Цитаты из книги 哈尔的移动城堡

Тебя никто не заставлял, синяя ты морда!

А я хочу замуж и десять детей. Только, понимаешь, если хочешь успеть родить десятерых, начинать надо пораньше.

– Все-таки как это сложно – быть в нескольких местах сразу! – сказала Софи черепу на столе.

А я все думал, та ли ты прелесть, с которой я столкнулся в Майский праздник. Чего ты тогда так испугалась?

Вы чудовищно любопытная, кошмарно властолюбивая и непростительно чистоплотная старая дама. Держите себя в руках. Вы отравляете жизнь всем нам.

— Хоул вовсе не скверный, — возразил Майкл. — Еще какой скверный! — напустился на него Хоул.

Минуты две всё беспорядочно носились по саду: пёс метался туда-сюда, тревожно скуля, миссис Ферфакс и Софи бегали за ним, перепрыгивая через клумбы и отчаянно мешая друг дружке, а Майкл гонялся за Софи, крича: «Стойте! Вам опять станет плохо!»

— Я тебе уже намекал! — зашипел Кальцифер. — Тогда намекни ещё раз, — пожала плечами Софи, положила костюм и зашаркала к двери. — Если я тебе намекну и скажу, что это намёк, это будут уже достоверные сведения.

— Хауле, я мушу просити у вас, могутнього чарівника, вибачення за те, що стільки разів намагався вас вкусити! За звичайних обставин мені б і на думку не спало впиватися зубами у колегу і співвітчизника!

Всё было очень странно. Девушкой Софи съежилась бы от стыда за своё поведение. А старухой она обнаружила, что собственные слова и дела ни капельки её не заботят.

Скидається на те, що люди з великими здібностями нездатні втриматися від додаткових небезпечних розмірковувань, наслідком яких стає фатальна помилка і повільне сповзання у бік зла.

Надо было сделать всё как надо, а откуда ей знать, как именно надо?

У старости есть свои плюсы — перестаешь удивляться.

Ну и что, если у нее теперь не все дома? Со старушками такое случается сплошь и рядом.

– А что тут стряслось? – спросил Хоул, вернувшись домой на третий день. – Как-то посветлело. – Это Софи, – загробным голосом ответил Майкл. – Как же я не догадался, – уронил Хоул и скрылся в ванной.

Комнатка оказалась совсем крохотная. В ней не было никого, кроме Софи и черепа. – Он обеими ногами в могиле, а я – только одной, – утешила себя Софи.

- И меня мучила совесть. Совесть. Обратите внимание на это слово, миссис Проныра. Меня мучила совесть.

"...человек всегда жив, пока не умер".