из окружения дона только несколько близких друзей – отчаянных спорщиков, один из которых на стороне старых идей, а другой жаждет переворотов. Милейшие люди, но только затрагиваются политические темы – пиши пропало. Дон Хайме даже не особенно их слушает – в самом деле, есть темы поинтереснее. Так и выходит, что в момент, когда в его руках оказывается страшная тайна – переписка между некими политическими фигурами, из которой следует невероятный скандал, разоблачение и полное фиаско текущих сил, дон даже не в состоянии понять, о чём в этих письмах речь и почему, черт побери, вокруг него начали умирать люди. В отчаянии он обращается к самому политически подкованному своему товарищу, но позже ему придётся осознать, насколько ошибочным был этот шаг. С его понятиями о том, каковы вокруг должны быть люди, каждый следующий шаг кажется настолько неверным, что лучше, кажется, он бы вообще сжёг эту переписку и уехал куда-нибудь на Бали от греха подальше. Но нет – не тому учил меня отец. Верные шаги – это те, которые он делает, фехтуя (если можно так выразиться). «На меня!» - кричит он любой неизвестной опасности. Это единственная его стихия, всё остальное – чужеродно, а рыба на суше, как известно, чувствует себя не очень.

У Перес-Реверте вышел роман о таком человеке, осколке прошлого, попавшего будто на машине времени в будущее, роман, полный аллюзий на романы испанских и французских авторов, пишущих про приключения, роман, который больше похож на расписывание ручки – проба пера про то, как мог бы писать тот же Дюма, родись он в Испании. Жгуче-интересного тут мало, хотя все ингредиенты на месте. Но испанского взрыва не вышло. История Испании здесь не видна из-за (или благодаря) неведению самого Хайме – не знает он, не понимаем и мы, что же, чёрт возьми, там у них творится? Что за дым, почему этих увозят в ссылку, а тех вообще гонят взашей из страны? Что вообще происходит? Тут на помощь придёт не Перес-Реверте – не его это вообще задача, а многоликая википедия, на минуту показавшаяся куда интереснее предлагаемой истории. Вжик-вжик, несите следующего Реверте.

Самое сложное в этой книге оказалось запомнить имена. Вот казалось бы не японская и не китайская литература и даже не скандинавская, но как же тяжело запомнить это несколькословные имена-фамилии-титулы.
Сюжет у книги довольно прост, на фоне смутных времен страны, когда каждый тянет на себя одеяло, а венценосная королева занята фаворитами, отдыхом и оторвана слишком далеко от своего народа. Тем более во Франции монархия свергнута, а на престоле Испании сидят ненавистные Бурбоны. Живет себя учитель фехтования, его возраст близок к 60-ти, жизнь практически позади, в ней было много чего. Но главное достоинство Хайме, кроме великолепного неподражаемого владения рапирой, честь и порядочность. В смутные времена, да и вообще, это большая редкость. вот его доверчивостью и попытались воспользоваться.
...монаха-затворника, которого против его воли втянули в мирской водоворот. Вы участвуете в этой трагедии, двигаясь, так сказать, по своей собственной орбите; вам чужды законы обычной логики, вы живете в каком-то своем мире, в высшей степени субъективном… И этот ваш субъективный мир не имеет ничего общего с миром реальным.
Как же легко читается книга, захватывает и не опускает пока не перевернешь последнюю страницу. Очередное открытие этого года и стопроцентное попадание мой автор. Мне так понравились его размышления о церкви о государстве, о роли насилия в история человечества

Где-то немного напоминает Дюма, и какое вызывает удивление, что книга написана в конце прошлого века. Четкое знание исторических событий, политические расклады того времени. Знание тонкостей фехтовального искусства (дань маэстро), все эти батманы, вольты.
Роковая красавица - Адела де Отеро, а как же без нее, ведь кровь кипит у южного человека, и даже если его возраст давно ушел от юношеского.
Встречи в тертулии, споры о политике, и все это по началу довольно безобидно.
Как всегда главное зло это не власть и не женщины, а презренный металл -деньги.
Красивая концовка.

Отказываться от своих лет - это все равно что отказываться от себя самого.

К «Учителю фехтования» у меня сложилось особое отношение, не такое, как к другим книгам Артуро Переса-Реверте.
Впервые меня не очень увлекли сюжет и интрига книги, но просто влюбила в себя личность главного героя – старого (пятьдесят шесть лет – вот уж воистину старость!) учителя фехтования, «оседлого идальго» дона Хайме Астарлоа.
Я очень плохо знаю историю Испании вообще и девятнадцатого века в частности.
Сложная сеть интриг и заговоров, политические партии и группировки, монархисты-республиканцы – все это так далеко и так непонятно: «кто за Мао, кто за Линь Бяо».
Да к тому же все эти испанские фамилии – певучие и раскатистые, но совершенно не задерживающиеся в памяти.
Тут мы очень похожи с доном Хайме, который прочел важнейшие секретные письма и абсолютно не понял, о чем в них речь.
Но в том, что вечно и незыблемо – любовь и дружба, мужество и доблесть, долг и достоинство – тут он понимает все и не знает колебаний.
Мастер фехтования всю жизнь пытался найти свой «грааль» - секрет безупречного действия, мастерского укола, неизбежно и неотвратимо приводящего к победе.
А сам того не зная, он всю жизнь владел этим секретом:

Скажете, он просто старый романтик?
Ну так да здравствует романтика!

Тайны-интриги-расследования. Всего этого здесь, как и в других романах Перес-Реверте, вдоволь. Но на первый план всё же выступает Личность, на которую направлены все огни сцены, выхватывающие этот силуэт из сумрака смут той исторической эпохи, о которой идёт в речь в романе. Именно таким людям, как учитель фехтования Хайме, присваивают такое звание, как «ум, честь и совесть эпохи».

Редко в каком произведении встречается персонаж, который с первых же страниц вызывает не только искреннее восхищение и уважение, но и страстное желание постичь искусство, которым он владеет в совершенстве! Постичь, чтобы глубже проникнуть в суть тончайших оттенков инаковости этого персонажа – или, если угодно, инопланетности. А маэстро действительно выглядит инопланетянином на фоне других представителей своего времени: таковым его делают присущие ему порядочность, обострённое чувство долга, чести, собственного достоинства, интуиции, профессионализм и перфекционизм. Окружающие маэстро люди (со всеми своими пороками и добродетелями, часто перевоплощающимися друг в друга) очень органично вписываются в канву того смутного времени, он же – будто не его герой: герой не своего времени.

Одна газета как-то назвала молодого Хайме «юным Дон-Кихотом». Действительно, некоторое сходство прослеживается. Но есть и серьёзное отличие:

Потрясающее владение Хайме искусством фехтования тоже поражает воображение: он ощущает рапиру продолжением своей руки! И обращается с нею соответствующе: ни секунды сомнения, промедления, пустой горячности, бессмысленной поспешности. Только чёткость, отточенность, безукоризненность движений; только холодная рассудительность, тонкая стратегия, продуманная тактика.

Конечно, даже такому персонажу, как Хайме ничто человеческое не чуждо: взять хотя бы его слабость к женскому полу. Возможно, сюда же можно отнести и несколько гипертрофированный консерватизм. И ещё – некоторую наивность, являющуюся естественным порождением той самой инаковости маэстро и некой его отстранённости от окружающих его реалий.

Всё это то и дело грозит подвести Хайме под дамоклов меч. Но это же его в итоге и спасает - всё то, что составляет его суть, каркас его личности; всё это возвышается незыблемым колоссом над океаном мелочных, низменных интриг, козней, заговоров и прочих составляющих того исторического периода, о котором повествует Перес-Реверте в своём романе, а также той захватывающей детективной истории, которая разворачивается на наших глазах.

Стоило лишь начать читать роман «Учитель фехтования», как стало невозможно отстраниться от ощущения, не оставляющего до самых последних строк: словно написан он не всего лишь два с небольшим десятка лет назад, но скорее полторы сотни, примерно в те же годы, когда происходили описанные в нём события. Язык романа неуловимо напоминает лучшие произведения Александра Дюма, Рафаэля Сабатини, Теофиля Готье и других мастеров жанра историко-приключенческого романа, словно автор и впрямь родом из середины или конца девятнадцатого века, а вовсе не является нашим современником. Вместе с тем язык романа «Учитель фехтования» избавлен от нередко характерной для произведений выше упомянутых авторов некоторой структурной тяжеловесности и чрезмерной сложности построения; он изящный, лёгкий и как будто округлый и мягкий, но ни в коем случае не излишне, исключительно гармонично и красиво. Следует отдать должное мастерству автора: «Учитель фехтования» - блестящая стилизация!

Что же до сюжета, то эта книга для тех, кто когда-то зачитывал до дыр произведения того же Дюма, с удовольствием погружался в увлекательные истории Сабатини и не мог оторваться от любых других историко-приключенческих романов. Эта книга для тех, кого можно охарактеризовать словами, которые автор, говоря о главном герое романа, вложил в уста любимой им женщины: «Вы поздно родились […] или же просто не умерли в надлежащий момент». Эта книга для тех, кто хоть единожды в своей жизни испытывал стойкое чувство, что ему стоило появиться на свет в век плаща и шпаги, а не технического прогресса. Но главное – эта книга для тех, кто ещё помнит значение и важность слов «достоинство» и «честь».