Осень патриарха

⠀
Больше двух веков длилось правление диктатора в небольшой латиноамериканской стране на берегу Карибского моря: он, жаждавший власти и получивший её, так и не смог в полной мере ею насладиться, зная, что рядом с ним - одни враги... В романе мы узнаем о весне, лете и, конечно, осени правления диктатора, жизнь которого была далеко не так радужна, как казалась...

Уточню сразу: книгу я не читала, а слушала в начитке потрясающего Игоря Князева. Весь роман написан длиннейшими предложениями, практически без абзацев, без глав, и визуально воспринимается не просто, однако в аудио - это просто прелесть что! Это произведение с элементами магического реализма, однако он совсем минимален, что его почти не заметно. Кстати, упомяну о том, что есть нецензурная лексика, хотя и её очень не много. Слог, кстати, тоже не самый простой, но всё для меня искупил сюжет: очень актуальный роман, в котором сразу же, невольно, видишь черты многих диктаторов. Жутко читать, понимая, что за иносказательностью, а, порой, и прямым текстом, описаны такие вещи, которые сложно представить в реальности, однако они действительно имели место быть.

Решил познакомиться с Маркесом не через его знаменитый шедевр "Сто лет одиночества". Придерживаюсь такой некой идеи: "Не начинайте знакомство с автором с его монументального произведения, так вы поймете ваш ли это автор".
"Осень патриарха" заинтересовала меня своей аннотацией, когда увидел ее на полке в книжном, и показалась как никогда актуальной. Вся власть в руках одного человека губит не только народ, но и отравляет самого властителя. У Маркеса необычный слог, произведений с подобного рода композицией сюжета еще не встречал. Отсутствие глав, диалогов, огромные предложения создают ту самую атмосферу "бесконечности" правления диктатора, что уже читателю он надоедает. Гротеск жизни диктатора с доведением ее до абсурда отражает абсурд действительности диктатур.
Жизнь нам дана одна и продолжения ей нет. Но диктаторы тратят ее на нескончаемую погоню за обладание властью, а в конечном итоге умирают одни, не оставив после себя ничего кроме ненависти к своему имени.

Уважаемый господин Габриэль Гарсиа Маркес, Габо, своими незаурядными сюжетами, литературными и стилистическими оборотами, простотой и одновременно удивительно сочным и живым языком Вы довели меня до литературного оргазма, да простит меня мой дорогой муж.

Наши с Габриэлем отношения начались с романа "Сто лет одиночества" (а как же ещё), который, надо отметить, не произвёл на меня особого впечатления, хоть и несомненно является очень ярким самобытным запоминающимся литературным изваянием; запомнить всех представителей рода Буэндиа оказалось довольно сложной задачей, да и сам по себе магический реализм - не самый любимый мной жанр. Однако, произведение явилось для меня этакой закуской, заманившей в пучину латиноамериканского колорита и страстей.

Роман "Осень патриарха", на мой взгляд, значительно превосходит именитые "Сто лет одиночества", являя собой катастрофически пугающую своей актуальностью картину засидевшегося на своём посту властедержателя (знакомо, не так ли?), малообразованного, невежественного, порой жестокого сумасброда, не способного воспользоваться положением себе и народу во благо, что априори является опасным и подчас приводит к губительным последствиям.

Гротеск, история диктатора, находящегося у власти настолько долго, что подданные не помнят жизни до начала его правления и не представляют, что будет после его ухода.

Тема одиночества, повсеместно поднимающаяся автором, не обошла стороной и патриарха, снедаемого подозрительностью и недоверием, опустошенного и неспособного любить. Ей богу, даже жалко его, говорящего со своей покойной матерью, и пугающегося, порой, собственной тени.

Книгу однозначно в избранные, автора в любимые! Читайте Маркеса, он великолепен!!!

Сколько раз хотелось бросить читать? Боже, я концентрировала всю силу воли, которая у меня была. У меня есть принцип: я не делаю вывод о книге, если не увижу конец. Я триста раз жалела об этой идее, и хотела уже отказаться. Даже не знаю, что удержало. Монотонно, тоскливо и серо. Узнаваем особый стиль Маркеса, его метафоры, специфичность. Но в данном случае это нисколько не помогало, как бы не наоборот. Я не считаю себя поклонником этого автора, но Сто лет одиночества пусть и не пришлись мне по душе, но скучными не назовешь, была интрига. Тут же ждешь конца и больше ничего, нечему и некому импонировать. Произведение не стоит читать в дурном расположении, можно развить это состояние до хронического. Сила хандры и мрака в романе зашкаливает. Что-то вынесла? Да как-то... Наверное, нет. Вообщем не рекомендую. 3 из 10.

Роман вполне можно было бы назвать – «Другие сто лет одиночества» или «Двести лет одиночества». Название «Осень патриарха» настраивает на меланхоличный, спокойный лад, сразу представляется старец, сидящий на скамейке где-нибудь в парке и кормящий голубей. Благостный и тихий старец в одиночестве доживающий свою старость. Вместо этого в романе показан гипертрофированный, изуродованный образ опереточного тирана, наделенного всеми качествами самодура и деспота, помноженными на в двое.
Стиль изложения очень схож с предыдущим, знаменитым романом автора, только с уменьшенной толикой мистицизма. Автор нам показывает тирана в самом худшем его виде, такого который возомнил себя чуть ли не богом – «генералом вселенной» и после мнимой своей смерти, прячась и наблюдая как люди отреагируют на его смерть искренне удивляется почему Солнце все также встает на востоке и садится на западе, почему птицы продолжают петь, а люди жить?
Человек объявивший себя пожизненным президентом потерявший счет своих лет уже после того как разменял сто, убивший, замучавший тысячи людей, погрузивший страну в хаос и беспросветность, человек по всем законам долженствующий давно умереть остается жить, и никто не может сместить его тиранию, хотя у него не осталось ни друзей и какой-либо стоящей поддержки. Ответ на вопрос отчасти в том – что люди уже не верят, что патриарх может умереть, уж столько раз он умирал, а потом воскресал и мстил, уж столько заговоров и покушений он пережил.
Книга относительно не длинная, но кажется таковой из того что вот-вот ожидаешь что с генералом будет покончено, тем более что практически с первых страниц нам показывают его настоящую смерть – в одиночестве, в своем дворце наполовину изъеденного грифами. Но тем не менее автор выхватывает из жизни тирана те или иные эпизоды что бы вновь и вновь показать нам опустившегося человека и то до чего может привести безмерная власть ограниченного глупого человека.
Сто лет тирании, злобы, глупости, жестокости проходят в муках не только для страдающего народа, который показан смазано, как образ, как стадо, особо не выделяя людей, лишь резкими, скупыми мазками иногда обрисовывая жертвы тирана. Народ образный иногда любит своего мучителя и называют его «настоящим мужчиной». Порой женщины даже любят его, несмотря на то что зачастую он относится к ним не лучше, чем к скоту, да и выглядит не лучшим образом. В этом образе – соединилось, казалось бы, все самое плохое что может быть у человека при власти и в окружении его показано то что вполне может быть в реальной жизни. Годы тирании и жестокости отразились не только на народе, но и на самом тиране, все его победы были его же поражением и все достижения были в тоже время большими просчетами.

Я знаю, что и до этой книги существовали многие другие, где использовался приём — "пазл", когда сюжет постоянно перескакивает с одной темы / с одной сюжетной линии на другую, а потом возвращается к каждой из них, опять бросает, вновь возвращается и так может повторяться столько раз, сколько захочет автор, но я столкнулся с ним впервые, по крайней мере на моей памяти ничего такого же уровня не было. Особенно интересен этот приём тем, что в Осени Патриарха совершенно отсутствует деление на главы, просто сплошной текст с бесконечно длинными абзацами и предложениями (любимый знак препинания у автора — это точка с запятой). Одна мысль или сцена плавно перетекает в другую и далеко не всегда удаётся сразу понять, где же всё-таки произошёл переход. Это безумно цельный продукт, где в конце все детали пазла образуют единую картину. Надо обладать огромным талантом и трудолюбием, чтобы создать такое.

Но структура далеко не самое интересное, что может нам предложить Осень Патриарха. Эта книга написана очень живым и богатым языком, возможно, здесь заслуга оригинала, возможно, переводчика. При чтении возникало чувство наслаждения языком, которое обычно появляется только благодаря русским классикам (с английского примером в голову приходит разве что Вильям Шекспир, да и то не во всех переводах, что, в принципе, логично). Качество языка я обычно меряю количеством фраз, которые хотел бы запомнить и в этом случае их было много, очень много.

К сюжету у меня, вообще, не возникло претензий, если не считать ветки про Хосе Игнасио Саенса де ла Барра, но этот недочёт, если это недочёт, потому что я могу и ошибаться, погоды не делает.

Эта книга говорит, казалось бы, о прописных истинах, что власть не равно счастье, а, даже наоборот, приносит боль её обладателю и всем тем, кто его окружает, но делает это так, как никакая другая.

Книга - один сплошной поток сознания, причем разноцветный и бушующий. Всего в одном абзаце сказателем, разливающим свои мысли могут быть сам диктатор, его возлюбленная, его мать, случайные прохожие, его приспешники.
Хронология событий выборочная и произвольная, иногда противоречит сама себе. И все же попытаюсь как-то систематизировать более чем столетнее правление, потому что за жестокостью и отчужденностью сильного мира сего так же вырываются наружу, подчас неконтролируемо, его обсессивные переживания.
Три женщины, даровавшие ему вещи недоступные не за какие регалии. Три женщины, которые ознаменовали собой периоды правления.
Зима - отчаяние. Мануэла Санчес - календула мусорной свалки, королева нищих и королева красоты. Мануэла Санчес недоброй полуночи, Мануэла Санчес моего падения. Женщина которая выводит за фронтир всю беспомощность, робость и старость диктатора. Кульминацией периода позора стала "комета обманутых надежд" - природное явление, на которое все возлагали огромные надежды, патриарх - возможность доказать свою любовь и завоевать королеву своей души, несчастный народ - погибель диктатора и время перемен.
Весна - расцвет. Летисия Насорено - своенравная монашка, единственная и законная жена, мать единственного признанного ребенка, которая заставила его раздеваться при любовных встречах, которая стала учить его простейшей грамоте. Летисия Насорено моей души, Летисия Насорено моего замешательства. Тем не менее, у медали две стороны. И вторая сторона Летисии решила все переделывать на свой лад, пользуясь слабостью диктатора к себе, откровенно отстранила его от дел и занялась повсеместным и дерзким грабежом. За что жестоко и поплатилась. За что поплатился и сам диктатор - с её смертью он потерял свое безумное чутьё на опасность, чутьё которое так долго сохраняло его от заговоров и покушений.
Бендисьон Альварадо - потрясающе простодушная мать, которая так и не смогла осознать величие и значимость сына-патриарха. Единственная на свете, кто осмеливался указать ему на дурной запах его подмышек. Нет, ну кто кроме матери может заявит собирающемуся на инаугурацию диктатору : " Все равно ты едешь в сторону магазина сдай бутылки, сынок!". Бендисьон Альварадо моей судьбы, Бендисьон Альварадо моего реванша.

И в мольбах перед смертью он продолжает обращаться к матери. Она всегда была с ним как и лето всегда живет в душе человека. Смерть матери приводит к началу осени - распада. Его последней осени.
Власть погружает патриарха в одиночество и искусственный иллюзорный мир. Иллюзорная любовь народа, который подкупается его частной охраной, для поддержания духа диктатора. Иллюзорные школьницы, которые на самом деле портовые потаскухи, подсылаемые к нему для удовлетворения старческой похоти. Искусственная чума для предотвращения внешнего вторжения, которая при этом имеет многотысячные реальные жертвы. И одиночество, которое заставляет не спать ночами.
Сам диктатор не стремится к жестокости ради жестокости, самовосхищения. Страшные убийства он совершает либо по сиюминутной надобности, не задумываясь о последствиях, либо по забывчивости и непредусмотрительности:

Сложно оценивать книгу, которая больше похожа на исповедь и так разительно отличается от остальных романов Маркеса. И все же мастер магического реализма понуждает восхищаться герметичностью, мрачностью и поучительностью своего творения.

Совсем НЕ рецензия. Просто ключевые слова.
Проза Маркеса ужасно душная, вязкая. Вневременье, внепространственность, отрешенность, одиночество. Неповоротливость, невозможность что-то изменить. Отчаяние доведенное до успокоения совести. Не жизнь, а движение по течению. Страх увидеть себя со стороны. Неприятие смерти, но безропотное соглашение с ней. Люди как бесформенная масса. Тиран как пустое место. Бесконечная сиеста и кровопролитие. Бессмысленность и бесконечность происходящего. Невозможное карибское лето.