Фиеста. Прощай, оружие!

Первое впечатление:

Книга написана на редкость сухим, односложным языком. Мне, столь сильно любящей творчество Ремарка, книга Хемингуэя о войне показалась слишком глупой, детской и односложной. Прежде всего, меня поразил язык и построения предложений - я читала, и недоумевала, и смотрела в окно, и хотела подумать о книгах Ремарка, но решила не думать, и снова читала, а потом заснула. Право слово, зачем так писать! Большую часть книги я недоумевала над описаниями завтрака, обеда, ужина, погоды и прочих повседневных мелочей. Где глубина, где сила слова?

Второе, что меня задело - любовная линия. Видно, что история целиком продумана и написана мужчиной - Кэтрин Баркли не то что безлика, она отказывается от себя, своей сущности, чтобы стать единым целым со своим любимым, жить его мечтами и целями. Немного сумасшедшая, до крайности романтичная и безумно влюбленная скромная Кэтрин извиняется за свое мнение, за беременность, за все-все-все, что с ней происходит. Наверно это и есть идеал женщины для мужчины, для Хэмингуэя, но читала я это с удивлением.

Если взглянуть поглубже:

Нет, я просто не могу поверить, что Хэмингуэй писал так, а книга, которая первые несколько страниц вызывала такие же ощущения, как и скучный пересказ знакомого "о том как я провел лето", эта книга столь высоко ценится в мировой литературе. Первая мысль была, что мне попался неудачный перевод. Вторая же мысль - что это все не просто так. Неслучайно единственные полноценные диалоги - это о войне, особенно между шоферами, неслучайно Кэтрин и Фред не разговаривают между собой толком, их отношения больше поэтичны, чем реальны, война же самая реальная, самая настоящая часть жизни не только Фред и Кэтрин, но и всех миллионов людей, окружающих их.

Эти две параллели - война и любовь, мир - перекликаются в книге без конца, и если в одном месте обстановка накаляется, неудачи преследуют, а бессмысленность происходящего убивает дух, любовь жива и возрождается. Финал лучшим образом связывает обе линии и подводит итог. Я бы визуализировала книгу так - белая, чистая линия все тесней переплетается с черной,темной, более сильной, многоликой, разъединить их невозможно - все попытки только скрепляют, связывают узлом, а в итоге линии-потоки перемешиваются, оставляя только грязь и пустоту.Название книги тоже весьма символично.

Несмотря на все мои попытки хоть как-то систематизировать и объединить столь противоречивые впечатления от книги, ничего толкового у меня не выходит) "Прощай, оружие!" - еще одна история о потерянном поколении, история о войне и любви. Есть о чем подумать, порассуждать и сделать выводы, но я не получила удовольствия от чтения, от интересно построенных предложений, от удачно подобранных слов, не было этого, так сказать, эстетического наслаждения авторским слогом. Посмотрим как пойдут другие книги автора и поищу другой перевод "Прощай, оружие!".

ㅤДо поры до времени с Эрнестом Хемингуэем у меня было не все так гладко. Однако, стоило вынудить меня прочитать «По ком звонит колокол”, я поняла, что им и «Прощай, оружие!» не ограничусь. А «Фиеста» впоследствии укрепила мой интерес к творчеству этого автора.

ㅤРоман «Фиеста» посвящает читателя всецело в суть «потерянного поколения», наиподробнейшим образом показывая жизнь этих людей со всех сторон (хотя, по сути, их не так и много). Главный герой, Джейкоб Барнс, (как и его окружение) прошел через кошмары Первой мировой войны, которая впоследствии обернулась для него потерей каких-либо смыслов, а также обрекла на невозможность иметь связь с женщинами. Для него все имеет слишком четкие черты; он смотрит на мир, словно фотографируя, и не различает каких-либо смыслов, при этом находясь во Франции, полной липового праздника, где в его жизни имеют место быть лишь алкоголь и Брет Эшли, Брет Эшли и алкоголь.

ㅤВ этой книге довольно много всего, и, если честно, я этого не ожидала. Тут и сравнение образов героев, и айсберги, и проведение параллелей между двумя праздниками, и тонкие натуры персонажей, и сущность «потерянного поколения»... Для трехсот страниц слишком много смыслов, которые кроются за каждым словом, вынуждая читателя смотреть между строк. Тем не менее мне понравилось: все написано настолько тонко и замысловато, что я в итоге буквально очарована «Фиестой».

ㅤОбразы героев определенно достойны отдельного упоминания, и с них я, наверное, и начну. Все начинается с биографии Роберта Кона, который толком и не является главным героем. Он неуверен в себе, никогда не получает отдачи от окружающих, просто потому что его никто не замечает; является писателем, который окруженный каким-то таинственным иррациональным ореолом без способности смотреть на мир трезво. Его (да и Джейкоба Барнса тоже) окружение — типичные представители «потерянного поколения», которые смотрят на реальность только с помощью алкоголя, делающим мир более приветливым. Они не способны жить так, чтобы смотреть в глаза абсурду, в распоряжении которого все, что их окружает. И, что примечательно, лишь Роберт Кон имеет какую-то биографию, когда о прошлом остальных упоминается лишь вскользь.

ㅤЧто касается Джейкоба Барнса, то тут все несколько иначе. Он, безусловно, является частью «потерянного поколения», о чем говорит его образ жизни и то, что произошло с ним после Первой мировой. Однако его взгляд на мир несколько иной: «телеграфный» стиль говорит сам за себя. «Я постучал в стекло. Шофер затормозил», «Я на лифте поднялся в редакцию. Роберт Кон ждал меня». Текст написан обрывками; связь есть, но это определенно лишь тонкая нить, именуемая временем. Это отсутствие причинно-следственных связей как раз и говорит о том, что Барнс видит мир отдельными вещами, никак не связанными между собой. И тут уже читателю дается возможность увидеть сравнение между Коном и Барнсом, но этим я рецензию, наверное, обделю.

ㅤОба эпиграфа, к слову, уже что-то дают знать о произведении. Во-первых, что, да, «все вы — потерянное поколение»; во-вторых, все возвращается на круги своя. И снова проведение параллелей: Франция и Испания. Один праздник полон пустой праздности, глупого возвращения в исходного положения, эдакий уроборос. Второй праздник — испанский — представляет собой большую волну, к которой на неделю и приобщаются герои романа. В нем много жизни и энергии, что кардинально отличает ее от французского действа. И то, как Хемингуэй представляет это читателю, выше всяких похвал. Сначала бесконечная бессмысленность Франции, поедающая читателя вынужденно веселой рутиной, будто по-другому и нельзя, а после случается эта жаркая волна, включающая в себя всю энергию мира, что невероятно чарующе.
ㅤ
ㅤВыше всяких похвал в принципе вся книга. Я в чистом восторге от использования художественных приемов, которые в умелых руках Хемингуэя становятся частью потрясающего текста, превращаются в мелкие, но важные детали целого искусства; компании «потерянного поколения», чьи мотивы и ведение такого образа жизни раскрываются в полной мере, позволяя прочувствовать некую катастрофичность их «потерянности»; даже все подтексты, над которыми в какой-то степени ломаешь мозг, становятся объектами восхищения. Эрнест Хемингуэй — поистине искусный писатель, любовь к которому у меня закрепляется с каждой прочитанной книгой.

"Тебя просто швыряют в жизнь и говорят тебе правила, и в первый же раз, когда тебя застанут врасплох, тебя убьют. Или убьют ни за что, как Аймо. Или заразят сифилисом, как Ринальди. Но рано или поздно тебя убьют. В этом можешь быть уверен. Сиди и жди, и тебя убьют."
Это основная мысль, тезис и корень мысли Хемингуэя.
Когда я читала роман, у меня возникало чувство, что книжная Кэтрин старше героя.
И я пошла за ответом в биографию Эрнеста. Действительно, его реальная возлюбленная медсестра была старше мальчика на шесть лет. И я поняла, почему счастье книжных героев так закончилось, ведь избранница Эрнеста обвенчалась с итальянцем...
Он написал то, что называется водоворот жизни. Мы как неприкаянные, плывем по течению, которым руководят свыше. Чего-то хотим, к чему-то стремимся, но не от нас зависит. Все, что мы можем -- учением или другими путями слепить из себя того, кого хотим видеть в зеркале. Упиваться этим и наслаждаться каждым днем. А остальное -- тьма, дно без света. Мы платим за свое существование -- жалко оно или нет, плата высока.
"Вот какой ценой приходится платить за то, что спишь вместе. Вот когда захлопывается ловушка. Вот что получают за то, что любят друг друга."
Почему мы вообще обязаны страдать в этом мире? Физиология -- наша ловушка. Хемингуэй не зря описывает все эти перекусы в гадкие дни, увенчанные жестокими событиями -- можно было бы не существовать связанным с нами телом и питаться святым духом, когда ты испытываешь муки душевные или наблюдаешь мучения других, любимых тобой и просто чужих.
"Когда все кончилось, я услышал плач,.. обе ноги у него раздроблены выше колен. Одну оторвало совсем, а другая висела на сухожилии и лохмотьях штанины, и обрубок корчился и дергался, словно сам по себе. Он закусил свою руку и стонал: «О mamma mia, mamma mia!» – и потом: «Dio te salve? Maria. Dio te salve, Maria. O Иисус, дай мне умереть! Христос, дай мне умереть, mamma mia, mamma mia! Пречистая дева Мария, дай мне умереть. Не могу я. Не могу. Не могу. О Иисус, пречистая дева, не могу я. О-о-о-о!» Потом, задыхаясь: «Mamma, mamma mia!» Потом он затих, кусая свою руку, а обрубок все дергался."
Он описал всего лишь одну смерть на фронте, это отвращает своей бессмысленностью, я хочу рыдать, нет, у меня нет сил рыдать, я хотела бы укрыть крыльями всех мученников и избавить их от боли и страха... Ненавижу войну. Зачем? Цену! Назовите мне ее...
"почему писатель не может оставаться равнодушным к тому непрекращающемуся наглому, смертоубийственному, грязному преступлению, которое представляет собой война. ...все, кто наживается на войне и кто способствует ее разжиганию, должны быть расстреляны в первый же день военных действий доверенными представителями честных граждан своей страны, которых они посылают сражаться." -- Это Идеальный закон, спасибо, Эрнест.
Прощание с мертвой любимой он назвал "прощанием со статуей".
Как он плакал и любил, и молил... Но Бог не всегда принимает наши молитвы:
"У меня внутри все было пусто. Я не думал. Я не мог думать. Я знал, что она умрет, и молился, чтоб она не умерла. Не дай ей умереть. Господи, господи, не дай ей умереть. Я все исполню, что ты велишь, только не дай ей умереть. Нет, нет, нет, милый господи, не дай ей умереть. Милый господи, не дай ей умереть. Нет, нет, нет, не дай ей умереть. Господи, сделай так, чтобы она не умерла. Я все исполню, только не дай ей умереть. Ты взял ребенка, но не дай ей умереть. Это ничего, что ты взял его, только не дай ей умереть. Господи, милый господи, не дай ей умереть."
Так почему же мертвые -- статуи?
Потому что мы любим чужие души в красивых телесных обертках. А когда содержимого нет, обертка сиротлива и больше не блестит, она не нужна. Разве, как приятный сувенир. Можно было бы сохранить в память, но и тут ловушка -- нам положено зловонное разлагание. Утилизация.
Написана -- бесподобно. Не будем об этом.
Теперь о впечатлениях. Человеческое существование -- самая загадочная тайна, которая есть на Земле. Зачем эта жизнь и ее боль? Смысл? Наверное, нужно быть благодарным за вкус пищи, нежную любовь, кураж от работы, впечатления от природы, радость от дружбы. Ценить каждое мгновение, ведь жизнь -- это миг, и завтра, может быть, и меня не станет. Я прочувствовала все это в книге, увидела волю случая, применение воли, и склонила голову там, где мы бессильны...

Я всегда с настороженностью относился к творчеству Хемингуэйя. Его рассказы мне были непонятны, поэтому его большую прозу я избегал. В том году осилил, наконец-то, "Старика и море" и остался под большим впечатлением. А тут выпало по игре Долгая прогулка очень интересное задание: прочитать книгу писателя, побывавшего на лечении в сумасшедшем доме. И здесь меня ждало море открытий. Во-первых, сумасшедших в литературе было очень много. Во-вторых, лечились из них далеко не все, значит, и в психушке не лежали. И тут я увидел, что среди постояльцев был и комрад Хем. Оказывается, что Хемингуэй очень часто был на волоске от смерти. Из-за своей любви к путешествиям, он побывал в пяти авариях, пережил семь катастроф. Много ушибов, огромное количество переломов и сотрясений мозга пришлось вылечить. Его настигла сибирская язва, он перенёс рак кожи. Малярия пыталась забрать его в мир иной. Перед смертью его лечили от гипертонии и сахарного диабета в диспансере для душевнобольных, ведь в последнее время Эрнест страдал манией преследования.
Нечего и говорить, что я оказался под глубоким впечатлением. И ожидал прорыва сравнимого с недавно прочтенной Эрих Мария Ремарк - На западном фронте без перемен .
Та книга меня просто потрясла! И вот я добрался и до Хема. И получил я такого славного мехового зверька под названием Песец.
Начал комрад Хем за здравие. Он показал фронт с другой стороны,но сделал это резко и отрывисто. Да, просто по сюжету произошло так, что на самом фронте герой почти и не побывал. Особенно, если сравнить его с тем же героем Ремарка. А Хемингуэй просто писал про другое, его волновало, впрочем как и всегда, отношения между мужчиной и женщиной.
Сначала я даже подумал, что это спекуляции на теме войны, просто подмена лейтмотива. На фоне истории Пауля Бромера эта книга вначале выглядела просто уничижительно в моих глазах, ведь я жаждал "историю победителя", а не "рассказ дезертира". И лишь долгие размышления над книгой позволили мне выделить её главную тему. Это, повторюсь, история между мужчиной и женщиной, а не ожидаемая мною война. Война здесь послужила лишь фоном и катализатором этих отношений.
И вот мой первый вывод - никогда не читайте эту книгу только с целью узнать что-то о 1МВ. Скорее всего ваше разочарование затмит собою всю историю любви.
Я вовремя остановился, переключился и стал рассматривать книгу как любовный роман во время войны. И история заиграла новыми красками. Всё в мире ушло на второй план, когда два одиноких человека прибились друг к другу во время шторма войны и полюбили друг друга. Весь смысл существования стал для них в простом нахождении рядом друг с другом. И тут автор показывает, что их любовь настоящая. Они оба идут на жертвы ради неё. Она смирилась с ролью "полевой" жены и внебрачным статусом их будущих детей, а он смог переступить через свои принципы и убеждения (не без влияния полевых расстрелов, конечно, но всё же) и сбежать с фронта. Дальше, уже вместе, пришлось выбираться и из страны. И всё это только делало их союз крепче. Для счастья им только и надо было уютное местечко для них двоих,так они стали затворниками своего счастья.
А потом всё кончилось. Автор не стал жалеть ни героев, ни читалей. Я даже не понял, что книга закончилась, когда дочитал её. Просто перестали перелистываться электронные страницы, а я словно остался за бортом жизни вместе с героем.
Эмоционально было тяжело. Но больше всего меня поразил простой язык автора. Всё просто и по делу, очень сухо, отчего всё выглядит реалистично. А значит только страшнее.
И всё было бы просто круто, но я постоянно сравнивал его книгу с книгой Ремарка. И сравнение оказалось не в пользу Хемингуэйя...

И никогда, никогда я не читала ничего подобного. Проникло в самую глубину души и вышло слезами. Это самое тяжелое и самое печальное из того, что я читала.
Я ожидала от книги, что будет много боевых действий, смерти, ранений. Но, я никак не ожидала любви. И именно сейчас весна, и эта книга мне очень подошла под настроение. Да, эта книга проникает глубоко внутрь, она проникает в сердце, она дает почувствовать то, что не чувствуешь в обычной жизни.
Я понимаю, что война – это ужасно. Что это гибель, ранения, голод, страх. И что никогда не поймешь это, пока не переживешь эту страшную вещь.
Я читала книгу «По ком звонит колокол», и после нее я влюбилась в Хемингуэя. Для меня этот автор стал любимым. А от «Старика и море» я вообще в восторге. И я понимаю, чтобы понимать это замечательного писателя, мне пришлось пройти долгий путь чтения. Ведь его книги такие глубокие и полные смысла. И когда я его читаю, я восхищаюсь, как он описывает окружающий мир и общение людей.
У Хемингуэя собственный стиль писания. Это можно заметить с первых страниц книг. Я не могу описать, как я это чувствую, но когда я открываю его книги, я сразу понимаю, что вот – это он. Он, кто умеет сделать из драмы нечто красивое и трагичное.
У него не чувствуется так сильно дух Америки, и даже не похоже на американскую литературу, где много страниц связанных с бизнесом, деньгами, подлостью, кражей и убийствами.
В этой книге не всё так, как покажется на первый взгляд. Это драма. И ещё в предисловии он пишет, что жизнь трагична и не всегда бывает всё хорошо.
Теперь я точно знаю, что люблю этого писателя. Люблю за то, что он умеет создавать то, что не под силу другим писателям. Любовь и трагедия, но как-то по-особенному. Не так как у всех.
Это книга – ещё один удар в сердце. Это боль, которую ты не сможешь пережить. И всё, что у тебя есть – это воспоминания и твоя душа, которая исчезнет также как и весь мир когда-нибудь. Я верю, что это книга не просто драма, а конечно, это знаки, которая делает судьба мне, чтобы многое осознать.

Не могу сказать, что книга меня восхитила и искренне завидую, тем читателям, которых она поразила в сердце. Также не могу сказать, что я до конца поняла смысл, наверное, я снова не "доросла" и до этого произведения.

Сюжет у произведения -простоват, язык трудно назвать витиеватым и замысловатым. И идея, то как "потерянное поколение" проводит своё свободное время после войны в барах, на рыбалке и т.д. , меня, с одной стороны не очень трогает, ведь некоторые народы после первой мировой войны просто выживали, и были бы счастливы жить так, как жили молодые люди "потерянного поколения" в Европе... Но в то же время, не "хлебом единым" и я понимаю эту потерянность, разочарование, бесполезность и безысходность... Тем более, что я сама после того, как прочитала последнюю строчку, чувствовала себя в глубокой фрустрации...Не могу написать что-то вразумительное о том, на что я так среагировала, но факт остаётся фактом. И, если читатель чувствует себя так значит, есть, что-то в произведении, что не видно с первого взгляда, но что проходит внутрь тебя, помимо твоего желания.

Только некоторые фразы в тексте, среди потока пустых разговоров, намекают читателю на подлинный смысл произведения:

Не знаю как, но автор добился простотой сюжета и языка того, что испытываешь горько-сладкое послевкусие, как после произведений Ремарка. И хочется от чистого сердца плакать... над чем не объяснить словами...

Очередная попытка проникнуться творчеством Хема потерпела неудачу, хотя начало романа было многообещающим и даже заинтересовало, а чем дальше, тем очевиднее становился вывод, что те минусы, которые были для меня в его предыдущем произведении, никуда не делись и тут представлены в полной мере.

Но в ходе чтения были сделаны некоторые интересные наблюдения : во-первых, на всём протяжении романа не покидало ощущение, что я уже где-то это читала. Оказалось, что прочитанная в прошлом году Парижская жена, рассказывающая историю взаимоотношений Хемингуэя и Хэдли Ричардсон, основанная на фактах биографии героев во многом перекликаются.
А ко второму интересному наблюдению подтолкнул факт из биографии главного героя. Ю. Семенов очень ценил как личность Э. Хемингуэя и его творчество. И уж совпадение это или нет, но одно обстоятельство из жизни гг повторяется в жизни литературного героя цикла Политические хроники. Вот ведь как бывает....

Так или иначе судьба главного героя данного романа во многом является калькой жизни автора. В очередной раз за образом главного героя скрывается сам автор, а все события книги - то, что писатель знал и пережил на собственном опыте, вплоть до постоянных попоек в парижских кафе, обилия женского пола, постоянного безделия, перемежающегося ничего не значащими диалогами и той самой фиесты в Испании.

В чем заключается своеобразный литературный манифест «потерянного поколения» 20-х годов XX века мне не удалось понять из этого текста, к сожалению. Слишком громкие слова, разнящиеся с тем, что написано. По крайней мере, для меня.

Эрнест Хемингуэй
"Прощай, оружие!"

Пфх-х-х-х, что это было!?
"Прощай, оружие!" американца Хемингуэя, "Смерть героя" британца Олдингтона и "На Западном фронте без перемен" немца Ремарка. Знаете, что объединяет эти три книги, эти три столпа художественной литературы о "потерянном поколении" и Первой Мировой войне? Ну кроме общей антивоенной риторики. Правильно! Год написания. 1929 год от Рождества Христова. Надо же было такому случится, чтобы в один год вышли такие знаковые произведения в истории литературы! Вот уж действительно пути Господни неисповедимы. Я просто не могу не упомянуть последние два романа в контексте этой рецензии. Они были прочитаны уже довольно давно, но до сих пор они находятся в категории "любимых", и, соответственно, из памяти не стёрты. Ни сюжеты, ни герои, ни развязки. Моё нутро отчётливо помнит своё восхищение этими книгами в процессе чтения. Да и после тоже. Я с нежной любовью храню в своём сердце воспоминания о тех эмоциях, которые эти романы смогли подарить. И то горькое послевкусие, которое можно распробовать и поныне. Две книги о войне, которые крепко-накрепко засели где-то глубоко внутри. Третью книгу я тогда не успел охватить своим вниманием. Сейчас уже и не вспомню почему. Скорее всего, просто руки не дошли (эх, люблю я это выражение). И если к тем двум я шёл осознанно и довольно долго, то чтение "Прощай, оружие!" вышло немыслимо спонтанным. Что ни есть хорошо или плохо. Это просто данность. Повлияло ли это на восприятие книги? Нет, никоим образом.

Можно ли сравнивать эти три романа между собой? Вопрос дискуссионный. Я думаю, что можно. Но вот нужно ли!? Немец, британец, американец. У каждого была своя война. Каждый писал так, как мог, как умел, как видел. Соответственно и круг почитателей у них может быть разным. А может и нет. Как карта ляжет. Кому-то ближе яркий, красочный и сочный язык Ремарка. Другому больше импонирует британский стиль Олдингтона, которому присущи чопорность и некий своеобразный пафос, которого вроде бы и нет, но в то же время как бы и есть. А третьи отдают предпочтение сухому, топорному, обрывочному повествованию старины Хема. Тут уж кому какая рубашка ближе и теплее. И приятнее. Лично я отдаю предпочтение первым двум. То, как написан роман "Прощай, оружие!" у меня вызвало ужас. К такому я явно был не готов. Я испытал немалый такой шок. Ваш покорный слуга так и не привык к этому стилю. Мука, сплошная мука сопровождала меня в путешествии по этим трёхсот четырём бумажным страницам. Читать этот роман на трезвую голову было решительно невозможно. Благо, винишко и музыка "Агаты Кристи" в наушниках или колонках были всегда под рукой. Только это и спасало. Да что там! И в романе выпивали повсеместно. Что немало дополняло картину. И предвосхищало события. Этих товарищей вообще надо читать только с бухлишком и пачкой сигарет. Для полноты погружения и восприятия. У них свои причины "В Питере - пить", у меня свои. Помните, как в фильме "Мой парень - псих" один из главных героев, прочитав последнюю страницу, выкинул эту книгу в окно? Вот и мне хотелось выкинуть этот томик в окошко. Только уже после первых нескольких страниц. Но нет, книжка благополучно вернулась на своё законное место рядом с произведениями Ремарка, Бёлля, Олдингтона, Гашека, Мерля... Не зря же я так долго собирал коллекцию антивоенной художественной литературы зарубежных писателей. Да и окно мне жалко. И зима на улице. Но опять же, пусть у нас с ним разные мотивы этого действа (желания избавиться от книги посредством окна и импульсивного порыва), но тенденция, однако, на лицо.

На протяжении всей книги меня не покидало ощущение бессмысленности происходящего. И дело даже не в том, что война - это мероприятие в принципе бессмысленное (хотя с какой стороны посмотреть). Книга выглядит как сценарий. Плохо написанный сценарий. Ужасно написанный. Отсутствие "ужасов" войны, никакой внутренней глубины и никаких переживаний у героев. Простое констатирование фактов. Он пошёл туда, он сделал это или увидел то-то. Дождь пошёл. Я встал под крышу. Снаряд разорвался. Я спрятался. И эти бесконечные "и". Меня от них стало тошнить уже после первых десяти страниц. Это было невозможно! Такого раздражения от текста я давно не испытывал. С мая месяца текущего года. Но там было немного другое. Вроде есть моменты, которые должны, просто обязаны зацепить. И зацепили, если бы были написаны другими авторами! Но здесь... То как они написаны. Без шансов. Например, сидят люди, кушают спагетти с сыром и вином. А вокруг рвутся снаряды. Наступление. А они с невозмутимым видом, как бы между тем, обсуждают какого калибра разорвался снаряд. Нет, вы только представьте себе такую ужасающую картину. Она по своей сути немыслимо страшная! Как будто нет никакой опасности попрощаться с жизнью в любое мгновение. Сцена очень ярко и точно показывает, как на войне стираются многие границы. Нужная и проникновенная сцена. Но Хемингуэй её описывает настолько неумело и неказисто, что диву даёшься. Никакого страха, никакого переживания за героев у меня не возникает. Так, прочитал сцену и забыл. Вроде бы человек воевал. Многое испытал и пережил. Ещё больше видел. Должен о многом знать в мельчайших подробностях. Богатейший жизненный опыт для написания хорошей книги в наличии. Но нет, ять! Лучше напичкать текст этими бесконечными "и". Я понимаю, конечно, что лаконичность там, все дела, но не на столько же. И не так. Нет здесь никакой атмосферы. Ять, дело же происходит в Италии! В стране с невообразимой красоты природой! Такой размах для творчества, для описаний ландшафтов, итальянских городков с их размеренным течением жизни, жителей. Столько исходного материала, чтобы погрузиться в книгу с головой. Но нет же, опять нет! Про Швейцарию я вообще молчу. Я открыл дверь, сходил в туалет. Ко мне пришла любимая, мы поцеловались.следующая глава

А каковы персонажи! Отталкивающие, отвратительные и вызывающие омерзение. Мне кажется, что Хемингуэй и не ставил себе целью хоть немного их проработать и сделать разнообразнее. Они - самые настоящие пустышки, встретив которых в реальной жизни вы не смогли бы с ними даже нормально поговорить. Взрослые люди. На войне. Ну или в прифронтовой зоне. Но складывается такое ощущение, что это какой-то приют для тугодумов. Они совершенно шаблонные, серые, безликие, поверхностные, бесхребетные, недалёкие и глупые. Ни одного подробного описания внешности я не встретил. Люди, которые живут в своих розовых грёзах как в сказке. Ну это же не серьёзно. Лично я не поверил ни разу в этих так называемых персонажей. Это не живые люди. И даже не роботы. Это самые настоящие картонки. А чего ждать от бумаги!? Знаете, мой впечатлительный мозг не покидала одна фраза из фильма "Рассказы", а именно "О чём с тобой трахаться?!". Во вроде есть предмет разговора, а поговорить не о чём. Встречи под луной, поцелуи, любовь, секс, а разговор по душам не клеится. Нет общих тем, нет глубины познаний. Нет вообще ни-че-го! Есть только самые настоящие "Пятьдесят оттенков серого". "А ты меня любишь? - Ага. А ты со мной будешь? - Ага. Так будем мы вместе, так будем мы рядом с тобою всегда!" (с) В самом плохом смысле. А диалоги! О Форде! Такие унылые, однообразные, наивные, примитивные, никчёмные и детские диалоги, которые в моём понимании взрослым людям вести не пристало. Совершенно неуместные. "- Ты моя жена. - Ты мой муж. - Давай поженимся по-настоящему. - Нет."Ну хорошо, пусть неуместны и бессмысленны, но тогда что-то должно компенсировать это. Интонации, ощущения, прикосновения, чувство равномерного дыхания и биения сердца. А вот х*р вам! И вроде бы красота должна содержаться в простоте, но смотря как эту простоту подать, в какой фантик завернуть. А раз так они разговаривают, то даже страшно становится от мысли (о!) о том, что же они думают. Если вообще думают. Что происходит у них голове!? Нельзя так, нельзя. Ну, может быть, любовная линия что называется "тянет"? Не-а. И здесь полнейшее разочарование. Какие мы ранимые, нежные и сентиментальные. Мы будем плевать на жизнь, игнорировать всех и вся. И пить!

Сюжет. А что сюжет!? Он банален. Он многим известен. Он ни-ка-кой! Ничего нового и непредсказуемого. К сожалению. Тут не надо иметь пять пядей во лбу. Война. Солдат. Девушка. Внезапно и на ровном месте вспыхнувшая любовь. Поцелуи. Алкоголь. Секс. Смерть. Таковы все книги на эту тему. Главное мастерство автора в данном случае заключается в том, как эту историю изложить. Конечно, есть свои особенности в каждой. Но они небольшие и относятся скорее к национальности писателя и, в следствии этого, его мировосприятию и мировоззрению, что и нашло отражение на страницах этой книги. Такая глянцевая, пустая и никому не нужная жизнь у американцев. Вот что! Нет в них глубины. Даже воюют они как будто не на полном серьёзе. Всего лишь очередное приключение из комиксов. Никакой ответственности перед боевыми товарищами, долгом, службой. Есть лишь я, мои желания и прихоти. Единственный плюс у этой книги - это цельность. Немного грустно становится от мысли, что на крепком фундаменте располагается абсолютно обветшалое сооружение. но всё на месте: балки, стены, перегородки, окна, двери...

Я ничего от книги не ожидал. Я ничего не получил. Поэтому я и не разочаровался. Просто пожал плечами, подумал "Ну и ладно" и закрыл книгу. Жалко только потраченного впустую времени на чтение этой унылой и кошмарной книги. Занимательна история того, как я решил почитать эту книгу именно сейчас. Но это о другом. А сейчас присутствует лишь сухость во рту. Пойду-ка промочу горло. Вермут, миленький мой, я иду. Прощай, оружие! До не скорой встречи, Эрнест.

Рецензия написана под музыку Mario Nascimbene - Farewell.

Дальше...

В этом небольшом рассказе затронуты сразу несколько различных тем, которые переплелись в единое целое.

• Маленький мальчик, который служит помощником у своего отца хирурга-аккушера.
• Жизнь индейцев в отдалённой деревушке в диких лесах, в удалении от цивилизации и от врачебной помощи.
• Участь женщин, страдающих во время родов. И их мужей, которые ничем не могут помочь в случае осложнений.

  Сложилось так, что в индийской деревушке женщина рожала уже несколько дней, перспективы оказались очень печальными. К счастью, доктор, видимо вызванный на подмогу, успел вовремя оказать ей помощь. При этом пришлось прибегнуть к кесареву сечению, но почему-то у него при себе не было обезболивающих средств. Женщина выжила, но сложно себе представить, что она пережила за эти три дня.

Все это действие умещено на нескольких страницах. Но, как всегда у Хемингуэя, написано так ярко и красочно, что эта сцена врезается в память надолго. Вызывает эмоции и переживания, и заставляет переосмыслить многие жизненные ценности.

Когда выбирал эту книгу себе для чтения, то невольной дополнительной мотивацией послужило подспудное стремление сравнить этот роман американца Хемингуэя с книгой на ту же военную тему немца Ремарка. Потому что повести Ремарка в своё время потрясли и перевернули. И захотелось посмотреть, а чем отличается взгляд на ту войну с другой, не немецкой стороны.

Хемингуэй остаётся Хемингуэем, а выбранная и освоенная им манера написания как длинных, толстых текстов романов, так и коротких и тонких текстов рассказов остаётся той же самой — если это диалог (а чаще всего это именно диалог), то диалог без всяких купюр и изъятий, без красот и умничаний, бытовой и тусклый, невыразительный и малосодержательный... на первый взгляд. Потому что вся глубина содержания и всё отношение автора к описываемым событиям кроются как раз не в самих произносимых героями книги словах, а в контексте событий и происшествий. В принципе ни один из героев романа нигде не называет войну ужасным и противоестественным делом, разве что в паре мест священник да ещё кто-то из друзей ГГ хирургов-докторов. И вся военная работа делается главным героем романа как-то просто и обыденно, без напрягов и без усилий автора нагнать на читателя жути и смертельной тоски. Просто сел машину и поехал по дороге, куда? — за ранеными... Посадил в машину раненых и повёз их туда, куда должен был повезти.... Захотел есть и стал искать еду и вино. Захотел женщину и пошёл в бордель — солдат в бордель для рядовых, а офицер — в офицерский. Какая-то у Хемингуэя война происходит тусклая и невыразительная, затхлая и лишайная, томительная и маловразумительная... Но, может быть, она такая и есть, эта самая война? А вовсе не героическая и не романтическая, какой зачастую представляется современными писателями или киношниками!

Всё-таки ремарковская война описывается им гораздо более выразительно и мертвяще точно. У Хемингуэя та война совсем иная. Но от этого она не перестаёт быть той самой, унёсшей десятки миллионов людей войной, войной без смысла и без идеи (хотя какая идея может быть у войны!). И второе содержание этого романа — история личных отношения нашего главного героя с медсестрой Кэтрин, вовсе не заслоняет эту самую военную тему. А наоборот, делает её ещё более острой и антагонистически противостоящей. С одной стороны — война и смерть, ужасы и боль, страдания и нарушения всего и всяческого миропорядка. И как противопоставление — тема жизни и любви, тема отношений между мужчиной и женщиной, тема, концовка которой, как мне кажется, сделана Хемингуэем намеренно крайне жёсткой, почти жестокой и тоже несущей в себе смерть — смерть двум жизням и смерть самой любви и опустошение и потеря... Что будет с нашим героем дальше?..