Глава 4
Бриану нашли только утром. Всю ночь Ронан безуспешно искал ее повсюду. Он и его люди обшарили всю деревню, заглянули в каждый уголок, прочесали лес рядом, но девушка будто сквозь землю провалилась.
О ведьме никто не вспоминал, пока рано утром не приехал наконец священник из города. Местные, которым дела не было до пропавшей леди, вновь ощутили азарт, их ждали дела поинтереснее поисков. Со священником из города прибыла и целая толпа тех, до кого дошли слухи о пойманной ведьме. Они хотели все увидеть своими глазами. Какая она из себя: страшная старая уродина или ослепительная красотка? Правда, что у нее есть хвост и козлиные копыта, а от взгляда нечеловеческих глаз продирает мороз по коже?
Зеваки в нетерпении окружили закрытую тряпками клетку. Скорей бы все увидеть, чтобы потом рассказать друзьям и родственникам! Ронан тоже был здесь. Мрачный от тревоги он застыл чуть в стороне. Где искать Бриану? Неужели ее утащил зверь, как предположил кто-то из деревенских? Сейчас Рон стоял здесь не ради праздного любопытства, он надеялся узнать что-то о судьбе невесты у этой ведьмы. Только как заставить ее говорить? Может быть, если он пообещает смягчить для нее приговор, она пойдет на сотрудничество? В таком случае надо будет еще уговорить местных и священника пойти на эти уступки, посулить щедрый откуп.
Священник – дородный и высокий мужчина в запыленной рясе – важно прошествовал к клетке и замер, воздев вверх библию. Переминающиеся с ноги на ногу зеваки застыли. Святой отец прочитал молитву, заставив всех присутствующих трижды повторить за собой слова Писания. И вот наконец он разрешающе махнул рукой, и тряпки рывком сорвали с грязной тюрьмы. Все подались вперед, толкаясь и зло шипя друг на друга, словно клубок гадюк, сражающихся за теплое местечко под солнцем.
Ведьма, казалось, спала. По крайней мере она неподвижно лежала на полу, а ее темные волосы рассыпались вокруг головы. Погодите-ка, темные волосы? Ронан, подошедший ближе вместе со всеми, почувствовал, как сердце ускорило ход, а ладони вспотели. Он был абсолютно уверен, что у ведьмы вчера волосы были светлые. В следующее мгновение он с воплем рванул вперед, расталкивая всех локтями, стремясь поскорее оказаться у решетки.
– Откройте! – закричал Рон и, не дожидаясь пока его просьбу выполнят, ухватился за прутья, старясь их выломать.
– С ума сошел! Уберите этого полоумного! – слышалось со всех сторон.
На плечи Ронана легли чьи-то руки, и он с остервенением стряхнул их.
– Это не ведьма! – заорал он. – Не ведьма, слышите! Это моя Бриана.
Вокруг сначала засмеялись, дивясь на ненормального, что, кажется, сбрендил от горя, потеряв в ночи невесту, но потом смех стих. Родственник убитого, тот самый, что вчера показывал им плененную чертовку в клетке, пробрался ближе, ахнул и тут же принялся шарить у пояса, отыскивая ключи. Дверца скрипнула на проржавевших петлях, Рон едва не отломал ее и протянул руки внутрь.
– Бри, милая, – мягко позвал он, страшась дотронуться до неподвижно лежащей девушки. Что эта ведьма сделала с ней? Неужели убила?
К его огромному облегчению Бриана зашевелилась и застонала. Тогда уже он ухватил ее за плечи и потащил из вонючей тюрьмы. Народ расступился, когда Ронан, держа девушку на руках, пошел прочь. Он положил ее на траву и принялся распутывать веревки на запястьях, потом убрал кляп. Бриана была бледна, но тихонько стонала.
– Сейчас, сейчас, – вполголоса обещал ей Рон. – Сейчас, милая.
Он растирал ей затекшие холодные руки, легонько хлопал по бескровным щекам и пытался влить в сомкнутые губы хотя бы немного воды. Наконец Бриана закашлялась и приоткрыла глаза. Она была слаба как котенок и с испугом озиралась вокруг. Чтобы уберечь ее от внимания людей, что уже толпились вокруг, Ронан подхватил ее снова на руки и унес в дом убитого старосты. Деревенские женщины взялись ухаживать за благородной госпожой. Охая и сочувствующе причитая, они сняли с Бри грязное платье, принесли теплой воды и обтерли ее. Ими двигало не только стремление помочь, но и любопытство. Хороший шанс из первых уст узнать, как же так получилось, что леди оказалась в клетке вместо ведьмы. И где теперь сама ведьма?
– Как же так, миледи? – спрашивали женщины. – Как она вас туда затащила?
Они усадили Бри повыше на подушки и поили ее травяным чаем.
– Я не помню, – слабо отвечала девушка.
– Наверное, колдовством своим заманила, – предположила одна, качая головой. – Они и не такое умеют.
– Не помню, – повторяла Бриана и судорожно вздыхала.
Ронан отогнал всех любопытных от невесты. Женщины ушли, перешептываясь между собой. Сам он сел подле кровати и взял руку Брианы в свою.
– Бри, – ласково позвал он. – Как ты себя чувствуешь?
– Не знаю, – отозвалась она. – Странно. Будто все еще нахожусь там, связанная и беспомощная.
Она заплакала, и Ронан притянул ее к себе, утешающе поглаживая по вздрагивающим плечам.
– Все хорошо, – уверял он. – Ты в безопасности, все закончилось.
Через некоторое время Бриане стало лучше. Краски вернулись на ее лицо, она перестала дрожать и плакать. Женщины принесли ее платье, они вычистили и высушили его.
– Я хочу уехать отсюда, – решительно заявила Бри. – Немедленно.
Ронан не стал спорить.
– Хорошо, только, Бри, – чуть замялся Рон, – с тобой хочет поговорить отец Вильям. Понимаешь, им нужны некоторые разъяснения.
Девушка неуверенно кивнула. Она чинно уселась на табурет у окна и стала ждать священника.
Отец Вильям смотрел на Бриану по-доброму.
– Скажи, дитя, что ты помнишь о вчерашнем вечере? – спросил он, склоняясь над ней.
– Помню, как ждала жениха на крыльце этого дома.
– Хорошо, а потом? Ты помнишь, что случилось потом?
– Почти нет. Помню, как шла куда-то в темноте, а после мне было холодно и больно.
– Не помнишь, как оказалась у клетки?
– Нет, совсем не помню.
– А раньше, когда ты приходила туда с женихом, ты не почувствовала ничего странного? Ведьма не говорила с тобой?
– Нет. – Бриана недоуменно посмотрела на священнослужителя. – Ронан и тот мужчина, что проводил нас, могут подтвердить, что я не разговаривала с ведьмой. Вы в чем-то обвиняете меня?
– Я ни в чем не обвиняю тебя, дитя мое, не тревожься. Я знаю, как коварны бывают эти адовы создания. Они часто сбегают. Нам просто важно понять, как они это делают, чтобы быть готовыми противостоять злу.
Бри пожала плечами.
– Простите меня, я почти ничего не помню. Шла куда-то, а дальше словно провал. Как в пропасть провалилась. А очнулась вот только утром.
Отец Вильям, так ничего и не добившись, оставил Бриану в покое, передав заботу о ней жениху.
Деревенские провожали гостей любопытными взглядами и разговорами. Городские разъехались разочарованные. В деревне одни опасались, что ведьма может вернуться, другие уверяли, что теперь она тут не покажется. Чертовке и так повезло, ловко обманула молодую леди и сбежала. Теперь наверняка объявится где-то еще, чтобы сотворить очередное зло во славу дьявола.
На обратном пути даже и речи не было о том, чтобы Бриана ехала самостоятельно. Ронан посадил ее впереди себя и всю дорогу бережно прижимал к себе. Девушка была молчалива и задумчива. Она ничего не рассказывала о своих злоключениях, и Рон не посмел спрашивать. Он решил, что Бриане надо дать время оправиться, и она забудет обо всем.
Дома он передал невесту с рук на руки родителям, рассказал им о произошедшем, взяв всю вину на себя, а потом уехал в свой замок.
– Я скоро приеду, – пообещал он напоследок Бриане. – Жди меня и мечтай о нашей свадьбе, так ты быстрее станешь такой же веселой, как раньше.
Бри вымученно улыбнулась.
– Не волнуйся за меня, Рон, – сказала она. – Но возвращайся скорее, я буду скучать.
Они обменялись нежными поцелуями, и Ронан уехал.
Дни без любимого потекли похожие один на другой. Бри после пережитого стала тише и задумчивей. Она подолгу погружалась в себя, и тогда окружающие находили ее совершенно несчастной. Посчитав, что она скучает в разлуке с Ронаном, родители написали ему письмо, призывая незамедлительно вернуться. Семейные дела, однако, несколько задержали молодого человека, и он смог приехать только через месяц.
Бриана встретила возлюбленного с выражением какой-то обреченности в глазах. Это насторожило Рона, он интуитивно ждал какой-то неприятности, что разобьет их счастье и, возможно, даже помешает свадьбе. Устав от напряжения и неопределенности, Ронан решился на откровенный разговор.
Они с Брианой гуляли по саду, залитому вечерними золотистыми лучами солнца. Рон рвал цветы и отдавал их Бри. Она в свою очередь сплетала из них венок. Вот только величина венка уже давно превысила все разумные пределы, а девушка этого не замечала. Разговор не клеился. Бри кратко отвечала на вопросы Ронана или тихо улыбалась.
– Бриана, нам надо поговорить, – решился Рон, останавливаясь посреди тропинки, что вела к ажурной беседке.
– Да, – удивленно подняла на него глаза девушка, – давай поговорим, если хочешь. А о чем?
– О нас.
Ронан отвел невесту в беседку и усадил на скамейку, а сам опустился на колени перед ней, взяв в свои ладони ее хрупкие запястья.
– Бри, – начал он нежно, – что с тобой происходит?
Бриана сразу заволновалась, словно развязка, которой она так боялась и которую оттягивала как могла, все же неотвратимо приблизилась и грозила катастрофой.
– Я не хотела рассказывать тебе, – сказала Бриана неуверенно, пряча глаза. Рон продолжал смотреть на нее, и ей ничего не оставалось, как продолжить: – Ронан, я тебя очень люблю и не о чем так не мечтала, как о нашей свадьбе.
Юноша нетерпеливо заерзал, начало хоть и звучало обнадеживающе, явно сулило что-то неприятное.
– Вряд ли мы сможем быть вместе, Рон, – выдохнула фразу Бриана и тут же покраснела, не справляясь с волнением.
– Могу я узнать почему? – Рон смотрел на нее снизу вверх, и девушка отвернулась, не в силах вынести его взгляда.
– Можешь, – сказала она и всхлипнула. – Ты имеешь право знать, как никто другой. Поверь, когда ты узнаешь, то сам не захочешь быть со мной.
Разговор приобретал все более тревожный оттенок. Ронан поднялся и уселся на скамейку рядом с девушкой. Она выдернула свои руки из его и стиснула пальцы так, что они побелели.
– Что же это за непреодолимое препятствие, которое не даст нам быть вместе? – Рон старался говорить насмешливо, словно заранее отвергая любые причины, но дрогнувший голос выдал его тревогу.
Бриана помолчала, собираясь с духом, потом подняла на жениха потемневшие синие глаза и призналась:
– Мы не можем быть вместе, потому что я ведьма.
Ронан усмехнулся, замер, а потом понимающе улыбнулся.
– А-а-а, – протянул он. – Я понял, в чем дело. Ты все еще переживаешь из-за того случая в деревне, да? А я уже подумал, что ты полюбила другого, раз говоришь такое. Но почему ты так мучаешься, милая? Это уже давно в прошлом и пора все забыть и снова радоваться жизни. Ничего, теперь я снова здесь и развею твою тоску. Хочешь, покатаемся завтра на лодке по морю? Или съездим в гости к моим родителям? Там для нас в замке строят целое крыло, тебе понравится.
– Ронан, – твердо прервала Бриана его пылкую речь. – Я говорю сейчас совершенно серьезно. Я давно подозревала, а после случая в деревне я совершенно уверилась в том, что я ведьма.
Юноша перестал улыбаться. Бри всерьез верит в то, что говорит. Надо выслушать ее, а потом развеять все эти глупые страхи.
– У тебя есть какие-то признаки? – спросил он девушку. – Что заставило тебя так наговаривать на себя?
– Если ты подумаешь, то и сам найдешь эти признаки у меня. Ты знаешь меня с детства, вспомни все, что казалось тебе когда-то странным. Я тоже долго считала это не более, чем удивительными совпадениями, чудачествами. Но все оказалось не так.
Ронан молча смотрел на нее, Бри перевела дыхание и продолжила.
– Ты никогда не мог найти меня, когда мы играли в прятки. Прячась, я всегда представляла, что сливаюсь с местом, и ты проходил мимо, совершено не замечая меня. Когда я бегу, то иногда чувствую, что превращаюсь в кого-то иного, а потом нахожу перья под одеждой. В гневе у меня просыпается сила. Это я заставила Дэна упасть с лестницы, хотя даже не толкала его. Птичка, что ты мне принес, действительно была мертва и холодна, не знаю как, но я оживила ее. За все время было много всего, на что я раньше не обращала внимание.
– Бри, но это же все ерунда, – начал было Ронан. – Все, о чем ты говоришь, случайности. Они происходят со многими, даже со мной иногда.
– Но самое главное, – произнесла Бриана, не замечая попыток Рона успокоить ее, – то, что случилось со мной в той деревне.
– Так что же случилось с тобой там? Ты так и не рассказала. Я боялся спрашивать.
– Не рассказала, потому что сама очень испугалась. Все это время, пока тебя не было, я старалась собраться с духом, чтобы признаться тебе.
– Говори же. Я слушаю.
– Ведьма, которая сидела в клетке, говорила со мной. Никто не слышал, а она говорила. В моей голове. И я отвечала ей.
– Что она сказала тебе?
– Что я такая же, как и она. Назвала меня сестрой. Пообещала, что скоро меня призовет какой-то исток, какая-то пустота.
– И ты поверила ей? Она просто хотела тебя обмануть, чтобы сбежать. И у нее это получилось.
– Я сначала тоже так подумала, поэтому, когда ты ушел, я отправилась к клетке. Я хотела доказать ведьме, что я не такая. Я стала молиться рядом с ней. Думала, ей станет плохо, как и утверждает то письмо короля. Помнишь?
– И что же?
– Ничего, Рон. Я молилась, а она просто смотрела на меня. А потом попросила взять ее за руку. Я взяла и оказалась в клетке, а она на свободе. Ведьма сказала, что такие, как мы, всегда помогают друг другу.
– Это ничего не доказывает! – Ронан вскочил с места и заметался по беседке. – Ты совершила глупость, когда пошла к ней. Ясно же, что эта ведьма обманула тебя. Пора забыть об этом, как о страшном сне.
– Не получится забыть, – опустила голову Бриана. – Пустота, о которой говорила мне ведьма, уже позвала меня.
Ронан молча, но со страхом в голубых глазах, смотрел на нее.
– Я видела сон, где плыла в этой пустоте, плыла к одной точке, что спрятана в глубине, как исток всего, и слышала зов.
– Сон – это ерунда, – охрипшим голосом сказал Рон, – бывают такие кошмары, а ты после произошедшего только и думаешь об этом, вот и приснилось.
– Утром я обнаружила на себе вот это. – Не слушая объяснений друга, Бриана встала, стащила с шеи тонкий платок и чуть спустила вниз ворот, обнажая хрупкие ключицы. – Помнишь мою маленькую родинку? Посмотри, что с ней стало. Разве это не знак ведьмы?
Ронан уставился на белую кожу. Да, он прекрасно помнил родимое пятнышко Брианы, крошечное с горошинку. Он всегда находил его очаровательным. Сейчас же пятнышко изменилось. Горошинка так и осталась на месте, но снизу нее появилось еще одно пятнышко в виде тонкого месяца рожками вверх. Пятнышко было четким, будто нарисованным тушью.
– Все это по отдельности, возможно, и не имеет значения. Но собранное все вместе уже явно указывает на то, что это правда. – Бриана совершенно несчастными глазами смотрела на Ронана. – Все это правда, Рони. Я ведьма.
Юноша молчал, нервно постукивая ногой по каменной площадке беседки. Он порывался что-то сказать и даже размыкал губы, но так и не произнес ни слова. Бри тоже молчала, смирившаяся и печальная.
– Но этого просто не может быть, – справился с собой Ронан. – Ты не можешь быть ведьмой. Разве в тебе есть зло? – Он с надеждой взглянул на девушку. – Я видел тебя так часто, как это вообще возможно, я видел, как ты росла, я знаю тебя, Бри. Да я готов клясться перед иконами, что ты никакая не ведьма. Я просто в это не верю!
К концу своей речи Рон распалился и почти кричал.
– Тогда кто я такая? – Глаза Брианы были сухи, она устала плакать за это время. – Как ты можешь объяснить все, что происходит со мной. Вдруг это просто начало и скоро я превращусь в чудовище и начну творить зло вкруг, убивать и проклинать, насылать болезни и беды. Вдруг я причиню вред тебе и родителям?
Ронан подскочил к девушке и, схватив ее за руку, потащил куда-то прочь из сада.
– Куда мы? – слабо сопротивлялась она, не успевая за его широким шагом.
– Сейчас, подожди, – впопыхах откликнулся он и потащил ее дальше.
Они оба миновали двор и замок, пробежали мимо огорода, конюшни и выгона и спустились с небольшого пригорка вниз к деревне. Бри поняла, куда ведет ее Ронан. На полпути была построена новая церковь. Сегодня был не воскресный день, и народу там не было, как не было и священника. Внутри царила приятная прохлада и пахло свежим воском.
Ронан остановился перед алтарем и рывком развернул Бриану лицом к себе.
– Смотри на меня, – жестко сказал он, – не отводи глаз.
Сам он уставился на девушку таким же напряженным взглядом как у нее, а потом начал читать слова молитвы. Ее губы чуть улыбнулись. Проверяет. Так же как она проверяла ту ведьму в клетке. Ничего не выйдет. Уж она-то знает, но пусть попробует, убедится сам.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Ронан девушку пару минут спустя.
– Устала и хотела бы прилечь, – честно созналась она и добавила, прикрыв глаза, они болели от непролитых слез: – Я уже пробовала так. Все ночи проводила с Библией, не пропустила ни одной службы. Не знаю почему, но молитвы на меня не действуют так, как написано в письме короля. На ту ведьму они тоже не действовали. Может, тут нужны какие-то особенные слова, что заставят дьявола во мне показаться.
– Нет в тебе никакого дьявола! – прорычал Ронан. – Я не верю! Ты выдумала все или больна. Да точно! Ты – больна. Надо найти лекаря.
Бри выслушала жениха с грустной улыбкой.
– Пожалуй, я покажу тебе кое-что еще, – сказала она. – Не уверена, что у меня получится, но я попробую.
– Что ты еще придумала?
Ронану хотелось уже оставить этот вопрос. Скорее всего на Бриану так подействовало происшествие в деревне. Она просто больна. Нервы или что-то другое, но это точно только болезнь.
– Давай, если у меня сейчас не получится убедить тебя, то я отправлюсь к лекарю.
Предложение было разумным и заманчивым. Рон согласился.
– Иди к морю, – подтолкнула его Бриана. – Жди меня у самого края, где мы часто смотрим на волны, хорошо? Жди, а я скоро приду.
Оглядываясь и сомневаясь, Ронан все же отправился на край обрыва, туда, где бесконечные луга прерывались, чтобы, преодолев пустоту обрыва, слиться с синей водой. Он не знал, что задумала Бриана, но решил пойти у нее на поводу, чтобы раз и навсегда закрыть этот нелепый вопрос.
Солнце жарко палило, но здесь рядом с водой было свежее. Как хорошо было бы сейчас насладится прогулкой вместе с Брианой, а не выяснять все эти чудовищные вещи. И все же, чем дольше Ронан ждал девушку, тем все более нелепыми казались ему ее доводы. Это ж надо такое выдумать! Вот пусть только явится, он найдет слова, чтобы убедить ее в том, что никакая она не ведьма.
Рон долго смотрел на волны, а потом нетерпеливо обернулся. Где же Бри? Что она там придумала? И в этот момент он увидел ее. Девушка бежала вниз с холма. Это была одна из любимых ее забав – мчаться наперегонки с ветром. Рон улыбнулся. Ей явно лучше, раз решила побегать. Он ждал ее, чтобы вместе посмеяться над ее страхами. Вот же глупышка!
Бри бежала широко раскинув в стороны руки. Белые рукава ее платья трепетали на ветру, ноги едва касались земли. Ронан думал, что она будет бежать прямо к нему, но девушка взяла чуть правее. Вот она исчезла ненадолго за очередным пологим холмом и тут же появилась на вершине последнего. Дальше луг, обрыв и – море.
Ронан забеспокоился, когда увидел, что Бри не снижает скорости, а даже наоборот бежит все быстрее. Обрыв был все ближе.
– Стой! – заорал Рон. – Бри, стой!
Она не слышала его и продолжала бежать к краю. Выругавшись, он рванул ей наперерез, прекрасно осознавая, что не успеет. Сумасшедшая Бриана! Неужели она больна серьезнее, чем кажется?
– Бри! Бри, не надо!
Ему не хватило дыхания, Рон задохнулся, видя, как девушка преодолевает последние метры перед краем.
– Бри…
Она на мгновение замерла над обрывом, а потом вдруг исчезла. Нет, не упала вниз, не покатилась по каменистому краю. Просто вместо девушки, и Ронан это прекрасно видел, в небо взмыла небольшая коричневая птичка. Птичка заполошно замахала крыльями, немного неуклюже, будто птенец, что только учится летать, а потом ее поймал воздушный поток. Рон смотрел на нее, прикрыв глаза ладонью от ослепительного солнца.
– Бри, – вновь повторил он ее имя шепотом. – Как же так, Бри.
О том, как будет приземляться, Бриана не подумала. Она вообще как следует не продумала свой поступок. Просто решила, что это превращение вернее всяких слов докажет Ронану, что она ведьма. А потом она побежала, даже не зная, получится у нее или нет, и не зная, чего хотела больше. Впрочем, выбор у Брианы был невелик – взлететь или разбиться, упав с обрыва и скорее всего переломав себе все кости. Она взлетела. На самом деле взлетела. В этот раз она не позволила страху взять над собой верх и с готовностью распахнула крылья.
В воздухе Бри пробыла не дольше минуты, а потом почувствовала, как падает. Благо, что под нею уже были не острые камни обрыва, а волны моря. Нырнула в воду Бриана уже человеком и тут же захлебнулась, когда холодная вода сомкнулась над ее головой. Платье, бывшее на ней, тут же намокло и потянуло ко дну. Под закрытыми веками замелькали яркие огни, легкие жгло огнем, непреодолимое желание вдохнуть, очевидно, станет последним желанием в ее жизни. Неожиданно, что-то резко потянуло девушку вверх. Она всем существом устремилась на поверхность к своему спасению.
– Ты сумасшедшая, Бри, сумасшедшая!
Ронан стягивал с девушки намокшее верхнее платье, тормошил ее, растирал руки и ноги. Холодное течение у самого берега делало этот пляж недоступным для купания. Даже в самые жаркие летние месяцы море оставалось холодным, хоть и притягательно красивым.
Бриана закашлялась, тут же застучала зубами от холода, непонятно от чего заплакала. Ронан снял с себя рубашку и привлек девушку к своей голой груди.
– Сейчас согреешься, – пообещал он ей. – Потерпи немного.
Кожа Ронана сначала была такой же мокрой и холодной, как и у Брианы, но вот постепенно молодые люди согрелись друг о друга, а летнее солнце довершило дело. Теперь уже Ронан просто держал Бриану в руках и баюкал ее.
– И что мне с тобой делать, Бри? – спросил он девушку много минут спустя.
– Отпустить, – хриплым от воды голосом предложила она, – чтобы я не причинила тебе зла.
– Нет. – Он сжал ее еще сильнее. – Этого ты не дождешься, Бриана. А если сбежишь, то я найду тебя, где бы ты не была.