Явление XV
Те же и Верьхоглядов.
Верьхоглядов. А пар дие*! Рад я, что тебя вижу в добром здоровье, господин Щепетильник. О! проклятой твой титул колет и дерет уши. Пожалуй, брось это варварское имя, а называйся галантерейщиком. Это будет тре-галан, и ты сам галант-омом* почитаться станешь.
Щепетильник. Я не хочу никогда быть галант-омом и не переменю моего названия, для того, что оно правильно на нашем языке.
Верьхоглядов. О, фидом*! на нашем языке! Вот еще какой странной екскюз*! Наш язык самой зверской и коли бы не мы его чужими орнировали* словами, то бы на нем добрым людям без орёру* дискурировать* было не можно. Кель диабле*! уже нынче не говорят риваль*, а говорят солюбовник. Ха! ха! ха! Какое иниоранство! Да пусть бы говорили, а то уже и пишут, и я слышал, что комедию Троа Фрер-Риво* назвали Три брата солюбовники. Три брата солюбовники! Ах! эти слова умертвят меня.
Щепетильник. Для того не пишут риваль, что это по-французски, а по-русски солюбовника значит.
Верьхоглядов. Пусть так, мой друг! Пусть так! но эти дикие слова из гоннет-омов* душу вытянут. Соперник! Солюбовник! Как же это срамно! и прононсуасия* одна уши инкомодирует*.
Щепетильник. Ин, не говорите по-русски, ежели вам язык свой столько противен, а лучше лепечите так, как теперь, или как один князек, побывавши года с два, к стыду нашему, в Париже и приехав оттуда, сказал некогда русскому сапожнику, которой снимал с него мерку: «Мон ами, ты не должен жужировать* по таким малым аппарансам»*.
Верьхоглядов. Он сделал то, что все наши братья вояжоры* должны делать.
Щепетильник (в сторону). Кроме тех, которые имеют здравый рассудок.
Верьхоглядов. Есть ли у тебя новые табакерки? Рекомендуйся мне! Я отебе рекомендую у всего монде галан* сделаю.
Щепетильник. Есть, сударь. Алагрек, аласалюет и…
Верьхоглядов. Нет, мон ами! Мне надобно табакерку разумную. Ты меня, я думаю, разумеешь?
Щепетильник (в сторону). В голове нет разума, так ищет в табакерке. (Веръхоглядову.) Вот предорогая табакерка фарфоровая в золоте. Вот вся золотая. Вот еще с бриллиантами, алабюшерон*.
Верьхоглядов. Что мне до твоих алабюшеронов! Это все старинные уже вздоры! Не офрируй* мне их, а дай такую, при которой бы проворство моего эспри* монтрировать* можно было. Я хочу с двойным куверклем*, на котором бы изображались хорошие миниатюрные пентюры*, чтобы нечто… там… ты уже дивинируешь*; нечто такое, чтобы можно дать случай продюировать* приятные бонмо*, непринужденные экивоки и инженуезное* и благопристойное похабство.
Щепетильник. Где это слыхано, чтобы было благопристойное похабство?
Верьхоглядов. Мы одни его эдаким сделать умеем! Мы одни, мой дружища! Атташируйся* к нам, так и сам савантом* будешь. Маленькое похабство, авек эспри выговоренное, анимирует* компанию; это марк де бон сан*, трез естиме* в дамских серкелях*, при игре картошной, а лучше всего на балах. Это такой фасон, чрез которой мы, пригожие люди, себя презинтировать* можем. Турнюр* хорошего экивока кокетку рассмешает, притворщицу принуждает глаза аббесировать*, а стыдливую закраснеться; но всем им офонд эмабле* бывает.
Щепетильник. Вот в каком вы заблуждении. Напротив того, я смело вас уверяю, что всякой разумной мужчина и всякая добродетельная женщина таких дурачеств отнюдь терпеть не станут. Эти шалости свойственны петиметрам, у которых нет в голове ни зерна здравого рассудка и которые прямыя учтивости совсем не знают.
Верьхоглядов. Здравого нет рассудка! О, мон ами, как же худо ты об нас жужируешь! Чорт меня возьми! Ты сформировал дезавантажные* об нас идеи. Послушай меня, я докажу тебе, что мы лучше всех людей на свете здравой рассудок поседируем*. Он есть приятное, справедливое, жантиль* забавное… истинное… лежер* удивительное… коммод* и… и… Уф, чуть я не задохся! Однако сказать тебетукур*, мон шер… мне стыдно быть педантом и дефинировать* это слово. Но ты видел, что ежели бы я хотел, то бы всеконечно доказать мог! Я во всем тебе контрадировать* капабель*, и капабель еще и не то сделать. Во мне, эксепте селя*, много есть меритов*. Я пью алла санте де бо секс*, говоря самые острые экивоки; могу над степенными людьми и священным чином мокироваться*, пренебрегать всяким законом и сделать дураком и скотиною ту-ле-серие* моралист, которые на тебя походят и вот это-та здравым рассудком антер ну* называется.
Щепетильник. А я не разгорячаясь могу слушать враки безмозглых вертопрахов и смотреть на них с презрением, и это здравым рассудком называю.
Верьхоглядов. Ты опять начал мораль прешировать*. Послушай меня, дружища! оставь ее, и так уже все люди говорят, что в твоем бутике* все галантереи хуже, грубое твое лицо и мордамант* язык. Прощай и суспандируй* нас вперед от таких гардиесов или за импертинанство* будешь батирован* чрез наших лакеев. (Уходит.)
Щепетильник. Коли они есть. Вот сущий попугай и достойной, чтобы его из всех мест, сказать-было его языком, чтобы его из всех мест прогонировали.