Глава 6
Роуз плюхнулась на полотенце, которое сама аккуратно расстелила. Солнечное тепло нежно проникало в смазанные маслом руки и ноги, Роуз сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, расслабляясь. Восхитительная дуга золотого песка всякий раз вызывала у нее одновременно восторг и умиротворение. А тот факт, что прошло уже больше года с тех пор, как она в последний раз ощущала между пальцами ног песок, лишь усиливал удовольствие.
– Кто купаться? – спросил Марк у двоих уже раздевшихся до купальников детей, которые бешено скакали рядом с Роуз, предвкушая длинный день на пляже. – Но сначала крем от солнца.
Лео и Луиза наперегонки бросились обмазываться густым белым лосьоном.
Роуз открыла один глаз:
– Лео, шею сзади не забудь, – сказала она. – Идите втроем, я хочу сначала как следует прогреться.
– Роуз, ну пойдем, мы хотим, чтобы ты с нами! – умоляюще протянул Лео. – Пожалуйста!
– Да, Роузи, пойдем купаться! – потребовала Луиза.
– Роуз, давай, – присоединился к ним Марк. – Вода, похоже, просто отличная, грех такое пропускать.
Она, прищурившись, посмотрела на волны, накатывающие и разбивающиеся в пену у самого берега. Океан и в самом деле выглядел заманчиво: его сверкающая синяя прозрачность тянулась далеко-далеко, насколько хватало взгляда. Роуз улыбнулась, потому что на память пришел тот день, когда Марк признался ей в любви – вот прямо здесь, на этом пляже. Тот день, когда сердце ее подскочило от радости при звуке слов, которых, она считала, ей уже никогда не услышать. Тот день, когда он уговорил ее вернуться в долину и отныне жить с ним.
– Ох, ну ладно, раз вы все так настаиваете, – притворно заворчала Роуз.
Встав, она почувствовала на себе взгляд Марка, блуждающий по куцему нефритово-зеленому бикини, облепившему попу и грудь. Марк рассматривал ее неспешно, в свое удовольствие. В магазинах Юмераллы выбор купальников был невелик, поэтому Роуз заказала этот через интернет, надеясь, что он подойдет. Покупку доставили за несколько дней до их отъезда, но, к счастью, купальник не только оказался впору, но еще и идеально подчеркнул ее длинные темные волосы и кожу, которая уже начала подрумяниваться на солнце. Целое лето пробежек по виноградникам помогало поддерживать форму, а в «Кладовой Тревелин» работы было столько, что на обед Роуз чаще всего только и успевала схватить кусок багета и положить на него немного овощного террина или ломтик ветчины. Когда-то она была толстая и рыхлая. И несчастная. Роуз вспоминала об этом с содроганием. Больше она никогда не вернется в то время.
Марк потянулся к ней и небрежно провел ладонью по спине и ниже – по бедру, а потом игриво оттянул и щелкнул резинкой трусов бикини.
– М-м-м… замечательно, просто замечательно, – одобрительно произнес он.
– Эй, руки! – с наигранным гневом рявкнула она, но тут же не удержалась и рассмеялась, довольная, что он оценил ее покупку. За долгие дни винтажа Роуз часто начинало казаться, что он совсем забыл о ней, что ему нет дела до того, есть ли она рядом или давно сбежала с мясником; он был полностью сосредоточен на сборе винограда и переправке его в давильню в идеальный момент созревания. Как хорошо, что теперь у него наконец-то нашлось время на нее и на Лео с Луизой. Все утро дети соревновались, на кого Марк обратит больше внимания, но теперь внимание всех четверых гипнотически притягивал к себе океан.
– Помочь тебе? – спросил он, выдавливая лужицу лосьона ей на спину.
– О, прекрасно, – протянула Роуз, закрыв глаза и отдавшись ощущению его рук – таких надежных и сильных – на своей коже.
– Перевернись, спереди тоже помажу, – скомандовал он.
Она послушно развернулась, встретилась с ним глазами – и увидела, что взгляд его затуманился от желания. Дети – Роуз заметила – уже побежали вперед, им не терпелось искупаться. Марк убрал бутылочку.
– Пошли, красавица, надо их догонять, а то не найдем, – сказал он, сжал ее ладонь и потащил к воде.
Потом Роуз лежала и впитывала телом безжалостные солнечные лучи, глядя, как Марк и Лео лепят из мокрого песка у самого края воды корабль и две их такие похожие темноволосые головы почти сливаются в одну. Луиза скакала вокруг них, играя с веревкой водорослей, которую вытащила из воды, и океанский бриз подбрасывал вверх облако ее кудрявых волос. Роуз хотелось себя ущипнуть. Три года назад она была совершенно одна, ее занесло на другой конец земли с рюкзаком за плечами и разбитым сердцем. И вот теперь у нее есть любимый дом, собственный ресторан и семья как в «Инстаграме». Невероятно. Роуз надеялась, что картинка, которую она видит сейчас перед собой, в скором времени дополнится пухлым зеленоглазым малышом со смуглой кожей, который или которая будет загребать песок маленькими кулачками, сидя рядом со старшими братом и сестрой…
В тот вечер, разморенные солнцем и морским воздухом, они отправились в «Рустику», бистро во французском стиле, где Роуз когда-то работала.
– Alors! – Роуз едва не упала, когда ее радостно стиснули до хруста костей.
– Филипп! – закричала она, обняв его с ничуть не меньшим энтузиазмом.
Филипп был одним из ее первых друзей в Сиднее, и из скромного бариста он вырос в повара и ресторатора с собственной мини-империей заведений общепита. Он умело сыграл на успехе своего первого ресторана – «Рустики», прославившейся атмосферой рыбачьей деревни где-то на юге Франции, и вскоре открыл на прибрежной окраине Сиднея «Нуво Рустик», а за ним – «Рустика-сите», который, как и следует из названия, располагался в самом центре города.
Филипп отпустил ее и поприветствовал Марка в традиционной французской манере – поцеловал в обе щеки, после чего нагнулся и поприветствовал Лео и Луизу.
– Ну ничего себе, как вы оба выросли! Супер-р! Такие высокие! А Роуз – vraiment très belle, toujours. Марк, ты очень счастливый человек, у тебя такая красивая семья!
Марк расплылся в улыбке.
– Да, мне с ними крупно повезло.
– Ну так что, вы за едой пришли? Конечно, за едой!
Филипп торжественно провел их к столику в передней части комнаты, обитой белеными досками и с видом на океан.
Роуз вдыхала доносящиеся из кухни восхитительные ароматы запекающегося мяса, чеснока и трав.
– Филипп, прошу тебя, накорми нас! Мы умираем от голода, правда, ребята? – спросила она, посмотрев на Лео и Луизу, которые согласно закивали. – Так накупались сегодня, что теперь готовы съесть все что угодно. Хоть целого слона, правда, Луиза?
Малышка захихикала в ответ и вдруг посмотрела на Роуз с сомнением.
– Роузи, нам же не принесут с кухни слона, правда?
– Я шучу, солнышко. К тому же слоны, я думаю, очень плохо жуются, ты так не считаешь? У них такая жесткая кожа. Фу! – фыркнула она и театрально поежилась.
Заглядывать в меню Роуз не понадобилось, она знала: Филипп сейчас пришлет им на пробу вереницу разнообразных блюд с щедрыми порциями картофельной соломки, чтобы дети были при деле и счастливы.
Марк вручил Филиппу пару бутылок шираза «Тайная встреча», главной гордости винодельни Калкари.
– Откупори одну нам, пожалуйста, а вторую забери себе.
– Absolument, – ответил Филипп и поспешил обратно в кухню.
Когда они до отвала наелись наваристым, приправленным чесноком буйабесом, шатобрианом, целой горой frites и пирожными-суфле с шоколадом и карамелью, приготовленными в миниатюрных медных сковородочках, стол превратился в разгромленное поле боя из пустых тарелок и смятых салфеток. Роуз поднесла бокал к губам, смакуя последние капли густого и сладковатого бордово-красного вина.
– Ну что, как думаешь, новый урожай сможет тягаться с этим? – спросила она, указывая на бокал. – Может, будет еще одна премия Джимми Уотсона?
– Не-ет, – отозвался Марк. – Такая премия достается только раз в жизни, но, возможно, в этом году мы будем к ней близки. Винограда вызрело меньше, но зато условия для вызревания были практически идеальные, и Джейк проделал просто невероятную работу по поддержанию виноградников, особенно в Тревелинс. Там виноград вырос такой, какого я еще ни разу не видел за все годы в долине.
– Генри будет доволен, – заметила Роуз.
Ее брат Генри владел виноградниками вокруг ресторана Роуз.
– Кстати, хорошо, что ты напомнила, я должен ему позвонить – сообщить новости. – Марк сверился с часами. – Наверное, в Англии сейчас как раз подходящее время. В любом случае пора идти, сонные головушки, – сказал он, обращаясь к детям. Луиза свернулась калачиком на диване и положила голову Роуз на колени, а Лео остекленевшими глазами таращился в айпад. Ранний отъезд, солнце, море и долгий день их совершенно изнурили.
– В этом возрасте с ними настолько проще, правда? – спросил он, влюбленно глядя на детей. – Как вспомню, какой был кошмар в их первые годы… По-моему, Лео до двух лет толком не спал по ночам… – Марк помотал головой, прогоняя страшное воспоминание. – И все же нам действительно пора идти.
Попрощавшись с Филиппом и другими членами команды «Рустики», Марк взял Луизу на руки, и они с Роуз пообещали до конца отпуска заглянуть еще.
Пока Марк укладывал детей в постель, Роуз сидела на балконе их квартиры с видом на океан и любовалась отражением полной луны на темной поверхности воды. Она с наслаждением вздохнула: идеальный день, вкусная еда и наконец-то свобода от призрака Изабеллы. Казалось, ей вообще не о чем тревожиться. Интересно, куда подевался Марк. Что-то он там закопался. Что он делает? Не может же быть, чтобы дети до сих пор не угомонились? Их пришлось буквально волочь на себе от «Рустики» до самого дома, оба свалились как подкошенные. Роуз уже собиралась пойти его искать, как тут Марк показался на пороге.
– Извини, что я так долго, – сказал он, мягко задвинул за собой балконную дверь и сел рядом с Роуз.
– Все нормально. Что-то случилось? – спросила она, заметив нехорошую тревожную морщину на лбу Марка.
Тот тяжело вздохнул.
– Говорил по телефону…
Было уже начало одиннадцатого вечера, но ему звонили в любое время дня и ночи, особенно когда начинали просыпаться его дистрибьюторы в Англии.
– Кто звонил? Неужели опять «Ченнингс»?..
«Ченнингс» был одной из крупнейших в Великобритании сетей супермаркетов и одним из главных покупателей вин Калкари: в большой степени именно они отвечали за прибыль, которую винодельня заработала в прошлом году. Ну и конечно же, из всех клиентов Марка эти были одними из самых требовательных.
– Нет, это насчет Тилли.
– Тилли?
– Да. Насчет нашей Матильды. Похоже, она каталась на лыжах в Швейцарии и попала под снежную лавину.
Роуз закрыла лицо руками.
– О боже, с ней все в порядке?
– Она жива, но дела не очень хорошо. Вывихнуто плечо, сломана нога и в придачу несколько ребер. Не говоря уже о подбитом глазе, – так говорит ее подруга, которая мне позвонила. А еще она говорит, что Тилли очень просит ничего не рассказывать маме и папе.
– О нет, что же она будет делать? Как жаль, что мы так далеко. Где она сейчас?
Роуз никогда не встречалась с сестрой Марка, но он часто и с большой нежностью о ней говорил и показывал Роуз альбомы фотографий, сделанных в те годы, когда они вместе росли на Лилибеллс, самой большой винодельне долины Шингл. Роуз видела размытые снимки маленькой бандитки с черными всклокоченными волосами и бутылочно-зелеными глазами точно такого же оттенка, как у Марка.
– Эта ее подруга, эм-м, кажется, она назвалась Карой, говорит, что Тилли по-прежнему в Швейцарии. Мне надо бы к ней слетать. Правда, еще эта поездка в Штаты, по поводу продаж. Отменять никак нельзя, мы несколько месяцев это планировали…
– Но ведь ты полетишь? Я имею в виду, к ней? После поездки в Штаты?
Марк запустил обе руки в волосы, глубоко задумавшись.
– Не поехать нельзя. Ну и потом, можно будет заодно сгонять повидаться с «Ченнингс», пока я там. Порадую их хоть этим.
– Порадуешь Алисию, ты хотел сказать, – поправила его Роуз.
Алисия отвечала за покупку вин для «Ченнингса», была по уши влюблена в Марка и вечно находила повод ему позвонить.
– Ну и это тоже, – ответил он.
Роуз посмотрела на него мрачно. Она знала о запланированной поездке Марка в США, но если он поедет еще и в Англию, они опять не скоро увидятся. Во время сбора урожая ей так его не хватало, а теперь он опять уедет, и бог знает на какой срок. С самого их знакомства Роуз знала, что Марк много путешествует, но это знание не мешало ей страшно скучать по нему, когда он уезжал.