Глава 5
Шансы против этого… Грызлика, мягко говоря, не в мою пользу.
– Хороший пёсик, – пробормотал я, медленно смещаясь влево. – Сидеть. Место.
Грызлик, естественно, команд не знал. Он издал рык и рванул вперёд.
Скорость у этой туши невероятная. Я едва успел отпрыгнуть в сторону, поскользнувшись на куче гнилого тряпья. Челюсти монстра клацнули в полуметре от моей ноги.
Сверху, из-за решётки, донёсся восторженный рёв толпы. Им было весело. Им хотелось крови. Моей крови.
– Думай, Кирилл, думай, – шептал я себе под нос, продолжая перемещаться. – Силой его не взять. Шкуру не пробить. Глаза маленькие, попасть трудно. Нужно что-то тяжёлое.
Я огляделся, сканируя арену. Мусор. Везде горы мусора. Куски резины, бочки, балки. В дальнем углу массивный агрегат. Две вертикальные стальные колонны. Между ними тяжёлая плита, подвешенная на цепях.
Гидравлический пресс. Древний, собранный ещё до катаклизма, когда мусор не сжигали магией и не сбрасывали сюда, а просто плющили.
Выглядел он мёртвым. Рядом, на возвышении, стоял рычаг, а от самого пресса к стене шёл толстый, относительно целый кабель, теряющийся в проводах, питающих освещение арены.
Если там есть питание…
Грызлик развернулся. Его хвост смёл кучу ящиков, как кегли. Он увидел меня и снова бросился в атаку. На этот раз не спешил. Полз, перебирая всеми лапами, загоняя меня в угол.
– Эй, переросток! – крикнул я, швырнув в него свою трубу.
Железка ударилась о морду и отскочила. Монстр даже не моргнул. Но это дало мне секунду.
Я развернулся и побежал по дуге, к куче бочек у стены. Грызлик взревел и прибавил ходу. Земля под ногами задрожала от его шагов.
На одной из бочек был полустёртый знак. Масло? Или топливо? Я ударил ногой по нижней, опрокинув пирамиду. Ржавые ёмкости покатились навстречу монстру. Одна лопнула. Чёрная маслянистая жидкость начала разливаться.
Грызлик, набравший скорость, не смог затормозить. Его лапы разъехались, как у коровы на льду. Тварь зашипела, заскребла когтями, пытаясь поймать равновесие, и с грохотом врезалась боком в стену контейнера.
Я взлетел на платформу с рычагом. Схватился за рукоять, но она не поддавалась. Заржавела намертво.
– Давай же, тварь… – прошипел я, навалившись всем весом.
Грызлик уже пришёл в себя. Он был зол. Его зелёные глаза засверкали. Он увидел меня на возвышении и понял, что я в ловушке.
И он прыгнул. Я не ожидал, что четырёхметровая туша с короткими лапами и весом в несколько тонн умеет прыгать!
В этот момент рычаг с громким хрустом поддался. Я дёрнул его вниз и одновременно отскочил назад, закрывая голову руками.
Послышался шум проснувшейся гидравлики. Старая техника не подвела. Тяжёлая стальная плита, висевшая над площадкой, сорвалась вниз.
Грызлик был в полёте. Он метил в меня, но траектория его прыжка проходила как раз через пресс.
Ловушка захлопнулась. Плита рухнула на монстра, припечатав его. Шкура не выдержала давления. Монстра просто расплющило.
Задняя часть туловища с хвостом и лапами осталась снаружи, дёргаясь в конвульсиях. Передняя превратилась в мокрое пятно. Чёрная кровь и внутренности фонтаном брызнули во все стороны, заливая платформу и меня.
Наступила тишина. Даже генератор, казалось, стал гудеть тише. Толпа молчала. Они ждали зрелища, но такого финала никто не предвидел.
Я медленно поднялся, вытирая лицо рукавом. Руки дрожали. Пришлось постараться, чтобы выпрямиться. Я посмотрел наверх, прямо на Дессу. Она не была шокирована. Нет. Улыбалась, довольная результатом.
– Браво, – её голос эхом разнёсся по залу. – Я ставила на Грызлика. Ты меня разорил, Стержнев.
– Потом пришлёшь счёт, – усмехнулся, спрыгнув с платформы.
Решётка заскрипела и начала подниматься.
Меня встретили не как пленника, а как гладиатора. Мародёры расступались, с опаской глядя на аристократа, который превратил их любимое чудовище в паштет.
Десса спустилась ко мне. Она подошла вплотную, игнорируя запах крови и масла.
– Ты не врал, – произнесла, разглядывая меня. – Магии нет. Но в голове шестерёнки крутятся быстрее, чем у любого инженера. Мне нравится.
– Рад, что повеселил тебя.
Она кивнула своим амбалам. Те подтащили моих спутников. Лана смотрела на меня с одобрением. Орки с уважением. Жюль был бледен как смерть и, кажется, снова находился на грани обморока.
– Сделка в силе, – громко объявила Десса. – Дайте им их барахло. И проводите до коллектора Д–7. Это самый короткий путь наверх. С тебя координаты.
Мне вернули мой пояс с ножом и пистолетом. Лане отдали арбалет. Я сразу достал из кармана кусок грифеля и прямо на ржавой стене контейнера нацарапал цифры.
– Будь осторожна, там могут остаться сюрпризы.
– Мы такое любим, – усмехнулась женщина. – Иди, Стержнев. Пока я не передумала и не решила оставить тебя себе в качестве игрушки.
– Боюсь, я слишком дорого обхожусь в содержании, – я отвесил ей шутливый поклон. – Прощай, Ваше Величество.
Мы уходили спиной к выходу, не сводя глаз с толпы. Лана шла последней, держа палец на спуске. Только когда дверь за нами захлопнулась, я позволил себе выдохнуть.
Интересно, какова будет реакция Дессы, когда она поймет, что код не подходит, а само оборудование охраняют остатки слизи.
Путь наверх занял около часа. Мы шли молча. Адреналин отпускал. На смену ему пришла дикая усталость. Тело ноет, во рту привкус крови. Когда мы наконец выбрались из люка на поверхность, я чуть не ослеп.
Было раннее утро. Купол над Домозёрском светился тусклым светом, фильтруя первые лучи солнца. Мы оказались на заброшенном пустыре за старыми складами. Безопасная зона. Здесь не было ни стражи, ни банд. Жюль сразу упал на колени и поцеловал грязную землю.
– Мы выбрались! – разрыдался он, размазывая слёзы по лицу здоровой рукой. – О, боги, мы живы! Я увижу небо!
Грош и Гром уселись на бетонные блоки. Лана прислонилась к стене. Я просто стоял, наслаждаясь ветром.
И тут началось очередное выступление.
Жюль поднялся, отряхнул свой изодранный в лохмотья костюм, и вдруг, словно по щелчку пальцев, переменился в лице.
Страх испарился. Вернулась надменная, брезгливая маска аристократа-чиновника. Он посмотрел на свою культю, замотанную грязной тряпкой, потом на меня. В глазах появилась злоба.
– Ну что, Стержнев, – произнёс он противным голосом со скрипом. – Полагаю, на этом наши пути расходятся.
– Не так быстро, Жюль, – я повернулся к нему. – Ты кое-что забыл. Оплату. Двойной тариф за спасение твоей шкуры и молчание о том, что гильдия использовала нас как подопытных свинок.
Жюль фыркнул.
– Оплату? Ты смеёшься? Ты искалечил меня! – он ткнул культёй в мою сторону. – Отрезал мне руку, варвар! Я должен подать на тебя в суд за нанесение тяжких телесных повреждений! Ты провалил миссию! Оборудование осталось внизу!
– Ты жив только благодаря нам, – добавила Лана, сделав шаг к нему.
– Молчать, наёмница! Вы получили аванс, этого достаточно. Скажите спасибо, что я не донесу страже о том, что вы шастали в запретном секторе, – он выпрямился, пытаясь казаться выше. – Я представитель гильдии инженеров! Моё слово против слова мальчишки-пустышки и банды головорезов. Кто вам поверит? Я скажу, что вы напали на меня и пытали!
Орки переглянулись и начали подниматься, сжимая кулаки.
– Не надо, парни, – я остановил их жестом. Сунул руку во внутренний карман и достал маленький, пропитанный влагой блокнот. – Жюль, ты был так напуган внизу, что, наверное, не заметил, как я подобрал его.
Лицо инженера побледнело. Он замер.
– Отдай. Это… это моё!
– Интересное чтиво, – продолжил я, лениво листая страницы. – Тут всё. Схемы откатов. Имена заказчиков с чёрного рынка. Суммы, которые твоя гильдия получала за продажу мутагенных образцов. И, надо же, твоя личная подпись под актом о приёмке «биоматериала». То есть той бригады.
– Это… это все…
– Знаешь, Жюль, тайная канцелярия очень не любит предателей. За это не просто сажают. От тебя избавятся.
Жюль задрожал. Вся его спесь испарилась. Инженер снова стал тем жалким червяком, которым был в канализации.
– Ты… ты не посмеешь. Это документы государственной важности!
– Это твой смертный приговор. И он у меня в руках.
Я подошёл к нему вплотную и по-дружески похлопал по плечу.
– У тебя есть выбор. Вариант А: ты идёшь в банк и относишь в гильдию наёмников сумму, о которой мы договаривались. Умноженную на три. За моральный ущерб и потерю моего времени.
– А… вариант Б? – прошептал он.
– Этот блокнот через час окажется на столе у моего отца. Хотя, постой. Лучше я подарю его леди Эларе. Её дом ведь заведует гильдией инженеров. Зная эту прекрасную эльфийку, тебя уже завтра найдут в какой-нибудь канаве.
Жюль сглотнул. Он посмотрел на орков, на Лану, на мой спокойный, циничный взгляд. Понял, что проиграл.
Гильдия «Последний шанс» встретила нас привычным гулом, от которого закладывало уши, и запахом, способным свалить с ног. Но после ада канализации и вони отстойников этот букет казался мне ароматом лучших духов шпиля.
Мы вошли не как герои, а как выжившие. Грязные, провонявшие тиной, с въевшейся в одежду копотью. Но что-то изменилось.
Обычно, когда сюда заходит группа неудачников, едва выбравшихся из переделки, их встречают равнодушными взглядами или пьяными насмешками. Но сегодня всё иначе.
Слухи в нижнем городе распространяются быстрее, чем крысы по вентиляции.
Я шёл первым. Моё аристократическое лицо было перемазано сажей. За мной, прихрамывая, но гордо задрав подбородок, плёлся Жюль. Замыкали шествие Лана и орки – Грош и Гром.
Мы добрались до центрального стола, который обычно занимали местные авторитеты. Сейчас там сидело несколько громил, но, стоило им узнать меня, как они ретировались.
– Садись, Жюль, – я кивнул на скамью. – Пришло время платить по счетам.
Инженер, он же наш главный спонсор, рухнул на сиденье и нервно огляделся.
– Мы ведь договорились. Я принесу деньги, как только доберусь до банка, – пробормотал он, стараясь не касаться стола рукавом.
– Несомненно, – я улыбнулся, хлопнув его по плечу. – Но часть заплатишь сейчас. Я знаю, что у тебя есть деньги. И заявишь об этом громко.
Жюль сглотнул. Он понял игру. Ему нужно было сохранить лицо перед этим сбродом. Показать, что он не жалкая жертва, а щедрый наниматель. Ну а мы – уважаемые наёмники.
Он полез здоровой рукой во внутренний карман и достал мешочек с монетами. А затем поднялся и громко прокашлялся, привлекая всеобщее внимание.
– Господа! Сегодня я, представитель гильдии инженеров, хочу вознаградить этих достойных бойцов! Задача была… невозможной! Мы спустились в ад, в сектор Д–4! И только благодаря наемникам из этой гильдии сумели вернуться! – Он бросил мешочек на стол и продолжил. – Здесь полторы тысячи золотых. Премия за безупречную работу!
– Это, – я накрыл мешок ладонью, – справедливая плата за риск. Благодарю за сотрудничество, мсье Жюль. Надеюсь, вы быстро научитесь писать другой рукой.
Жюль, не прощаясь, начал пробираться к выходу. Никто его не тронул. Человека, который только что отвалил кучу золота наёмникам, трогать опасно – вдруг его «друзья» обидятся.
Как только дверь за инженером захлопнулась, напряжение спало. К нашему столику подошёл Пит, формальный глава гильдии, которого я посадил на трон. Он посмотрел на меня. В его единственном глазу читалось уважение, смешанное с опаской.
– Полторы тысячи, Стержнев, – хмыкнул наемник, пожёвывая зубочистку. – Неплохо.
– Сервис – наше всё.
И тут зал взорвался одобрительными возгласами. Мы принесли деньги, мы выжили там, где дохнут пачками, и заставили «пиджака» платить. В мире наёмников это и есть святая троица успеха.
– Всем эля за мой счёт! – крикнул Грош, ударив кулаком по своему столу.
Я откинулся на спинку стула, чувствуя облегчение.
– Позёр, – усмехнулась Лана, подсев чуть ближе ко мне. Она отломила кусок хлеба и макнула его в соус к мясу, которое нам принесли без всякого заказа.
– Это маркетинг, Лана, – ответил ей, налив себе тёмного эля. – Мы предлагаем не только навыки, но и репутацию.
– И чем её больше, тем ярче мишень у тебя на спине, – подметила она, едва заметно улыбнувшись. – Ты неплохо справился там, в шахте. И с духами. Это было… изобретательно.
– Думал, скажешь «безумно».
Она подняла кружку и чокнулась с моей.
– Одно другому не мешает, напарник.
Слово «напарник» прозвучало без всякого пафоса, но для меня оно значило больше, чем мешок с монетами, вручённый Жюлем. Получить признание от такого профи, как Лана – дорогого стоит. Мы стали настоящей командой.
Грош и Гром, уже уплетающие жареного порося, что-то весело обсуждали, стуча кружками. Все вокруг шумели. Жизнь, казалось, начала налаживаться.
У меня есть деньги. Есть репутация. Есть верные люди. План по захвату теневой власти в городе с уверенностью движется вперёд.
И именно в этот момент реальность решила напомнить, что в этом мире за всё приходится платить.
Двери гильдии не распахнулись. В зале не стало тише. Никто не обратил внимания на вошедшего, и в этом была его главная опасность.
Я почувствовал его раньше, чем увидел. Холодок пробежал по затылку. Сработал инстинкт.
– Не оборачивайся, – шепнул я Лане, заметив, как она напряглась. – Спокойно.
Человек прошёл сквозь толпу пьяных наёмников. Его никто не задевал, никто не толкал. Он возник прямо за нами.
Лана всё же среагировала. Её рука скользнула к кинжалу на поясе, но незнакомец не обратил на это внимания. Сразу ясно – угрозы она для него не представляет.
– Весело празднуете, – тихий голос показался мне механическим, будто говорит не человек, а голем.
Я медленно поставил кружку на стол.
– У нас закрытая вечеринка, приятель. Мест нет.
– Для меня место есть всегда, Кирилл Родионович Стержнев, – произнёс он и извлёк из складок плаща конверт. Плотная бумага с печатью. Герб Дома Стержневых. Положил его на стол передо мной. – Господин знает о ваших успехах.
– Чего он хочет? – спросил, чувствуя, как внутри закипает ярость. Отец сделал свой ход.
– Требует встречи.
– Я занят. Передай, что зайду, как будет время.
Посланник улыбнулся.
– Это не приглашение, а приказ главы дома. Отказ не принимается. Вас ждут у северной арки нижнего города в течение часа.
– А если я не приду?
Он посмотрел на Лану, потом на весело жующих орков.
– Вы и сами знаете о возможных последствиях.
Я сжал кулаки под столом. Конечно, знаю. Мой отец сидит в своём шпиле и не вмешивается. Но стоит только кому-нибудь показать клыки, как он вырвет их с корнем.
– Я понял, – процедил сквозь зубы.
– Час, – повторил посланник. – Не заставляйте господина ждать.
Он развернулся и растворился в толпе также тихо и быстро, как и появился. Словно призрак.
Я завис взглядом на конверте с печатью. Праздник кончился.
– Кто это был? – тихо спросила Лана. Она всё ещё держала руку на рукояти ножа. Я заметил, как дрожат пальцы. Наёмница в полной мере ощутила, насколько опасный противник только что посетил нас.
– Личный пёсик моего папаши.
