Оглавление
- Предисловие
- Миф 1. «Правдолюб» Солженицин: как неправильный народ предал монархию[1]
- Миф 2. Октябрь 1917 – социалистическая революция
- Две революции. (Версия 2)[8]
- 2. Буржуазная революция? Но какая?
- 3. Февраль и Октябрь – одна революция. Или все же две?
- 4. Классовые и социально-политические условия революции
- 5. Оценка зрелости предпосылок социалистической революции в первой половине ХХ века
- 6. Ленин о шансах строительства социализма
- 7. Переоценка шансов с позиций сегодняшнего дня
- 8. Логика событий: к капитализму без буржуазии?
- 9. Логика событий: получится ли строительство капитализма по-социалистически?
- Миф 3. Был ли Ленин немецким шпионом, или Миф о «немецком золоте»[24]
- 1. «Заговор Парвуса»
- 2. «Пломбированный вагон»
- 3. Парвус – Ганецкий – «Nya banken» – Суменсон – …?
- 4. Так кем же оплачена большевистская пропаганда?
- 5. Появление «документов Сиссона»
- 6. Публикация «документов Сиссона»: подлинник или фальшивка?
- 7. 1956 год. Заключение Джорджа Кеннана
- 8. Кто автор «документов Сиссона»?
- 9. Оплачен ли Брестский мир «германским золотом»?
- 10. Клевещите, клевещите, что-нибудь да останется
- Миф 4. О пятилетке в 4 года[82]
- Миф 5. О неизбежных жертвах коллективизации[172]
- Главная
- Александр Бузгалин
- 📚 Книги
- 10 мифов об СССР
- Читать фрагмент
- 6. Ленин о шансах строительства социализма6. Ленин о шансах строительства социализма
6. Ленин о шансах строительства социализма
Итак, начиная с Октября, к буржуазно-демократической революции начинает примешиваться оттенок революции раннесоциалистической.
В 1921 году революция в России в социально-экономическом отношении во многом вернулась к положению начала 1918 года. Пролетарское государство (хотя в его пролетарском характере уже сомневались и сами его руководители) могло, конечно, сравнительно легко национализировать крупную и среднюю промышленность. Но что делать дальше с этим разрушенным войной островком промышленности и в значительной мере деклассированным пролетариатом, окруженным морем мелкобуржуазного, а по большей части даже и патриархального крестьянства? Из чего тут, собственно, можно строить социализм?
Вместе со спадом революционной волны на Западе исчезли и надежды на помощь победоносного пролетариата развитых стран (по крайней мере, в ближайшую историческую перспективу). Что же делать? Отказаться от перспектив строительства социализма, вернуться к чисто буржуазной программе (как предлагали меньшевики)? Но в стране уже сложилась столь своеобразная конфигурация политических сил, что отказ от выдвижения социалистических целей становится для большевиков невозможным. Именно социалистические лозунги обеспечили им поддержку пролетариата и оправдывают их пребывание у власти. В противном случае, вместе с отказом от социалистических целей, они неминуемо теряют власть, а при тогдашнем политическом положении в России и в мире вместе с властью они неминуемо потеряли бы и головы.
Ленина весьма беспокоила эта коллизия. В конце концов он предлагает выход, в общем не находящийся в непримиримом конфликте с марксистской теорией. Пролетариат должен продолжать удерживать государственную власть, допуская в меру развитие капитализма под своим контролем. По мере того, как с ростом этого государственного (в смысле – контролируемого пролетарским государством) капитализма будут развиваться и производительные силы, необходимо при помощи государственной власти концентрировать ресурсы на развитии современной промышленности, электрификации страны, подъеме культурного уровня народа, на вовлечении крестьянства в кооперацию. Тем самым, одновременно с ростом капитализма, и отчасти на основе этого роста, будут закладываться материальные предпосылки социализма и обеспечиваться постепенный рост социалистического уклада. А там, глядишь, и революция на Западе дозреет…
Но получится ли осуществить эту идею на практике? Не будут ли растущие хозяйственные силы буржуазного уклада (вместе со значительной частью крестьянства, вовлеченного в товарный оборот) направлены против сковывающей их политической оболочки пролетарского государства? Эта угроза мелкобуржуазного термидора осознавалась Лениным как «основная и действительная опасность». Впрочем, Сталин справился с этой опасностью,… но открыл дорогу другой.