Живучее эхо Эллады

6

Но был Тантал натурою таков,
Что выпросил у Зевса наказанье
И новым оскорблением богов,
И страшным, необычным злодеяньем.

Он наважденье низменных страстей
Гордыней и жестокостью утроил:
Чтоб испытать всевиденье гостей,
Им трапезу ужасную подстроил,

Убив Пелопса, сына своего
(Такого мир не видывал веками!),
Прекрасным блюдом преподнёс его,
Потешиться желая над богами.

Злой умысел разгадан был тотчас,
Пронёсся ропот, будто шелест ветра,
И лишь кусочек нежного плеча
Бедою ослеплённая Деметра

^{Деметра. С античной камеи.}

Жевала вяло, думая своё,
По дочери страдая, Персефоне,
Похищенной недавно у неё
Аидом, восседающим на троне

В подземном царстве.
Всё, но без плеча,
В котёл большой сложили молча боги,
И слышно было, как огонь трещал,
Бросая отблески на золото чертога.

Таились осуждение и гнев,
И кары тень в молчанье этом жёстком,
И лишь кивком велел Гермесу Зевс
Заняться воскрешением подростка.

Смешал доброжелательный Гермес
Всю силу чар своих с любовью нежной,
Творил упрямо – и Пелопс воскрес
В здоровой силе юности прелестной,

Прекраснее того, что раньше был,
Жаль, не было плеча. И сникла гостья…
Но бог-кузнец Гефест явил свой пыл,
Плечо ваяя из слоновой кости.

Старательностью чудо сотворил,
Что даже для богов казалось дивом,
Навечно всех потомков наделив
Пятном белёсым на плече красивом.