А жизнь идет...

- Вот в том-то и вся беда, что я всё равно как ворона среди всех важных дам.

- Ты не понимаешь, но я всё равно как галка среди нарядных пав.

Старика словно что-то подтолкнуло кверху, к нему вернулось его имя, он опять стал Августом, человеком, и узнал самого себя.

- Рабочие должны быть гордыми людьми, слишком гордыми, чтобы опускаться до пошлости.

[Редактор местной газеты обращается к рабочим]:
— Вам бы следовало быть честолюбивее, ребята, стараться освободиться от грубости, но вы этого не хотите. Даже негр хочет совершенствоваться и стать выше своих товарищей, но у вас нет ничего общего с негром, кроме его разинутой пасти, его жадности.

Незаменимый человек этот На-все-руки... Шеф долго глядел на него. Ни одного намёка на то, что он заслуживает одобрения, ни одного корыстного слова.

И что бы она ни делала, она никогда не раскаивалась; в этом отношении она была сорвиголовой.

- Что такое Сегельфосс? Разве здесь что-нибудь развивается, движется? Всё мертво.

Он был тем, кем выглядел, — продуктом смешения рас, без ярко выраженных черт, без чистокровности, — только помесь, нечто ненастоящее, всего понемножку, первый ученик в школе, но полная непригодность для создания чего-нибудь крупного в жизни. У него были самые ограниченные способности и интересы, но зато сильное желание быть джентльменом.
Таков был этот человек, никак не больше.

Но по дороге она встречает Осе — троллиху, цыганку и лопарку в одном лице, блуждающую дурную примету.

...никто не умел зазывать так по вечерам скотину с поля, как Гина. Очень благозвучно, хотя, это был всего лишь зов, заманивание животных домой, ласковый уговор бархатным голосом.

И если муж был молодчина по части пения и даже славился как сочинитель вальса, то жена тоже не отставала от него...

...пела она бесподобно, отличным альтом. [...] Голос она получила от Бога, который имел возможность быть расточительным.

ДОКТОР: Ну, а что особенно изящное или красивое представляет собой человек? И нам бы следовало прятаться. Человек приводит меня в содрогание: длинные, толстые, некрасивые члены, кое-где волосы; кости и мясо, целая куча разных материалов, связанных в одно целое и образующих гротеск — фигуру человека на земном шаре. Неужели это красиво, с объективной точки зрения?..

ДОКТОР: Вот лежит старик, ему девяносто лет, он должен умереть, но ему не хочется. Он живой труп, но все ещё не хочет сдаться... а вот лежит на глазах у всех. Животное, которое должно сдохнуть, прячется.
СВЯЩЕННИК: Но ведь это же человек, доктор!

ДОКТОР: Поглядите на птицу, поглядите на самого обыкновенного щегла: чудесное создание, очаровательные линии и округлость, переливы всех металлов на перьях. Или поглядите на любой цветок: чудо, начиная с корня и до чашечки. А человек?
ЖЕНА АДВОКАТА: И это человек, созданный по подобию божию!

СВЯЩЕННИК: Для детей имеет значение, чтобы их отца или мать помянули добрым словом при погребении. Представьте себя на месте детей, если бы случалось обратное.

СВЯЩЕННИК: Муж с женой жили, может быть, как собака с кошкой, но если один из них умер, то другой приходит ко мне с целым ворохом похвальных слов и благословений и просит меня сказать их.
ЖЕНА СУДЬИ: Неужели мы такие жалкие?

НОТАРИУС: Ну, вы, священники, вы совсем особая статья. Стоит только вспомнить речи, которые вы произносите над могилой, хотя это как раз подходящий момент, чтобы сказать правдивое слово... А вы вместо этого восхваляете умершего, превозносите его...
СВЯЩЕННИК: Но мёртвый не слышит нас, и мы стараемся по крайней мере хоть немного утешить оставшихся.