Du cote de chez Swann

Лет пятнадцать назад я уже делала попытку познакомиться с прозой Пруста, но, видимо, всему действительно своё время. Тогда я, не осилив и половины первого тома, совершенно потерялась в хитро выстроенном автором лабиринте образов, чувств и мыслей.
И вот, спустя годы, снова решилась приоткрыть калитку в этот зыбкий мир воспоминаний и ассоциаций, осторожно, с оглядкой шагнула на тропку строки и с радостью обнаружила, что, наконец, доросла до него.

С первых же страниц меня захватила, очаровала, буквально заворожила красота слога Пруста, это изысканное плетение слов, похожее не то на тонкое кружево, не то на унизанную бисером росы паутину, но более всего, пожалуй, на воздушные, необыкновенные рисунки, какие выполняются виртуозом художником единой линией, не отрывая руки, создавая при этом объемный, легко узнаваемый образ. Так и перо автора, следуя за прихотливым течением его мысли, очерчивает перед читателем не только характеры и противоречия отдельных персонажей, но образ целого жизненного пласта, целой эпохи.

Лирический герой не просто впускает нас в собственный разум, он раскрывает самые интимные, самые потаённые свои переживания, не пытаясь при этом приукрасить или оправдать движущие им мотивы, он просто наблюдает. Наблюдает за самим собой в прошлом из некой точки собственного настоящего, бережно проматывает киноленту своей жизни и приглашает читателя присоединиться к просмотру. Он словно существует одновременно в двух временных плоскостях и эта двойственность восприятия, герой тогда и сейчас, создаёт в восприятии читающего странный, но трогательный полупрозрачный образ, похожий на фото с двойной экспозицией, где сквозь облик взрослого, повидавшего жизнь мужчины явственно проглядывает ранимый ребёнок, более всего мечтающий получить от матери поцелуй на ночь.
Что ж, взросление не самый лёгкий процесс, особенно для натуры чувствительной.

Это не сюжетное произведение, но и на знакомую мне литературу потока сознания детище Пруста не похоже. Я назвала бы его литературой психоанализа или, точнее, романом-рефлексией — оригинальным и очень красивым, в литературном смысле, способом авторского самопознания. Способом узнать автора ближе, чем если бы вы общались с ним лично на протяжении долгих лет.
Определённо не то, что я стала бы рекомендовать к прочтению всем и каждому, но, скорее, книга, способная стать своеобразным маячком для определения "своих людей".

Считаю, знакомство наше с мсье Марселем вышло вполне успешным и многообещающим, так что, непременно продолжу чтение цикла. Нам ведь столько ещё нужно друг другу сказать)

Семитомник «В поисках утраченного времени» - это магнум опус французского писателя Марселя Пруста. Рефлекторная зевота пробирает многих, кто слышит фамилию «Пруст»: чудятся нескончаемые строки, в которых бисерно утрамбованы слова, не оставляющие места для пробелов, абзацных отступов и белых бумажных кусочков. Везде только текст, текст, текст…На пяти страницах может не произойти ни одного действия, кроме полета бабочки или цветения растения – все это Пруст будет смаковать, описывать словами так шедеврально, что вы сами увидите всю эту красоту, которая годами оставалась незамеченной.

Пруст – великий импрессионист, который изображает мимолетные зарисовки обыденных явлений, превращая каждое из них в событие. Жизнь Пруста - это жизнь под микроскопом, где каждое событие рассматривается в увеличенном формате. Он описывает «здесь и сейчас», не стремясь придать динамику сюжету. Для него важна форма, а не содержание. И эта форма великолепна!

Книгу Пруста надо смаковать. Ее невозможно проглатывать. Одну книгу можно читать целый год: прочитал 100 страниц, отложил, потом опять вернулся к произведению. Погружение не составит труда, так как эта книга - непрерывный поток сознания, и не имеет значения, как часто ты в него заходишь.

Для меня книга Пруста похожа на погружение на глубину. Читатель ныряет в поток мыслей, плывет, впадая в словесный «штиль», когда описания становятся монотонными, порой на пути вырисовываются красивые подводные пейзажи, виртуозно вербализированные мастером слова Прустом.

А порой - и это самые важные мгновения - читатель находит подводные жемчужины. Крупные, великолепно ровные, шелково-белые, леденцово-лаковые. Эти жемчужины - невероятно важные мысли Пруста, в которых автору как будто бы удается найти потерянное время. И читатель вместе с Прустом находит его, проводя параллели со своими переживаниями. Ради таких моментов хочется плыть и плыть по этому потоку прустовской мысли.

Разумеется, магнум опус представляет интерес ещё по той причине, что это автобиографичный роман. И как же ясен становится склад ума Пруста - со всеми его комплексами, его болезненностью, чувствительностью, невротичностью и девичьей натурой...

Я призываю к погружению в мир Пруста: это сделает ваш собственный внутренний мир богаче.

Так утомила меня эта книга, что будто ни сил, ни мыслей на отзыв не собрать! Если бы не моё усердное стремление перечитать всю признанную классику (где в текстах часто упоминается Пруст), то не стала бы я столько времени нудить свою голову.
Начало романа вообще выпало, помню, что мальчику очень не хватало ласки мамы. Взяла на заметку, что нужно больше уделять времени маленькому сыну.
В середине даже было что-то живое! В какой-то момент книга почти начала ходить, а не ползать... НО! Очень хотелось убить Свана за его мягкотелость и за всю эту однообразию убить автора... Уже теряешь всякое уважение к обоим мужчинам за все эти слюни, сопли.... и за содержание дамочки лёгкого поведения, зная, что она таковой является.
Концовка опять опустилась на колени... Не люблю читать про болезни, особенно описываемые про не наш век, потому что обычно доктора давали такие чудо советы покоя и накладывали запреты на поездки, которые могли бы человека с кровати поднять, но вместо этого скукой загоняли в гроб.
И это убийственное словоблудиееееее!!!!!!! Когда показателем ума, вкуса и образования было умение наиболее витиевато завернуть любую понятную мысль... Вот не любят люди жить просто, вечно придумают ерунду какую..
В общем, слава богу справилась ;))) Не знаю, хватит ли меня дальше. Не люблю бросать начатое. Пока что оставила "Жизнь Клима Самгина" и "Сказки 1001 ночи"... Даже "Улисса" как-то осилила, хотя хоть убей, не помню, что там было ;)))

Первые двадцать страниц книги герой просыпается. Это пробуждение выглядит более сложным и запутанным, чем на известной картине Дали. Многословные фразы вплетаются одна в другую, но не обязательно связаны общим смыслом. Автор любит переходить с темы на тему, особенно в пределах одного предложения. Победа в номинации "самое длинное предложение из всех, что я встречала" однозначно присуждается Прусту.
Я честно пыталась прочесть эту книгу. Одолела четверть путем выдергивания кусков из разных глав. Кстати, такой способ чтения совершенно не мешает восприятию сюжета. Не моя эта книга, не моя... Бывает, что мне не нравится тема произведения, или неприятны герои. Но совершенно терять нить повествования на второй строчке чтения - такое со мной впервые. Стиль автора называют "потоком сознания". Судя по многочисленным отзывам, многим нравится плыть, подхваченными этим течением. Я безнадежно тону.
Впрочем, по-моему, тест на совместимость с книгой любой читатель может пройти на первой же ее странице. В дальнейшем стиль абсолютно не изменится, а сюжет здесь все-равно на второстепенных ролях.
Если обратиться к сюжету, очень удивляют темы и образы, описываемые автором. Книга опубликована в ноябре 1913 года. Европа находится на пороге войны. А в книге мы видим мелкие буржуазные проблемы, перечисление бесконечных бабушек/дедушек и их слуг, предрассудки общества, которые, как мне кажется, с приходом войны разбились в пух и прах. Второстепенные персонажи карикатурны. Описание Вердюренов и их друзей я бы сочла сатирическим, если бы оно не было разбавлено таким огромным количеством воды.
Пытаясь проникнуться произведением, я прочла несколько критических статей, пока не наткнулась на чью-то фразу о том, что чередование действий и диалогов - признак второсортной литературы.
Все, я сдаюсь. Пошла читать второсортную литературу.

Совсем недавно я научилась наконец то слышать книги. Я смотрю на список книг, которые хочу прочесть, смотрю на свою библиотеку, вслушиваюсь в то произведение, которое читаю в данный момент или жадно ловлю каждое слово в беседах. И книга сама начинает меня звать. Так у меня в руках оказался Марсель Пруст. Более дести лет назад, на лекциях всемирной литературы, нам задали прочесть и проанализировать роман "В сторону Свана", но этой книге не нашлось в библиотеках, где всех студенток нашего факультета уже знали наизусть, не нашлось этой книги и на тяжелых полках и шкафах моей семьи. Так что я пошла на экзамен с огромной надеждой, что Пруст обойдет меня стороной. И обошёл и долго еще обходил и только сейчас пришёл ко мне. Я безгранична признательна тем библиотекам, где не оказалась книг Пруста. Я уверенна, тогда я не смогла бы оценить его и может и сейчас не могу в полной мере, но вижу красоту его кружевных страниц. И еще огромное спасибо Андре Моруа и его литературному портрету о Прусте. Я не знаю на сколько эмоциональны, восприимчивы и мечтательны вы, но если у вас найдется пару тихих дней, когда можно сесть у открытого окна, в саду на скамье или укрыться в тиши дома, то отдайтесь этой книге целиком и полностью. Вы почувствуйте как чувство наполняют вас, вы почувствуйте всю красоту каждой детали нашей жизни, как наполнено смыслом абсолютно все, что окружает нас. Эти страницы бесценны, невозможно выбрать что-то одно, два или хоть сотню любимых мест. Это поэзия удивительно тонкой и восприимчивой души. Пруст ищет утраченное время. Что это такое, утраченное время? Мы все знаем как быстротечно жизнь, как молниеносно проходят часы, дни, мы часто спрашиваем себя: куда ушел сегодняшний день. А часы Пруста были бесконечны, каждый предмет в нем воскрешал былые времена, чувство. Случайные запахи, прикосновения, увиденные образы, вкусы, свет, цвет - все будило в нем воспоминания. Он описывает невероятно тонко одно какое нибудь чувство, например как он ждал и ощущал мамин поцелуй, это описание тянется на всю страницу, но это совершенно не скучно читать, ты погружаешься в глубины о которых до этого даже не мыслила. Тут каждая соринка, пылинка, каждый звук настолько полный и насыщенный, что та доля секунды пока взор уловил и удержал эту пылинку растягивается в часы и дни. Это не Джойс со своим "Улиссом", нет, не думайте, это не воспоминание в разброс, не поток сознания, это необыкновенно красивая симфония души, которая играет и поет, это мирные минуты наполненные смыслом, тишина, которую заполняет утраченное время.
Рейнальдо Ан рассказывает про Пруста: "В день моего приезда мы пошли прогуляться по саду. Мы проходили по аллее, обсаженной кустами бенгальских роз, как вдруг он умолк и остановился. Я тоже остановился, но он снова зашагал, и я также. Вскоре он остановился еще раз и с той детской и несколько печальной мягкостью, какая всегда звучала в тоне его голоса, сказал: «Вы не будете сердиться, если я немножко задержусь? Я хотел бы еще раз взглянуть на эти маленькие розы...» Я пошел дальше. На повороте аллеи я оглянулся. Марсель возвратился назад и подошел к розам. Обойдя вокруг замка, я нашел его на том же месте; он пристально вглядывался в розы. Голова его была закинута назад, лицо серьезно, глаза прищурены, брови слегка нахмурены, словно от какого-то усилия, вызванного напряженным вниманием; левой рукой он все время теребил кончик своих черных усов, губами покусывая его. Я чувствовал, что он слышит, как я подхожу, видит меня, но не хочет ни говорить, ни двигаться. И я прошел мимо, не сказав ни слова. Через минуту я услышал, что Марсель окликает меня. Я остановился; он спешил ко мне. Подойдя, он спросил, не сержусь ли я. Улыбаясь, я успокоил его, и мы возобновили прерванную беседу. Я не задавал ему вопросов относительно этого эпизода с розами; я не делал никаких замечаний, не шутил: я смутно понимал, что этого делать не следовало... Сколько раз впоследствии я был свидетелем подобных сцен! Сколько раз наблюдал я Марселя в те загадочные мгновения, когда он совершенно сливался с природой, с искусством, с жизнью, в те глубокие минуты, когда, отдавшись всем своим существом высокому усилию сменяющих друг друга постижения и впитывания, он как бы погружался в состояние транса, когда благодаря ли прерывистым и ярким озарениям или путем медленного и неудержимого проникновения он добирался до истоков вещей и открывал то, что никто не мог видеть, – то, что никто отныне больше не увидит". Любая деталь могла повергнуть его в транс и эти минуты для него были полны музыки былых дней. Вряд ли многие из нас смогут понять всю тонкость и чуткость его натуры, его книги можно просто читать и наслаждаться, погружаться в чистые и глубокие воды этого гениального ума.
Пруст с удивительной глубиной анализирует чувство, вдается в мельчайшие детали, находит смысл и подноготную любого колебания человеческой души. Он как натуралист исследует человека, но его описания не похожи на описания натуралиста Золя. Мир Пруста прекрасен, хотя может быть и жесток, он не уродлив как натурализм Золя, а нежен и задумчив.
Не беритесь за эту книгу сразу, напишите на бумажке: "Марсель Пруст приглашает на созерцания любви Свана" и прикрепите на зеркало, перед которым вы каждый день причесываетесь, или сделайте закладку из нее для вашей записнуй книжки и подождите, пока эта книга сама вас позовет. В общем, выберите время спокойное, когда вы готовы пропустить сквозь ваши пальцы шелковую ленту чувств и воспоминании Пруста.

Писатели и книги бывают разные. Одни завораживают и поглощают настолько, что ты не можешь оторваться, "проглатываешь" страницу за страницей, словно срастаешься с книгой на определенное время. Есть книги, которые смакуешь, цена каждого слова в них настолько высока, что занимает мысли твои очень надолго. Есть книги, которые читаются легко, а другие - тяжело и даже очень-очень трудно. А есть Марсель Пруст и его книга "По направлению к Свану"...

Уже несколько лет я хожу вокруг да около произведений Пруста. Цикл "В поисках утраченного времени" все время всплывает при поисках книг, во всевозможных рейтингах и списках. И вот настал момент - мое знакомство с Прустом состоялось.
Пруст пишет о чтении книг следующее:

По-моему, очень верно подмечено. Но тут и раскрывается секрет прозы Пруста: его роман - это как раз "свойственная медлительнось", которая "мешает воспринимать". И однозначного отношения к прочитанному произведению у меня не сложилось, ни вовремя чтения, ни сразу по завершению, ни спустя несколько недель. Признаюсь, нередко, перед тем как открыть книгу, у меня возникала следующая мысль: "Так, надо все же дочитать это жуткую книгу". Почему жуткую? Да я сама не знаю! Но что-то меня зацепило. Почему я так часто думаю о ней?

Читался роман ну очень медленно. Не в том смысле, что я надолго растянула чтение. Просто читаешь-читаешь, уже час, два. А прочтено всего 30-40 страниц. Нет, я вовсе не скорочтивец (или скорочтец). Читаю со скоростью среднестатистического читателя-обывателя. Но так медленно я не читала, кажется, никогда. И в чем причина - понять не могу...

Вообще, писать отзыв/рецензию на эту книгу - дело непростое. Потому как в романе нет сюжета почти совсем (нет, вру, он все же есть - и некоторая интрига после прочтения все же сохранилась). Но "По направлению к Свану" - это книга не О ЧЕМ, а О КАК. КАК это бывает, когда детство и юность, КАК это бывает, когда любовь, КАК это бывает внутри и только внутри отдельного сердца, ума, души... Я люблю литературу, направленную в глубину человека (любимые Достоевский и Фолкнер тому доказательство), но Пруст все эти переживания внутри описывает совсем особенно. Невероятно трудно облечь эту форму в слова. Просто знаю одно, что попробую продолжить знакомство с писателем и его знаменитым циклом. Что-то я еще не поняла и не осознала... Возвращаясь к цитате, предваряющей мой отзыв, "мы долго раскачиваемся, прежде чем"...

Все-таки всегда, читая книгу, вчитываешь в нее свою жизнь.
Невозможно читать отстраненно, иначе не интересно.
И кажется, что каждая книга - про тебя. Хоть в чем-то, хоть чуть-чуть.
Вот и Пруст, казалось бы, такой долгий, сложный, даже нудный с его рассуждениями о боярышнике или о том, что мама не поцеловала - на 10 страниц.
Но все-таки найдешь и в нем про себя. С интересом мы читаем то, что актуально. И наверное, популярность искусства зависит от того, насколько актуальна взятая проблема для большинства людей. Хотя бы этого времени. А если для нескольких поколений - так это уже и классика.
А еще, как ни крути, но все книги о любви. Художественные, по крайней мере.
И Пруст в первом томе пишет про любовь Свана. Про то, как она изменила его, возвысила или изничтожила - это уже кто как посмотрит.
Но вся эта легкая грусть, наблюдение за любимым человеком как за некоторым неведомым существом со своим характером, со своей свободой. Сознательность против непосредственности и даже глупости. Но глупость - это ведь не плохо. Кто сказал, что чем умнее, тем счастливее?
Вот и выбор: Либо рассуждай как Оливейра, как Сван, либо живи и люби, как Мага ("Игра в классики") или как эта избранница Свана, не помню точно, Шарлотта ее звали, кажется.

...кажется, сказал Шекспир. А здесь все с точностью до наоборот.
Можете возмущаться, можете презирать, но я ее не осилила. Вернее, сдалась на последних страницах. И так для меня все было ясно - сюжета, как такового, нет, есть какой-то поток сознания. Нет, вторая часть еще ничего, но и там автор порой, как говорится, "лил воду" и так хотелось переписать текст более легким языком, без лишнего словоблудия. Что до первой и третьей частей, то... то мне случалось засыпать над книгой, порой, отвлекшись на пару минут, я, вернувшись к произведению, забывала, на какой строчке остановилась. Доходило до того, что ставила на полях метки - мол, вот эта строка была последней. А то реально забывала. А случалось, что я пропускала отдельные абзацы или пробегала их глазами по диагонали, типа, просмотрела. А когда читала, то и дело себя заставляла и поощряла - мол, вот если прочтешь двадцать страниц, потом двадцать минут можешь полистать соцсети (в качестве награды) или игру загрузить на телефон.
И на последних страницах сломалась. Хватит. Надоело.
На сем мое знакомство с Прустом завершено. Можно поставить галочку - мол, с автором ознакомлена - и идти дальше. Не всем дано.