Скорбь Сатаны

Книга жуткая. Больше всего в ней пугает вовлечение человека во тьму и преисподнюю в обычной будничной жизни. Казалось бы, живет себе простой парень, с ничем не примечательной биографией, весьма посредственный, единственное, сильно неимущий в материальном плане. Написал он книгу о добре и Боге (я так поняла), не очень интересную для публики (без скандальных моментов). Жить ему не на что, платить за квартиру нечем - ложись и помирай.
И тут, откуда не возьмись, свалилось на Джеффри Темпеста (имя ГГ) неожиданное миллионное наследство. Одновременно с деньгами появляется в жизни ГГ некий загадочный персонаж - князь Лючио Риманец, все слова и действия которого вроде бы дружелюбны, но почему-то пугают читателя. Джеффри тоже чувствует, что что-то не нормально, но не сильно прислушивается к тревожным звоночкам своей души, поскольку человек он (повторюсь) обычный, даже какой-то аморфный, вялый. Не сопротивляясь, он бредет по дорожке, которая его приведет… к чему? Похоже, что ни к чему хорошему!
Однако пересказывать сюжет смысла не вижу.

На меня роман подействовал достаточно сильно, может момент такой настал? После прочтения начала оценивать мотивы своих поступков на «под действием искушения» или «по воле души и сердца». В общем, впечатлил, это да!
Книга вышла в начале прошлого века и актуальна будет всегда, пока существует человечество, если, конечно, рептилоиды, очарованные мамоной, не победят.
Хорошо написано, прекрасный перевод, жанр - философская мистика. Завораживающее и заряжающее чтение. Советую ознакомиться.

Сюжет + Общее впечатление + Язык: 2+1+1=1,3

Рацио-Эмоцио: 80% - Эмоцио

Блиц-аннотация: Викторианская проповедь, переодетая в роман о Сатане, где зло заранее виновато, добро заранее право, а читатель нужен лишь как прихожанин.

Нотабене: Критики конца XIX века прямо указывали на морализаторство Корелли и отсутствие художественной тонкости. Роман был чрезвычайно популярен у массового читателя, но вызывал раздражение у профессиональной критики уже после первой публикации. Генри Джеймс и Джордж Мур прямо писали о Корелли как о писательнице, подменяющей литературу морализаторством.

Нет, конечно, если вы королева Виктория или выпускница института благородных девиц, то этот роман вполне подойдет, чтобы падать в обморок и дрожащими ночами прикрывать свое тело вышитой ночной сорочкой, чтобы вас не соблазнил сам Князь Тьмы.

От прослушивания этого романа, я мог реально лишиться зрения. Что. Что? Потому что закатывать глаза под конец книги я не только устал, но в какой-то момент подловил себя, что идя по улице в наушниках, вслух произнес "боже мой, какая муть!".

Мисс Корелли, ничтоже сумняшеся прошлась по всевозможным штампам, составляя довольно банальный текст про добро и зло, активно приправляя его викторианской истеричностью. Дьявол - ходячий тезис, размышления героев пережевывают одну и ту же мысль (человек плох, бог велик, Люцифер страдает), то есть буквально иллюстрированная проповедь.

В качестве подросткового развлекательно-морализаторского чтива, вполне вероятно, что это и нормальная книга. Однако мой читательский опыт не позволил зацепиться ни за язык, ни за сюжет, ни, тем более, за персонажей. Кстати, по поводу языка Корелли - часто он перегружен риторическими вопросами, многократными восклицаниями (особенно эти "ха-ха-ха" в тексте) и подменяет конкретные образы абстрактной истерикой.

Если кратко о сюжете, то тут все до невозможности просто: бедный писатель, получает наследство, встречает Дьявола (естественно не понимая, что это он) и становится известным писателем, женится на холодной красавице и далее, и далее. В конце, конечно, добро побеждает зло, все плохие умирают, хорошие радуются. На заметку: добро побеждает зло не потому, что было противостояние, а потому что так положено по методичке викторианского нравственного романа. Аминь.

Даже с учетом увлечения в конце XIX века эзотерикой и спиритуализмом, совместно с теософией и прочими оккультными веяниями эпохи, роман выходит плоским с бесконечными поучениями о морали и нравственности. Некоторые сцены настолько пугающе плохо выписаны, что даже вызвали у меня гомерический приступ хохота в метро. Да простят меня пассажиры метрополитена.

В общем так, читающему человеку в этом романе искать нечего. Тот кто не читает - может быть интересно, особенно если ему важны мысли в духе "бог не тимошка видит немножко" или "жизнь прожить, не поле перейти". Судя по зашкаливающим оценкам роману на LL... хотя выводы сделайте сами.

Написана книга неплохо, хоть местами и затянута, особенно провисает середина. Да и автор зачем-то нагнетает и пытается создать интригу там, где это нахрен не нужно. Название книги уже в лоб говорит читателю, о ком будет эта история, так что сразу понятно, кого встречает главный герой, Джеффри Темпест, кому он обязан внезапным богатством и кто вводит его на путь искушения и порока. Но автор зачем-то часто подчёркивает таинственность внезапно появившегося благодетеля, намекает на нечеловеческую природу, которая очевидна. И повторяет это, пока данные заигрывания не начинают бесить.

Однако, несмотря бессмысленные попытки заинтриговать, текст читался прекрасно... пока Джеффри не женился. И вот тут началось! Трактат о нравственности и месте женщины в обществе. И автор в моих глазах превратилась из женщины в бабку, которая сидит на лавочке у подъезда и всех наркоманами и проститутками называет. А что сама такой же в юности была, забыла.

Корелли противопоставляет двух героинь – талантливую писательницу, невозможно нравственную, аж до тошноты правильную Мэвис Клэр (очевиднейший автопортрет) и официальную жену Джеффри, главного героя, Сибиллу. Мисс Клэр – идеал Корелли. Таких живых людей не бывает. А Мэвис Клэр так чиста душой и телом, идеальная, ну прям сферическая фигура в вакууме, а не человек. На фоне недостижимого идеала, которым даже Сатана восхищается и над которым у него нет власти, Сибилла кажется действительно живой. Забавно, что именно за эту живость все в книге ее унижают, проклинают, называют распутной и пропащей.

Корелли постоянно осуждает женщин: они утратили нравственность, это они виноваты в мужских грехах (а потому что нефиг быть такими красивыми и соблазнительными!), женщина должна быть ангелом и отвечать и за нравственность своего мужчины тоже. А мужчина ничего не должен. Главный герой прямым текстом говорит: мне можно все, а тебе нечего, ты же женщина!

Понимаю, времена такие были, но мне из прогрессивного 21 века читать такое очень тяжело.

Могу, конечно, ошибаться, но мне лично кажется, что гениальная книга не несет в себе морали, мораль в ней заменяют сложные и неоднозначные размышления.

Преступление и наказание – не о том, что убивать старушек плохо, а отцы и дети – не про то, что нигилизм зло и Базаров не прав. Хорошая классика никому ничего не навязывает. Поэтому она, собственно, и стала классикой. Если писатель и пытался вдохновить читателя своим личным мнением, то он делал это завуалированно, а не в лоб.

Так вот, скорбь сатаны – это пример морализаторской литературы.

Да еще и мораль безнадежно устарела.

Художник должен быть голодным. Деньги - зло. Бабки развращают, раздайте их нищим. Ходите в рубище, спите в канаве, верьте в бога - со страниц орет на нас автор.

А тупой читатель не понимает, что нужно с юности готовиться к смерти и мечтать о том, чтобы красиво уйти к богу. Он, скотина такая, хочет есть вкусно, спать сладко, влюбляться и (о боже!) заниматься сексом, творить, путешествовать... и прочая бессмысленная хрень. То ли дело прожить жизнь в мечтах о красоте своей могилы!

Жизнь нельзя притянуть к какой-то морали, нельзя всех подряд осуждать, а самой стоять в белом пальто: ой, я не такая, я тут писательского трамвая жду, и вообще я женщина приличная, не то что эти проходимки! И ладно бы у Корелли было чувство юмора – но хер там плавал. Морализаторский роман без шуток и иронии – это убийственное чтиво.

Мне не жаль Сатану, который толкает людей на неправедный путь и страдает, что из-за этого не может возвыситься, мне противна жизнь, которая исполнена лишь мыслями о праведной смерти, мне отвратительна неприязнь Марии Корелли к собственному полу. Противная книга.

4/10

Очень сложно однозначно сформировать какое-либо мнение насчет подобных произведений. Сначала я хотела обвинить книгу в черно-белой морали, излишнем наставлении на путь праведный и позиции как бы свысока. Только прочитав, поставила 7 баллов, но потом поняла, что история не отпускает меня уже больше недели и заставляет снова и снова возвращаться к обдумыванию поступков героев и позиции автора, личность которого играет немаловажную роль в понимании заложенных в книгу смыслов.

Мария Корелли, в отличие от нас с вами, имела честь родиться и жить в эпоху, когда женщины-авторы должны были пробивать себе путь к читателю сквозь гору общественного предубеждения и непонимания. Она, как писательница, на своем опыте познала все прелести издательского произвола и осуждения со стороны сильных мира сего. В ее тексте тонкая иголочка изобличения и насмешки то тут то там больно впивается в кожу ее критиков и братии продажных издателей с чувствительным эго. Печально, что сегодня мы можем с уверенностью заявить, что, хоть общество уже и не так презрительно относиться к писательницам, по большому счету проблема истинности гения и возможности покупки всеобщей славы все еще остра и актуальна.

Тем не менее, говоря о личной боли автора по поводу книжного дела и признания, не стоит забывать, что в книге все-таки в первую очередь поднимается извечная тема добра и зла с сопутствующими ей понятиями личного счастья, эгоизма и смысла жизни. Сам же сюжет может показаться до боли тривиальным: мы наблюдаем за развращением личности под властью соблазнов и лености ума. Однако нельзя сказать, что главный герой в начале своего пути был приятным и высоконравственным, а потом под влиянием сил очаровательного зла скатился в пучину разврата. Нет, он сразу предстает перед нами человеком с предубеждениями,  обидами на мир и серой моралью. Поэтому  логично, что весь его путь к разрушению не заканчивается страшной карой за грехи, а помогает ему прийти к покаянию и перемене.

Мне очень понравился стиль повествования. Несмотря на общую предсказуемость сюжета, было интересно следить за событиями, находясь как бы над ними и смотря, как ловко писательница разыгрывает данную партию. Это одна из тех самых нескучных классических книг, которую можно смело брать в руки, не боясь сложного слога и занудности. Все персонажи здесь имеют свою собственную неповторимую фактуру: каждому мы можем посопереживать, на каждого позлиться, каждого осудить или простить в зависимости от предпочтений. Именно такой широкий спектр мыслей и эмоций, полученных от этой книги, говорит о ее многогранности. Не всем она понравится, но о подобных произведениях правда нельзя судить однозначно, поэтому советую к прочтению, если вы хотите погрузиться в думы думные на неделю, а то и на две.

Слов не хватает, какая это скучнейшая нудятина. Слушала её в двух переводах или в двух редакциях перевода 1904 года, и это ужасно. У аристократов синяя кровь, у одного из героев не бакенбарды или баки, а бакены (привет енисейским бакенщикам Астафьева), в одной редакции переводчики и редакторы (если редакторы с корректорами вообще были) не знают выражения "краеугольный камень" и далее до кучи.
Слушала в двух исполнениях: любительском Николая Боброва и профессиональном с музыкой Станислава Иванова. Голос Николая Боброва знаком, возможно, подтянув чтецкие навыки и ударения, он стал начитывать под псевдонимом. Станислав же Иванов за противного недописателя, от чьего лица ведётся повествование, читал высоким голосом сверхжеманно и манерно. К тому же, этот "гений" так не по-мужски отзывался о прекрасном Лючио Риманце, что хотелось уже, чтобы они слэшернулись, наконец, страницы на три, и книге конец, но нет, к сожалению. Чересчур было физических контактов этих двоих для чопорной викторианской Англии. Они смотрели друг другу в глаза, хватали друг друга за плечи, обнимались и приобнимались, Лючио удерживал "гения" Джеффри Темпеста, чтобы тот вдруг в обморок не грохнулся при виде какого-то отвратительного зрелища, уже не помню, какого. В "Фанатке" Рауэлл пара подростков, слизанных 15-летней фикрайтершей с Поттера и Малфоя в сто раз лучше описаны. Но Рауэлл писала явно с иронией к незрелости своей героини и ради противопоставления с реальными отношениями. Тут же по серьёзке писала сорокалетняя тётенька, и женщины были явно лишними. Уайльд не оценил потуги Корелли и ругался на её манеру письма. Нет, не мужскими глазами смотрел Темпест на сатану. На детей, кстати, тоже, или на существ в облике детей, слишком сюсюкающее для как бы циничного мужчины описание головок, ручек и ножек... Не младенцы же они, в самом деле, если танцуют и бегают в строго отрепетированном артистическом номере. Короче, на середине романа я сломалась и дослушивала его только в версии Боброва, ускорив воспроизведение в три раза. Соглашусьс "Любителями аудиокниг", что звукорежиссёры Станислава Иванова выше всяких похвал, но манера меня убила.
Не знаю, что там происходило у Корелли, но похоже, что беллетристка вымещала в книге все свои комплексы. Запредельная ненависть ко всем вообще мужчинам, кроме Сатаны, (если того можно вообще считать существом какого-либо пола), к высоким красивым женщинам, к остальным некрасивым, подозрительное сюсюканье к детям, ненависть продолжилась к критикам, поэтам, французским реалистам, декадентам и вообще ко всему иностранному, к журналистам, священникам, евреям (местами они жиды), аристократам, богачам, меценатам, ко всем представителям правящего дома, кроме Виктории и принца Эдуарда, коих Корелли знала лично, к старым девам, феминисткам, молодым девушкам - любительницам реалистической прозы и т.д. Прикол в том, что прямо ангельчик, по слову Макара Девушкина, которого в этом паноптикуме очень уж не хватало, ангельчик, идеал и писательница с инициалами М. К. - тоже старая дева без близких друзей, только с собаками и голубями вместо кошек. Ничуть не поверила в её добродетели. Джеффри и Мэвис - это две стороны одного хвастливого человека, точнее, жеманной девочки в возрасте за дцать. Разве истинно скромный человек будет первому встречному гостю рассказывать про полученные в наследство миллионы или про свои добрые дела и всепрощение? Причём подаяния перечисляются в конкретных суммах с прифификиванием, что-де живут жёны критиков не по средствам, а потом плачутся. С критиками и издателями в романе вообще беда. Иногда казалось, что сюжет - это вставки между самовлюблёнными сентенциями Сатаны, Мэвис Клер и Джеффри Темпеста. Без них объём романа сократился бы вчетверо. Разве человек, реально не обращающий внимания на критику, будет называть птиц с учётом их внешнего вида и характера названиями журналов или фамилиями критиков? Чтобы назвать, надо прошерстить все публикации. Если бы Мэвис реально плевала на критику, её собаке нечего бы было зубами разрывать.
Некоторые рецензенты отмечают красоту слога и пейзажи, не нашла ни одного пейзажа. Более менее живым выглядят лишь окрестности имения и домик Клер, но в тех местах жила сама Корелли и не преминула похвастаться сохранностью дома шекспировской эпохи. Доверие к роману снизилось к нулю в самом начале при разворачивании мумии египетской принцессы. Видимо, про климат Египта, жару, свет и кислород Корелли не слышала, раз у неё две мумии не рассыпались тут же в прах, а у одной из них в части прогнившего тела завёлся скарабей. Музеи, забудьте про климат-контроль и условия хранения содержимого пирамид...
ЕДинственными по-настоящему живыми персонажами романа были Сибилла и Диана. И то, истеричная сцена с Лючио совершенно выбивается из поведения Сибиллы. А развратил её... Золя. Лючио называл ещё Гюиманса и Бодлера (три французских автора), но упирала Корелли на прозаиков. Да по сравнению с Сибиллой я с багажом чтения русской классики: Настасья Филипповна, бедная Лиза, Татьяна Ларина с признаньями и шалунья Ольга, Соня и Дуня со Свидригайловым в запертой комнате, Анна Каренина, целующаяся Наташа Ростова или Соня (уже не помню, кто из них на кадку вставал, чтобы дотянуться) - ещё со школьной скамьи гнездо пороков ниже плинтуса! А почему молчит автор о воспевателе вшей Латреамоне? Вот уж кто мог реально поразить девичий ум. А Джульетту на балконе читать можно, она же английским драматургом миру явлена.
К слову о писательстве героев, нет ни одной цитаты из романов Мэвис Клер и Темпеста. Мне, ослу-читателю, 20 часов расхваливают морковку и не показывают её, несправедливо!
Корелли была адепткой учения Блавацкой, но я так устала от разглагольствований выше названной троицы, что сил не осталось анализировать их балабольство и вообще прислушиваться к нему на тройном ускорении.
Финал слит. В "Проданном смехе" Джеймса Крюса чёрт соблазняет бедного мальчишку, сына строительного рабочего. Крешимир, другой соблазнённый им мальчик, представитель не титульной нации в империи, тоже бедный и голодный. Тим и Крешимир, оба необразованны, на толстые намёки чёрта не велись, чем вызывали у него досаду и раздражение. Тут же Джеффри Темпест, гений и выпускник Оксфорда не среагировал на 100 намёков Лючио о нём самом и преспешниках, чем раздражал уже меня. Особо взбесило, что "гению" Джеффри и идеалу Мэвис чёрт в открытую предлагает сделки, а к Сибилле лезет со своими поцелуями на свадьбе вряд ли добровольно. Короче, взаимодействие Сибиллы с сатаной мутное и непрописанное, а поплатилась она не в пример больше той идеальной парочки. Короче, искусственное нагромождение среди словоблудия, не советую никому.
P.S. Булгаков учёл все недостатки "Скорби сатаны". Воланда жалеть и в голову не придёт.

Что ж так неудачно подходит для меня к концу Флэшмоб-2012? Ни одного действительно интересного автора, ну кроме Липскерова. Не понимаю и не разделяю всеобщих восторгов по поводу этого опуса. Категорически! Полностью согласна с рецензией Anton93. Ханжеское и пафосное произведение. Весь роман состоит из причитаний по поводу аморальности, лицемерия и прочих пороков «света», женщин и литературных критиков. Сначала я думала, что это милый викторианский ужасник, который прочитается с удовольствием, хотя и не напугает, но хоть умилит. Но нифига. Занудный и высокопарный гундеж. А себя М.Корелли, я уверена, ассоциировала с неземной М.Клэр. Сатана выписан каким-то ходячим морализатором. А Джеффри, о-о-о, это вообще нечто, сначала покупает жену, а потом оскорбляется, что она его не любит. Единственная кто вызывал сочувствие – Сибилла. Единственный живой и честный в своих чувствах персонаж.
Еще раз повторюсь, эта книга – пафосная, морализирующая тошниловка. Никому не советую.

Скорби Сатаны! Скорби неизмеримые, как сама вечность. Вообразите их! Быть изгнанным с небес! Слышать сквозь бесконечные сферы отдаленные голоса ангелов, которых однажды он знал и любил! Блуждать среди пустынь темноты и тосковать о небесном свете, который раньше был воздухом и пищей для его существования, - и знать, что человеческая глупость, человеческая жестокость, человеческий эгоизм держат его таким образом в изгнании, отверженным от прощения и мира!

Прекрасный роман, по-новому раскрывающий образ Люцифера, страдающего на Земле. «Сын утра» наполнился ревностью к сотворенным Богом людям, которые сами могли стать подобны ангелам, приняв великое Бессмертие. Люцифер поклялся скорее уничтожить их совершенно, чем делить с ними ангельское великолепие. За это был изгнан из Рая разгневанным Богом. И была одна лишь надежда на возвращение назад: если Человек, которого сам Сатана теперь должен был искушать, не поддастся ему, доказав свою добродетель и чистоту.
Но люди на Земле, хоть и имеют возможность приблизиться к высшему, благодаря свободе выбора постоянно утопают в грехах.

Прекрасен и притягателен образ Люцифера, с одной стороны искушающего главного героя, но при этом же разоблачающего свои дары, не скрывающего, чего они будут стоить. Но эгоистичный человек слышит лишь то, что хочет услышать, и с радостью отдается в руки дьявола.

Каждый грех каждого человеческого существа прибавляет тяжесть к моим страданиям и срок моего наказания; однако я должен держать клятву относительно мира! Я поклялся искушать, сделать все, чтобы уничтожить человечество, но человек не клялся поддаваться моим искушениям. Он свободен! Оказывает он сопротивление - и я ухожу; принимает он меня - я остаюсь!

Я восхищена романом Марии Корелли (это настоящий автор, не смотрите на обложку книги), который был написанный ею еще в 19 веке, до сих пор актуален.
Но все же некоторые идеи писательницы, которыми наполнена книга, вызывают недоумение.
Бросается в глаза огромная неприязнь к людям, сквозящая во всем тексте. Никто из них не достоин уважения. Особенно большую неприязнь автор питает к "животной" стороне человека. Результат викторианского воспитания или особенности характера? Вероятнее всего, второе.

"Она никогда не была замужем. Известно ее язвительное высказывание: «Я никогда не выйду замуж, потому что в этом нет никакой необходимости. У меня в доме живут три животных, которые вместе вполне составляют одного мужа: собака, которая рычит по утрам, попугай, который ругается целый день, и кот, который возвращается поздно вечером». Мария призналась однажды, что порой испытывает такую неприязнь к мужской половине человечества, что если мужчина по несчастной случайности только дотронется до нее, то у нее на целый день остается ощущение какого-то надругательства". (с)

Любые проявления чувственности у людей ею гневно порицаются. Особенно это касается женщин. Все они показаны как падшие создания. Сам Сатана ненавидит их намного больше, чем мужчин.
Идеал, к которому стремится автор – это единственный светлый персонаж Мэвис Клер, в котором Мария Корелли создала автопортрет (есть даже созвучие имён и фамилий), какой она себя видела, или, по крайней мере, какой она хотела быть. Это возвышенное существо, внутренне отрицающее телесную любовь, всеми помыслами принадлежащее богу.
Даже сам Лючио (Люцифер) относится к ней благосклонно, выделяя ее среди всех остальных женщин.

Сибилла, другой женский персонаж, - это антипод Мэвис Клер, олицетворение зла и порока. Устами мужа писательница обвиняет Сибиллу в том, что она получает удовольствие от секса (секса со своим мужем!) и за это называл ее распутной и грязной.

... я научился выносить чувственный характер моей жены;

Ненависть ко всему человеческому, и стремление к стерильной чистоте в мыслях и действиях – такова Мария Корелли.
Эта изнаночная сторона немного подпортила роман. Но тем не менее он достоин того, чтобы быть прочитанным. И, вполне возможно, "Скорбь Сатаны" явилась источником вдохновения Булгакова, так что можно познакомиться с прототипом Воланда (это лишь предположительный факт, но многие действительно находят параллели между двумя романами).

Нищий, голодный и удрученный донельзя обстоятельствами своей жизни талантливый писатель на грани какого-то сложного решения, и вот, внезапно, кажущаяся улыбка судьбы, - свалившееся на голову наследство и новый влиятельный и богатый красавчик-друг, аристократ с утомленными глазами. А дальше что - счастье ли или грехопадение? Соблазн деньгами, испытание медными трубами, сиюминутными светскими глупостями, - можно ли их если не избежать, но нейтрализовать-то? и начинаются американские горки человеческих страстишек, теперь-то, имея миллионы, можно себе многое позволить? Купить возможность издания своей, выстраданной книги, - да! Купить внимание беднеющей и вырождающейся, но такой загадочно желанной аристократии, - да! А что же еще, что же дальше?
Ох, какая книга! Для меня, как для человека, воспитанного в современной культуре, постоянно все сцены в голове прокручивались как шикарно костюмированная экранизация, уж настолько живо все написано и передложено читателю. Главный герой - слабый человек, странно даже, что его личные произведения определенно казались талантливыми, но была, несомненно, в нем божья искра. Но он не глупый, просто не имеющий твердого жизненного стержня. Потому и с Сибиллой не смог, скажем так, нормально выстроить отношения. Она же - кажется твердолобой глупенькой девушкой, максимально не приспособленной к жизни, вбившей себе в голову, что она во всем разочарована заранее, и усугубляющей все своим упрямством и экзальтацией в разговоре с .. ну не буду говорить с кем. Пожалеть можно, понять можно, принять нельзя. Зато как разворачивается повествование, как наш герой проходит все стадии своего испытания богатством, влиянием, любовью. И как убедительно показана действительная скорбь падшего ангела, того, кто в человеческих муравейниках ищет чистоту помыслов, а находит только пороки и грязи, ибо мало кто проходит такие испытания достойно. Он соблазняет, в основном пресловутым золотым тельцом, и - ах, человек слаб, - большинство легко так соблазняется. На этом фоне Мэвис Клэр, как аллюзия автора на саму себя, - светлый идеал, посыл о том, что нужно быть выше многого, мелочного, и тебе воздастся. Мэвис - образчик того, как жить свою лучшую жизнь в гармонии с собой и своими интересами, не идя на поводу общества, хайпа или демонстративного потребления. В кульминации и финале истории автор постаралась сгладить драматизм и дать шанс на более светлый исход, но ведь мы все знаем, как губительны вот такие, всеобъемлющие человеческие желания? Интересно, а мой обожаемый М.А.Булгаков был знаком с этой книгой?

Невероятно интересный, искусно написанный роман о природе искушения, где Дьявол — самый человечный персонаж, утомлённый предсказуемостью людских пороков.

Коротко об истории:
Молодой неудавшийся писатель Джеффри Темпест неожиданно получает письмо, сообщающее о несметном богатстве.
Но вместе с деньгами в его жизни появляется утончённый аристократ князь Лючио Риманез — человек с пронзительным взглядом, безупречными манерами и тонким чувством юмора.
Здесь не будет классической сделки с Дьяволом, ведь он не покупает души и не играет в игры.
Князь лишь предоставляет выбор, обнажая то, что уже давно зрело в сердцах героев.
Таким образом, Джеффри оказывается в ловушке: он думает, что богатство принесёт ему славу, признание и почёт, но так ли это просто — заполучить всё это на самом деле?

Из незначительных для меня минусов выделю следующие:

• Нарочито полярные герои: все они в этой истории делятся резко на положительных и отрицательных, без полутонов. Что, в общем-то, не отменяет их глубины и интересных образов.
• Удивительно и даже забавно: одна из героинь — писательница Мэвис, самый светлый и чистый персонаж в книге (а может, даже и в целом мире), очевидно, списана с самой Корелли. Это даже не минус, а просто странный и слегка тщеславный факт.
• Важные истины. Может показаться, что всё это бесконечное множество важных истин и интересных мыслей слишком разжёвано, из-за чего не остаётся места для собственных размышлений.

• Финал (без спойлеров) вызвал некоторые вопросы: с одной стороны, он вполне логичен для главных героев, но его резкость и чрезмерная «правильность» породили у меня чувство недоверия.

Произведение, несомненно, вызывает эстетический, моральный и читательский восторг!
Тема искушения и соприкосновения с демонами всегда звучит загадочно, но вместе с тем обнажает людские пороки.
Используя тонкую, а местами и жирную сатиру, Мария Корелли искусно подсвечивает самые тёмные уголки не только человеческой души, но и писательской сущности, да и общества в целом.
Наш герой, кажется, проходит все стадии и все состояния на пути к собственному разрушению, совершенно не замечая, что его друг — его же погибель, обаятельный Дьявол, — вовсе не подталкивает его к этой пропасти, а, скорее, наоборот.

История отдалённо напоминает «Письма Баламута» не стилем, но сеттингом и посылом.
Только если у Льюиса основная стратегия искушения — это мелкие, будничные соблазны, то у Корелли Сатана действует с размахом, предлагая не грех, а мечту многих — богатство, славу и почтение.
Вся ирония романа в том, что люди развращаются такой мечтой куда вернее, чем низменными пороками.
А главный герой и рад поддаться такому искушению, вызывая ту самую бесконечную скорбь, в которой князь Лючио так бесподобен.

Образ Сатаны здесь особенно прекрасен и, как ни странно, очарователен.
Всё благодаря его харизме, тонкому юмору, саркастичным замечаниям и глубоким речам, которые могут покорить даже несмотря на то, что он — главное Зло.
Более того, с течением истории мы, как пазл, собираем знание о том, что Сатана в этой истории — самый человечный, самый несчастный и, как ни парадоксально, самый положительный персонаж.

В общем, произведение прекрасно и многогранно, и дело даже не в сюжете (который, если отбросить важные контрастные эпизоды, довольно прост).
Здесь важна интрига и ответ на вопросы: как далеко готов зайти человек в своей порочности и какую цену он готов за это заплатить?