Керинейская лань (Четвёртый подвиг)
Бесспорно, ведал Эврисфей,Что лань, которой нет резвей,Давно в Аркадии жила,Творя недобрые дела,Сады, поля опустошая,Лишая землю урожая.Он знал прекрасно и о том,(Не мудрено – он был царём!),Что эту лань при всём сознаньеПослала людям в наказаньеОсоба, хрупкая на вид,В которой власть и сила спит.Богиня эта – дочь Латоны,Сестра родная Аполлона,Так своенравна и горда,Что не прощает никогда,Лицом не подавая виду,Не то что явную обиду,А тень намёка на неё.И предвкушение своёВеликой стычки созерцанья,Той, где оружия бряцаньяИ быть не может, ЭврисфейУскорил выдумкой своей.«Задача будет непростая!..»К герою ненависть питая,Призвал посланника:– Копрей!..Ступай к Гераклу, да скорей!..Пусть эту лань, что беды правит,Ко мне целёхонькой доставит.
Артемида с ланью. С античной статуи. Париж, Лувр.
Геракл, надеждами согрет,Выходит из дому чуть свет,Спешит, усталости не зная,Туда, где носится, сминаяЕдва созревший урожай,Лань нерадивая.«Решай,Геракл, прикрывшийся туманом,Осилишь лаской иль обманомКак вихрь несущуюся лань,Но только стрелами не рань!..»– Ах, друг Копрей, я помню это!..Впервые ль царь даёт запреты?!Уж как-нибудь подстерегу,Глядишь, поймаю на бегу,Потратив день иль пару дней…А царь есть царь – ему видней!
И вот, когда устали ноги,Геракл на камень при дорогеСел поудобнее, зевнул,Кулак под щёку – и уснул.Тук – тук!.. Тук – тук!..Герой проснулся —Сидел, как пень, не шелохнулся!..Он чётко видел под лунойДеянье лани озорной:Воткнёт рога, хвостом помашет —И будто плугом землю вспашет,За бороздою борозда,Прошлась – и вот она, беда!Нет и следа от урожая.«Да ты затейница большая!..»Ах, эта каверзная лань!..Как ни суди и как ни глянь —Вся красоты необычайной.Взглянул – и понял: не случайноОна явилась – не сама! —Пустыми делать закромаНесчастным людям. Кто-то правитТакой косулею!.. И давитТоска глядящего: вот-вотЕй чей-то меч вскроит живот!..Рога – из золота литого(Отлил, приставил – и готово),А ноги – медные! Тук-тук!.. —Неповторимый мерный стук.– Иди сюда!.. Ко мне, глупышка!..Иди, не бойся! Ты уж слишкомСтаралась полюшко зелоВсё за ночь выбрить наголо!Оставь своё плохое дело!Но лань стрелою улетела,Сверкнули золото и медь,Геракл – за ней: «Поймать!.. Успеть!..»
Немало выпало хлопотГераклу в суете житейской,Не день, не два, а целый годОн шёл за ланью керинейской.Не выбирал прямых дорог,Боялся упустить из виду.Неумолимый грозный рокКак будто вытравил обиду.Герой, преследовавший лань,Всё ловко повторял и споро:Ломился с хрустом сквозь елань,Перебирался через горы,Равниной шёл, прибавив шаг,Переплывал шальные рекиИ даже пропасть, как овраг,Никем не хоженый от веку,Прыжком осиливал в ночи,Сползал на каменные плиты!..Но больно было, хоть кричи,Когда терял её из виду.
Таким насытившийся всласть,Он битву выбрал бы скорее!А лань невидимая страстьНесла в страну гипербореев.Она Геракла привелаТуда, где родина Латоны,Где Зевсом зачата былаЖизнь Артемиды с Аполлоном.
Был шагом пройден полукругИ обозначен миг покоя,Но вот рывок, теперь – на юг!..Геракл с протянутой рукоюВперёд подался, обомлев,Казалось, кровь застыла в жилах.«Уж лучше бы немейский лев,Так всё бы палица решила!!.»
И вновь погоня в дождь и в град,Когда не всё бывает гладко,Преодоление преградВ обратном бывшему порядке.
Вновь осыпь каменной плиты,А дальше пропасть, реки, горы…Елань, овраги и кусты…Предгорья лес и берег моря…
Знакомый город под горой,Поляна асфоделов бледных…Но лишь в Аркадии геройУслышал стук копытец медных.
Смахнул устало пот с лицаИ вывод сделал баспристрастный:«Чем этот ужас без конца,Не лучше ли конец ужасный?»
И был конец довольно прост:Душа героя лань простила,Но тетива стрелу за хвостК себе настойчиво тащила.
И звонкой песнь её была,Когда, карая недотрогу,Взметнулась лёгкая стрелаИ, медь пронзив, воткнулась в ногу.
– Не по душе мне самому,Уж ты поверь, такие меры,Да только я теперь не ймуК тебе ни жалости, ни веры.
Ты взглядом сердце мне не рань,Лежи себе и слушай речи! —Погладил нежно, поднял ланьИ положил себе на плечи.
Он шёл извилистой тропойСквозь сонный лес, плющом обвитый,Когда увидел пред собойРазгневанную Артемиду.
– Зачем пришёл туда, где я,Собой недоброе вещая?!Ты что, не знал, что лань – моя?..Что я обиды не прощаю?..
А может быть ты зря винилИ зря испортил лани ногу,От громкой славы возомнив,Что ты могущественней бога???
Смиренно голову склонив,Геракл ответил мирным тоном:– Прошу, поспешно не вини,О дочь великая Латоны!
Глупа мирская суета,Но чту покой любого края,А небожителей всегдаС благоговением взираю.
И жертвы приношу богамПо воле разума и сердца,Хотя ты знаешь, что и самЯвляюсь сыном громовержца.
А лань твою, быть может, зряВыслеживал и ранил в ногу,Но это был приказ царя —Служить ему велели боги!
– Ты речь держал, как по веснеЗерном отборным поле сеял…– Я виноват – простишь ли мне?..– Прощу! Тебя!.. Не Эврисфея!
– —
Когда Геракл вошёл в МикеныПод ликование народа,Царь Эврисфей взошёл на стену,Но повелел открыть ворота.
Гипербореи – мифический народ, живущий на крайнем севере, за пределами дуновений холодного ветра Борея, где царила вечная весна, земля давала два урожая в год, жители отличались завидным долголетием, а жизнь их походила на вечный праздник веселья и радости.
Асфоделы – дикие тюльпаны бледно-жёлтого цвета.
Страницаиз23
СкороКнижный режим
