СССР

Пишу эту рецензию лишь потому, что хочу уберечь от покупки этой книги 153 человека, которые планируют прочитать её. Для того, чтобы прочесть эту книгу от первой страницы до последней, необходимы огромное терпение, абсолютно здоровая нервная система, и хорошее знание молодёжного и воровского сленгов. Начнём с языка, на котором написана книга. Язык – шершавый, можно сказать, исковерканный. Приведу несколько примеров.
Наблатыкался, цопнул, закурлыкал, угваздывание. Что значит «поваленный смерч»? Что значит «загашенный грязюкой»? И все эти несуразности не в диалогах, а авторском тексте, т.е. в повествовании. Пробираешься через этот текст, как через джунгли с мачете в руках. А герои, такие несимпатичные. И разговаривают тоже на ужасном русском. Между строителями этого «Города-Солнца» какие-то неуставные отношения. Много драк, злобы и зависти (кто-то в нормальной квартире живёт, а кто-то в бараке ютится). Непонятно, почему надо было строить этот городок почти что в зоне вечной мерзлоты? Кругом тайга, тундра, болота. Очень холодно. И в этом городке собирают местных «кулибиных» с тем, чтобы они создавали прорывные технологии и там же на месте воплощали их в жизнь. А чтобы «кулибины» не разбежались их хорошо кормят (фрукты, овощи, мясо-не оленина) и обеспечивают всем необходимым с доставкой на дом, чтобы время на шопинг не тратили. Городок этот далеко за Уралом. Вокруг ни цветущих садов, ни плодоносящих полей и огородов. Всё завозное, включая стройматериалы и оборудование, и соответственно очень дорого. Это настолько с экономической точки неразумно, что могло прийти в голову только пьяному ёжику. В таких местах действует обычно вахтовый режим работы, но чтобы жить там круглогодично? И потом, если я такой супер-мупер творческий человек, выдающий на-гора десятки инноваций, обеспечивающих технологические прорывы в автомобилестроении (это вам не Ё-мобиль Прохорова) и производстве гаджетов (это вам не смартфоны последнего поколения), то я захочу жить и творить не в какой-то там Тьму-Таракани, а хотя бы в Сочи, если не в Калифорнии. Откуда там взялись современные лаборатории с супер-мупер оснащением, испытательные стенды, в конце концов, простые инженеры и высококвалифицированные рабочие?! В книге насчитывается свыше 500 страниц, и ни одной страницы, прочитав которую испытываешь если не удовольствие, то хотя бы какую-то мизерную положительную эмоцию. Ни одной достойной внимания остроты, никакого юмора, ни одной глубокой мысли. Одни какие-то пустопорожние диалоги, какие-то персонажи, напоминающие своим поведением персонажей Гулага. Я внимательно прочёл только первые 100 страниц, а потом уже читал по одной-две страницы через каждые 10-15 страниц. И у меня не было ощущения, что я что-то пропустил. А одну звёздочку в оценке я поставил за анекдот с бородой на 11-ойстранице о том, как муж утром допустил досадную оговорку, и вместо того, чтобы сказать жене «Милая, налей ещё кофе, пожалуйста», сказал: «Всю жизнь ты мне, жаба, испортила».

Ох и оптимист же Шамиль Шаукатович, ох и утопист же... За это и люблю-нимагу.
Хотя не только за это, конечно.
Я, "СССР тм" читаючи, окончательно убедилась, что мне вообще без разницы, про что пишет Идиатуллин. И в каком жанре - тоже без разницы. Будь это детский ужастик, или фэнтези про время, которое замкнуто красивым колечком в ухе вечности, или ностальгическая драма о взрослении. Или вот производственный роман о том, как маленькую утопию в Сибири строили.
Я буду читать его истории про что угодно - и радостно повизгивать от мастерства рассказчика. От словесной акробатики хошь в высоком штиле, хошь в низком. От плотности мысли на страницу текста. И от того, насколько эти мысли мне близки. Ну и, конечно, от того, что он умеет как играть по правилам, которые старательно заучивают литераторы-неофиты на курсах писательского мастерства - так и высокохудожественно эти правила нарушать. Скажем, написать "диалог в пустоте" - без ремарок, без авторского текста, просто чередующиеся реплики. Но ты через эти реплики видишь все - и место, где разговор происходит, и настроение героев, и их характеры, и подтекст беседы. Причем, это все еще и невероятно человечно и остроумно.
Как он это делает? Моя не знать, моя цокать языком и мотать на несуществующий (к счастью) ус все, что удается на него намотать.
Что касается содержания книги... Ну, мы же на самом деле все этого хотим (ладно, не все, но многие) - чтобы было честно, чисто и красиво. Чтобы работа в радость. Чтобы воздух свежий, друзья верные, дети учатся с удовольствием, а не отбывают повинность в образовательном учреждении. Чтобы выдумывать полезное. Чтобы строить новое и прекрасное. А тех, кто пытается натащить в это новое и прекрасное грязи из старого и не такого прекрасного - ссаными тряпками вон. Но уважительно. Или, если уж иначе никак, - то вперед ногами. Но с сожалением.
Взять за горло остротой и напряжённостью момента Идиатуллин тоже умеет. Не всякий триллер не всякого триллеродела дарил мне столько тревожных минут, сколько "СССР тм". И столько неожиданного экшена, причем очень изобретательного. Сцена драки в машине заставила меня мечтать об экранизации. Хотя бы этой самой отдельно взятой сцены. И это при том, что всякое дрыгоножество и рукомашество - вообще не моя любимая тема.
В психологические глубины скважину пробурить, глянуть и хмыкнуть понимающе автор, кстати, умеет тоже.
И патокой не залить, и без надежды с катарсисом в финале не оставить - как-то умудряется.
Мастер, чо.
Какие там еще у него книжки вышли? Мне надо.

Щекотливый момент, когда книга понравилась, потому что сюжет, интрига, завязка/развязка, многоплановость, язык, подача — вообще все отлично. Но вот волшебный ларец закрывается, сказочник с вами прощается и приходят они. Не, не призраки прошлого, мое поколение просто стянуло с шеи красные галстуки в своё время и пожало плечами. Как оно БЫЛО тогда и ЧТО это вообще было, мы узнали от родителей и из книжек. Так вот кстати про книгу.

Ее восприятие во многом зависит от того, успело ли читателя зацепить советским прошлым, насколько сильно, под каким углом, за живое или по касательной. Идея стряхнуть пыль с лучших заветов Страны Советов и построить новый мир для себя и своих детей без опоры на идеи марксизма-ленинизма и жесткие карательные механизмы любопытна, но отношение к ней столь же противоречиво, как и ко всей советской истории. США растиражировали на весь мир образ американской мечты, тоже весьма расплывчатый, но находящий отклик в массах: я буду добиваться благополучия для себя и добьюсь его, потому что в моей стране есть все условия. Нас, рождённых в СССР, учили, что личный эгоизм — это плохо, а оказалось, что даже человеческие пороки можно использовать во благо. СССР-TM предлагает другую редакцию мечты: все будут пользоваться благами, работать на благо всех и да пребудет со всеми благо. А если пребудет, но не сразу? Или сразу, но не со всеми? А вдруг вообще не пребудет? А если мне прямо сейчас не хватает? Корчагин строил узкоколейку, не заботясь о бытовых условиях, потому что собственное благо его не интересовало по умолчанию. Ему достаточно было знать, что своими делами он приближает эру коммунизма. Но вот коммунизм в классическом понимании оставлен за скобками. СССР-TM обещает трудящимся маленький личный рай, в котором они смогут строить рай общий, но ближе к концу романа внезапно выясняется, что кому-то нужно потерпеть, обождать и затянуть пояса, потому что кругом враги и вихри враждебные веют над нами. Мы же не так договаривались! Какие еще вихри? Мы ж по договору найма, — раздаётся голос. С голосом пытаются договориться, но затем просто изолируют, потому что и без него проблем выше крыши. Преступным элементам, затесавшимся в советские ряды, повезло ещё меньше. Сами виноваты, нарвались, самооборона, закопали неглубоко. Муки совести? Вы о чем? Хорошему человеку потом ещё с лангеткой бегать пришлось, так что его совесть чиста. Шанс перековаться, осознать и искупить в романе предусмотрен, но предоставляется // по талонам — вычеркнуто// весьма скупо. А служба безопасности, чья доблестная работа чуть не рушит семью, не говоря уже о прочих её заслугах, — это, выходит, неотъемлемый атрибут советского строя даже в новой редакции? Всех в книге заботит противостояние прогнившего настоящего в лице Москвы и светлого будущего в лице СССР, а то, что при этом зарождается в прообразе светлого будущего в качестве побочного продукта, остаётся за рамками. Мир черно-белый: мы хорошие, они плохие. Ок, они плохие, не вопрос, но так ли уж вы хороши?

Короче, книга хорошая, просто я придирчивая. 

Все время не покидало ощущение, что я читаю про понедельник, который начинается в субботу, только не в стенах закрытого НИИ, а в масштабах новой экономической зоны. Герои бегают, шутят, радуются жизни, магическим образом изобретают, достигают, превозмогают, им мешают инородные элементы. Все такие задорные, оптимистичные, схватывают налету и понимают с полуслова. Внезапно где-то в районе описания внутрисемейного конфликта главного героя повествование резко, ВОТ ПРЯМ РЕАЛЬНО очень резко, так что резануло даже, обрывается, меняется, линии рвутся, герои те же, но ощущение, что автор книгу откладывал, потом вернулся к ней, а в голове уже другая картинка и новые миры рвутся наружу. Я кстати рецензию тоже давно начала писать, потом бросила, но вот нашла и дописываю. 

И ещё вдогонку — драки драками, но Татьяна в лес медведь за нею — это ясно дело прием, динамичность, но проявите сострадание к читателю: кто кого куда ударил временами непонятно и многочисленные эпизоды руко-и ногоприкладства приходится пролистывать, как в детстве описания природы у Жюль Верна. Выжил Петя, Васю уносят, ладно, едем дальше. Финальный поединок я честно перечитывала. Сначала споткнулась о фразу «я пнул под стул ЗПТ», потом пыталась понять, откуда взялся чувак с отточенной косой, перерезавший главного героя на высоте ремня, если злодея выкинули в окно, а было их там двое. Разобралась, но вам не скажу. 

А в остальном, книга, как уже выше было сказано дважды, хорошая, всем советую, если, конечно, у вас нет личных претензий ни к строителям коммунизма, ни к тем, кто его, недостроенный, демонтировал. 

Концовка честная. Хотя я уже упоминала про отличную пару завязка/развязка. Спасибо автору!

Фантастический жанр, который я люблю больше всего (даже больше, чем хард-НФ и сайенс-панк) – утопия. У этой любви есть две причины:

• с одной стороны, среди писательских задач нет ничего сложнее убедительно написанной и, что тоже важно, увлекательной для чтения утопии (куда проще оформить еще одну антиутопию, постапокалипсис или триллер, в них и верится легче, чем в сюжет о долгой хорошей жизни, и конфликты вшиты прямо в жанровые коды), а я уважаю исполнение литературы в хардмоде;
• с другой стороны, моя банальная мечта – жить нормально до самой смерти и чтобы вокруг меня все тоже жили нормально (а как иначе сбыть такую мечту?); для ее воплощения нужно адекватное реалиям моделирование общественного идеала, в который могли бы поверить многие; изредка такие жемчужины попадаются именно в утопическом жанре.

  Не так давно я нашел для себя образец исполнения утопии на российской почве – убедительную, реалистичную и увлекательную историю о строительстве и жизни общества хороших людей – и это "СССР(тм)" известного русско[-татарско]го писателя Шамиля Идиатуллина.

  ***

  Как-то так вышло, что Идиатуллина у нас хорошо знают как автора мистического хоррора с национальным колоритом "Убыр" и контрностальгического романа об андроповской эпохе "Город Брежнев", а вот о его злободневных работах "Татарский удар" и "СССР(тм)" известно так мало, что в последние месяцы не раз и не два можно было прочитать характеристику свежего текста "Бывшая Ленина" как долгожданного обращения автора к актуальности. А ведь актуальность – фишка Идиатуллина.

  Если для "Татарского удара" безвестность еще можно как-то объяснить (единственное издание 2005 года, невозможность найти эту книгу и нежелание издательств связываться с ядреной темой татарского сепаратизма (которой там нет, но)), то "СССР(тм)" полтора года назад был переиздан "Азбукой" на хайпе вокруг "Город Брежнев" и до сих пор в количестве лежит в интернет-магазинах. При этом число отзывов о романе по-прежнему близко к нулю, как и в год его выхода в свет.

  Я ничего не знал об этой плачевной ситуации, когда брался за роман, я просто прочел "Бывшая Ленина" и решил дать шанс еще одной книге Идиатуллина, стоявшей у меня на полке. И не пожалел. Оказалось, что "СССР(тм)" – это magnum opus автора, как по амбициозности поставленных задач, так и по уровню их исполнения, целая эпопея о том, как можно жить, если очень захотеть и все звезды сойдутся. Было бы здорово, если бы этот роман получил достойную долю внимания читателей.

  Чтобы вы понимали, чего ожидать от книги, я немного расскажу о том, почему, на мой взгляд, этот opus такой magnum.

Первая амбициозная задача "СССР(тм) " – предложить оригинальный взгляд на избитую тему. О Советском Союзе, советской жизни и советском реванше к 2010 году, когда вышел роман, уже было написано предостаточно (а девять лет спустя плотность контр/ностальгических сочинений об СССР на кубометр бумаги только выросла). Можно сказать, сформировался целый поджанр исторического романа "совьет-панк" из двух альтернативных вариантов "кровавая гэбня" Vs "колбаса докторская по два тридцать". Казалось бы, где тут пространство для нового слова?

Идиатуллин предлагает взглянуть на Советский Союз платонически: сначала осознать, что колбаса с гэбней суть тени истины на стене пещеры, затем попытаться выявить и воплотить в жизнь чистую советскую идею. Причем воплотить не сферически в вакууме, а здесь и сейчас (а именно в 2007-2012 годах, в России конца эпохи гламура).

Объясняя, как такое вообще могло произойти, автор стоит на прочном фундаменте реализма: началось все, по классике, из-за бабла на самом высоком уровне – в попытке придумать, как еще изъять деньги у госкорпорации "Проммаш", Кремль предложил ее руководителю Рычеву купить права на советский бренд, оформить как товарные знаки и приобрести в собственность все ключевые слова, связанные с СССР. В самом деле, грандиозный неосоветский проект и не мог бы стартовать в гламурной России никак иначе, кроме как сверху и чисто ради денег под прикрытием формальных идеологических обоснований. Вопрос лишь в том, как ситуация стала бы развиваться дальше.

И здесь автор вводит, как минимум, полуфантастический элемент: Рычев, будучи топ-менеджером уровня Чемезова и Сечина, оказался человеком, которому не все равно на Россию, и решил рискнуть всем ради мечты о развитом государстве с мощным ненефтяным сектором экономики. Опять же, абсолютно трезвый подход: перемен к лучшему нет, когда эти перемены некому лоббировать на самом верху, а лоббировать их способен только идеалист, которому одних лишь денег и власти недостаточно. Сколько угодно государственный деятель может быть крепким хозяйственником, талантливым управленцем и дальновидным стратегом, но, пока ему не надо двигать страну к лучшему будущему, он заниматься этим и не будет.

Рычев раскрывает душу Камалову.

Идея Рычева была до гениального проста: взять советский бренд, который лежит без дела, и под ним создать целую сеть высокотехнологичных производств полного цикла, которые займутся разработкой, выпуском и дистрибуцией уникальных товаров гражданского и двойного назначения. Короче, где-то в одном месте под маркой Made in USSR специально обученные люди будут самостоятельно изготавливать от мельчайших винтиков до корпусов, собирать и продавать лучшие в мире машины, смартфоны, одежду и все такое. Чистой воды утопия! – скажет читатель, и будет прав.

Но это утопия, которой до реальности всего пару шагов. Разработки есть, надо только отобрать действительно толковые и передовые. Специалисты есть, надо только собрать их по человеку, по два человека из разных мест. Честные менеджеры тоже есть, и их тоже надо только найти и нанять, а еще надо расставаться без сожаления с немножко нечестными, случайно прошедшими отбор. А главное-то что? У государства есть деньги, надо только где-то раздобыть политическую волю инвестировать их в собственную промышленность. Перефразируя Канта, ничто так не развивает экономику и общество, как моральный закон во мне и прочная крыша надо мной.

Придерживаясь этой максимы, Рычев, сам человек-крыша, конструирует Союз-каким-он-должен-быть, трудовой рай производственников. И это, конечно, такой контр-реваншизм: вместо фантазий о реставрации СССР автор рассказывает, в каких социально-экономических формах советская идея может быть жизне- и конкурентоспособной.

Утопия, для которой все есть, надо только начать.

Вторая амбициозная задача – смоделировать и изобразить этот всеохватывающий технологический комплекс. Если "Татарский удар" был про трудовые будни силовиков, от простого милиционера до летчика-бомбардировщика, то "СССР(тм)" – это производственный роман о промышленниках, строителях, инженерах и отделе продаж. Звучит уныло, однако Идиатуллин, раскладывая весь процесс поэтапно, находит и показывает читателю ключевые интересные и неочевидные моменты. С чего начинается строительство технопарка на новом месте? Какой функционал продукции необходимо разрабатывать в первую очередь? Как происходит выбор названий для товаров? Как определяется стратегия дистрибуции товара? А самое главное – какое влияние на производство оказывает человеческий фактор?

Как и в случае с советской идеей, автор подчеркивает, что кадры решают все, что каждый успех и каждый провал на производстве совершается конкретными людьми, а не обстоятельствами непреодолимой силы. А потому принципиально важно, чтобы администрирование осуществлялось на самом высоком уровне, иначе неизбежны конфликты – личные, групповые, отраслевые, межкакиеугодные.

В романе есть блестящая сцена, где один из главных людей Союза Сергей Кузнецов, все знающий, все умеющий, едва не попадает в аварию на сильно напоминающем по технологичности бэтмобиль внедорожнике и в гневе идет разбираться со сборщиками. Рядовая рабочая ситуация, правда же? А вот нет, в процессе раздачи люлей Кузнецов выясняет, что он сам-дурак, жал на рычаги-педали не там и не так, как в машине это вообще предусмотрено. Это прекрасная иллюстрация того грустного факта, что менеджерского фиаско может постигнут кого угодно, даже управленца уровня Бога – и замечание о том, как же важно, чтобы руководитель имел смелость признать собственные ошибки.

Святой человек Кузнецов, всем бы такого начальника.

Подобных эпизодов о проблемах производства в романе множество. Утопия утопией, но автор не даст Союзу ни единой поблажки: корпорацию идеалистов будут испытывать на прочность изнутри и снаружи, вы узнаете и о том, почему рабочие при лучших в России условиях могут (от чистого сердца!) работать на развал предприятия, и о том, как элиты, не слишком беспокоясь о последствиях, сливают ноу-хау в Китай. Рискуя утомить читателя телефонной книгой персонажей (а их там что в твоей "Игре престолов"), сжато и емко Идиатуллин дает действительно полную, панорамную картину производства полного цикла, от выбора площадки в чистом поле до давки в магазинах после удачной рекламной кампании.

Третья амбициозная задача – написать о России за пределами личного опыта. "Татарский удар" был о родном для писателя Татарстане, о Казани с географически точными маршрутами героев, хоть экскурсии води: вот тут была натовская бомбардировка, а вот тут – расстрел ФСБшников (крутая книга, в общем). Можно было бы продолжать в том же духе, уж аргументы, почему Союз должен возродиться на татарской земле, наверняка нашлись бы, но автор решил дополнить идеологический и технологический челлендж краеведческим.

"СССР(тм)" – это роман о российском севере, жизни в приполярье и сибиряках. Художественный смысл ясен – утопия должна располагаться где-то очень далеко, не-рядом с обыденной цивилизацией, только вместо острова в море в данном случае оазис кварцитовой шахты в снежной (полу)пустыне. Но есть и более важный смысл: таким образом Идиатуллин продолжает говорить о многополярной России, где есть не только классический треугольник Москва-Питер-уездный город N, но и другие, абсолютно самостоятельные муниципальные образования.

Ничего необычного, просто губернатор и оппозиция обсуждают выборы.

Россию Идиатуллина никак не удается назвать провинциальной: Челябинск, Красноярск, Томск, Иркутск, Новосибирск, Хабаровск – это настоящие центры силы, политической и экономической, мало в чем зависимые от федералов и вспоминающие о существовании кремлевских башен только тогда, когда оттуда позвонят. И это не то чтобы частое слово в российской литературе, когда города на другом конце страны (на самом деле, рядом с ее географическим центром) показываются не как декорации для упражнений в "Роисся вперде", "за МКАДом жизни нет" и прочих "прощай, немытая Россия", но как нормальные населенные пункты, населенные нормальными людьми. Нормальные люди (внезапно) живут в России везде, напоминает Шамиль Шаукатович.

Переезд авторского хронотопа из Поволжья далеко на северо-восток также позволил автору и дополнить новыми красками тему внутренней геополитики: если к Казани хотя бы теоретически можно пытаться применить силу за счет "близости" к Москве (всего-то 800 км с перевалкой в Нижнем), то в случае Иркутска о таком даже подумать сложно (5200 км, считай что на Луне). Поэтому там действует только "мягкая сила", а региональные связи являются куда более влиятельными, чем связь центр-периферия. Сами вы периферия, извините.

Четвертая амбициозная задача поставила себя сама – вписать этот трактат о здоровом образе рабочей жизни в формат бодрой художки. По счастью, бодрость прозы – это писательский стандарт Идиатуллина, без исполнения которого он в печать не выходит. Мне даже кажется, что имеет место позитивный профессиональный перекос: будучи редактором корреспондентской сети "Коммерсанта", автор просто не может писать скучно – едва почуяв чуйкой информационщика, что читатель вот-вот поплывет, он тут же вводит в действие оживляж.

BOSS FIGHT. Как же я ждал этого поединка.

В основном за оживляж приходится отвечать местному Марти Сью, гениальному татарскому юноше Галиакбару Камалову, пока его непосредственный начальник Рычев держит оборону наверху, а подчиненные строят светлое будущее на отдельно взятом куске вечной мерзлоты. Алик – интеллектуал и мудрец, ниндзя, красавец и примерный семьянин, но у этого супермена есть недостаток почище криптонита: он брутально невезуч. Ниндзя-семьянин? Получи-ка драки и любовные коллизии в количестве. Интеллект, говоришь, неземной? Проверим по ориентированию на пересеченной местности, а то блестящие административные решения каждый может.

Бодрит не только фабула, но и форма романа. Текст наполнен юмором, каламбурами, цитатами из советских книг, песен и фильмов, персонажи за словом в карман не лезут и другим не советуют. Интерлюдии сделаны в виде неатрибутированных диалогов, автор не стесняется использовать нестандартные композиционные приемы, когда они требуются (например, многоплановый эпизод, где места действия связаны повторяющимися словами). Что важно, все ружья, развешиваемые в первой трети книги, стреляют каждое в свой черед, ну а ближе к концу разряжается целая базука, спрятанная в начале романа на самом видном месте.

В общем, скучно не будет, разве что в какой-то момент вам может захотеться отменить тот или иной дополнительный конфликт как избыточный для основной истории. Скажем, когда экшна стало столько, что производственная утопия съехала на обочину, пропуская вперед сурвайвал хоррор на Диком Севере, мне больше всего хотелось, чтобы ужасы побыстрей закончились и все опять зажили хорошо до самого финала.

Так откуда цитата-то?

Наконец, пятая амбициозная задача – написать достойный финал утопии. С этим у утопий все непросто: сломать утопию нельзя, выйдет антиутопия, но и заключить "долго и счастливо" тоже нельзя, выйдет история без финала. Я, конечно, пока читал и видел, как проблем у Союза становилось все больше и больше, и в коллективе, и в Сибири, и в Москве, просто на всех руках-ногах пальцы скрещенными держал, чтобы закончилось все не плохо – иначе зачем 500 страниц было вести мечту к расцвету?

И, вы знаете, финал романа – главная писательская удача автора, по моему мимохожему мнению. Идея "были бы люди – и все будет" срабатывает и здесь, окончательно раскрывается в понимание, что утопия — это действительно не место, что она может существовать только в голове и сердце человека, но в этом есть не негативный, а ярко позитивный смысл: утопия – это дела людей утопии, и там, где они собираются и работают вместе, утопия возникает автоматически. Как это произошло в конце нулевых далеко-далеко в Сибири под формальным брендом СССР(тм).

Имена, в конечном счете, не имеют большого значения, значим только сам человек и его стремление к нормальной жизни для себя и окружающих. Поэтому не стоит пугаться "совкового" названия второго романа Шамиля Идиатуллина – он не об СССР, он о том, что жить в утопии можно, надо только захотеть и всю жизнь ее строить. Ведь утопия – это не место, это процесс.

Очень реалистичная утопия о возрождении всего хорошего из СССР в отдельно взятом уголке России.
Книга начинается очень неудачно. Незнакомые читателю люди отдыхают на море, тут им звонок из "Союза" по сотовому, хотя "союзники" намного круче по рассуждениями героя и тд и тп. В общем полная бессмыслица соответствующая веянию моды, когда читателю подсовывают фрагмент из конца книги, чтобы заинтриговать. Но после вступительного фрагмента я полез на livelib, чтобы узнать, чего это я тут читаю и может там оценка 2 и стоит закончить знакомство, так как может и дальше будет такая ерундень непонятная? Обошлось, оценки были разные, я понял что можно и дальше читать, чтобы составить своё собственное мнение.
А дальше пошло поехало интереснее, и чем дальше, тем увлекательнее. Депутату дают деньги, полномочия, чтобы он что нибудь построил, да власти пользу принёс. Но он давно насытившись материальными благами, решается сделать что то по-настоящему важное для страны, например возродив СССР, с оговорками. И автор очень умело создает СССР (тм) руками героев, собирает лучших специалистов страны, которые создают лучшие авто, смарт устройства, смарт дома и тд, за которые не стыдно. Детальное описание технологических и политических процессов очень увлекает, картинка красива и понятна, поступками и достижениями героев гордишься когда читаешь. К сожалению, только успехами сыт не будешь (хотя я был бы :)) кольцо врагов постепенно сужается и начинается экшен, наезды и тд и тп без чего немыслимы политические игры.
В книге присутствуют недостатки: а) экшена многовато для романа такого жанра, взрослые мужики мутузят друг друга как герои боевиков, долго и неустанно; б) интересные сюжетные сцены вдруг обрываются, чтобы потом возникнуть в разговорах о прошлом; в) одна сцена о борьбе человека с природой слишком затянута, когда можно было бы обойтись более краткой зарисовкой.
Но масса достоинств и общая увлекательность текста их перекрывают с лихвой и оценка остаётся высокой.
Рекомендуется людям, хотя бы иногда, думающим о прошлом, настоящем и будущем нашей Родины.

СССР. Бренд и канувшая в лету страна, огромная мозаика смыслов, понятий и определений. Странное ощущение от прочтения. Что это было, вся эта история? Такой сложный микс. Вдохновение и азарт первых пятилеток, где люди – крепче стали и честнее ангелов, кузнецы своего и чужого счастья. Прорывные и революционные технологии, прямиком из книжек фантастов шестидесятых, с такими смешными названиями – «союзники», «кипчаки», не хватает еще разных «юностей», «востоков», «романтиков» и «мечт» для полной картины. Технологии – круче некуда, заткнут любого Гейтса и Маска за пояс, и все это – с полного нуля, в глухой тайге, в одну пятилетку. И все свое, никаких, понимаешь, китайских комплектующих. Вот только злые-злые чинуши все, как всегда, испортят, поломают, раздербанят. И случайности, вроде провалов почвы. Черт возьми, как же так просмотрели? Денег на заводы и атомные станции хватило, а на георазведку грунтов, видимо, не осталось. Как то не по советски. Вообще, послевкусие от книги горьковатое. Все эти мечты про величие. Предыдущий роман автора, про Набережные Челны, был поудачнее на мой взгляд.
Да, из похожего, напомнило «Обьекты в зеркале заднего вида» Дивова.

У вас было такое, что вы ооочень хотели прочитать какую-то книгу, а в итоге это чтение затягивалось на целый год? У меня такое случилось с "СССР".
Где-то 2,5 года я безуспешно пыталась ее найти, в том числе в Москве, Питере, Казани. В итоге, после того, как другая книга Идиатуллина "Город Брежнев" (знаю, что уже говорила, но скажу ещё раз, что она очень клёвая) стала лауреатом премии "Большая книга", выпустили ещё тираж и этой. И я быстренько ее прикупила. Тем более что и описание зацепило... НО...если первое время читать было захватывающе, то затем интерес упал. Как уже говорила, читала год.
На этом ещё неделю назад хотела бы поставить точку, отправить недочитанную на полку, но все же решила себя пересилить. И не зря. Последние страницы (после того, как спасли главного героя) читала взахлеб. Очень понравился прием, который где-то с последней главы использует автор - пересечение сцен по последней мысли предыдущего абзаца. И, конечно, сама идея Союза в действии. Прям здорово.
Если подводить итог, то книга интересная. Можно, правда, запутаться в именах и фамилиях (их там много), но ничего страшного не произойдет. Кто любит Бредбери, Оруэла - почитайте. Возможно откроете для себя ещё одного любимого автора

Смешанные впечатления...
Сама завязка то интересна и любопытна. Нет, это не про настоящий СССР) Это история о попытке создать отдельную подстрану в сибирской части России с незамысловатым названием Союз. Влить в неё денег, набрать отличных специалистов в разных областях, построить город, заводы, обеспечить всех рабочими местами, зарплатой, дать цели и мечту о светлом будущем.
Не все, конечно, шло гладко, но Союз был построен. И там была своя жизнь, своя идеология, свои разработанные технологии, с которыми вполне можно было выходить на мировой рынок. Но любая утопия имеет плохую привычку прекращать свое существование. В этой истории Союз разрушила сама Россия, посчитав, что все слишком уж хорошо и нужно все свернуть, пока Союз не вышел из-под контроля...

Вот вроде интересно, но... у Идиатуллина странная манера изложения. Часто не сразу понимаешь о ком или о чем идёт речь. Текст зачастую больше похож на нагромождение словесных конструкций из кучи проф.терминов, анахронизмов и татарских словечек. И за этой мешаниной теряется суть повествования.
Идея то понятна, автор не хочет, чтобы книга читалась легко, над ней нужно подумать, поломать голову и прийти к выводам. Беда в том, что вместо решения сложного морального уравнения в книге ты видишь матрицы, логарифмы и прочую высшую математику. А ты гуманитарий.  Вот и хана уравнению, не решается оно.
Я, конечно, поломала голову и к определённым выводам после прочтения пришла. Только удовольствия не получила.
PS вот мой папа, чистый технарь, пришёл бы в восторг от книги)
PS2 проблема ещё в том, что я читала "Первое время" Идиатуллина. Это фентези. Но там те же самые нагромождения. Автор создал целую терминологию к миру, но пояснений дать не соизволил. Часть слов я, простите, только к середине книги расшифровала. Так что у автора в принципе сложный стиль, к его книгам реально нужно подходить как к учебникам...

По правилам флэшмоба, насколько я понимаю, если книга не дочитана, то написание отзыва "обязательно" для обоснования. Начну с самого начала, в этом году именно этот роман был первым в списке "вам посоветовали новую книгу", я по диагонали прочла аннотацию, решила, что не совсем моё, но и причин для отказа у меня не нашлось. Когда я, в течение года, читаю книги из списка, то никогда не знакомлюсь с отзывами или аннотацией (чтобы иметь представление о чём? или освежить о чём? там, под обложкой будет)...так интереснее, интрига даже чуть не раскрыта. Оговорюсь, все книги из флэшмоба я читаю вслух, в семье, взрослым слушателям (чтобы обсудить, совместно сделать выводы и оценку мы выставляем тоже вместе). Мы все "рождённые в СССР", некоторые на самом излёте, но ностальгичечкие чувства присутствуют.

Начинаю чтение, и спотыкаюсь на каждом шагу, предложения выстроены странным образом, слова использованы как просторечные, так и устаревшие, или ещё довольно редкие и академические, и всё бы ничего, но это в рамках одной реплики. То есть герой (каждый из них) не проработан, а автор его устами блистает своими интеллектами...но блеск выходит дешёвым, текст теряет стройность. Немного напоминает мультфильм "Простоквашино", где дядя Фёдор письмо начал, Шарик продолжил, а Матроскин дописал, для мамы в итоге - непонятный бред. Много отсылок к фильмам, литературным произведениям, лозунги из прошлого, отсылки к фольклору (к русскому народному и татарскому, вперемешку). И это всё тоже в рамках одного разговора одним персонажем, создаётся ощущение, что он, пока ему рот не закрыли хочет сказать прям всё-всё-всё и неважно, насколько это нужно собеседнику (помните, у Лукинского был персонаж в чулке, как он выдавал разом "здравствуйте, пошёл нафиг, с новым годом", очень похоже, но там это относительно смешно, а тут не особо).

Стало "интересно", что за автор, что ещё он накропал, за свою творческую литературную жизнь. И каким неприятным было открытие, что это тот самый человек, который является автором пресловутого "Убыра" (тут должен быть смайлик ликалицо). Я, несколько лет назад, на фоне шума вокруг этого хоррора пыталась, грызла, кололась, плакала, а потом решила, что моё время мне дороже. Из целой кучи книг, мной осиленных, а их было реально много, разных, очень и очень разных, крутых и совсем провальных, недочитанных меньше десяти. И надо же такому случиться, что книгой из игры становится роман автора, из этого списка аутсайдеров. И я снова не могу, 20% книги за плечами, но бесит, ужасно, даже знать не хочу, чем там всё закончится (никто из слушающих тоже).

Вот уж не мой автор на 1000%. Извини, писатель. Сорри, поклонники (если, конечно, такие есть).

П.с. автор очень любит поясняющие скобочки у себя в тексте, в отзыве отдала ему дань.

П.п.с. несколько примеров (не умею цитаты вставлять). В самом начале, где герой Алик знакомится с потенциальным работодателем, ломается как девочка, ведёт себя как Элизабет Бэннет с мистером Дарси (ох, уж этот слэш). Мужик юношу "заставил меня раз пять ВПАДАТЬ в неловкость" пацан - краснел, бледнел, ну вы поняли. / А знакомит их завкаф, завкаф, завкаф, завкаф... казалось, что там чей-то шпиц под столом. И только в конце главы мы узнали, что у чувака есть "имя, сестра, имя" Этот самый завкаф, завкаф, завкаф (в тексте именно так, много, через чур много раз) в начале разговора "вспорхнул на кафедру" (вот реально, как бабочка), в конце диалога встал из-за стола и "засеменил к нам" (ты ли это, мотылёк). / "Ну и надо было там одной пыль в глаза метнуть" - согласитесь, фраза звучит странно, а он пикапер прокачанный. / Несуразиц много "Я поспешно выскочил из оторопелого состояния", "раскидав нас, по принесенным с кафедры сиденьям", "щас", "эспаньолкО сказалО"...

... её ещё и переиздали (снова рукалицо).