Гениальность и помешательство. Человек преступный

С вами снова "Томный вечер пятницы" и сегодня в гостях у нас психиатр и основоположник антропологического направления в криминологии и уголовном праве в основу которых легла идея о прирождённом преступнике - синьор Чезаре Ломброзо, со своей уже 127 лет как не новой книгой "La Donna delinquente" рассказывающей о врожденных признаках преступных наклонностей у женщин. Запасайтесь винишком, поверьте, оно вам понадобится, и давайте же узнаем что думает синьор Ломброзо об истинной природе женщин и попытаемся выяснить в чем кроется корень зла.
⠀
Я: шепот О боги, опять приходится иметь дело с итальянцами..
Чезаре: Scusi signorina, у вас какие-то претензии?
Я: Пока нет, но все впереди..
Чезаре: Ну тогда и не начинайте раньше времени!
Я: звуки закатывания глаз
Чезаре: А ты знала, что у насекомых понятия любви почти не встречается, зато у птиц..
Я: Я не хочу этого знать
Чезаре: ...сильные самки насекомых прогоняют слабых самцов, но если самец сильнее самки, то он заставляет ее любить себя
Я: Это же как с тупыми бабами, которые живут со всякими уродами моральными и безрукими придурками
Чезаре: В этом и смысл сравнения с животным миром, не перебивай! На чем я остановился?.. птицы же более моногамны, но самцы выражают чувства к самкам сильнее, чем они к ним. Самке важнее потомство и она может завести нового сразу же после его гибели, кроме того самки склонны изменять своим партнёрам и тогда они с новым партнёром убивают старого, в то время как самцы болезненно переживают потерю самок и выражают в отношении них особую заботу и любовь.
Я: Это все круто, конечно: насекомые, птицы, зебры, дикобразы, которые лижут друг друга под иголками и львы, которые не могут держать свой львячие лингамы в покое, хотя про то, что кролики строят отношения с одним партнером, признаю, правда было интересно, но может уже отпустим Дроздова на пенсию и обсудим то, зачем мы тут собрались?
Чезаре: Signorina, как вы нетерпеливы, одно слово - женщина
Я: Я бы попросила! На вашем месте я бы не провоцировала меня на преступление. Девушка.
Чезаре: тяжело вздыхает ..Множество свидетельств указывает на то, что женщины, как и самки животных в дикой природе, выбирают наиболее сильного партнёра, а так же партнёра, который имеет большую привлекательность для других самок, так же чувствительность, в том числе и половая, у женщин понижена в сравнении с мужчинами, в то время как материнский инстинкт более ярко выражен. Пониженная чувствительность приводит к тому, что любовь не является для женщин чем, что они не могли бы преодолеть, как следствие, некоторые женщины рано встали на путь проституции только лишь от скуки или желая заполучить мужчину.
Я: Несколько противоречивое утверждение. Выходит, что в отсутствии чувствительности женщина движет исключительно тщеславие и корысть, но как же тогда объяснить болезненные абьюзивные отношения к которым некоторые женщины возвращаются, а так же жертвы на которые идут ради мужчин, как личностные, так не нередко и финансовые?
Чезаре: По этому поводу Paul de Kock пишет: "Любовь женщины пропорционально увеличивается с жертвой, которую она приносит своему любовнику: чем более она ему уступает, тем сильнее она к нему привязывается", таким образом женщина испытывает сексуально наслаждение только если всецело отдаётся мужчине и покорена им. Так же цель любой девушки замужество, потому что потребность в продолжение потомства преобладает над ее личными желаниями, из чего следует, что любовный инстинкт ее всецело подчинен материнству и женщина больше мать, чем жена.
Я: Что же следует в тех случаях, когда женщина не желает иметь детей?
Чезаре: Это может быть свидетельство вырождения и склонности к проституированию или же преступности, что в сущности является гранями одного и того же, потому что проституция - есть преступление.
Я: А есть шансы не быть проституткой или преступницей, если родился под несчастливым созвездием "Вагины"?
Чезаре: Практически никаких
Я: Ну, в принципе, вы правы, мне вот уже хочется врезать вам бутылкой за вашу ярко выраженную мизогинию, но я прощу вам узколобое мышление мужчины из 19го века. Что вы можете сказать об антропологических предпосылках возникновения проституции и преступления?
Чезаре: "Точно так же, как и преступление, проституция была нормальным явлением в жизни цивилизованных народов на заре их развития, какою она является и в настоящее время в жизни дикарей". В древности понятия брака не существовало и женщины были общими, как и дети их принадлежали всему племени, кроме того была распространена практика предлагать своих женщин гостям, в некоторых случаях за это взымалась плата или же жены уступались иностранцам за вознаграждение, единым, что не допускалось - несогласованное соитие женщин с членами других племён.
Я: То есть женщины использовались мужчинами, не считая тех случаев когда женщина была вольна сама выбирать партнеров по собственному желанию, их продавали, отдавали в общее пользование и лишали девственности в различных сомнительных обрядах, и это делает женщин антропологически предрасположенными к проституции? Очень интересная точка зрения.
Чезаре: Вы забывает о существовавшей религиозной проституции, так например в Вавилоне все женщины должны были посетить храм Мелитты и отдаться какому-нибудь чужеземцу, подобная практика была распространена и в других местах. В Лидии женщин занимались проституцией, чтобы собрать себе приданое, которое позволяло выбрать им мужа по своему выбору. Так же некоторые храмы были построены путем сбора средств проституцией.
Я: А у евреев был обычай позволяющий отдать свою дочь в контактное пользование, при этом девушка ничего не получала. Но разве все это не следствие того, что у женщин не было другого способа заработка, а ценности и устои были им навязаны, впрочем как и религиозные обычаи? А потом эти же мужчины решили классифицировать проституцию как преступление, как только решили, что не извлекают из этого достаточной выгоды, а женщины становятся, очевидно, слишком независимы, несмотря на то, что сами же и потворствовали ее появлению.
Чезаре: Вынужденная проституция действительно имеет место быть, однако опускаются до неё только те женщины, которые имеет пониженную стыдливость, в таких случая женщины как правильно шли на этот шаг чтобы прокормить семью. Но нам известны многие случае дам большого достатка, которые тем не менее имели множество половых партнеров, а так же занимались кровосмешением. Придворные проститутки имели большое влияние на политику, Медичи для достижения своих целей имела целую сеть проституток-шпионок именуемых "Летучий эскадрон".
Я: Хочу вам напомнить, что в половом акте участвуют двое, а то бедные мужчины развращенные женщинами-проститутками. Кроме того мужская проституция так же существовала и так же использовались для достижения политических и личных целей. Но я согласна, что секс, как явление, претерпевал изменения с течением времени, тем не менее сохраняя, наследуя или повторяя те или иные отличительные черты.
Чезаре: Мы можем наблюдать некоторое противоречие в том, что женщины обладая менее выраженной чувствительностью однако избирают ремесло основанным исключительно на чувственности.
Я: Мысль в порядке бреда: может все-таки дело не в мифический пониженной чувствительности?!
Чезаре: Но мы видим это в то, что проститутки не хотят знать что случилось с из родителями и им нет дела до своих детей, а так же они проявляют агрессию к тем и другим. Кроме того проститутки как правило ленивы, имеют тягу к лжи и пьянству, воровству, склонны к истерии и частым сменам настроения, совершают импульсивные поступки, низкие моральные устои, не умеют обращаться со средствами, и имеют наклонности к преступным деяниям, а так же любви материнской предпочитают любовь к животным, потому что это тот любви, который не требует отдачи с их стороны, интеллект же их часто ниже среднего. Все эти признаки или некоторые из них могут говорить и врожденной проституции, такие женщины либо уже стали проститутками, либо станут, как только этому будут благоприятствовать обстоятельства. Если же им удастся сойти с пути этого ремесла, они часто возвращаются к нему добровольно.
Я: Ну, во-первых, у вас явно не было кошки, тут речи о не жертвенной любви и речи быть не может. Все эти признаки так же могут быть вызваны обстоятельствами не зависящими от женщин, что же тогда отличает врожденных проституток от случайных?
Чезаре: Проституткам случайным присуще чувство стыдливости, хоть оно и ниже, чем у нормальной женщины, они обычно хорошие матери, им тягостна мысль что кто-то из знакомых из жизни до их падения узнает чем они сейчас занимаются или же если об этом узнают дети, они занимаются этим, чтобы их детям не пришлось, и в условиях когда другого выбора у них нет, они не имеют такой склонности к агрессии и мошенничеству, а так же тяге к спиртным напиткам, однако же часто топят в алкоголе безысходность своего существования.
Я: По-моему вся разница заключается в склонности к агресси. Что же касается пониженного интеллекта, вы сами приводите в пример множество женщин-проституток, которые использовали свой интеллект для обогащения, политических целей, строя при этом гениальные планы. Выходит, что почти все эти признаки поверхностные и могут как свидетельствовать о склонностях у проституции, так и ничего не значить вовсе.
Чезаре: Проститутка - та же преступница и часто это бывает совмещено. Так в женщинах преступницах мы видим повышенную жестокость в сравнении с преступниками мужчинами. Чаще всего преступницами, в отличии от проституток, становятся женщины в которых доминируют мужские черты. Маскулинность может быть как внутренне, так и внешней, а так же чувствительность их повышена в сравнении с обычными женщинами.
Я: Бедные чувствительные мужики, как же вы живёте то. В прочем я понимаю, что здесь речь о несколько иной чувствительности нежели та, что мы привыкли понимать под этим словом. Полагаю, преступницы тоже делятся на врожденных и случайных, что же в таком случае отличает их?
Чезаре: Врождённые преступницы это женщины с крайней степенью испорченности. Rykére писал: «женская преступность имеет более циничный, жестокий, испорченный и ужасный характер, чем мужская». Так же это подтверждает известно изречение Эврипида: «Страшна сила волн, пожирающего пламени, ужасна нищета, но страшнее всего женщина». Таким образом испорченность женщины преимущественно сказывается в двух особенностях ее преступлений: в их множественности и жестокости.
Я: Что представляет множественная преступность?
Чезаре: В то время как убийство и отравление у мужчин вещи взаимно исключающие, у женщин они могут сочетаться. Кроме того могут быть премешаны и другие виды преступлений такие как: детоубиство, воровство, поджог, мошенничество, кровосмешение, супружеская неверность, отсутствие материнского инстинкта и прочие. Как правило женщины обладающие более выраженной маскулинностью прибегают к расправам физическим, в то время как женщины более слабые прибегают к ядам и составлению сложных планов, иногда в таких убийствах они не являются исполнителями. В любом случае, особая жестокость преступлений и отсутствие раскаяние говорит о вырождении и врожденной преступности, типы которой являются собой более ужасные, чем мужские.
Я: Что же отличает преступниц случайных?
Чезаре: Случайные преступницы как правило испытают раскаяние и часто действуют под внушение со стороны более сильной личности, такой как любовник или в более редких случаях - подруги. Материнские инстинкты таких преступник обычно более выражены, а преступления мягче. В случаях же преступления по страсти женщины находятся на грани между случайной и врождённой преступницей, однако в отличии от мужчин их отличает холодная расчетливость с которой они действуют, часто выжидая долгое время, что подтверждает меньшую чувствительность женщин.
Я: Или женщины просто не дуры, и расчетливость является признаком интеллекта, а не пониженной чувствительности, ведь в конечном итоге в большинстве своем они не хотя быть пойманными.
Чезаре: Мы имеем здесь дело с преступлениями по страсти происхождение которых кроется в чувствах исключительно эгоистического характера, как, например, в ревности, зависти и т п., но не в эго-альтруистических чувствах, таких как любовь, честь и т п., которые, напротив, являются главными мотивами преступлений по страсти у мужчин.
Я: Что опять же делает женщин просто не умными. Так же вы рассматриваете как вид преступления и самоубийство, расскажите об этом
Чезаре: "Самоубийство – этот феномен, так близко стоящий к преступности по своим вариациям, наблюдается, в общем, у женщин в четыре и даже пять раз реже, чем у мужчин." Женщины как правило совершают самоубийство под влиянием сильных чувств и страсти, но не в тех случаях когда задета их гордость или банкротства, как мужчины. Так же иногда женщины совершают самоубийства из милосердия, в таком случае они могут убить себя, своих детей и членов своей семьи, спасая, по их мнению, их от незавидной участи.
"Женщина более нормальна мужчины, так как она менее переменчива, нежели он, но если зато у нее наблюдаются отклонения от нормы, то они всегда более тяжкого характера. Таким образом, женщина значительно чаще мужчины занимает тот или другой из двух крайних полюсов, какими являются, с одной стороны, абсолютная нормальность, а с другой – крайняя ненормальность, при которой самоубийство тесно сливается с душевными расстройствами."
Я: Существует мнение, что ваши исследования были крайне поверхностными и являли собой опыт с чужих слов и домыслов, что в последствии помогло многие из ваших теорий опровергнуть.
Чезаре: Но вы не можете не согласится, что мои изыскания положили начало изучению преступности и ее причин более глубинных.
Я: Тут вы правы, с этой точки зрения вы дали толчек будущему прогрессу.
⠀
Подводя итог этой беседе, я могу заключить следующее: учитывая описанные в книге паттерны, такие как: нежелание иметь детей, тягу к хорошей жизни, сомнительное отношение к институту брака, любовь к животным и винишку, посему выходит, что я врожденная проститутка.
Я нахожу это книгу довольно сомнительной и крайне противоречивой, одна мысль постоянно противопоставлялась другой, с диаметрально противоположным посылом, что постоянно сбивало с толку.
Мне было интересно читать об исторических фактах, отношению людей в разное время и в разных местах к свободе сексуальных желаний, но в тоже время по большей части я абсолютно не согласна с выводами, которые делал автор после приводимых исторических справок и заметок различных известных людей. С другой стороны стоит делать большую скидку на то, что книга была написана во времена абсолютно других взглядов как на жизнь, так и на женщин, но тем не менее автор пытался понять природу преступлений, которую люди пытаются понять до сих пор, находят все новые подтверждения тому, что в некоторых случаях преступниками и правда рождаются.
И да, пчелы-алкоголики, которые тырят мед друг у друга - это топчик.

Начнем с того, что оригинальное название исследовательской работы Чезаре Ломброзо "La Donna delinquente" в русских издательствах переводили по-разному. Есть версия перевода "Женщина преступница и проститутка" (1897, 1991) и "Женщина — преступница или проститутка" (2012). Первая версия менее броская, зато более категоричная. Беря в руки книгу с таким названием, создается впечатление, что автор считает представительниц прекрасного пола поголовно падшими женщинами, готовыми на любые злодейства. Во втором варианте есть хотя бы выбор, ты либо преступница, либо проститутка, но не то и другое вместе. Впрочем, оба перевода не делают чести нашей сестре. И начиная читать я уже заочно была настроена против автора.

Будто спеша не разочаровать читательниц, Чезаре Ломброзо начинает свой труд с рассмотрения повадок различных животных женского пола. Тут, конечно, находятся и преступницы (как всем известные самки пауков), и проститутки (суки во время течки). Потому первое впечатление от прочитанного подсказывает: автор намеренно желает унизить женщину, опустить, приравнять ее поступки к животным инстинктам. Я негодую, возмущаюсь, мысленно собираю веточки для костра, на котором сожгу Ломброзо, к сожалению, тоже мысленно. Затем автор переходит к примерам из прошлого, когда в древние времена у многих племен женщины были общие, кому не лень мог взять их. У некоторых народов похожие традиции живы чуть ли не по сей день. В цивилизациях же проституция была легальна, и представительницы данной профессии могли жить, не скрывая своего ремесла. Добавляем сюда отсутствие какого-либо стыда и получаем красочный портрет женщины преступницы и проститутки. Мысленно я собираю уже не веточки, а поленья, а лучше бревна, чтобы горели долго и жарко.

Однако, присмотревшись, или, если вам угодно, вчитавшись, можно заметить, что Ломброзо не пытается ущемить своих читательниц. Более того, вступление его книги - это краткая хроника женского порабощения и унижения на протяжении более двух тысяч лет. Автор не пытается сказать нам, что каждая женщина порочна, но ставит перед собой цель: разобраться почему мы, такие нежные прекрасные создания, в принципе становимся на путь разврата и преступлений. А изначальные выдержки из мира животных, скорее всего, были предположением, будто проституция и преступные наклонности у женщин в крови. Рассмотрим это более подробно.

1. Преступница. Ломброзо отмечает сам и обращает наше внимание на упоминания в других исследованиях о хитрости и жестокости женщины. По-моему, сейчас ни для кого не секрет, что в преступлениях женщина более изощренна, чем мужчина. С одной стороны, ей приходится таковой быть, потому что физических сил порой не хватает, чтобы нанести смертельное увечье своей жертве. С другой - мне вспоминаются сказки, где фигурируют злые мачехи, измывающиеся над молодыми и красивыми падчерицами. Нет ни одной сказки про злых отчимов. А если и встречаются отрицательные персонажи мужского пола, то по жестокости они действительно часто уступают женщине. Как еще один пример женской ожесточенности, Ломброзо напоминает читателям о женской ревности, которая порой доходит до неимоверных высот и влечет за собой самую разнообразную месть. Часто припадки ревности напоминают болезненные проявления, как истерию и эпилепсию. То есть преступление вроде бы как признак болезни, потому можно сделать вывод, что преступницами рождаются. Но смотрим дальше. Чего я не ожидала встретить в работе Чезаре Ломброзо, так это статистических данных. (Но тут надо напомнить, что я в принципе была введена в заблуждение корявым переводом.) Так вот, статистика показала, что чаще всего женщина встает на путь преступлений не из-за своей природы, а в силу сложившихся обстоятельств. Нужно отдать должное автору, потому что кроме всего прочего он отмечает несправедливый для своего времени факт (книга написана в 19 веке), женщины уже могли тогда получать высшее образование наравне с мужчинами, но практически были лишены работы. Если умирали родственники, и девушка оставалась без покровительства, то это был тот случай, когда появлялась дилемма: стать проституткой или преступницей. Очень часто, имея чувство гордости и самоуважения, она выбирала второй путь. Таким образом, автор заключает, что преступницами чаще всего женщины становятся в силу обстоятельств, хотя есть и такие, кто уже рождается с преступными наклонностями.

2. Проститутка. Итак, если в преступлениях женщина проявляет себя как жертва, то как же обстоит дело с проституцией? Ведь казалось бы, кто может быть более достоин сочувствия, чем женщина, решившая торговать собой. Тем более, что очень часто она подвергается жестокому обращению со стороны мужчин, как клиентов, так и сутенера. Рассматривая эту сторону, Чезаре Ломброзо не раз отмечает недоразвитость проституток, нравственную недостаточность. В самом деле, какая нормальная здоровая женщина будет терпеть побои и унижения ради кратковременного иллюзорного достатка. Красота не вечна, это очевидно. Также автор отмечает леность проституток, просто не желающих трудиться для своего содержания, предпочитающих валяться дни напролет и отрицающих какую-либо работу. Для них должность кухарки - это оскорбление их достоинства. По собранной Ломброзо статистике, видно, что число случайных проституток, которые решили торговать своим телом, дабы помочь близким, несравненно меньше числа тех, кто сознательно ступил на путь разврата. Принимая во внимание это и некоторые другие нюансы (например, похоть и отсутствие стыда), автор делает вывод, что в большинстве своем проститутками рождаются. Потому что имея выбор, женщина скорее пойдет побираться, чем отдаст себя на растерзание мужчинам. Тут можно вспомнить "Униженных и оскорбленных" Достоевского, где рассматривался данный вопрос весьма грамотно.

Как видите, Чезаре Ломброзо вовсе не приравнивает всю прекрасную половину человечества к проституткам и преступницам, а всего лишь проводит исследование, любопытное между прочим, по вопросу отклонения от нормы в женском поведении. По этой причине в названии книги уместнее было бы поставить запятую после первого слова, потому что речь в произведении пойдет именно о них троих: о женщине, о преступнице и о проститутке.

Голова - предмет тёмный и исследованию не подлежит (с) из к/ф "Формула любви"

Молодой Чезаре Ломброзо (на момент написания книги ему не было ещё и 30 лет) проделал, на мой взгляд, громадную работу, готовя "Гениальность и помешательство". В середине 19 века доступ к информации был гораздо более затруднительным, чем во времена нынешние, даже учитывая доступ учёных к библиотечным изданиям. Изучить такое количество информации о стольких известных людях - дело, уже достойное восхищения. А попытаться выявить взаимосвязи между гениями и помешанными, систематизировать полученную информацию - и вовсе событие из ряда вон. Однако я где-то читала, что после выхода книги некоторые солидные учёные мужи критиковали Ломброзо за то, что в своём анализе поведения гениев разных времён он использовал вырванные из их общего жизненного контекста ситуации. Не знаю, насколько это правда и научно обоснованно, но на этих примерах автор построил свой сравнительный анализ. И, смею предположить, успешно, потому что по сей день этот труд изучается в психологических вузах, книга переиздаётся снова и снова, переводится на множество языков.

Но где же, всё-таки, та тонкая грань, которая разделяет гениальность и сумасшествие? Обозначить её крайне сложно...

Наверное, все гении немного сумасшедшие, но не каждый помешанный - гений. Вместе с тем, у тех и других встречается множество сходных черт поведения, проявлений эмоций. Например, чрезмерная впечатлительность, раздражительность, крайняя степень увлечённости и прочее, прочее. И на проявления всего этого могут оказывать влияние совершенно разные и порой неожиданные факторы. Например, атмосферные явления.

Чиать эту книгу непросто. Огромное количество имён, фактов биографии и творчетва периодически лично меня выбивали из головы. Но азарт и интерес к теме оказался сильнее. Руссо, Гофман, Шопенгауэр, Моцарт, ван Гог, Гоголь, Линней, Ньютон, Гёте, Аристотель - этих и многих-многих других гениев подверг "препарированию" известный психиатр. Эх, были бы они все на тот момент живы, интересно, что они ответили бы ему? Согласились ли бы со своими "диагнозами" или подали бы на Ломброзо в суд? Но мы уже никогда этого не узнаем, зато с нами остался этот масштабнейший профессиональный труд.

Свою книгу "Гениальность и помешательство" Ломброзо начинает с хорошей фразы.

Это длинное, громоздкое предложение выступает в качестве предупреждения. Но люди, которые читали от силы Карнеги и какую-нибудь бульварщину вида "Психология за час", радостно берутся за эту книгу, наверное воображая как потом будут сыпать фактами в разговорах с друзьями, и тут вдруг розовые очки разбились стеклами во внутрь. Книга сразу стала "ненаучной"(да психология, вообще не наука, вы о чем), сухой(все теории и академ. литература должны быть простыми и веселыми, а то скучно же!) да и попросту "бредовой"(все всегда были здоровы, психические расстройства это выдумка).

В книге много примеров, очень много. Хотя это порой не примеры, а ссылки на определенных людей. Ломброзо исследовал физиологическую сторону вопроса, влияние климата, метеорологические явления, и конечно же, наследственность. Некоторые заявления близки к реальности, некоторые же вызывают сомнения. Не помешали бы похожие исследования за пределами Италии, чтобы можно было говорить о какой-либо точности.

"Гениальность и помешательство" может быть расценена как одна из работ на пути к познанию человеческой психики, но не как священное писание открывающее все тайны.

Введение Блуждая по книжному магазину в поисках чего-то "этакого", я по воле случая решил заглянуть в раздел нон-фикшн, с мыслью "быть может там пригляжу для себя что-то подходящее". По итогу так и случилось. Среди бесполезного мусора и прочего претенциозного материала в поле моего взора попалась книга с весьма броским названием "Гениальность и помешательство", обложка книги также наводила на некоторые мысли, которые, буду честен, меня заинтересовали. В частности, тема помешательства как такового, и то, какое воздействие оно оказывает на человеческий разум. Стоит сказать, книга написана в 1885 году, поэтому полученную информацию следует фильтровать и придавать скепсису, впрочем, безумных теорий и размышлений автора на разные темы там хоть отбавляй, поэтому найти противоречия не составит труда даже рядовому читателю.

P.s И да, я, как и многие падок на красиво иллюстрированные книги, даже заведомо зная, что, иногда сама по себе книга не имеет под собой ничего. Прогадал ли я в данном случае? ДА

Мысли Говоря по-правде, я не то чтобы часто читаю нон-фикшн, лишь в последнее время и питаю к нему пристрастие и интерес. Исходя из аннотации, приложенной к книге, я как минимум рассчитывал узреть нечто увлекательное и интересное, в плане достоверных доказательств, гипотез и прочего, но, то, что я обнаружил в ходе чтение, никоим образом не соотносится с тем, что по идее своей предлагает сам автор. Да, безусловно в книге присутствуют примеры помешательства соединенные с гениальностью, — их масса, многие до того безумны и странны, что невольно задаешься вопросов, сколько понадобилось времени Ломброзе для собрания их воедино, а также какое время он потратил на собственноручное их сочинительство. Многие истории рассказанные писателем, как оказалось не всегда правдивы, поскольку найти хоть какое-нибудь доказательство его словам не представляется возможным в принципе. Разумеется, подобное касается не поголовно всех, такие известные личности упомянутые Ламброзе как: Куман, Шопенгауэр, Руссо и тд. Вполне вероятно были правдивы, но сказать такое про остальных, менее популярных личностей едва ли будет возможно.

Следующий камень преткновения, воздвигнутый Ломброзе, заключается в нелепых, а порой даже доходящих до абсурда, умозаключениях, касающихся статистических данных насчет того, влияет ли месяц года на продуктивность творческого человека. Как подобную догму можно принять за истину, — не ясно, ну разве что только, если вы и сами являетесь больным или психически нездоровым человеком, ясность ума которого затуманена. Быть может, для 1885 года это и было несусветное открытие, хотя это слово вряд ли применимо в случае по типу этого, но все же, какую-никакую теорию она в себе несла, сейчас же, ценность ей равносильна картам таро. А спустя почти-то 150 лет, так вообще диву даешься, как такое могло быть принято всерьез, а не раскритиковано большинством, в частности лицами интеллектуальными и эрудированными, я уже не говорю про элиту общества.

В книге представлены еще несколько разных таблиц и сравнений, некоторые из них смешны до безобразия, другие же пусть и не вполне разумны, но с трудом принять на веру их можно, если опустить неточности, коих достаточно. Для примера приведу главу 3, где говорится о "влиянии атмосферных явлений на гениальных людей и помешанных". Ломброзе говорит что: при увеличении температуры число маниакальных припадков у помешанных и сумасшедших возрастает, в противовес этому, холодный климат благоприятнее влияет на больных, делая их менее буйными и спокойными. Наверное, это одно из немногих разумных умозаключений представленных в данной книге, так как остальная оставшаяся часть просто-напросто представляет собой набор выдуманных теории и предположений, не подкрепленных ничем, кроме слов самого автора в лице Чезаре Ломброзе.

Пожалуй, самым интересным, что было в книге, стала глава под названием "Маттоиды-графоманы, или психопаты", если вкратце, там подробно и детально изучается влияния помешательства и других недугов на разум человека. К примеру, в книге было рассказано про Лазаретти – балагура, выпивоху, в общем, того, кто любит придаваться похоти и развлекаться. Однажды возомнив себя пророком Божьим, Лазаретти начинает писать (к слову он был совершенно безграмотным) и разносить свои красноречивые слова и идеи в массы, и, на удивление приобретает сообщников и преданных последователей, которые стоят горой за своего идола, пусть даже иногда в его изречениях проскальзывают явные противоречия своим же ранее сказанным словам. Каким образом безграмотный нищий проходимец сумел добиться людского признания, притом, что был мономаньяком и графоманом? Везение, недюжинные умственные способности или банальное стечение обстоятельств сыграло свою роль, сделав из вроде бы обыкновенного человека маниакального психопата, преданного одной лишь идеи просвещения? Ка бы то ни было, а именно помешательство стало основополагающим фактом того, каким образом сложилась жизнь Лазаретти, а также то, кем он стал в конце своего пути.

Вывод Чезаре Ломброзе в своем magnum-opus намесил столько всего, что понять какое, то, или иное высказывание, или сравнение имеет отношение к определенной теме, невозможно, ввиду того что все настолько смазано и переплетено. Теряется не только ход мыслей автора, но и суть понимания о чем вообще идет речь. Да и сама по себе книга идет довольно трудно, нисколько в плане понимания сказанного, сколько в способности в продолжительной мере концентрироваться на описанном и, что главное – в полной мере осознавать то, какой несусветный бред ты читаешь. Но одно я понял наверняка, зачастую помешательство нередко идет рука об руку с гениальностью и мономанией, иногда это есть, а иногда нет.

При чтении книги и написании данного текста ни один таракан не пострадал.
А вот женские нервы… )))

На сцене стоит школьная парта. На ней – микроскоп, колбы, горелка, стеклянный аквариум, книжки, тетрадки. За партой на стене висит школьная доска. Вверху коряво написано «Женщина – преступница или проститутка?». На левой стороне изображен таракан. На правой – схематически, в стиле «палка, палка, огуречик» - женская фигура. О том, что это женщина свидетельствует грудь и впечатляющих объемов бедра. Ну и бантик на макушке.

Петров – невысокий, прилизанный школьник в белом лабораторном халате. В руках у него тетрадь и ручка, он с серьезным видом делает какие-то пометки, бурчит себе под нос.

Сидорова – маленького роста, щупленькая, с серым мышиным хвостиком девочка в очках с диоптриями. Белый лабораторный халат и скромный потупленный взор прилагаются.
Петров: - Итак… (читает в методичке). «Целью лабораторной работы является провести ряд экспериментов с лабораторным материалом чтобы доказать правильность либо ложность следующих утверждений Чезаре Ломброзо из книги «Женщина – преступница или проститутка»...»
Петров картинно сдергивает полотенце с пластикового контейнера в котором… сидят вполне живые и шустрые тараканы. Сидорова визжит, потом недоуменно поворачивается к напарнику:
Сидорова: - Тараканы?!...
Петров: - Ну да…
Сидорова: - А тема… «Женщина – преступница…»?
Петров (раздраженно): - Сидорова, ты что, предлагаешь проводить опыты на людях?! Или на животных?! (со слезой в голосе) На маленьких пушистых кроликах? На сереньких беззащитных мышках? (осуждающе) Не ожидал… Вот от тебя – не ожидал!
Сидорова пристыжено сникает. Но через секунду подходит к Петрову и нерешительно дергает его за рукав.
Петров (досадливо): - Ну что еще такое?!
Сидорова ( едва слышно): - А они… Они женщины?
Петров (ехидно): - Хочешь проверить?
Сидорова окончательно замолкает.
Петров: - Итак, опыт №1. Докажите истинность следующего утверждения Ламброзо: «женщина обладает более слабой интеллигентностью». Сидорова! Доставай подопытного №1!
Сидорова краснеет, зеленеет, трясется как осиновый лист, но, превозмогая брезгливость, достает из контейнера рыжего усатого таракана маленьким пинцетом. С диким визгом она опускает его в аквариум. Петров снисходительно качает головой и другим пинцетом опускает в аквариум кусочек булочки. Ошалевший таракан с бешеной скоростью бросается по стенкам вверх, в сторону свободы.
Петров( неодобрительно качая головой): - Хм, и впрям «более слабой интеллигентностью»… А как же булка? Она, между прочим, свежая и с изюмом…
Делает соответствующие пометки в тетради.
Петров: - Так, что там у нас… Опыт №2. Докажите истинность следующего выражения Ч. Ламброзо: «Женщина отличается физической слабостью».
Прищурившись, Петров рассматривает притаившийся в лотке лабораторный материал. Лабораторный материал нагло шевелит усами. Петров медленно переводит взгляд на Сидорову, что-то задумчиво чертит в тетради, шевеля губами. Подходит к Сидоровой и кончиком ручки задирает полу лабораторного халата, с задумчивым видом несколько раз пересчитывает количество ног, потом, потеряв всякий интерес к Сидоровой, идет к доске. На левой половинке, под изображением таракана, чертит шесть косых линий. На правой, где изображена «женщина», две. Далее с натугой и максимальной концентрацией Петров производит сложные арифметические расчеты и наконец, удовлетворенно что-то буркнув, он зачеркивает четыре черточки в левой колонке.
Петров: - Понял! У нас будет два лабораторных эксперимента! В первом для чистоты эксперимента будет участвовать таракан с шестью лапами, а во втором – с целью максимального приближения условий опыта к действительности – таракан с двумя лапами! Как у женщины!
Сидорова: - Лапы? У женщины - лапы?!
Петров ( отмахивается, не поворачиваясь к Сидоровой): - Сидорова, не отвлекайся! Доставай первого… подопытного!
Сидорова краснеет, синеет, бледнеет, едва не падает в обморок, но достает из лотка таракана. Петров свистит. Таракан убегает.
Петров: - Записываем: при свисте таракан с шестью лапами убегает. Сидорова! Не стой столбом! Надо готовиться ко второй части эксперимента! Отрывай таракану лапы!!!
Сидорова с горькими рыданиями, но все же отрывает бешено сопротивляющемуся таракану четыре лапы. Делает она это брезгливо.
Петров: - Так…
Петров свистит. Таракан на двух лапках с трудом ползет из этого дурдома.
Петров: - Хм… Все равно убегает, но уже не так быстро…
Что-то чертит в тетрадке.
Петров: - Я понял! Надо оторвать ему все лапы!
Сидорова горько плача, вытирая слезы рукавом, все-таки обезноживает таракана.
Петров удовлетворенно смотрит на «подопытного». Свистит. Таракан остается на месте.
Петров: - Итак, «Женщина отличается физической слабостью»… (Еще раз смотрит на таракана). Будем считать, что это доказано!
Сидорова открывает рот чтобы что-то сказать, но досадливо машет рукой и сердито замолкает.
Петров: - Опыт №3. «У нормальной женщины болевая чувствительность меньше развита, чем у мужчины, а сочувствие чужому страданию, как известно, в прямой зависимости именно от нее…».
Быстро делает какие-то пометки в тетради.
Петров: - Да что тут доказывать? Правда, правда. (прочувствовано) Я бы никогда не смог оторвать лапы бедному беззащитному тараканчику! (утирает скупую мужскую слезу).
Сидорова медленно поворачивается к Петрову. Вид у нее… недовольный.
Петров: - Опыт №4. «Обстоятельством, которое все чаще и чаще служит причиной преступности многих нормальных в нравственном отношении женщин, является странное противоречие, благодаря которому им позволяется получать высшее образование…».
Задумчиво откладывает методичку, стучит ручкой по щеке…
Петров: - Сидорова, а как научить таракана читать?
Сидорова с размаху бьет Петрова по голове толстым и тяжелым учебником по биологии, после чего срывает с себя белый лабораторный халат. С достоинством, гордо задрав нос, она удаляется со сцены. Петров падает под стол. Подымается – взлохмаченный и помятый.
Петров( недоуменно): - Эй, а что я такого сказал?!
Потом, потирая ушибленную макушку, медленно поворачивается к доске, берет в руки мочалку и стирает несколько слов. Получается «Женщина – преступница». Делает шаг назад, внимательно рассматривает… Досадливо качает головой и снова берет в руки мел.
И ставит в конце фразы знак восклицания.
Занавес.
***
Игра «Долгая прогулка – 2018». Команда «Решительные леди Гилеада». Основное задание апреля. Дополнительное задание (отзыв в форме сценария школьного КВНа) выполнялось.

Уже одним своим названием книга поджигает ж… невинным читателям на протяжении многих лет, и продолжит это делать и в будущем. Не буду хейтить авторов рецензий на двоечку, так как они в праве выражать свое мнение каким бы оно не было.

Ломброзо начинает издалека, а именно с древнейших традиций различных народов, для которых вполне естественно было предложить свою жену или дочь гостям. Это кажется диким и бесчеловечным, но такова история, и увы, в наше время мы не особо-то и продвинулись. Такие права мужчин распоряжаться телом и жизнью женщин привели к образованию проституции. В книге приведено несколько типов от самых низших до элиты и до храмов определенного назначения.

Автор часто ссылается на французов, поэтому всякие высказывания типа "женщин не заботит красота, они влюбляются в середнячок" абсолютно логичны. Взяв пару томиков классики приходишь к выводу, что даже самый плюгавый мужичок из Франции мнит себя желанным объектом и свято верит, что каждая девушка, а в особенности молодая и богатая, хочет стать его любовницей. Знаем, видели, агриться нет смысла.

От проституции Ломброзо плавно переходит к преступлениям и начинает с воровства. Далее идет анализ различных дам с улиц Парижа: как они дошли до такой жизни и почему. Ну а от воровства до особо тяжких не далеко.

С одной стороны работа выглядит интересной: все расписано, приведены примеры и предпосылки. С другой, она кажется устаревшей. Время идет, меняется жизненный уклад и ценности, а значит нужны современные методы и подходы. Как мне показалось, у Ломброзо довольно централизованные работы: в "Гениальности и помешательстве" местом действия выступала Италия, в данной работе — Франция. Не плохо бы взглянуть на картину в целом, сравнить разные страны и проанализировать современное общество. Такие работы, несомненно, есть, а пока начать можно с этой.

Сейчас начнется сказ о том, насколько я «быстро» добираюсь до тех или иных книг. Почти 7 лет назад на третьем курсе писала я самую нескучную и любимую курсовую по бихевиоризму. Основой работы стал сериал «Мыслить как преступник». А вот когда я взялась за теорию, то пройти мимо Чезаре Ломброзо – психиатра и основателя антропологии в школе криминологии, создателя детектора лжи – было совершенно невозможно. Тогда пробежала по верхушкам и занесла в список «прочесть срочно». Наивная.

У каждого из нас есть свое представление о человеке преступном. Безусловно, оно основано на личном опыте, навязанном образе из СМИ и кинематографе. Как выглядит маньяк? Как распознать террориста в скоплении народа? На все это есть ответы, которые ежедневно подвергаются статистике.

Ломброзо не раз поднимал всю общественность на уши с тем или иным выводом. Например, психиатр утверждал, что преступниками рождаются. И даже качественное воспитание не изменит гена бандита. А позже Чезаре вплотную занялся изучением внешности преступника. Для этого был создан специальный прибор краниограф. Практика во время работы военным хирургом, главой психиатрической клиники и на кафедре психиатрии, а также исследования единомышленников позволили создать в XIXв поистине уникальный труд и фундамент для целой ветви науки. Тогда эта работа приняла на себя вал критики. В основном критикующие указывали на то, что Ломброзо слишком много уделяет внешности и практически исключает социальное окружение в своей работе. А в военные годы было поставлено огромное пятно на теории ученого – методы измерения черепа в концентрационных лагерях нацисты производили по Ломброзо.

Было ли мне интересно? – Безусловно. Интерес не пропадал все эти годы и не угас до сих пор. А вот в отношении данного издания я испытала исключительно спектр негативных эмоций. Итак, психология личности. Книга заявлена в серии «клинические рассказы». Как по мне – так название очень даже говорящее. Но ни одного рассказа не нашла. Может рассказами нужно было считать несколько упоминаний о разных пациентах в сумме на 1-3 стр. из 350? Но это не беда, меня же интересовали не примеры, а теория. Но и тут меня ждало горькое разочарование. Это какая-то жуткая компиляция: откуда только не надерганы отрывки. У идей и теорий нет ни начала, ни конца. А хуже всего это отсутствие хоть единой ссылки откуда это все взялось, кто эти десятки упомянутых людей и каким образом они касаются этой сферы. Данное издания – полная лажа. Как перевели – так и оставили. Это фиаско непонятного жанра.

"Гениально и помешательство", возможно, трудно читать из-за обилия имён, названий и событий, но это всё же исследование, а не художественная литература. Ломброзо очень интересно и находчиво проводит некоторые параллели между психическими расстройствами и гениальностью. За огромным количеством имён великих деятелей скрываются свои истории об их тяжёлой жизни.
Стоит сказать, что не все гениальные люди были сумасшедшими. Да, у них были свои бзики и странности, но они никак не вписываются в рамки сумасшествия. Давайте на чистоту, у кого из нас их нет?
Книгу я бы советовал тем, кого интересует итальянская культура. Ломброзо интересно описал своих соотечественников, оставивших след в истории. Но также книжка подойдёт и психологам. Не смотря на то, что автор не вносит какие-то новые идеи, а некоторые вещи даже устарели, он всё равно интересно рассказывает о работе с помешанными людьми, которые заключены в больницах. В конце книги приводятся даже работы таких людей, потому что многие из них мнят себя великими.
Ломброзо оставляет после себя какое-то странное послевкусие (если так можно говорить о книгах). Местами это увлекательные истории, рассказы, воспоминания о гениальных людях и обычных городских сумасшедших. Но иногда на тебя находит скука, ведь это исследование. Читая огромный перечень имён людей, страдающих тем или иным недугом, уже не хочется лезть куда-то и искать что-то. А Ломброзо и информации о них никакой не оставляет. Догадывайтесь, допытывайтесь сами.
Вот так сухо и кратко я высказался о книге. Такой же сухой и краткий текст вас ждёт в ней.

Как бы и название говорит, что ничего хорошего женскому полу от этой книги ожидать не приходится, а стоит прочесть пару первых страниц, и эта уверенность крепнет и становится практически железобетонной. Начинает автор издалека - с животных, насекомых и птиц, сразу же неустанно восхваляя самцов - да какие ж они заботливые, верные, любящие в отличие от самок - ветреных и бессердечных. Впрочем, это вступление длится недолго, и рассуждения переходят к собственно предмету исследования - представительницам рода человеческого. Эта первая и небольшая часть книги посвящена разбору темы любви, и было большим облегчением увидеть в ее конце заключение, где автор сделал вывод из сказанного, ибо из кучи всяких примеров, историй и отсылок мне было трудно понять, к чему он ведет вообще.

Следующая часть более интересная - о проституции. Автор и тут подошел к делу основательно, с толком и расстановкой, предварительно решив ознакомить читателя с историей проституции с древних времен, приводя множество фактов и примеров. Правда, не очень поняла, какое имеет отношение добрая половина этих примеров к проституции вообще - оно ведь собственно за плату занятие, причем тут всякие разные туземцы, у которых было принято ходить голыми либо племена, у которых женщины были общими и куча других обычаев, с платой никак не связанных. Последующий подробный анализ личности проституток начиная от происхождения и вплоть до привязанности к животным - весьма интересное чтение.

Долгожданной часть о преступности (в целом небезынтересная, когда дело наконец доходит до анализа) началась с потрясающей значимости факта - как одна муравьиная самка убила и сожрала травяную вошь (о, какой ужас, и что же из этого следует? Не иначе, как доказывает то, что все женщины - агрессивные маньячки). Почти сразу - контрольный выстрел в голову:

А потом второй:

Ага, а быки, видимо, при таком меню станут нежными и ласковыми. И подобное можно продолжать еще долго, потому что такого в книге вообще немало. А именно - в высшей степени спорных утверждений, безосновательных, либо однобоких, либо на уровне "одна бабка сказала", на основании которых делаются выводы. Вообще, при анализе личности преступниц либо проституток автор если и разбирает вопрос объективно, то весь этот предваряющий набор фактов, малоотносящихся к делу, придает данному исследованию тот самый смысл, который и следует из названия.

Вряд ли это это самое подходящее слово, но читать было забавно, хоть и интересно. Сей труд оказался для меня забавен своей, не побоюсь этого слова, нелепостью, попытками подтвердить имеющееся мнение любыми относящимися и не очень к делу аргументами и придирчиво выбранными, притянутыми за уши примерами. Ну так при наличии большого желания и убеждения, средней способности к словоблудию и умения натянуть сову на глобус можно придти к выводу, что и жопа - соловей.
Зато узнала некоторое количество интересной, где-то даже несколько шокирующей информации, и это, собственно, скрасило чтение. Как бы теперь развидеть образ шестнадцатилетнего дяди, которого мать кормит грудью. Книга была познавательной, это правда, а вот выводы, к которым подводил автор, принять не могу.