Асфальт

Надо сказать, что «Асфальт» это, без сомнения, шаг вперёд для Гришковца-литератора. Шаг маленький, но шаг вперёд. Предыдущие его работы вроде книжки «Реки» более всего напоминали черновики к его спектаклям-монологам. Моноспектакли Гришковца по-своему хороши, но однако же тексты этих спектаклей имеют малое отношение к литературе. Тем не менее Гришковец в своих интервью давно и настойчиво говорит о себе именно, как о писателе.

Первым шажком в направлении более близкого к литературе текста было создание романа «Рубашка», который, конечно, никакой не роман, а скорее повесть или даже большой рассказ. Потому что роман — это прежде всего многоголосие, симфония, в романе по крайней мере есть несколько голосов, несколько стилистик. В «Рубашке» же не только не было нескольких голосов, там собственно и героев было только два с половиной: собственно главный герой, его друг, и полуэфемерный образ возлюбленной героя. Более того стилистика этого текста недалеко продвинулась по сравнению с предыдущими работами: обилие многоточий, неотличимость авторского голоса от голоса героя — всё это создаёт тоже ощущение монологичности. Каждый кто видел спектакли Гришковца услышит в этой книге его интонации и его голос, тот кто не видел скорее всего не поймёт, что в ней находят другие. Т.е. книга в общем то не существует отдельно от спектаклей.

Другая особенность, которая, на мой взгляд, характерна для «Рубашки», — это отсутствие конфликта. Единственный намёк на конфликт заключался в необходимости поддержать друга и необходимости поехать к любимой женщине. Конфликт между дружбой и любовью, разумеется, может достигать драмматической и даже трагической глубины, но в «Рубашке» этого нет. По-большому перед героем и не ставится там этого выбора, в его ситуации легко совмещается и то и другое, хотя может быть и с некоторым дискомфортом. Тем дискомфортом, который доставляют волоски, оставшиеся на воротнике рубашки после стрижки. Т.е. конфликт, биение страстей заменены в тексте Гришковца на дискомфорт.

И первая и вторая особенности есть и в новой книге Гришковца, но всё же «Асфальт» выглядит книгой более сложной: героев, имеющих плоть, по крайней мере несколько, сделана попытка уйти от монологичности, выстроить текст, в котором голос из моноспектаклей не звучит. И Гришковцу эта попытка удалась: текст не выглядит монологом и голос, знакомый по спектаклям, в голове не звучит. Но у книги есть много других недостатков.

Прежде всего в глаза бросается стилистика. Иногда она удивляет, например, такими фразами: «Конечно! – спокойно ответил Миша. – Ты всё отлично знаешь! Все друг про друга всё знают и понимают. Все такие знатоки!». Я, конечно, не могу претендовать на какие-то особенные знания русского языка, но тем не менее во мне есть уверенность, что либо герой говорит спокойно и тогда не нужны восклицательные знаки, либо он говорит восклицательно, с эмоцией, и тогда лишнее слово «спокойно». Но чаще она не столько удивляет, сколько вызввает усталость. Все эти нагромождения Миш, Стёп, Серёг, в некоторых абзацах имена повторяются чуть не в каждой строчке, как будто бы местоимений нет в русском языке. Кроме того у героев так и не появилось своего языка: все они разговоривают одним и тем же слогом. И текст от автора написан всё тем же языком, с характерными для Гришковца конструкциями, например, со словом «сильно», которое употребляется к месту и не к месту.

Но главное, что мне не понравилось, это композиция книги. Стилистика в конечном счёте всё та же, узнаваемая, характерная для Гришковца, и, наверно, даже хорошо, когда она есть. Но структурно книга устроена неудачно. Начинается она почти с детективной завязки, но эта детективная линия будет довольно скоро оставлена, середина заполняется воспоминаниями героя о разных случаях из жизни, некоторые из которых хороши, но в массе своей мне показались лишними и ничего не привносящими в текст, из-за них возникает провисание сюжета. Конец же книги заполнен чем-то невнятным, про детективная же линия вообще более не поднимается. И опять же: фактически никакого конфликта. Герой переживает по поводу гибели своей подруги, переживает в воспоминаниях различные случаи, но в этом нет какого-то конфликта, а значит и нет развития. Правда в самом конце вдруг в центр выходит конфликт связанный с работой героя, эта проблема всё время возникала где-то на переферии, а потом вдруг оказалась чуть не центральной. Видимо, в этом состояла задумка, идея книги, но я эту идею плохо понял. Почему текст называется «Асфальт», почему кончается так как кончается — понять сложно.
В структурном отношении предыдушая «Рубашка» была гораздо лучше, она была проще, но и яснее, продуманней и даже сильнее, с моей точки зрения.

В общем-то Гришковец мне нравится. Нравится своими моноспектаклями, у него есть свой особенный стиль и свой особенный шарм — это привлекает. Но книги у него пока, к сожалению, слабее спектаклей. По крайней мере что касается крупных форм. Однако тут важно, что есть развитие, есть движение вперёд.

Евгений Гришковец — удивительный писатель. Нет-нет, я вовсе не буду утверждать, что он гениален и уникален. Мне, кстати, далеко не все его произведения нравятся. Меня поражает то, что он пишет совершенно обыденным языком о нашей несовершенной жизни. Что все его герои (вовсе не идеальные люди) совершают идиотские поступки, ведут далеко не праведный образ жизни, а порой и вовсе отвратительные человеки. Всё так. Но вот получается у автора это сделать настолько правдиво, честно и как-то невзначай, что этому не просто веришь, а на время чтения его история становится вроде бы и твоей.
Так получилось и с этим романом.
У Михаила умер очень близкий человек — Юля, сестра его приятеля. У них никогда не было романтических отношений, просто эта женщина не только помогла ему в своё время, но ещё и являлась Мише жилеткой для слез, наставницей, воспитательницей, волшебницей. И смерть её была страшной — самоубийство. Михаил не может поверить, не может понять: почему она это сделала? Собственно через призму этого горя и идёт рассказ о самом мужчине.
Мне Михаил не понравился. Мелкий он какой-то.
Стесняется своего провинциального происхождения. Вроде бы любит свою семью, но уделяет ей совсем мало времени. Работа — это понятно, но вот бесконечные пьянки с друзьями, походы налево, одинокие отпуски, как-то не дают поверить в его любовь. Безусловно, он дорожит своей милой, терпеливой женой Анечкой. А какая дура ещё будет терпеть такие выкрутасы? Только любящая и преданная женщина.
А Миша без конца страдает, ввязывается в какие-то бесконечные истории и абсолютно не понимает — за что ему прилетает?
Не могу сказать, что очень-очень понравилось, но читала с интересом. Персонаж всё-таки любопытный.

С Гришковцом была знакома только по пятиминутным занудствам на канале стс перед «зачарованными» (или «тайнами смолвиля», сейчас уже не упомню), когда хотелось чтобы он скорее договорил и вообще перестал портить рекламу перед сериалом. Книгу взяла по настоятельному совету, и мучала месяц, сделав несколько стостраничных рывков. Хуже только «Продавец грез», которого я год читаю оО

Не люблю читать про наших авторства наших. Все выходят какими-то дебилами, будто нормальных людей нет. Не люблю прозу просто ради прозы. Мир главного героя мне кажется какой-то пародией на настоящую жизнь, настолько это все далеко. После книги должно (я это утверждаю!) оставаться хоть что-то, мысль, искра, идея, мораль. После «Асфальта» не осталось ничего — пустота, которую нечем заполнить. Ну, почитала я про жизнь этого Миши, про его постоянные сопли-метания-измены-друзей-петрозаводск, и что? Да ничего. Это как выслушать друга, только в этом случае хотя бы интересно, а в случае Гришковца — это какой-то нескончаемый пятисотстраничный эпик пражизнь "обычного парня". Незнакомого, противного, неинтересного.

Раздражает:

1. Все герои похожи и говорят словами Гришковца в тч мудрая Юля, жена Аня, друзья Степа и Сережа, и еще Валентина. Сплошняком. Отделить героев друг от друга и от Гришковца было практически невозможно. Отличился только мужик, который запугивал героя ближе к концу.

2. Все маниакально называют Мишу Мишенькой. Он такой сладенький? ._.

3.Темы про «если бы не мой друг, я бы никогда не попал в этот клуб». А еще «у меня есть друг, который зарабатывает в десять раз больше, ничего не делает, катается по курортам и ловит цыпочек, НО Я ЕМУ СОВЕРШЕННО НЕ ЗАВИДУЮ, вообще я бы так не смог». Первое — это такая илитная тухлятина, типа без связей в хорошее место не попадешь, второе — мантра, елы-палы.

4. Главный герой — постоянно рефлексирующий ноющий мальчик средних лет. В середине книги есть такой момент: он заснул днем, и проснулся в 9 вечера, ночью напала бессонница. Он дошел до мысли «жизнь бессмысленна», и это все из-за нарушения биоритмов. Такие сопли на протяжении всей книги... Он бы еще пост накатал в жежешечке, чтобы подружки его поддержали, а то, ей-богу, никто ему не советовал, видимо, клетчатый плед и бокал вина и сигаретку в ломкие художественные пальцы. Но только времени у него нет – он вкалывает как лошадь, успевая оттягиваться с друзьями вечерами и заводя знакомства с половиной населения Москвы, в тч западая на разных неглупых теточек. А на семью как-то времени и не остается.
Тонкая натура, урод натуральный, который влюбляется в тетку и ради нее врет своей жене и детям, отсылает их в другой город, чтобы крутить шашни с этой новой пассией. Такое чмо. Лучше бы он кого-нибудь убил, чесслово.
Он с самого начала книги пытается понять, почему его подруга закончила жизнь самоубийством — и спустя 450 страниц напивается и внезапно решает, что устал от нее, от мыслей о ней, и вообще сидеть и бухать круче, и совсем ему неважно, почему она это сделала, потому что на него внезапно навалилась проблема личного характера.

Спасибо только за конец. Умеет же Гришковец, когда надо. Только стоило ли мурыжить читателя нытьем, воспоминаниями, побочными сюжетными линиями, жизнеописаниями всех второстепенных персонажей, чтобы в конце сказать, что дома все-таки лучше?

– Прости меня, милая! – сказал он тихо.
– Как редко ты меня целуешь, обнимаешь и даже просто трогаешь. А я всегда жду, – сказала она тихо-тихо. – Я тебя всегда жду и всегда волнуюсь.

"Асфальт" значительно отличается от всех остальных произведений Гришковца. Отличается как по форме, так и по содержанию. Отличается далеко не в самом лучшем смысле этого слова. Обилие мелких подробностей, пространных, многословных диалогов и описаний – всё будто специально создано для того, чтобы отвлекать внимание читателя от самой сути романа, от основной его идеи. Читается, откровенно говоря, с трудом. Увлечься весьма непросто. По-настоящему поверить в происходящие события – ещё сложнее. Читателю, привыкшему к старому-доброму Гришковцу, потребуется немало терпения, дабы осилить "Асфальт".
Так или иначе, мы попадаем в мир, где ни в коем случае нельзя быть на сто процентов уверенным в себе и в своей жизни человеком. Мы попадаем в непредсказуемое, динамичное, изменчивое пространство. Люди в нём – жестокие и циничные.

Даже не самый внимательный, как мне кажется, читатель с лёгкостью уяснит одно: стабильность – иллюзия. Мы должны крепко задуматься над этим: в этом вся суть романа. С другой стороны, всё не так гладко, как кажется. Хаос и беспорядок, беспокойство и суета царят в "Асфальте": читаешь и просто-напросто упускаешь весь смысл только что прочитанного. Чтобы не чувствовать, что я зря теряю время, мне то и дело приходилось возвращаться к уже пройденному, казалось бы, эпизоду и перечитывать его по новой. При всём при этом нельзя сказать, что книга – неинтересная. Будь она таковой, я бы попросту не дочитал её до конца.

Конечно, это всё тот же Гришковец. Да, он изменился, но он по-прежнему узнаваем. Частенько я ловил себя на мысли, что читаю его голосом, читаю и вижу перед собой его лицо, вижу и осознаю: рассказчик – именно он. Это тот самый человек, который никогда не скупился на эмоции и никогда не жалел восклицательных знаков. Это тот самый человек, который всегда стремился нести добро и указывать на истинные ценности. И только благодаря этому стремлению, он – один из лучших, кто когда-либо пытался поведать о дружбе.

Тем не менее, несмотря на всё самое замечательное и самое доброе, мне кажется странным, что именно «Асфальт» считается лучшим из романов Евгения Гришковца. Как по мне, остальные его произведения ничем не хуже (а то и лучше), чем это – раскрученное и наделавшее столько шума. К прочтению не рекомендую.

Если вы зададите вопрос, нравится ли мне творчество Евгения Гришковца, то я скажу – да. Поэтому, если отвечать на вопрос, в каком состоянии находится современная русская литература – то в полнее хорошем. Раз на раз не приходится, но уж с Гришковцом ошибиться очень сложно. Если вы ищете, простую книгу про жизнь, про то, что знакомо вам и всем окружающим, то это однозначно тот самый выбор. Потому что в его книгах сосредоточено и одиночество, и радость, и довольно неплохой юмор.

В данном случае, это история про мужчину по имени Михаил, или кратко Миша. В его жизни в целом всё хорошо. Жена-красавица, детки которые радуют, любовница, которая понимает его и поддерживает, друзья, которые пойдут за него горой, работа которая позволяет ни о чём не задумываться. И вот, в один из самых обычных дней, раздаётся звонок и лучший друг сообщает, что его сестра и подруга Миши покончила с собой. И смерть Юли, молодой и пышущей жизнью встряхивает его и вытаскивает его и вытряхивает из привычной обстановки. Он не может есть, спать, дышать и просто жить из-за того, что ушёл из жизни тот человек, кто всегда был рядом, всегда поддерживал и в голове только один вопрос «Почему».

На протяжении всей книги мы наблюдаем за тем, как меняется человек, как меняется его внутренний мир, как он перебарывает себя и начинает двигаться дальше к цели. Я думаю, эта тема будет близка тем, кто терял близких и дорогих людей, по крайней мере я вспомнила состояние, которое у меня было от потери человека которого я действительно ценила и уважала. На тот момент действительно, кажется, что не будет уже в жизни ничего хорошего, никто и ничто не сможет заполнить пустоту внутри. Но правильно говорит автор, что время движется и на место пустоте приходит светлая и лирическая грусть. И мне действительно понравилось, как автор раскрыл персонажей, как он показал разных людей, которых эта ситуация задела.

Скажу честно сразу - модные книги читать не люблю. И не стала бы читать Гришковца, не стала бы его покупать специально в книжном магазине, если бы меня не избавили от этой необходимости. Книгу принес почитать знакомый. Как мне стало понятно из рецензий, "Асфальт" обычно читают после пьес и сравнивают этот роман с другими произведениями Гришковца. Так вышло, что сравнивать мне было не с чем.

Книга мне понравилась. Понравилась несмотря на то, что я бы не назвала это великой литературой. Читалось легко, язык "народный", на таком разговариваем мы с вами. Прочитанное не требовало прерываться на время, чтобы обдумать и осмыслить прежде чем продвигаться дальше. Отрывки я не перечитывала, страниц не загибала (хотя последнее - скорее фигуральное выражение, никогда и так этим не увлекаюсь). Сюжет прост, но как раз своей простотой и жизненностью он меня и зацепил. Именно та коллизия, что произошла в самом начале произведения, и вокруг которой все завертелось, оказалась мне интересной. Я хотела узнать, что случится дальше и чем все закончится. Строила предположения, ожидала того или иного конца, но все оказалось по-другому. Не угадала. И не в том дело, что у Гришковца концовка удивительная и непредсказуемая, как раз наоборот - она простая, ее - такую - не ожидаешь. Кто-то может оказаться разочарован, посчитать, что, мол, заварил кашу, как это часто бывает в современной литературе, а как достойно и интересно завершить то, что придумал, автор не придумал. У меня же было другое ощущение - Гришковец оказался близок к жизни, такой, какая она есть, не стал выдумывать чего-то сверхоригинального, что здорово.

Но что задевает, так это описание отношений между мужчинами и женщинами. У Гришковца они прописаны так буднично и даже несколько рутинно (хотя и не без романтики временами) - это отношения взрослых, усталых людей, видевших в жизни многое, уже не один раз любивших, не один раз предававших, не один раз оказывавшихся в шкуре того, кого предали. Да, я вполне отдаю себе отчет в том, что я еще молодая, наивная и романтичная женщина, верящая в любовь, которая одна и которая важнее всего в жизни. Я верю в нее несмотря на то, что и в моей Liebe Geschichte уже были и боль, и предательтво. А может, не "несмотря", а "благодаря", ведь пережили же, поняли, стали ценить. Вместе. И все же я читаю, например, тот же "Асфальт", и думаю - ну как, мол, ну как же, он же вот счастливый, женатый, дети, ну что, что ему не хватает? Неужели это только так и бывает в жизни, неужели надеюсь я напрастно на то, что можно построить мир "на двоих" с перспективой появления новых единиц (по меньше мере еще одной) в этом целом, построить на любви и уважении, без измен и предательств?

Напоследок про название книги. Почему, спрашивается, именно "Асфальт"? У меня есть две мысли по этому поводу.

Первая. В начале книги главный герой признается, что живет по принципу - настоящая жизнь, замечательная, в удовольствие, с любимой женой и детьми, с друзьями, работой и ощущением гармонии с окружающим миром и самим собой, начнется не сейчас, а лет через n-цать, надо только ее подождать, а пока - работать, пить по вечерам пятниц, выполнять утренний ритуал по чтению газеты за кофе, проживать день за днем в ожидании этого "завтра". Так вот, на мой взгляд, не стоит так жить. Жизнь - она не завтра и не через год. Она сейчас. И стоит ею наслаждаться, вбирая в себя по максимуму из нее - и хорошего, и плохого - каждый день, час и минуту. И ценить друг друга. У нас сумашедшая жизнь, сплошной напрежеметр. Но надо умудриться при всем этом уделять внимание друг другу. Смотреть в глаза дорогого человека, в не в пол, не под ноги, не на асфальт.

• Прости меня, милая! - сказал он тихо.
• Как редко ты меня целуешь, обнимаешь и даже просто трогаешь. А я всегда жду, - сказала она тихо-тихо. - Я тебя всегда жду и всегда волнуюсь.

И вторая мысль по поводу названия. Асфальт - это жизнь, та, о которой, собственно, вся книга Гришковца. Дорога, по которой все мы идем. В разных ботинках, в разном темпе, разной походкой,... но - по одной дороге. И оставляем на ней следы. Непохожие друг на друга. Нет на ней одинаковых, проверь!

Это не первое мое знакомство с Гришковцом. Это уже ЧЕТВЕРТАЯ прочитанная его книга, до этого были прочитаны "Реки", "Боль" и Уик-энд", а впечатления до сих пор неоднозначные. Я так и не поняла нравится мне его проза или нет.

Вроде бы и пишет просто, и со смыслом. И вроде бы жизненно, но, в то же время есть моменты, которые меня очень сильно раздражают. Главным образом, это та меланхолия, с которой написана эта книга. Раздражают и сами герои, которые постоянно рефлексируют, копаются в себе. Вроде взрослые мужики, а постоянно впадают в печаль.

Дальше...

Миша, которому извините, 37 лет, копается в себе, пытаясь понять, что же не так и почему же наложила на себя руки подруга детства. Постоянно ноющий Сёпа - этакий увалень, которого все должны жалеть. Он ничего из себя не представляет как человек, и недовольство собой и жизнью выдает за кризис среднего возраста. Тут скорее кризис ума, а не возраста. Хотя и среди своих знакомых можно найти и такого "Мишеньку", ой, как резало уши подобное обращение - ощущение было, что речь идет о ребенке, а не о взрослом мужчине. И "Сёпу" такого рядом можно отыскать даже не прилагая большого труда.

Меня дико раздражает, когда люди ноют и начинают жаловаться. Я сама такой человек, который не привык жаловаться, и собственно, того же от людей прошу. Я так же не люблю, когда в книгах ноют герои, а здесь этим пропитана вся книга. Повальная осенняя меланхолия. Главное теперь в депрессию не впасть - и так за окном уныло, а тут еще книга такая...

Вот уж не знаю советовать книгу или нет. Если любите автора, то читайте. В остальном - решать вам. Я в свою очередь буду от книги избавляться, потому что перечитывать ее я точно не собираюсь. И все еще жду ту книгу Гришковца, которая поразит меня в самое сердце.

Боже, ну наконец-то я домучила ее! Книжка размером с "Доктора Живаго", и читала я ее столько же - 2 недели примерно. Но у Пастернака-то слог тяжеловат, а это...вроде современная книга, написана современным языком, должна читаться легко и непринужденно, а вышло так скучно...

Не хочу обижать и возмущать поклонников творчества Гришковца, но мне категорически не понравилось. Потому что это переливание слов и мыслей из пустого в порожнее. Ну как вам, например, вот это:

Он некоторое время полежал на диване, на котором ему всегда было удобно смотреть телевизор, но в бессонную ночь на нём было совершенно неудобно. Он ходил из гостиной на кухню и обратно. Пару раз ставил греть чайник и оба раза забывал чаю выпить.
<...>
Он так и не попил чаю той ночью. Зато пару раз пил тёплую кипячёную воду прямо из чайника. Он в последние годы этого не делал. Аня была недовольна. Она говорила, что от чайника из-за Миши пахнет куревом. Да он и сам знал, что так делать нехорошо, вот и не делал. А той ночью два раза сделал, совершенно не думая, что делает.

Ну скука же смертная, по-моему.

И даже те, сперва кажущиеся странными события, которые п р о и с х о д я т с героем, как-то заканчиваются ничем.

Я все понимаю - неосентиментализм, надо все почувствовать, ПОЧУВСТВОВАТЬ, но как же скучно и ни о чем. Bored, bored, boooored. выстрел в стену

"Асфальт" – проходное, умодрочительное и графоманское произведение в худшем смысле слова т.е. произведение, в котором автору нечего по сути рассказать, но есть потребность говорения/писания, потребность быть автором, быть «мастером слова». Графоман отличается от подлинного мастера тем, что пишет «как пишется», без серьезного моделирования сюжета. Настоящий автор идет от идеи, графоман от письма. Если первый изучает и болеет поставленной темой/проблемой, графоман всегда делитанствует. Суть же графоманства как феномена в заглушенной самокритичности. Графоманство естественно как период незрелости, но талантливые авторы проходят его незаметно для окружающих.
Графоман со стажем любит писать о себе любимом, это его основная тема и сюжет. Именно так и поступает в своем опусе Гришковец. Любопытна во всем романе мне показалась только одна шизуха, или фрейдовская прописка гришковецкого потока графосознания, или самопроекция его подсознания, или еще что-то:

Давайте посочувствуем автору и его непониманию, особенно относительно 570-страничного нудного и бессмысленного говна, которое он нам подарил! Почему, кстати, роман называется «асфальт»? Опираясь на уровень текста можно смело ответить за автора: «потому что гладиолус!»