Оккульттрегер

После "Петровы в гриппе" не удержался от нового опуса Автора. К сожалению, с детства вся фантастика, и научная и оккультной и такой-сякой направленности, не была и быстрее всего уже не станет близким мне жанром. Не цепляет и не интересно. Не дано, так не дано. По хорошему это единственный минус книги, субъективный, конечно однозначно. Из плюсов: хороший ритм и взвешенная динамика, точный и меткий подход к языковым деталям, живые диалоги (особенно мысленные), душевное отражение суровой уральской бытовой действительности, вкусные вкрапления идиоматики. В общем, все то, что в предыдущей книге Автора зацепило. Ну может тепла поменьше, быстрее всего, потому что и флэшбэков в детство, которые у Сальникова чудесно получаются, тоже меньше. Несколько фраз и сравнений четко и надолго в память от книги отложились. (Брадис и похмелье, дистанция от утюга до президента, про мировую болячку и ..., тема, о том, что гомункула можно заставить вырасти и т.д.). В общем даже для полного ноля в жанре почитать этот качественный опус Автора стоит.

Роман Алексея Сальникова «Оккульттрегер» о демонах и ангелах среди людей, мягко скажем, не остался незамеченным, попал во всякие шорты, о нем написаны тонны рецензий, большей частью положительных (не восторженных, но и не отрицательных). Причем, по сути о книге как-то никто толком не написал. Критики сосредоточились на выяснении жанровых особенностей: есть здесь магический реализм или нет? Фэнтези это или скорее бытовая проза? Самую оригинальную рецензию выдал критик Михаил Гундарин, назвав «Оккульттрегер» буржуазным романом. Это любопытная оптика, многое проясняющая в мировоззрении автора, но не отвечающая на вопрос: зачем? «Оккульттрегер» (как, впрочем, и другие книги Сальникова) – роман-хамелеон, который легко меняет цвет под вниманием любой интерпретации, поскольку при общей художественной невыразительности имеет довольно сложную структуру. Об этом замысловатом мире волей-неволей начинаешь размышлять, его логика, подобно логике теорий заговора, соблазнительна и «залипательна», потому что легкодоступна и дает возможность поупражняться в разгадывании метафор. (У меня есть, например, убедительная версия, что «Оккульттрегер» – это криминальный роман, в котором главной темой является попытка передела сфер влияния в одном провинциальном городишке).

Итак, Сальников придумал сложноорганизованный мир, в котором ангелы и демоны отличаются от своих традиционных вариантов, а кроме них существуют еще и другие бессмертные существа – оккульттрегеры и гомункулы. Все они занимаются тем, что следят за балансом сил на территории своего проживания. А проживают они в маленьком уральском городке (автор представлял Первоуральск). Городок постоянно находится на грани исчезновения («остывает»), а все потому, что то тут, то там появляются сгустки «мути» (метафора провинциальной тоски). И вот с этой «глубинной» депрессухой и борются, как могут, персонажи романа, попутно решая свои бытовые и семейно-романтические проблемы. На самом деле «муть» разгоняет только оккульттрегер Прасковья (для отвода глаз она притворяется матерью-одиночкой, еле сводящей концы с концами). Но для того, чтобы сделать это правильно, приходится Прасковье, как курице из сказки «Петушок и бобовое зернышко», обойти многих представителей потусторонней тусовки, каждый из которых требует око за око услуги за услуги. Сальников с удовольствием развенчивает мифы об ангелах и демонах: представители неба у него выглядят как потрепанные алкаши, а переселенцы из ада привлекают не только обольстительной внешностью, но и эмпатией. Есть еще гомункул – существо, которое знает всё обо всём, а о нем – никто и ничего. Гомункул притворяется ребенком и вроде как является талисманом силы Прасковьи. Если она его лишится, то потеряет бессмертие.

Собственно, главная интрига таится именно здесь – в страхе потерять гомункула. При этом Прасковья, пусть и ужасаясь себе, то и дело размышляет о возможности такого исхода. Освободиться от однообразной бессмертной судьбы, перестать зависеть от «линьки» (каждые три года героиня меняет внешность и просыпается вновь молодой), вообще зажить «нормальной» жизнью. Страшно, но соблазнительно! Потенциал образа гомункула огромный (и для жанровой литературы, и для серьезной прозы). И тем печальнее, что автор не только не справился со своей идеей, он ее просто закопал в словесных кружевах и сюжетных нагромождениях. Интрига, которая должна была быть постоянно в центре внимания, нагнетая «саспенс», тревожа и будя читателя, скромно маячит позади. А все свои силы автор употребил на любование придуманными персонажами и их взаимоотношениями, так что в конце концов роман постепенно превращается в пересказ «мыльного» «реалити-шоу».

Вроде бы и происходят в книге какие-то события, но повествование ими не увлекается, зато постоянно «пускает в прямой эфир» разговоры героев, из которых мы, собственно, и узнаем, что что-то произошло. Сальников вообще любит диалоги, причем он пользуется ими не столько в художественных, сколько в просветительских целях. Из разговоров мы узнаем картину мира, задачи и возможности героев. Порой это выглядит совсем наивно. Откуда вы вообще беретесь, - спрашивает Прасковья у демона Нади (хотя они знакомы друг с другом несколько десятков лет), и Надя делится своими размышлениями о пришествии бесов на Землю. Также из разговоров мы узнаем о существовании других сверхъестественных тусовок в области. О прошлом Прасковьи. О возможностях гомункула. В жанровой литературе все это было бы представлено наглядно с помощью эффектного действия на сцене. А у Сальникова на сцене обычно стоят два (иногда три) персонажа и говорят, говорят, говорят... О культурных фестивалях, которые, оказывается, придумали, чтобы бороться с «мутью»; о последнем сезоне «Игры престолов» (дело происходит в 2019 году); об «обиженных» (было такое, что знаменитые люди публично «обижались»); и даже – о боже! – о феминитивах. Герои не столько даже говорят, а «обсуждают», то есть плотью романа становятся мнения, реакции, комментарии, подкалывания. Что это – срез общества или чат «для своих»? Возможно, все дело в интонации (которая мне не близка), но я чувствую себя чужой в произведениях Сальникова. Как незваный гость, случайно оказавшийся в закрытой группе...

Я бы назвала «Оккульттрегер» романом субкультурным. Субкультурными бывают, например, фанфики. Читатель жаждет продолжения или переосмысления судьбы любимого персонажа и «со сладким чувством победы, с горьким чувством вины» погружается в альтернативную историю. Не секрет, что в героях «Оккульттрегера» зашифрованы друзья Сальникова (поэты). Вероятно, им читать эту книгу гораздо интереснее (и понятнее), чем нам, обычным читателям, не входящим в «тусовку».

***

Все вышесказанное было бы справедливо, если бы не блистательный эпилог, которым заканчивается «Оккульттрегер». Это безукоризненный, талантливейший (и при этом коротенький) рассказ является вполне самостоятельным произведением, однако связь с романом помогает переосмыслить прочитанное и увидеть потаенные смыслы. Наглядно единство романа и эпилога можно представить через живопись. Представьте картину раннефламандского художника. На переднем плане вы видите сцену: постаревший, печальный Иосиф смотрит на сына (младенческий образ Иисуса), который сидит на стуле и с улыбкой тянется ручками к окну. Там, за окном (в перспективе) – ангелы, Дева Мария, святые. Они говорят друг с другом и с любовью смотрят на ребенка. Вместе они образуют тайное сообщество «избранных», к которому не принадлежит потерянный мужчина (Иосиф). Не отец и не отчим – кто он такой? В нем борются противоположные чувства: желание заботиться, быть нужным и важным для сына – и преклонение перед божественным созданием, смирение. Картину как будто писали два разных живописца: ангелы и святые – как существа небесные – изображены идеалистически (схематично); Иосиф, напротив, показан весьма реалистично (потрепанный, небритый, с морщинами вокруг глаз и рта). Сначала даже возникает желание разделить историю на два сюжета. Тогда мужчина перестанет быть Иосифом, а его печаль превратится в абстрактное («экзистенциальное», смертное) томление. Общество «избранных» в этом случае избавится от неуместного, чересчур (подавляюще!) смертного рядом с собой. Но тогда ребенок окажется как будто один, как будто взаперти...

В эпилоге «Оккульттрегера» мы воочию видим драму такого «разделения». Мы встречаем человека, который все-таки отказался от гомункула (возвращается «главная интрига»!), забыл о нем, забыл о своей прошлой жизни среди ангелов и демонов. Теперь он совершенно обычный мужчина средних лет. Только одна странность его мучает: с ним в квартире живет полупрозрачный мальчик, похожий на живого. Сидит, молчит, тянется к свету, улыбается. Врачи сказали Егору, что это галлюцинации от обезболивающих.

Из хорошего
Нравится, как автор сочетает привычный мир с идеями и концепциями других миров. В этом и других романах эти пересечения органичны, слияние незаметно и плавно. Настолько, что нетрудно представить, будто в таком мире мы и живем. Вот сейчас выйду до офиса и пересекусь в подземном переходе с кем-нибудь из персонажей.
Очень понравилась типажи херувимов, оккульттрегеров и демонов. Забавно оказались честные, на стороне добра ангелы в образе алкашей-бичей. Угадывается и понятен типаж демонов в виде тех самых всегда привлекательных и популярных людей. Матрица для заполнения событиями классная. Пространство дли дальнейшей "игры" разработано здорово. А дальше про содержание.

Заметки
Большого сюжета нет. События романа переползают от одного к другому, иной раз даже друг с другом не связаны. Иногда из них не следует ничего: так, бытовуха. Фабула выстраивается под воздействием случайных внешних сил. Свернуть всё может куда угодно и в какой угодно момент, но не потому что события масштабны и внезапны, а потому что внешним силам толком ничего не противостоит. И это "ничего" запросто отклоняется туда, в каком направлении сила подействовала. Иногда все разрешается само собой.

Главный герой в основном находится в состоянии наблюдения и самонаблюдения, проживает всё еле-еле и как будто едва пожимает плечами, когда очередное мини-событие закончилось, разворачивается и плетется, волочится дальше. В героях ничего не меняется: ни из-за событий в книге, ни из-за иногда всплывающих воспоминаний главного героя, ни при взаимодействии с другими персонажами. Движение через события неизменно сопровождается вполне бытовыми разговорами и рассуждениями о житии-бытии с большим количеством отсылок к фигурам и приметам российской культуры с начала 20 века до уже нам знакомых, предковидных двадцатых, в которых и происходит основное действие книги.

Мешает восприятию большое и постоянно обновляющееся количество персонажей. Взаимодействия между ними короткие, челночные – туда-сюда и каждый остается там, где был. Множество заметок с узнаваемыми деталями повседневности, которые иногда способствуют усилению эффекта присутствия и реальности происходящего, но редко добавляют этой действительности красоты. Легко сбиться и потерять какую-то подробность, без которой всё последующее начинает сыпаться, наверное, из-за малой инерционности событий и отсутствия одной оси повествования.

Впечатление
К сожалению, к концу книги я испытывал раздражение при прочтении: ну когда уже что-то существенное произойдет, хоть что-то, что все эти небольшие события, разговоры, воспоминания свяжет вместе? Но не возникло ни ощущения завершенности и значимости фрагментов, ни синергии от их сочетания.
С героями книги ты какое-то время рядом живешь, слушаешь их разговоры. Согласно киваешь, иногда улыбнешься, иногда горько ухмыльнешься. Но в данном случае, для меня это похоже на то, как начать играть в онлайн игру, в которой твой персонаж работает в офисе 8-часовой день с графиком 5/2. Жвачка.

Вот вроде бы были все задатки, чтобы книга увлекла происходящим, зацепила и не отпускала до самого конца, но…

Введение в основной сюжет на пол книги! Вот я не шучу! Да и та пресловутая опасность не особо пугает, за героиню тоже не переживается.

Всё время у меня было ощущение, что я читаю какую-то помесь «Петровых» с сериалом «Ольга» чернушная жизнь забулдыг и пьяниц из городка — чуть что нужно сесть и выпить. Ангелы так точно должны регулярно подбухивать и выглядеть непрезентабельно, а демоны, наоборот, идеальная внешность, идеальная чистота, идеальная жизнь. Такой авторский приём тоже не произвел на меня впечатления.

Да и сама история в целом бессюжетная какая-то — разговоры, поездки то одну спасать, то другую… то вспоминаем о том, что вроде в аннотации говорилось об опасности, значит нужно её быстренько впихнуть, выкрутить последствия на максимум и опять в тягучую скучную жизнь вернуться.

Пожалуй, единственно весомый плюс — читалось очень быстро, да ещё и подстегивало желание наконец узнать, что же из обещанного про перипетии с гомункулом произойдет, а не произошло по факту ничегошеньки ️

«Петровы в гриппе и вокруг него» мне понравились так, что я даже гриппом заболела. Я о книге Алексея Сальникова, а не профильм Серебрянникова. Весь роман он так скрупулезно описывает всю эту постсоветскую уральскую хтонь, за которую якорится главный герой, что невольно всю дорогу я узнавала и своему сердцу милые штучки. Ну, и, конечно, весь его магический абсурд реализм тоже ласкает глаз и душу. Поэтому, конечно, я не могла не освоить «Оккульттригера», вышедшего два года назад. Обычно я всю литературу осваиваю чуть позже всех. Многобукв и картинок я вынесла в дзен, потому что он у меня тоже есть.
Эта книга продолжает тему быта мистических созданий Урала, начатую автором в предыдущем романе. Угол обзора — мистический детектив, формат общения персонажей — токсичные подколы и саркастическо-философские разгоны о человеческом бытии. Книга по размерам сильно скромнее «Петровых»: отложив все дела, я ее освоила за день (если честно, то дела сами как-то отложились).
В центре повествования Прасковья, которой двести лет и все это время она посредничает между демонами, херувимами и людьми. Она не стареет и помнит все. Или почти все: Сальников так ловко чего-то недосказал, что создается впечатление, будто Прасковья где-то накуролесила в историческом масштабе, только вспомнить не может как именно.
Но соседи даже не догадываются, кто живет рядом с ними. Раз в четыре месяца у Прасковьи «линька», и она получает новые внешность, документы и обстановку в квартире. Поэтому для соседей она — это всегда какая-то другая женщина с ребенком лет восьми, ничем не примечательная. Кстати, ребенок, на самом деле, это гомункул, которого получают оккульттригеры, заступая в должность. За длинную жизнь, особые способности и дружбу с потусторонними силами, Прасковье приходится жить в некой аскезе: у нее плоховатая одежда, средненький телефончик, уставший ремотик и дофига историй, которые всплывают в голове к месту и не к месту. У Сальникова очень милый штрих к портрету героини был: «Опять же по старой памяти, если Прасковья разговаривала по телефону на улице, он чувствовала себя все равно что в телефонной будке. […] А вот привычка окружать себя придуманными стенками телефонной будки, видимо, осталась с ней навсегда: она крючилась во время разговора, даже на ходу; оглядывалась, будто за ней, как в старые времена, могла образоваться очередь из желающих поговорить». Сальников вообще мастер таких штрихов, он целых «Петровых» наштриховал таким образом. Людей Прасковья сторонится и старается не заводить подруг, потому что это бессмысленно, ибо каждые четыре месяца она меняет внешность. А вот с демонами Прасковье дружбу поддерживать приходится, хоть и дается ей это нелегко. Ну, сами-то вы хотели бы дружить с идеальной женщиной, которая красоты безупречной и хозяйка непревзойденного уровня?!
Прасковья с демоницами и херувимами решают сложную задачу — они поддерживают тепло в остывающих городах. И дело не в том, что на дворе январь. Тепло, которое ищет команда потусторонних сил, городам дает человеческая радость, а иметь радость в областном городе брутального Урала непросто. Тут я с автором согласна — на Урале я была четыре раза, и все время зимой. Да, и вообще, в среднем по стране общий уровень радости падает, поэтому и в оккультных слоях общества происходит нехорошее. Прасковья еще не разобралась что именно, да и автор не даст ей такой возможности. Его главное искусство, как в свое время сказал Довлатов про Апдайка — «смесь красноречия и недосказанности».
И в этом Сальников верен себе. В «Петровых в гриппе и вокруг него» тоже много намеков и недосказанности, и чтобы разобрать магический слой нужно бы неплохо шарить в мифологи. Но в «Оккульттригере» все чуточку иначе, тут не нужно изучать весь корпус мировой мифологии: достаточно двумя ногами стоять на земле и не отключать критическое мышление, и тогда магическая реальность станет предельно понятной. Мне, во всяком случае, кажется, что автор ведет нас именно туда.
А люди, правда, живут и думают, что магия — это спецэффекты как у Disney Pictures.

Интересная интерпретация мироустройства провинциальных городов с участием демонов, ангелов и неких мистических существ оккульттрегеров, работающих в паре с так называемыми гомункулами, раскрылась для меня уже сильно позже прочтения. Так сказать, "переосмыслила" сама себя. "Оккульттрегер" — это тот случай, когда книга тебе тем больше нравится, чем больше думаешь о ней.
В сюжете книги для меня осталось достаточно много белых пятен, не очень понятна мотивация некоторых героев, например, Егора, да и зачем он вообще нужен: упал немного "с потолка", оказался финальным боссом и сгинул, - и всё это за несколько последних глав. На то воля автора, кто мы такие :) Тем более, что Алексей Сальников утверждает, что это только введение в мир и будет продолжение. Читатель привык видеть самой яркой первую книгу цикла, но я искренне надеюсь, что в этом случае будет иначе, потому что идея того заслуживает.
Не хочу утверждать, что я любитель синих занавесок, символизирующих глубокую печаль автора, но читая книгу, где фигурируют херувимы и демоны, ожидаешь увидеть более глубинные уже зашитые автором смыслы, но оказалось, что эта история есть, а уж ты понимай, как хочешь. Разумеется, это тоже имеет место быть. Просто я как читатель больше люблю искать, а не выдумывать то, чего не задумано изначально.
Самое главное в общем впечатлении — идея мне нравится! С "мутью" пришлось помучиться, но здорово продумана концепция переосмысления лишних явлений, поддержание тепла провинциальных городов, а ведь его действительно нужно поддерживать, нам ли не знать. Скрытый магический мир на привычных тусклых обыденных улицах всегда привлекает интерес.
Подводя итог, хочу отметить, что мне не хватило сюжета и логики, а вот интересных деталей и образов в книге достаточно, чего стоят херувимы-алкоголики:)

Очень понравилась первая половина - эдакие этнографические наблюдения стороннего неангажированного наблюдателя, для которого привычная нам житейская суета выплывает всеми гранями своей чудаковатости. Но вот тонкости отношений оккульттрегеров со своими гомункулами, со всеми этими херувимами, бесами и вся эта морально-этическая концепция их роли для жителей Земли в её отдельно взятых населённых пунктах - это уже утомило. Но Сальников пишет замечательно (чего только стоит "среднекалиберный черный пёс с брежневскими бровями и взглядом следователя"!), так что благодаря начитке Бржезовской добил до конца. И да, в первую очередь это будет интересно почитать женщинам.