Рецензия на книгу
Пианистка
Эльфрида Елинек
Ataeh8 августа 2013 г.Автор столь агрессивно атаковала меня с первых страниц, что поначалу заставила меня опешить. Посему начала я читать роман с невольным и неослабевающим интересом. Постепенно я обретала контроль над своей волей, и первичное оцепенение стало спадать. Такое случается в жизни, когда громко и увлеченно говорящий человек, категорично и бескомпромиссно что-либо утверждающий, кажется вначале оригинальным и интересным, и только потом, когда слегка освобождаешься от его чар, и обаяние его неудержимой харизмы чуть меньше давит на слушателя, начинаешь в большей степени улавливать смысл. Тут может наступить разочарование, если выяснится, что все это время он нес какую-то чепуху.
Нет-нет, я не говорю, что Елинек несет чепуху. Однако она бескомпромиссна и субъективна(дикое, но распространенное сочетание). О чем книга? О любовном треугольнике: мать, дочь и ухажер. У дочери комплексы, у матери - жестокие комплексы, а у парня тараканы. Дочь - пианистка, которой с детства твердили (в основном, мать), что она гений, поэтому сейчас, будучи старой девой, она с фашистской практически убежденностью в собственном превосходстве и в том, что она на голову выше всего того безграмотного быдла, которое ни черта не понимает в Малере и Бетховене, несет себя по жизни, собирая в своей голове коллекцию всего дерьма человечества. Бегает в парк подглядывать ночью за совокупляющимися парочками, например. Ходит смотреть стриптиз - это не зазорно, зазорно при этом презирать остальных клиентов и смерять их испепеляющим взором воинствующей добродетели. Рассказ идет от лица этой старой девы, Эрики Кохут, и она постоянно акцентируется в повествовании на отбросах, собачьих фекалиях, в которых она измажется, пока бегает ночами подглядывать за случайными любовниками, потных подмышках людей, и прочем, что делает повествование не только неаппетитным, но и порой просто неэстетичным. И делает это с пугающей нормального человека навязчивостью.
Мать, как можно догадаться по дочери, та еще мантикора. Испытывает к дочери не просто собственнические чувства, это нечто большее, она уже не мать, она одновременно и муж, ревнивый, сварливый собственник, и любовник для Эрики (в психологическом, переносном плане, она заменяет собой все эти типажи для дочери), благодаря чему никакой мужчина в их доме невозможен категорически. Даже отца - и того в психушку упекли. А еще она дерется. Ну, Эрика тоже не дура подраться с матерью, выдрав у той клок волос из прически. Чернуха и бытовуха, если кратко.
Это чучело, Эрика, преподает музыку, т.к. естественно ни разу она не гений, чтобы о себе ни мнила. И вот среди ее учеников находится тот, кому она внушает желание. Да-да, то самое желание, обыкновенное и физиологическое. Бедный парень! Он-то был уверен, что ей просто не повезло в любви ну и что у госпожи учительницы чуть-чуть сложности в общении с людьми. Он подходил к проблемам откровенно больной души с прямолинейной логикой души здоровой во всех смыслах. А чем все кончилось, я не скажу, но ничем хорошим это не могло кончиться. По ходу романа станет понятно, что заразиться болезнями души от носителя оных так же просто, как и гриппом, просто грипп проявляется стереотипно, а у нового организма проявится особым сбоем. Нет скорее так: столкнувшись с демонами чужой души, демоны твоей начинают откликаться на их зов и тоже просыпаются, заставляя творить невиданное. Единственное средство спасения - избегать чужих демонов, не давать им разбудить своих.
В общем, специфическое чтиво. А, еще там была фраза, что-то типа того, что Эрика хочет вернуться в зародышевое состояние и плавать в уютных околоплодных водах. Ну, тонкий намек на Фрейда (уж очень топорный, фи!). И постоянное обращение к теме испражнений (заставляет вспомнить про анальную стадию развития характера у того же дядьки). Типа претензия на интеллектуальность. Не одобряю.
17192