Пианистка

Элинек написала блистательный реалистичный роман против снобизма и пошлости, роман бытия в центре "цивилизованного" мира, роман жизни, узнаваемой в каждом эпизоде и каждой авторской оценке. Роман стремительный, не отпускающий ни на секунду: здесь трудно найти фразу не несущую глубокой смысловой нагрузки.
Взгляд Элинек объективен, стиль изложения - не по-женски стремителен и точен; лёгок и правдив, без реверансов, полон ярчайших оригинальных эпитетов. Ритм профессионального музыканта, владеющего семью музыкальными инструментами, безупречен и в её прозе.
Я прочла это произведение на одном дыхании, смеясь и восторгаясь, отдавая должное литературному дару, уму и чувству юмора автора .

Произведение гениально тогда, когда несёт больше смысла, чем в нём прописано буквально. И как бы блестяще не была разложена роль мамочки, на её месте той же смертной хваткой могут душить женщину другие щупальца, подавляя в ней не только чувственность, но и способность видеть себя в зеркале - пресловутые четыре "К" немецкой фрау, как и любой фрау любой национальной принадлежности: дети, кухня, карьера, конечно муж, многочисленные обязательства перед миром - и вот вам готовая Эрика к 36ти годам. Степень осознания потерянного, степень бесчувственности, степень страха может быть разным. Эрика осознала и бросилась в бой за себя.

Прекрасно-иронично, с изысканным юмором (истинная страсть всегда полна изощрённых фантазий и безумия :)), рассказана вполне банальная история отношений Эрики с учеником: история отношений мужчины и женщины, двух вечных соперников в борьбе за желаемую цель - обладание жертвой "по своему", двух охотников за удовольствиями. Они повергают поочерёдно друг друга в фиаско, заглушая собственную душевную боль физической жестокостью.
Кто-то всегда проигрывает, но не всегда тот, чей проигрыш кажется очевидным. Мальчику игра оказалась не по зубам, и ему придётся с этим поражением амбиций жить. Эрике - искать другие пути пробуждения чувственности: первый шаг к освобождению она сделала, а сил и изобретательности ей хватит :)

Книгу прочитала достаточно быстро, но вот уже долгое время и до сих пор нахожусь в раздумьях, что же я могу рассказать о ней, да и понравилась ли мне она. Тут скорее да, понравилась, и помню, Кафка когда-то писал что-то в том духе, что хорошие книги должны "кусать" читателя. Могу ли я рекомендовать роман? Да, но только если никакие физиологические описания не способны испортить вам аппетит, или хотя бы вы к этому готовы, и не считаете, что литература бывает какой-то "развращающей", что бы это не значило, но эту фразу я тут и там читаю и слышу. "Пианистка" - это роман-рефлексия травмы, он болезненный, но важный и меткий, поэтому я могу понять, почему автор стала нобелевским лауреатом. Мне не было противно от книги, зато было больно, а от финала так действительно сильно больно (в интервью Елинек сказала, что он отсылает к финалу "Процесса" опять таки Кафки).

Немного к сюжету. Я не считаю, что такую книгу можно как-то проспойлерить, но попробую быть аккуратной. Главная героиня Эрика, не построив карьеры виртуозной исполнительницы, как чаяла того мать, теперь преподаёт фортепиано в консерватории. Хотя участь педагога - это что-то вроде провала для музыканта (отчасти стереотип, отчасти нет), мать тем не менее всё-таки гордится дочерью, потому что работает она не где-нибудь, а в той самой Венской консерватории. Здесь есть параллели с биографией писательницы, которая так же прошла все круги ада музыкального образования насильно, по воле родителей.

О родителях... Мать Эрики - властная, контролирующая, душащая своего ребёнка любовью женщина, который является для неё её собственностью и ничьим больше. Собственность эта не принадлежит и самой себе, разумеется. В итоге, Эрика - не получившая никакого позволения на полноценность, застрявшая, в некотором смысле, в подростковом бунте в свои 36, не научившаяся ни проявлять, ни получать любовь, эмоционально опустошённая женщина, которая вызывает неприятную смесь отвращения с жалостью. Единственная возможность как-то отыграться для неё - жестоко третировать своих учеников, а ещё резать себя и кое-как проявлять свою подавленную сексуальность в подглядывании за совокупляющимися парочками. Ни боль, ни секс, который, разумеется, в тайне от всевидящего ока матери, был неудачно опробован ещё в юности - ничего, совершенно ничего не вызывает у неё отклика, ни эмоционального, ни физического. Она пуста. В общем-то, Елинек описывает руководство: как вырастить чудовище из обычного ребёнка в домашних условиях.

Второй акт трагедии разворачивается после того, как нам дают понять, что и такое существо вообще-то тоже жаждет любви. Любовная, назовём это так, связь между Эрикой и её поклонником-учеником Вальтером не может быть не обречена. Она для него - трофей, он для неё - средство, чтобы сместить её мать и сбежать в свой эскапический выдуманный мир насилия и унижения, дающего власть, и это заменяет ей любовь, с которой в ином виде она не знакома. Но у Вальтера совсем другие планы, и не получив желаемого по просьбе, он забирает его, растаптывая то, что осталось от женщины. Финал в итоге вызвал у меня очень сильное впечатление - да, всё абсолютно предсказуемо - но как же красиво это написано. Последние страницы в самом деле очень страшны и красивы, а Эрика как будто получила что-то человеческое в моих читательских глазах, когда она испытывает настоящее чувство, настоящую боль, очень сильную боль. Наверное, мне стоит перечитать роман лет через 10, будучи ближе к возрасту Эрики, и тогда я, возможно, вынесу из него что-то ещё исходя из большего опыта.

В итоге, да - роман сильный, неприятный, неприглядный и красивый одновременно. Но такие книги важны - не описанием парафилий, не контркультурностью или одиозностью. Это глубокая рефлексия о человечности, об участи женщины, о насилии в разных проявлениях: есть очень много тем, которые могут быть крайне неприятными, но они остаются важными. "Пианистка" ценна тем, что затрагивает их.

Я прочла книгу, посмотрела фильм. Нахожусь под впечатлением, но сказать на эту тему нечего.

Книга автобиографичная, за нее Елинек получила нобелевку. Книга построена на отношениях матери с дочерью. Деструктивных отношениях гиперопеки. Героиня Эрика в 35 лет вырывается из-под контроля матери, чтобы воплотить свои фантазии.

У Эрики есть собственная комната, в которой нет кровати. Эрика должна спать только с матерью. Эрика работает, но деньги не может тратить на себя. Ее деньги контролирует мать и собирает им на новую квартиру. Мать отгородила Эрику не только от мужчин, но и от реальной жизни. Мать ждет Эрику домой заранее с работы за несколько часов. Эрика носит то, что ей разрешено; занимается тем, чем разрешила мать. Эрика не человек, она собственность.

Читать тяжело: много подробностей и неприятных сцен. Стилистика письма нестандартная и не для всех.

Фильм оказался легче книги. Даже с порнушными сценами смотрится намного лайтовее. По ощущениям кино построено на отношениях между Эрикой и ее учеником. Сместили вектор и сразу поменялась суть.

В книге нет любви. Зависимость, токсичные отношения, нарциссизм, страсть, интерес, но любви нет.

К сожалению, фильм не показался мне шедевром, он какой-то однобокий. Сколько вопросов осталось без ответа, в особенности в отношении героини Анни Жирардо – не увидела я ее душащей любовью матерью. Просто это с главной героиней что-то не так и я никак не могла понять, почему она такая? Какая ситуация привела к такому раскладу? Единственное, что мне понравилось - это сцена с чтением письма. Вот где я хохотала до упаду. Все, что показал автор фильма – это маленькая часть книги.

На мой взгляд, книга гимн феминизму. Да, в ней присутствует материнская любовь, которая ломает человека. Но не только это. В ней иронично, саркастично, цинично рассматривается роль женщины в обществе – муж, дети, кухня. И препарируются отношения между мужчиной и женщиной, вплоть до полового акта. Иногда это смешно, иногда грустно, иногда доходило до слез. Предвижу ваш вопрос и отвечаю: нет, я не из них. Но черты героев есть в каждом из нас, как бы вы не открещивались и не отплевывались от них. Поэтому здесь надо громко и вовремя кричать: "фу", чтоб вас не приписали к ним)))
У автора образный язык, очень реалистично (поэтому не советую читать книгу во время трапезы и сразу после), каждое предложение несет смысл. Иногда роман становился невыносимо душным, что приходилось откладывать, иначе нечем было дышать, иногда я смеялась в голос. Книга не для всех, поэтому большинство будет считать ее бестолковой, противной, еле-еле сдерживая рвотные позывы, призывая сжечь на костре.
Да, роман полон спермы и мочи, «орудий» и скважин с щелями, если вы к этому не готовы, то лучше не читать, не портите рейтинг хорошей книге) Если вы готовы смотреть глубже этих подробностей, то вперед.

p.s. Всем неприятен человек, который толкает или ругается на пассажиров в транспорте. В начале книги есть сцена в общественном транспорте, где показано, что чувствует этот самый человек. Обязательно прочтите, хотя бы это и вы больше не будете сердиться на таких людей, а только снисходительно улыбаться им в ответ.

Ведущий. Добрый вечер! Сегодня у нас в гостях эксперт-книговед, который ответит на все ваши вопросы.
У аудитории два вопроса:

• Почему Вам понравилась эта книга?
• За что ей дали Нобелевскую премию?

  Эксперт. Начну со второго вопроса. Так как я не особо сильна в этих конкурсных закулисьях, то придётся цитировать более авторитетных знатоков. "Писательница-феминистка, бывшая коммунистка, авангардистка на грани порнографии, внутренняя эмигрантка из невыносимой Австрии награждена за тончайший литературный слух и музыкальность прозы" (Л. Новикова, газета Коммерсантъ от 08.10.04). А теперь переведу на простецкий язык. До Елинек Нобеля получила другая тётя аж в 1996, а потом только дяди. А тут вам нате - феминистка! Да ещё, как многие говорят, автобиографический роман написала. Утверждают, что якобы фрау Елинек-старшая так же гнобила свою любимую дочь, а герр Елинек спятил и отправился ко всем святым.

Ведущий. Переходим к первому вопросу.
Эй, куда вы пошли??? Съёмка ещё не завершена!
эксперт воздержался от комментариев
<...>
<...>
<...>

В начале двухтысячных роман "Пианистка" (1983) гремел благодаря одноименному фильму Михаэля Ханеке (он вышел почти одновременно с фильмом «Пианист» Романа Полански), и при пересказывании его сюжета, естественно, обращали внимание прежде всего на самые скандальные моменты.
В те времена вполне вероятен был вот такой разговор:

• Ты смотрела "Пианистку"?
• "Пианистку"? Может, ты имеешь в виду "Пианиста" — ну, этот фильм Романа Полански?
• Нет, именно "Пианистку".
• Гм... Вроде бы нет.
• Ты представляешь, там главная героиня... ну... она мазохистка и режет себя бритвой ТАМ...

  Но вернемся к книге. Автор (все-таки Нобелевку по литературе не каждому дают:) ) не просто мастерски описывает действительность - нет, она ее к тому же препарирует и систематизирует, причем проделывает это максимально хлестко и жестко, используя сложные, глубокие по смыслу и по строению фразы. Это утонченнейшая на грани парадокса и изысканнейшая на грани понимания новаторская проза, саркастично переосмысливающая самые стереотипы привычного человеческого существования.

  Порой где-то на самом верхнем, финальном витке очередной метафоры встречаются столь смелые аналогии, которые кажутся не вполне оправданными и очевидными — чем-то напоминающими, если использовать подходящую случаю музыкальную терминологию, фальшивые ноты, что вызывает в душе что-то типа досады... Впрочем, возможно, эти сравнения, наоборот, максимально неизбиты и придают повествованию необходимый объем, и потому впору не задумываться об их неуместности, а, напротив, восхититься их оригинальностью.

  ОНА — утомленный дельфин, равнодушно готовящийся к заключительному трюку, устало фиксируя взглядом смешной разноцветный мяч, который животное привычным движением подхватывает на нос

  Перед ней распахивается мир детских конструкторов. .. Она туго и медленно соображает. На ней висит мертвый свинцовый груз. Тормозной башмак. Она — повернутое против самой себя оружие, которое никогда не выстрелит. Она — тиски из жести.

  Эрика парит на крыльях искусства в высоких воздушных коридорах, поднимаясь почти до эфира.. Ее мать озирается в поисках тормозной веревки для дочери, для этого воздушного змея. Только не упустить, только не отпускать веревку!

  Задул холодный, ледяной ветер, и она бежит в ледяные поля, одетая в короткое платьице, как фигуристка, на ногах белые ботинки с коньками... Бесконечная голубая лента ее юбочки начинает колыхаться, тщательно складываться в оборки. 

  Рассуждения Елинек двигаются по какой-то не всегда с легкостью отслеживаемой траектории, темпераментно проиллюстрированные впечатляющими метафорами и сопровождаясь неожиданно возникающими смелыми картинами, выписанными со всеми подробностями — вот мы видим посетительниц кафе-мороженого или семьи с детьми, отдыхающие в парке Пратер, вот на льду выступает фигуристка в юбочке с голубой окантовкой, а вот - почти готовое руководство по устройству школьных туалетных комнат...

Что же касается «клубнички», то она здесь весьма специфическая — недаром этот роман привлек внимание аж самого Михаэля Ханеке. И в чем-то поучительная.

Испытаем же волнение сердца при чтении развязки сей небанальной любовной истории.

Я пытался уйти от любви,
я брал острую бритву и правил себя...

Первый раз прочитала лет 15 назад. Тогда эта книга с вызывающей обложкой вызвала «фи»: какое-то «садо-мазо-порно» с мерзкими подробностями и тошнотворным общим фоном. Психи, извращения, куча смрадной физиологии. Нечто вроде «Мизери» (да простят меня поклонники Кинга, после ознакомления с ней меня тошнило пару дней)

О сюжете вкратце: Эрика Кохут- преподаватель Венской консерватории, ей за 35, живёт вместе с матерью, контролирующей каждый шаг, каждую минуту и каждую копейку великовозрастного «ребёнка».

Недавно вспомнила и решила перечитать. Да, тошнотворность никуда не делась...но...угол зрения поменялся...впечатление абсолютно иное...(вот что значит возраст другой) Остросюжетная психологическая драма.

Разбросанные шёлковые платья. Цветистые...порванные в клочья шёлковые платья....Боже мой..под конец я чуть не плакала...Бедняжка Эрика...Платья, чулки, духи, штучки-дрючки...Женщине хочется быть женщиной. ( ну по себе сужу) Эмоциональной, музыкальной, чувственной Эрике...Девушка должна ловить на себе восхищённые взгляды. Женщина должна быть подхвачена на руки и унесена в закат в шёлковом платье...Ну хоть раз в жизни! А иначе у ней все шансы стать монстром или нелепым клоуном.

Я ломал стекло как шоколад в руке,
Я резал эти пальцы за то что они не могут прикоснуться к тебе..

Но если этого всего нельзя- то, может быть...можно...хотя бы через боль...через кровь..через насилие...хоть разбить окно, да впустить весенний ветер...даже если он не такой уже и весенний...даже если на самом деле боишься боли и хочешь нежности...и никакая ты нафиг не мазохистка. В кульминации истории очень интересен этот перевёртыш от жёсткой язвительной педагогини с садо-мазо саквояжиком до обычной бабы в поисках любви и ласки, которой в глубине души уже просто хочется свить гнездо, отдельное от матушки.

В финале оказывается, что мать не так уж и неадекватна. Она растеряна, заботлива, она успокаивает дочь, говорит довольно разумные вещи. Но поздно. Ну почему так поздно!?
Платья разорваны-чёрт с ними...психика- не платье. Поздно пить боржоми... В сорок лет жизнь только начинается? Это смотря что считать точкой отправления. А Эрика мне видится на железнодорожном тупике, где сходятся рельсы...

Автор столь агрессивно атаковала меня с первых страниц, что поначалу заставила меня опешить. Посему начала я читать роман с невольным и неослабевающим интересом. Постепенно я обретала контроль над своей волей, и первичное оцепенение стало спадать. Такое случается в жизни, когда громко и увлеченно говорящий человек, категорично и бескомпромиссно что-либо утверждающий, кажется вначале оригинальным и интересным, и только потом, когда слегка освобождаешься от его чар, и обаяние его неудержимой харизмы чуть меньше давит на слушателя, начинаешь в большей степени улавливать смысл. Тут может наступить разочарование, если выяснится, что все это время он нес какую-то чепуху.

Нет-нет, я не говорю, что Елинек несет чепуху. Однако она бескомпромиссна и субъективна(дикое, но распространенное сочетание). О чем книга? О любовном треугольнике: мать, дочь и ухажер. У дочери комплексы, у матери - жестокие комплексы, а у парня тараканы. Дочь - пианистка, которой с детства твердили (в основном, мать), что она гений, поэтому сейчас, будучи старой девой, она с фашистской практически убежденностью в собственном превосходстве и в том, что она на голову выше всего того безграмотного быдла, которое ни черта не понимает в Малере и Бетховене, несет себя по жизни, собирая в своей голове коллекцию всего дерьма человечества. Бегает в парк подглядывать ночью за совокупляющимися парочками, например. Ходит смотреть стриптиз - это не зазорно, зазорно при этом презирать остальных клиентов и смерять их испепеляющим взором воинствующей добродетели. Рассказ идет от лица этой старой девы, Эрики Кохут, и она постоянно акцентируется в повествовании на отбросах, собачьих фекалиях, в которых она измажется, пока бегает ночами подглядывать за случайными любовниками, потных подмышках людей, и прочем, что делает повествование не только неаппетитным, но и порой просто неэстетичным. И делает это с пугающей нормального человека навязчивостью.

Мать, как можно догадаться по дочери, та еще мантикора. Испытывает к дочери не просто собственнические чувства, это нечто большее, она уже не мать, она одновременно и муж, ревнивый, сварливый собственник, и любовник для Эрики (в психологическом, переносном плане, она заменяет собой все эти типажи для дочери), благодаря чему никакой мужчина в их доме невозможен категорически. Даже отца - и того в психушку упекли. А еще она дерется. Ну, Эрика тоже не дура подраться с матерью, выдрав у той клок волос из прически. Чернуха и бытовуха, если кратко.

Это чучело, Эрика, преподает музыку, т.к. естественно ни разу она не гений, чтобы о себе ни мнила. И вот среди ее учеников находится тот, кому она внушает желание. Да-да, то самое желание, обыкновенное и физиологическое. Бедный парень! Он-то был уверен, что ей просто не повезло в любви ну и что у госпожи учительницы чуть-чуть сложности в общении с людьми. Он подходил к проблемам откровенно больной души с прямолинейной логикой души здоровой во всех смыслах. А чем все кончилось, я не скажу, но ничем хорошим это не могло кончиться. По ходу романа станет понятно, что заразиться болезнями души от носителя оных так же просто, как и гриппом, просто грипп проявляется стереотипно, а у нового организма проявится особым сбоем. Нет скорее так: столкнувшись с демонами чужой души, демоны твоей начинают откликаться на их зов и тоже просыпаются, заставляя творить невиданное. Единственное средство спасения - избегать чужих демонов, не давать им разбудить своих.

В общем, специфическое чтиво. А, еще там была фраза, что-то типа того, что Эрика хочет вернуться в зародышевое состояние и плавать в уютных околоплодных водах. Ну, тонкий намек на Фрейда (уж очень топорный, фи!). И постоянное обращение к теме испражнений (заставляет вспомнить про анальную стадию развития характера у того же дядьки). Типа претензия на интеллектуальность. Не одобряю.