Явление XVIII
Те же и Самохвалов (идет на театр тихо).
Щепетильник. А! это неуклюд Самохвалов, Знать, он недавно сюда приехал.
Самохвалов. Скажи мне, пожалуй, что это за старой дурак бежал отсюда? Он было меня с ног сбил. Никак его здесь рассердили? Он, идучи, жестоко бранился.
Щепетильник. Этот пожилой шалун прогневался на меня за самую безделку. Он хотел к стыду своему купить безделюшек, а я посоветовал очки купить и сказывал, на какую потребу они годятся и что в них увидеть можно.
Самохвалов. Ты мне кстати об очках вспомнил, я их купить должен.
Щепетильник. А на какую, сударь, потребу?
Самохвалов. Смешной вопрос! Смотреть на людей и читать разные книги.
Щепетильник. А я думал, что писать.
Самохвалов. Писать не для кого! Здесь достоинства трудов моих никто не разумеет.
Щепетильник (в сторону). Для того, что ты кроме ни к чему годных безделюшек, еще ничего не написал и не перевел. (Самохвалову.) Да какие же книги вы читаете, на своем языке, или?..
Самохвалов. На нашем языке? Видно, что ты в литературе незнающ. А что бы такое на нашем-та языке прочесть было можно?
Щепетильник. Такие сочинении, которые довольную похвалу заслужили.
Самохвалов. Я таких не знаю!
Щепетильник. Итак, вы чужестранные только читаете?
Самохвалов. Да, но и это не для научения. Учиться мне не у кого, следственно и подражать некому, а могу я счесть равными с собою некоторых чужестранных писцов; а не пишу ныне для того, что не хочу больше показать своего искусства.
Чистосердов (Племяннику). Вот пречудное животное.
Племянник. Весьма самолюбивое.
Щепетильник (ищет очков).
Самохвалов. Долго ли ж искать? Я чаю, в твоей лавке очков много.
Щепетильник. Есть довольно, но я ищу таких, которые очками знаменитых авторов называются. Они нарочно выдуманы для слушанья чужих сочинений.
Самохвалов. На то-та и мне они потребны. Ныне проявилось, к стыду нашего отечества, множество писателей, а особливо комических, которые и грамоте не умеют и которых сочинении иногда буду я принужден слышать.
Щепетильник. А вы еще и не видали и не читали?
Самохвалов. Нет!
Щепетильник. Да почему ж хулите?
Самохвалов. Потому, что написать хорошего некому, и я уже наперед знаю, что здесь все очень гадко и сочиняют и переводят.
Щепетильник. Так не слушайте и не смотрите дурного.
Самохвалов. Мне не хочется прослыть ненавистником; я буду ходить в комедии и, надев очки, смотреть на театр, отнюдь не слушая того, что актеры болтать станут, ведая, что доброго ничего не услышишь.
Щепетильник. А! так эти очки будто бы нарочно для вас сделаны. Они на уши надеваются, и ежели вы не захотите слушать, то, не отворяя этой пружины, их оставьте, и так не согреша против своей совести, т. е. не слыша дурно или хорошо написано, можете бранить сочинителя. А ежели слушать захотите, то подавите пружину, так эти дырочки отворятся, и все к слуху вашему доходить станет.
Самохвалов. Очень хорошо! О, как много умел ты меня одолжить! В твоей голове ума больше, нежели во всех наших новых писателях. Ты меня избавляешь от муки, и я выхвалю тебя перед молодыми нашими писцами, написавши сравнение между ими и тобою.
Щепетильник (в сторону). Сравнении не всем удаются; у многих и стихи неровные в них бывают.
Самохвалов. Что ты задумался? Радуйся, мой друг! Скоро об тебе моим старанием свет узнает: я расхвалю тебя.
Щепетильник (Чистосердову). Боюсь, чтобы не сказали: кто его хвалит? протухлая ветчина!
Самохвалов. Скажи же, что очки стоят?
Щепетильник. Двадцать рублев.
Самохвалов. Вот деньги. Завтре же начну я писать тебе похвальной эпитр, а на молодых вралей комедию, и подлинно сделаю смеху…
Щепетильник (в сторону). Над собою. Не заведи опять муз в избу; это не их, а твое жилище.
Самохвалов. Прости! я покажусь скоро во всей моей славе.
