Король воронов

У него не было времени, которое можно было бы посвятить нагреженной Ронаном оборванке, у него были собственные проблемы.

Но он не мог перестать о ней думать.

Сейчас в тёмной воде был только Гэнси. Он никогда не умирал и не собирается умирать снова. Просто Гэнси сейчас, сейчас, только сейчас.

Это начало, начало. Нет. Это конец. Его конец. Панорама его личного апокалипсиса. То, что было волнительным, когда он бодрствовал, переплавлялось в страх, когда он уставал.

— Ты худший отец, — огрызнулась Пайпер.

— Справедливости ради, ты худшая дочь.

Ламоньеры имели общие имя и цели, но не методы. Один из них склонялся к осторожности, а другой – к огню, оставляя последнему роль миротворца и адвоката дьявола.

— Бедная детка, — пробормотала Джими в волосы Блу. — Ммм, я так рада, что ты никогда не станешь выше.

— Чтобы рыдать вслух, — закончила Блу.

— Ты любишь его? — полюбопытствовала Мора.

— Я бы предпочла не любить, — ответила Блу.

— У него множество отрицательных качеств, я могу помочь тебе на них сосредоточиться, — предложила её мама.

— Я уже о них знаю. Безгранично. В любом случае, это глупо. Настоящая любовь — это конструкция. Артемус был твоей настоящей любовью? А мистер Грей сейчас она? И это делает вторую не настоящей? Есть всего одна попытка, а потом всё?

— Ты любишь его? — полюбопытствовала Мора.

— Я бы предпочла не любить, — ответила Блу.

— Будет жизнь после его смерти. Ты должна думать о том, что будешь делать после.

— Я не верю в идею настоящей любви, — заметила Орла. — Это концепция моногамного общества. Мы животные. Мы занимаемся любовью в кустах.

— Не думаю, что смогу пойти в любой из колледжей, в которые хочу, — сказала Блу. — Школьный консультант так не думает.

— А что ты хочешь? — спросила Мора. — Не от колледжа. От жизни.

... иногда отъезд помогает. И это не всегда окончательное прощание. Бывают отъезды и возвращения.

— Мы не станем думать, что ты ненавидишь Фокс Вей.

— Я совсем не ненавижу Фокс Вей.

Мора отбросила руку Орлы, Орла пыталась заплести влажные волосы Моры.

— Знаю. Потому что мы клёвые. Но разница между хорошим домом и хорошей тюрьмой в действительности мала. Мы выбрали Фокс Вей. Мы создали этот дом, Кайла, Персефона и я. Но это только твоя исходная точка, не финальный пункт назначения.

в конечном счёте, грёзам нужен грезящий.

Она была реальностью, они были сном.

Тёмное дерево было противоположностью Энергетического пузыря. Чем больше времени Гэнси проводил в Энергетическом пузыре, тем больше тот внушал ему благоговение. Чем больше времени он смотрел на чёрный сок, тем большее беспокойство тот ему внушал.

«Не играй, — твердил он себе. — Это не игра».

«Но это не похоже на игру, если он честен», — раздался шепот адреналина прямо в сердце.