Смерть пахнет сандалом

Если у русских есть Толстой с его эпическим размахом души, а у французов — Гюго с его пафосом справедливости, то у китайской литературы нового времени есть Мо Янь. Этот классик, лауреат Нобелевской премии 2012 года , выполняет редкую миссию: для нас, иностранных читателей, он становится проводником в лабиринте китайских обычаев, морали и, главное, жизни простых людей из глубинки.

Его роман «Смерть пахнет сандалом» — историческая сага о закате империи Цин, где сандаловое дерево становится орудием медленной казни.

В этом мире мораль прорастает сквозь трещины разложения чиновников, любовь обнаруживаешь там, где есть измена, а настоящее уважение — в завуалированных оскорблениях. Персонажи Мо Яня объемны до невозможности. Взгляните на его героинь и героев: дочь, которая ненавидит отца, но всем сердцем заботится о нем; жена, презирающая любовницу мужа, но лично приглашающая ее в дом, чтобы помочь супругу исцелиться от неизлечимого недуга. И, пожалуй, самый яркий образ — палач, который видит искусство в своем страшном ремесле, филигранно исполняя работу и отдавая дань уважения жертве. Это не чернуха ради эпатажа, это попытка заглянуть в бездну человеческой природы, где добро и зло переплетены намертво.

Мне нравится мелодичный, неторопливый стиль рассказа, хотя трудно продираться через сложные китайские имена в огромном мире Мо Яня. И мне смешно читать его метафоры — подчёркнуто физиологичные, низкие, но сказанные о самом высоком. Это не лёгкое чтение, но оно того стоит.

1900 год, Китай, империя династии Цин доживает свои последние годы, однако на периферии еще силен авторитет власти и ее представителями делается все немыслимое, чтобы обеспечить беспрекословное подчинение простого народа жестоким законам и изжившим себя правилам.

Мо Янь в привычном для себя репертуаре показывает нам как «прокатилось» тяжелое колесо исторических перемен по жителям уезда Гаоми провинции Шаньдун.

Мы видим дух свободомыслия в контрасте с фанатичной преданностью власти, чувство собственного достоинства в контрасте с раболепием перед чиновничеством, мощный созидательный и творческий потенциал в контрасте с паразитарством и праздностью, сострадание в контрасте с жестокостью. Персонажи все живые и правдоподобные без идеализации- местами им сочувствуешь, местами поддерживаешь, местами негодуешь, но равнодушными точно не остаешься.

Книга навсегда останется в памяти благодаря описанию страшных казней, по изощренности которых (по словам героя самой книги) Китай был впереди планеты всей.

я не сдаюсь и продолжаю изучать творчество Мо Яня. что ж, в этой книге никаких галлюцинаций.

книга написана в стиле китайской оперы — маоцян. основана на исторических событиях, на преданиях, суевериях и слухах, ходивших в то время в Китае.

у этой истории своё необычное очарование, особенно описания жутких казней. уж в способах убийства китайцев не переплюнуть.

нас встречает запутанная история во времена, когда умирала империя Цин и были приглашены немецкие работники для строительства железной дороги. земля забиралась, могилы были разрыты, поэтому это вызывало возмущение народа.

в центре повествования девушка Мэйнянь и три её так называемых отца.

настоящий отец — певец китайской оперы;

названый отец — её любовник. чиновник, приговоривший её отца к казни (за бунт против неметчины);

отец мужа — самый искусный палач Поднебесной, ответственный за казнь её отца.

мы будем знакомиться с каждым из этих персонажей и узнавать их истории. история палача, кстати, была увлекательна, мы узнаем его прошлое и то, как набирался его опыт.

любопытны подробные описания казни тысячи усекновений, а также казни сандалового дерева. здесь я бы заострила внимание, если вам такое трудно читать, то выберите другую книгу.

(лично я вижу слово "резня", покупаю книгу, хотя именно триллеры ради триллера не читаю)

за что мне нравится Мо Янь, так за то, что можно посмотреть на Китай разных времён разными глазами с разных сторон. и всё такое зыбкое, магическое, историческое, сатирическое и прочее. чувствуется, что что-то стоит за этой книгой, прячется и ждёт, чтобы его заметили, увидели, разгадали.

возможно, я перечитаю "Страну вина" и изменю о ней своё мнение. но вот уже ждёт "Красный гаолян", узнала, что по нему снят фильм, а я обязательно хочу это изучить и посмотреть.

кстати, для погружения в эту книгу составили плейлист в Яндекс.Музыке , что меня сильно порадовало. люблю такие детали и мелочи.

Ужасающе жестокая и завораживающе прекрасная история о закате империи Цин.

Ослабевающий Китай делят иностранные державы, Германия строит железную дорогу, что по мнению местных нарушает многовековый феншуй. Среди китайцев ходят слухи, что под рельсы закапывают косицы отрезанные у местных жителей, тем самым забирая их души, что детей забирают из семей и увозят изучать немецкий, предварительно подрезав им языки, чтобы впоследствии оставить их управлять железной дорогой. Так возникает народное движение ихэтуаней - борцов с иностранными завоевателями, которое жестко подавляется китайской армией. На этом фоне бывший актер-певец и основатель маоцянь (“кошачей оперы”) Сунь Бин за нападение на немцев-строителей железной дороги осужден на самую жестокую казнь - казнь сандалового дерева.

В книге мы услышим голоса самого осужденного, его дочери, палача, его сына, который женат на дочери осужденного, и уездного главы, который состоит в любовной связи с дочерью Сунь Бина, и узнаем, как каждый оказался на своем месте в этой трагедии. Каждый герой рассказывает свою часть истории, словно исполняя арию “кошачей оперы”, но от того, что на лице героя грим, а на теле костюм из кошачьих шкур, его слова не становятся мельче, а наоборот преисполняются искренним чувством и достоинством.

Представьте, что вы вдруг оказались в Китае во времена Цинской империи.

Сначала, сдается мне, вы почувствуете запахи. Вот в воздухе уже витает стойкий аромат вареной собачатины и желтого вина. Объедение! Из чайной напротив вы учуяли терпкий запах свежезаваренного чая.

А что там за поворотом? Нет, это нюхать не стоит.

Постепенно подключается слух. Вот откуда ни возьмись шествует целая труппа актеров, распевая арии маоцян. Какие на них причудливые одежды и маски! У кого-то на голове шкура черного кота.

«Мяу-мяу-мяу», – затягивают они.

Пожевывая сочную собачью ногу, неплохо бы добраться до главной площади и понаблюдать за казнью преступников: изменников родины, убийц, нечистых на руку чиновников. Чем развлекут народ сегодня? Отрубанием голов мечом заточенным так, что лезвие рассечет упавший на него волос? Или может посчастливится стать свидетелем казни тысячи усекновений, когда с живого человека отрезают по маленькому участку кожи, кусочек за кусочком? А может многоуважаемые служители министерства наказаний придумают что-нибудь еще?

Не знаю, как вам, а мне бы уж точно не хотелось оказаться в те века в Китае, в уезде Гаоми, даже чтобы послушать невероятные арии.

А вот красавице Сунь Мэйнян придется играть по правилам этой восхитительной оперы маоцзя, придуманной Нобелевским лауреатом Мо Янем. У Мэйнян много ролей в этой пьесе: жена мясника, сноха самого известного в провинции палача, любовница начальника уезда, а еще дочь преступника, приговоренного к смерти через казнь сандаловым деревом. Поймать преступника и изменника должен любовник его дочери, а казнить его с помощью одной из самых жестоких казней – его сват.

Почему-то многие характеризуют эту книгу как мерзкую и отвратительную, но я совершенно не увидела в ней ничего подобного. Да, тут есть подробности жестоких казней, обилие человеческих выделений, испражнений и самых красноречиво описанных запахов. Но вся эта книга – песня. Она звучит как мелодия. Она прекрасна сама по себе. А то, что в обычной жизни призвано вызывать отвращение, – здесь становится украшением.

Образы восхитительны! Язык, которым написана книга (спасибо замечательному переводу), просто проникает в сознание, гипнотизирует. Чего стоит только обилие неподражаемых ругательств. Они вызывали у меня самое искреннее восхищение.

Вот ты уже идешь на работу и подпеваешь, не обращая
внимания на прохожих: «Мяу-мяу-мяу».

Это невероятная книга о противостоянии востока и запада, о противостоянии народа и власть имущих, о страстной любви, о настоящей храбрости, о невероятной силе духа.

И о густой бороде.

Я в большом восторге от этой книги, от ее неповторимых героев, каждый из которых вызывает живой отклик и интерес. Мо Янь однозначно достоин внимания, обязательно прочитаю все переведенные работы.

Мяу-мяу-мяу...то есть горячо рекомендую.

Мо Янь Смерть пахнет сандалом

Наслышана о том, что автор не щадит ни героев , ни читателя. Таки да, режет и правду- матку и части тела с особой изобретательностью. Шевеление волос на голове гарантировано, а потому что работа палача - это искусство  .

А если такой "кудесник" ещё и член семьи, то лучше о нём знать побольше и держаться от него подальше.

Сам каркас повествования держится на рубеже - это и смена эпохи хронологически ,1900-й год, и падение династии Цин, и захват Китая и его прихватизация Западом, и насильственное проникновение технического прогресса ( конкретно постройка железной дороги практически на костях местных, слова им не давали, разрешения не спрашивали, в фэн-шуй смуту и хаос внесли, недовольных и возмущенных, как полагается, казнили с цинизмом и жестокостью, чтоб умер не сразу , мучился подольше и чтоб больше желания не соглашаться даже ни у кого не возникало).

Вообще, западному человеку сложно понять культуру и азиатские стандарты, будь то стандарты поведения, поклонения, раболепия и особенно красоты. К примеру то, что считалось красивым ещё в начале прошлого века (ужас) - женская ножка в форме бутона лотоса (этой экзекуции подвергают девочку с раннего возраста, то есть намеренно бинтуют и ломают кости стопы), это красота, а не вот эти ваши необработанные ласты , как у главной героини Мэйнянь, которых она стыдилась всю свою жизнь.

И ещё тут очень много музыки, народное творчество, кошачья опера. Она льётся потоком на читателя, в ней можно рассказать "мяукая" то, что просто в лоб сказать нельзя, это и вид искусства, и вид откровения, и вид протеста. И тут тоже предполагается талант, он есть, в виде свата главного палача.

Смерть и жизнь, прогресс и нормы жизни (поедание собачек, казни, даже за коррупцию). У каждого народа своя история, своя норма социальная, кулинарная, чисто человеческая.

Никогда в мыслях даже не хотела жить в такой дремучести, хотя и в современном демократическом мире хватает такого, на что потомки будут тыкать пальцем.

Очень откровенно жестокая, с осторожностью, я б сказала 21+

"Сандаловая смерть" мне предсказуемо зашла - Мо Янь всегда мощь. Да и чему бы не зайти - подлинная трагедия в изящной обертке из разных нарративных техник, да еще и с искусным музыкальным сопровождением. Яркая, громкая, порой неуместно озорная, часто непристойная, гипертрофированно телесная - эта книга и сама во многом опера мяоцян, чего автор и не скрывает.
Телесность, конечно, не удивительна для истории с подробным описанием пыток, здесь ее два вида. Странные описания прекрасной бороды одного из персонажей или неуместно больших ступней главной героини (все же знают про ступни-лотосы, да?) - всего лишь комедийная пауза перед сценами пыток, которые здесь занимают целые страницы и описаны со всем богатым литературным талантом Мо Яня (признаюсь честно, казнь тысячи усекновений я пролистала). Придурковатый муж, пов которого читается как одна длинная галлюцинация, и его ушлая женушка, влезшая в постель к уездному города, начинают свою история комедийными персонажами, а заканчивают ее на трагической сцене, в которой отца жены, арестованного тем самым уездным, несколько дней медленно убивают муж и его отец, он же по театральному стечению обстоятельств лучший палач страны. Контраст низкого и высокого высвечивает и личные беды героев, и трагедию страны, благополучие жителей которой приносится в жертву политическим выгодам, и здесь тоже сцена расправы немцев над местным населением сменяется фантасмагорическим бытием в лагере восставших, а после снова все умирают...
Сюжет словно ходит кругами, в каждом из которых персонаж замкнут со своей бедой, маски сменяют друг друга как на сцене оперы, а в кульминации, конечно же, личная трагедия сливается с народной и течет кровавой рекой с эшафота (буквально).
Перед чтением не мешает ознакомиться c историей Боксёрского восстания, да и падения Империи Цин в целом. Хотя не могу сказать, что мои практически нулевые познания во всех упомянутых выше предметах испортили мне удовольствие от книги, но загуглить хотелось.

Ни за что не стала бы читать «Смерть пахнет сандалом» Мо Янь, если бы знала только то, что этот огромный роман про казни, про работу палача. Но это Китай, детка! Так просто там быть не может. И это Мо Янь, которым я заинтересовалась после его двух ранее прочитанных романов. Почему??? – Тянет!
Вроде бы и ничего особенного в этой прозе нет по содержанию (за исключением подробных описаний казней, конечно), но это волшебная смесь реального, реалистичного, натуралистичного и мифологического, забавного и совершенно не вписывающегося в рамки того, что, к примеру, европейцы считают уместным и прилично соседствующим рядом.
Мо Янь в прекрасном послесловии к роману очень хорошо объяснил мотивы его создания. Это очень личностное звуковое (звуки паровозных гудков в тумане и т.п.; мы увидим эти отголоски в книге) воспоминаний жизни в детстве. Поэтому и возникающий мотив «кошачьей оперы», популярной в период умирания династии Цинь, превращает само повествование в удивительное представление, как и саму жизнь героев книги. Умирающий после страшной казни народный певец-герой Сунь Бин произносит: «Представление окончено!»
Казнь как искусство, как вид представления – одна из тем романа. И как старинные представления перестают быть очень популярными среди народа Китая, уступая место другим культурным, политическим, идеологическим, государственным, наказательным мероприятиям, так и казнь с изменением жизни перестаёт быть жесточайше уродливой мерой устрашения и кровавым, сводящим с ума зрелищем.
Любому действию соответствует противодействие: в государстве ли, в семье ли, в личной жизни. Драма противостояний прекрасно в романе показана. Но самое интересное то, что к ни одному из героев книги я не испытывала постоянной симпатии. Характеры очень сложные и противоречивые. К примеру, палач, который палачом не родился -это не маньяк какой-то, а просто человек, получивший работу будучи почти ребенком и таким образом спасшийся от голода и уж потом, став мастером заплечных дел, - испытывал удовлетворение, конечно, не от самой казни, а от того, как выполнил свою работу. Он неприятный персонаж. Однако понять его как винтик государственной машины при желании можно. И так разбирать приходится буквально каждого героя. У каждого своя история.
Плацом Всеобщей Добродетели в Китае называют плаху, место казни. Довольно цинично, особенно если знать, сколько безвинных людей лишились жизни на этом представлении смерти.